Федя появился из-за угла корпуса и направился ко мне почти бегом. В одной руке он держал телефон, второй прижимал к боку папку, которая всё время норовила раскрыться. По выражению его лица я сразу понял, что нормальных новостей сегодня уже не предвиделось.

Я ходил по внутреннему двору и размышлял над дальнейшими шагами. Федя двигался прямо ко мне, поэтому я остановился и дождался, когда он подойдёт ближе.

— Кирилл готовит заявление от имени одного из твоих ночных гостей. Собирается везти обоих в полицию, — сообщил он с ходу. — Утверждает, что они пришли чинить проводку, а ты их… В общем, сам понимаешь, Ром, куда всё идёт.

Федя ещё говорил, а общая картина уже сложилась у меня в голове. Кирилл решил продолжить эскалацию и подключить полицию. Других ходов после комиссии у него почти не осталось.

Похоже, историю с ночными гостями собирались предъявить после истечения семидесяти двух часов. Кирилл рассчитывал спокойно подготовить документы, договориться со своими людьми и получить ещё один аргумент против меня. Спешка директора спутала ему планы. Теперь Кирилл запускал тот же сценарий на ходу.

— Что именно они подготовили? — спросил я.

История получилась аккуратная. Двое мастеров якобы пришли в лагерь по договору, чтобы устранить неисправность проводки в моей комнате. Во время работы я внезапно напал на обоих, избил, связал и удерживал до утра. Разбитая мебель и кровь появились исключительно благодаря моим действиям. Сами гости держались мирно, угроз мне не высказывали и лишь пытались выполнить заказ.

— Побои они уже зафиксировали в травмпункте, — продолжил Федя. — Я понимаю, что всё это бред, но договор у Кирилла действительно есть. Со стороны история выглядит так, словно ты избил двух рабочих.

— Ты договор видел?

— Верхнюю страницу. Он лежал под заявлением.

— Каким образом ты вообще туда попал?

— Я зашёл к Кириллу за ведомостью по красным. Их ведь передали мне, а половины документов до сих пор нет. Кирилл велел подождать, потом ему кто-то позвонил. Он вышел разговаривать в коридор и прикрыл дверь. На столе лежало заявление. Я увидел твою фамилию и сфотографировал. Под ним был договор на электромонтажные работы, датированный вчерашним числом. Те двое сейчас идут его подписывать.

Федя разблокировал телефон и протянул его мне. На экране действительно находился снимок заявления, исписанного мелким и крайне старательным почерком.

Я увеличил изображение и прочитал текст. Содержание совпадало с пересказом Феди, однако писал его явно кто-то другой. Оба ночных гостя едва ли самостоятельно добрались бы до формулировок про внезапно возникший умысел, противоправное удержание и опасения за собственную жизнь.

Заявление составлял Кирилл.

— Талон-уведомление есть?

Федя покачал головой.

— Пока ничего. Это черновик. Кирилл ждёт обоих и собирается ехать с ними в отдел полиции.

— Договор сфотографировать успел? — уточнил я.

— Только верхнюю страницу увидел. Кирилл уже возвращался, пришлось уходить.

Понятно.

Значит, официального заявления ещё не существовало. Перед нами лежала обычная бумага, которую только собирались превратить в задокументированный акт моей якобы неконтролируемой агрессии.

Позже любой нормальный юрист разнёс бы эту историю по частям. Договор подписывался задним числом, исполнители не имели отношения к электрике, а их появление ночью трудно было объяснить обычным ремонтом. Проблема заключалась в сроках. Сейчас Кириллу хватило бы самого факта обращения в полицию.

Я посмотрел на административный корпус. После поражения ему понадобилось меньше получаса, чтобы подготовить новый ход.

— Эти двое уже здесь? — спросил я.

— Как я понял из его телефонного разговора, должны подойти к Кириллу с минуты на минуту.

— Хорошо. В моей комнате после ночной драки розетку вырвало из стены. Сходи к Захарычу. Пусть отключит линию и подойдёт туда через десять минут. Сам к проводам только не лезь.

Федя настороженно посмотрел на меня.

— Зачем тебе Захарыч?

— Будем знакомить подрядчиков с объектом.

Я вернул ему телефон и направился к административному корпусу.

Раз Кирилл нанял электриков, мешать людям работать было бы невежливо.

Я поднялся на крыльцо корпуса, потянул дверь на себя и прошёл внутрь. Из-за двери кабинета Кирилла доносился шорох бумаги.

Я нажал на ручку и вошёл внутрь кабинета.

Кирилл сидел за столом, склонившись над листом, и писал ещё одно заявление. Ручка двигалась быстро, рядом лежала раскрытая папка, из-под которой выглядывал край ещё одного документа.

— Стучать надо, прежде чем входить, — бросил он, продолжая писать.

— Добрый день, Кирилл.

Он поднял голову. Ручка остановилась на середине строки. Несколько секунд Кирилл смотрел на меня, после чего положил ладонь на заявление и придвинул сверху папку.

Вышло у него довольно ловко. Человек с менее развитой наблюдательностью мог решить, что Кирилл просто захотел навести порядок на столе. Я же видел, как под его пальцами загнулся угол листа.

— Чего тебе? — спросил Кирилл.

— Поговорить хотел. Пара слов, ничего серьёзного.

Перед столом стоял стул для посетителей. Я развернул его спинкой к Кириллу, перекинул ногу через сиденье и устроился верхом. Руки положил на спинку.

Кирилл проследил за моими действиями с растущим раздражением.

— Я занят.

— Вижу. Пишешь что-то.

Он подвинул папку ещё на пару сантиметров. Край заявления скрылся окончательно.

— Ты ради этого пришёл?

— У меня проводка барахлит.

Кирилл моргнул. Он явно готовился услышать что угодно. Розетки среди возможных тем разговора он явно не ожидал.

— Что?

— Проводка, — повторил я. — Электрическая. В стенах обычно проходит. Ток по ней бегает.

— Я знаю, что такое проводка, Роман Михайлович.

Кирилл откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня внимательнее. Похоже, пытался понять, где находится ловушка. Это занятие требовало времени, а времени у него оставалось всё меньше.

— Обращайся к завхозу. Я-то тут при чём?

— Обращался, — заверил я.

— И что сказал завхоз?

— Посоветовал поговорить с тобой.

Кирилл нахмурился.

— С какой стати со мной?

— Сказал, ты подрядчиков нашёл. Двух специалистов по электрике.

Его правая рука, лежавшая на папке, слегка напряглась. Кирилл быстро отвёл взгляд к окну, потом вернулся ко мне.

— Захарыч тебе это сказал?

— Возможно, я его неправильно понял. Он человек хозяйственный, говорит быстро, особенно когда спешит. Я запомнил главное: подрядчики, проводка и, собственно, Кирилл Андреевич.

— У нас много подрядчиков…

— Эти двое как раз должны сегодня прийти, — перебил я грядущую отмазку.

— Кто тебе сказал?

— Значит, всё-таки придут?

Кирилл сжал губы. Я улыбнулся ему с максимально возможным дружелюбием.

— Роман, у меня нет времени разбираться с твоей розеткой.

— Там серьёзная проблема. Корпус треснул, крепление вырвало, внутри что-то торчит. Я бы сам посмотрел, только электричество с детства уважаю. Убить может, — я развёл руками.

— Вызови завхоза.

— Он же подрядчиков ждёт.

— Никого он не ждёт.

— Тогда откуда у тебя двое электриков?

Кирилл открыл рот, собираясь ответить, и в этот момент дверь за моей спиной распахнулась.

— Кирилл, готово — мы договор подписали, — сообщил знакомый голос.

Я повернулся вместе со стулом. В кабинет вошли оба моих ночных гостя. Мужик с рассечённой бровью, уже хорошо знакомый мне сбэшник, держал несколько листов, скреплённых степлером. Второй, что помоложе, остановился за его плечом. На щеке у него темнел синяк: аккуратный, круглый и заметный издалека.

Они увидели меня одновременно. Сбэшник запнулся. Его товарищ сделал короткий шаг назад и упёрся спиной в закрывшуюся дверь. В кабинете стало чуточку теснее, хотя площадь помещения осталась прежней.

— А вот и специалисты, — обрадовался я. — Добрый день, господа электрики.

Сбэшник сразу перевёл взгляд на Кирилла.

— Мы… это…

— Подписали? — резко спросил Кирилл.

— Подписали…

— Тогда оставьте документы и идите.

Сбэшник протянул бумаги Кириллу. Я поднялся раньше, шагнул навстречу и принял договор из его руки.

— Это Кириллу Андреевичу.

— Обязательно передам. Сначала взгляну, что у вас по части электрики предусмотрено. Вдруг розетки в перечень работ не входят.

— Роман, положи договор, — потребовал Кирилл.

Я сделал вид, что не услышал, и лишь начал листать бумагу. Бумага пахла свежей краской из принтера. Подписи внизу уже стояли, дата тоже имелась. Вчерашняя, ровно как уверял Федя, очень вовремя заглянувший в кабинет.

— Так, посмотрим. «Договор оказания услуг по проведению электромонтажных работ на территории оздоровительного лагеря „Форпост“». Всё верно, ваш профиль.

— Отдай сюда, — повторил Кирилл.

— Сейчас. Документ интересный, я быстро читаю.

Мужики переглянулись. Тот, что помоложе, осторожно взялся за ручку двери. Дверь он пока не открыл, однако намерение обозначил ясно — думал встать на лыжи.

Я перевернул страницу.

— «Исполнитель обязуется проводить диагностику электрических сетей, устранять обнаруженные неисправности, выполнять замену повреждённых элементов». Отлично. Моя розетка как раз повреждена. Возможно, элемент тоже придётся заменить.

— Мы сегодня заняты, — сказал сбэшник, кажется, сообразив, что именно происходит.

— У вас в договоре указано другое.

— Что указано?

— Срок начала работ. Вчерашнее число.

Оба посмотрели на Кирилла. Тот уже поднялся из кресла, ладони упирались в край стола.

— Это общий договор, — сказал он. — Работы проводятся по заявкам. Твоя комната в список не включена.

— Так включим. Делов на минуту.

— Заявки утверждаю я.

— Прекрасно, утверди — будь так добр. Тут как раз написано, что в случае аварийных ситуаций помощь оказывается незамедлительно.

— Я сказал, иди к завхозу, — процедил Кирилл.

— Завхоз направил к тебе. Круг замкнулся.

Я снова опустил взгляд в договор.

— Здесь ещё про безопасность написано. Исполнитель отвечает за участок с момента начала работ. Господа, вы вчера в мою комнату заходили?

— Заходили, — нехотя ответил сбэшник.

— Электрикой занимались?

— Ну… мы завтра придём…

— Завтра может оказаться поздно. Розетка вырвана из стены. Кто-нибудь полезет туда пальцами, получит удар током, потом появится комиссия, полиция, родители и множество людей, которые любят задавать вопросы. Раз вы отвечаете за безопасность участка со вчерашнего дня, вам стоит посмотреть на него сейчас.

Сбэшник снова потёр бровь. По лицу было видно, что перспектива новой встречи в моей комнате радости ему не доставляла. Его товарищ выглядел ещё хуже. Прошлой ночью он уже познакомился с мебелью, полом и моей методикой ведения переговоров.

— Кирилл Андреевич, мы договаривались про другое, — пробормотал он.

Кирилл зыркнул на него так, словно собирался заставить проглотить собственный язык. Мужики смотрели на него, ожидая подсказки.

— Роман… — проговорил Кирилл.

— Кирилл, всё идёт по твоим документам. Пойдёмте!

Кирилл вышел из-за стола. Лицо у него покраснело, на виске появилась тонкая жилка.

— Пойдёмте, господа хорошие. Комната рядом, дорога знакомая.

Я вышел из кабинета, сбэшник тяжело вздохнул и вышел следом. Его товарищ ещё немного постоял у двери, потом двинулся за ним.

Кирилл остался в кабинете. Я прошёл несколько шагов, услышал позади резкий скрип кресла и усмехнулся.

— Кирилл Андреевич, — позвал я через плечо, — ты тоже приходи. Заказчику положено видеть, как работают его специалисты.

До моего корпуса мы добрались всей компанией. Впереди шёл я, следом двигались двое «подрядчиков», за ними Кирилл. Даже по шагам за спиной было слышно, что возвращаться в знакомую комнату ночным гостям совсем не хотелось. Сбэшник пару раз замедлялся, его товарищ тут же упирался ему в спину, и оба снова продолжали путь.

Кирилл держался в нескольких шагах позади. Он пока молчал, хотя сопение уже выдавало желание вмешаться. Видимо, подбирал объяснение, которое одновременно сохранит договор, заявление и остатки его репутации. Задача на самом деле требовала от него изрядного воображения.

У двери моей комнаты уже стояли Федя и Захарыч.

— Господа, прошу!

Я открыл дверь, запуская их внутрь. Завхоз зашёл и сразу же опустился на корточки возле стены, чтобы рассмотреть розетку, вывернутую во время ночной драки. Пластиковый корпус треснул, одно крепление ушло внутрь, провода торчали из монтажной коробки.

Завхоз уже принёс с собой необходимый инструмент — в его переноске лежали отвёртки, пассатижи, индикатор напряжения и небольшой прибор с проводами. У Захарыча имелось всё, что полагалось иметь человеку, собравшемуся заниматься электричеством. У приглашённых специалистов пока имелся только договор. Но я потому и посылал Федю за завхозом, чтобы вопрос с отсутствием инструмента не стал препятствием для «подрядчиков».

Захарыч, изучив розетку, окинул гостей внимательным взглядом.

— Это кто?

— Подрядчики Кирилла Андреевича. Электромонтажные работы, диагностика, устранение неисправностей. Полный набор услуг, — охотно и развёрнуто пояснил я.

Федя посмотрел на ночных гостей, и я отметил, что телефон он держал в руке, а экран был разблокирован.

— Эти? — переспросил Захарыч.

— Они самые.

Я протянул завхозу договор.

— Тут всё написано.

Одновременно я наблюдал за реакцией Кирилла. Тот нервно переступал с ноги на ногу. Судя по выражению лица Захарыча, Федя успел объяснить ему достаточно. Завхоз сразу понял, каких именно специалистов ему привели.

Я подошёл к стене и указал на повреждение.

— Вот объект. Прошу любить и жаловать.

— Там ток есть? — спросил сбэшник.

— Линию… — заговорил Захарыч.

Но договорить я ему не дал — перебил:

— А вот и проверьте, отключили или нет.

Мужик торопливо облизал губы и прошёл ещё на шаг ближе.

Кирилл вошёл в комнату последним и закрыл за собой дверь. Теперь его лицо стало красным целиком, вместе с ушами.

— Заканчивайте этот спектакль, — прошептал он мне. — Люди осмотрели повреждение. Дальше работу проведут по согласованию с администрацией.

— Они ещё ничего не осмотрели, — возразил я. — У двери постояли.

Кирилл скрипнул зубами, но отвечать пока не стал. Захарыч пользовался в лагере особым положением.

Сбэшник расстегнул куртку и взял отвёртку. Обычную, с чёрной рукояткой и погнутым концом.

Завхоз взглянул на отвёртку.

— Отвёрткой напряжение проверять будете?

— Мы… обычно визуально определяем.

— Что ж, можете приступать к работе, — хмыкнул завхоз.

Сбэшник опустился на корточки и осторожно приблизил жало к винту на корпусе. До розетки оставалось сантиметра три, когда я кашлянул. Сбэшник, который явно не разбирался в электрике, чуть не подпрыгнул на месте, думая, что его шарахнуло током.

Получилось так себе.

— Мы вообще по другой части работаем, — пробормотал он и осёкся.

Увидел, что Федя опустил телефон чуть ниже, направив камеру на него. Кирилл сразу заметил движение.

— Убери телефон, — потребовал он.

— Не уберу, — Федя покачал головой.

Всем всё было понятно.

— Хватит, — отрезал Кирилл. — Они сейчас уйдут, позже я пришлю другого специалиста.

— Эти тоже числятся специалистами, — напомнил я. — Вчера ночью они пришли в мою комнату выполнять электромонтажные работы. Такая версия подготовлена для полиции?

Молодой «подрядчик» резко повернул голову к Кириллу.

— Ты говорил, надо только подписать!

Кирилл застыл.

— Что именно я говорил?

— Что бумаги нужны для комиссии. Про полицию разговора не было.

— Замолчи.

— Сам молчи! — огрызнулся тот. — Мы сюда приехали Романа припугнуть.

Его товарищ развернулся к нему всем корпусом.

— Ты чего несёшь?

— А чего? Тут мне током убиться предлагают, если чё. Я на это не подписывался.

— Прекрати снимать, — Кирилл повысил голос.

Федя отступил к окну и продолжил съёмку.

Всё, что было нужно, теперь зафиксировала камера.

Кирилл увидел на экране красный значок записи. Потом услышал, как младший повторил, что договор велели подписать задним числом. Лицо у него дёрнулось, и он рванулся к Феде — выбросил вперёд руку и попытался ударить по телефону.

Я перехватил его запястье.

Кирилл резко дёрнул руку на себя. Я удержал. Он развернулся ко мне, свободной рукой схватил за ворот футболки и рванул вперёд.

— Ты здесь никто!

Он замахнулся. Удар вышел широким, что называется, колхозным и злым. Кирилл целился в лицо, хотя стоял слишком близко и уже потерял равновесие.

Я отвёл голову, пропустил кулак рядом с щекой и коротко ударил его под рёбра.

Воздух вышел из Кирилла с хриплым звуком. Пальцы разжались, колени подогнулись. Он сложился пополам и начал оседать. Я подхватил его за плечо, развернул и усадил на край кровати.

Кирилл сидел, прижав локоть к боку, и пытался вдохнуть. Лицо у него побледнело, глаза слезились.

— Сволочь… — выдавил он.

— Ты первым полез к Феде.

— Ты меня ударил при свидетелях… сука…

— Именно. Все видели, как ты пытался выбить телефон, потом схватил меня и замахнулся.

Федя проверил экран телефона.

— Видео идёт, Кирилл Андреевич. Ой, как нехорошо вышло.

Кирилл поднял голову.

— Удали…

Я отпустил плечо Кирилла и выпрямился.

— Слушай внимательно. Заявление ты порвёшь. Договор тоже. Копии уже сохранены. Попробуешь отнести эту историю в полицию — следом уйдут видео и заявление о фальсификации договора, попытке оговора и нападении на Федю.

Кирилл провёл ладонью по губам и посмотрел на меня снизу вверх.

— Думаешь, тебе всё сойдёт с рук? Ты пожалеешь.

Я наклонился ближе, чтобы он хорошо расслышал каждое слово.

— Я не угрожаю, Кирилл. Я обещаю.

Он отвёл взгляд первым.

Захарыч тем временем снова опустился возле стены и взял индикатор.

— Раз представление закончилось, розетку я сам поставлю. Этих двоих к щитам подпускать нельзя. К розеткам тоже. Можно разрешить им лампочку подержать, когда питание отключено.

— Мы пойдём, — сказал сбэшник.

Кирилл ещё немного посидел на кровати, затем медленно поднялся. Дышать он уже мог, хотя каждый вдох давался ему с заметным трудом.

Я пошёл рядом с Кириллом.

— Куда? — спросил он.

— К тебе в кабинет.

Мы пересекли двор молча. Кирилл шагал медленнее обычного, прихрамывал, однако помощи не просил. Я тоже предлагать её не собирался. Один раз он попытался ускориться, сразу поморщился и вернулся к прежнему темпу.

В административном корпусе Кирилл открыл кабинет, вошёл и потянул дверь за собой. Я придержал её ладонью и прошёл следом.

Кирилл сел в кресло и открыл папку. Заявление лежало под ней. Кирилл вытащил лист, мельком посмотрел на текст и снова положил на стол.

— Рви, — подсказал я.

Кирилл поднял на меня глаза. Потом взял лист обеими руками. Несколько секунд он сидел неподвижно, словно всё ещё искал выход.

— Ты пожалеешь, Роман Михайлович.

Он резко разорвал заявление пополам. Сложил половинки вместе и порвал ещё раз. Клочки бросил на стол.

— Доволен?

— Для уверенности ещё разок повтори всю процедуру.

Кирилл посмотрел на меня, затем собрал куски и разорвал каждый пополам. Один обрывок упал на пол. Он наклонился за ним, сразу схватился за бок и тихо выругался.

Я поднял бумажку и положил перед ним.

— Этот пропустил.

Кирилл разорвал последний кусок и швырнул остатки в корзину.

Я, удовлетворённый, поднялся со стула и направился к двери. Кирилл остался сидеть за столом, глядя на корзину.

От автора:

Над ним смеется первая красавица школы, учителя ждут провала на финальном Испытании, но в теле троечника — взрослый инженер с Системой, которая продает знания. https://author.today/reader/626741