Инспектор Дарбишир направлялся в комнату для допросов полицейского участка города Саутенд. После двух недель поисков по всей стране сержант из отдела нравов наконец обнаружил Берил Уайт. Детектив-сержант Виктор Уиллис нашел пропавшую эскортницу в доме ее брата. Она отказалась возвращаться в Лондон, так что Дарбишир и Вулгар отправились в Эссекс, а Уиллис оставался с девушкой, чтобы та не сбежала.

– Хорошая работа, сержант, – похвалил Дарбишир встретившего его у дверей Уиллиса.

Уиллис дружелюбно улыбнулся. Он имел репутацию специалиста по работе с трудными свидетелями. Очевидно, на женщин сомнительной репутации благоприятно воздействовали его приятная внешность и галантные манеры.

– Хотите, чтобы я присутствовал, сэр? – спросил он, глядя на Вулгара, который маячил в дальнем конце коридора.

– В этом нет необходимости, – заверил его Дарбишир, хотя на мгновение ему стало интересно, каково это – работать с человеком, обладающим острым умом и обаянием, вместо неуклюжего Вулгара с его неуемным воображением. – Что мне следует знать? В каком она состоянии?

– Я сказал, что она может потребовать государственного адвоката, если захочет, сэр, но она отказалась.

Дарбишир кивнул. Глупая девчонка – но он не жаловался. Для него проще, если не нужно будет думать про адвоката, мешающего вести допрос. Учитывая, какой подход он планировал сегодня применить, это был большой плюс. – Все еще упирается?

– О нет, сэр. Она просто хочет, чтобы все поскорее закончилось. Я сказал ей, что, пока она сотрудничает с нами и рассказывает все, что знает, с ней все будет в порядке. Не думаю, что она станет артачиться. Я провел с ней серьезную беседу.

Не сказать, что Дарбишира это сильно обрадовало. Лучше бы этим озаботился тот самый адвокат, без которого девица решила обойтись. Зато Уиллис сработал на отлично. Дарбишир простился с Уиллисом, окликнул Вулгара, и они вошли в дом.

Берил Уайт выглядела именно так, как и должна выглядеть эскортница экстра-класса: молодая, красивая, с шелковой кожей, носом греческой статуи, идеально уложенными платиновыми локонами, в платье на размер меньше нужного, выгодно подчеркивающем достоинства фигуры. В рекламе агентства “Раффлз” говорилось, что оно оказывает услуги по предоставлению “дам для возвышенной беседы в приятной компании с разборчивым джентльменом”. Очевидно, возвышалась в ее компании не только беседа. Но, возможно, и с беседами у нее все было в порядке.

Дарбишир сел напротив девушки, успев заметить, что она бросает частые взгляды из-под длинных ресниц на сержанта Вулгара. Вулгар снова заполнил собой комнату, хоть и стоял позади начальника, у двери. Девушка казалась испуганной, но, если она боялась не полиции, а того, о чем думал Дарбишир, ей стоило знать: она заблуждается.

– Итак, мисс Уайт…

– Просто Берил. Меня все так зовут. Кроме… моих джентльменов.

– А как они вас называют?

Берил перевела взгляд, чтобы встретиться глазами с Дарбиширом:

– По-разному.

Он выдержал ее взгляд.

– При всем уважении, я предпочитаю “мисс Уайт”.

– “При всем уважении”, – повторила она, приподняв одну аккуратно выщипанную бровь. – Позволите? – она достала из сумочки пачку сигарет и закурила, снова сквозь дым взглянув на Вулгара.

Дарбишир перешел к делу:

– Вы довольно долго отсутствовали в Лондоне, мисс Уайт. Не хотите объяснить почему?

– Мне необходим морской воздух.

– Почему же?

Она пожала плечами и оглядела маленькую комнату.

– Разве не может девушке понадобиться небольшой отпуск? – Затем, увидев суровое выражение лица детектива, она уставилась на разделявший их стол. – Я потеряла хорошую подругу, – добавила она приглушенно.

– Вы очень хорошо скрывались. Вы, должно быть, знали, что мы вас ищем.

Она решительно покачала головой:

– Понятия не имела. Семья брата не выписывает газеты. Просто небольшой перерыв, вот и все. Мне нечего скрывать.

“Посмотрим”, – подумал Дарбишир.

– Расскажите, что произошло тридцать первого числа. Вы должны были встретиться с Дино Пересом, как договорилось агентство. Он специально спрашивал вас, днем раньше.

– Нет, не специально, – поправила она. – И это было за два дня, а не накануне. Дино был за городом, но собирался возвращаться и говорил, что ему нужна компания. Его прежняя спутница была… занята. Похоже, я больше других подходила к его запросам.

– Каким именно?

– Он хотел принцессу.

Она смотрела на него с хитринкой и ждала. Манера держаться, форма головы, отблески света на волосах… Он понимал, почему в агентстве ее ценили.

– Какую-то конкретную принцессу?

– Нет. – Она помедлила. – Блондинку.

– Что было дальше?

Берил говорила спокойно.

– Я записала встречу в ежедневник. Но на следующий день проснулась с адской головной болью. Просто ужасной. Я почти ничего не видела. – Ее глаза на мгновение расширились, словно она снова переживала мигрень. – Раз уж начинается, то длится день или два, и я выбываю из строя, а потом еще несколько дней ни на что не гожусь. Поэтому я сказала Джине, и она, вечная ей память, предложила меня подменить. И на следующий день подменила. – Она замолчала, губы у нее задрожали. – Я до конца жизни буду винить себя.

Берил отвела взгляд и шумно выдохнула. Ее речь была трогательной, но, по мнению Дарбишира, чересчур старательно отрепетированной.

– Почему вы сами обратились к Джине? – спросил он. – Почему не попросили агентство решить вопрос?

Берил пожала плечами.

– Если согласилась на работу, то сама за нее отвечаешь. К тому же я знала, что Джина согласится. Она мне должна. Была. – Взмах длинных ресниц; влага от слез на щеках.

Дарбишир пошел в атаку. Он разговаривал с агентством и знал о просьбе клиента.

– Кое-что мне непонятно, мисс Уайт. Почему вы попросили Джину заменить вас, если мистер Перес хотел блондинку?

Между бровей Берил прорезалась легкая морщинка; она на мгновение растерялась.

– Что вы имеете в виду?

– Джина была брюнеткой, не так ли? На всех фотографиях у нее темные волосы. Но совсем недавно она покрасилась. Чтобы стать блондинкой, как вы?

Берил потребовалась секунда, чтобы вернуть себе самообладание.

– Она была брюнеткой, но ей надоело. Она видела, какие клиенты достаются мне. Вообще она давно хотела сменить имидж. – После небольшой паузы девушка добавила: – Джентльмены предпочитают блондинок, знаете ли.

Дарбишир этого не знал. Волосы его жены были черными, как смоль, пока в них не появилась седина. С другой стороны, и джентльменом он себя не считал. Он продолжил наступление:

– То есть она осветлила волосы?

– Да.

– Вы ей помогали?

– Нет.

– Дали что-то из своих вещей?

– Нет. У нас разные размеры.

– А тиара?

– Что с ней?

– Настоящие бриллианты. Она была ваша?

Берил уставилась на него, словно он прилетел с Марса.

– Ага, – протянула она. – Это моя вторая тиара для вечеринок. Храню ее рядом со своими драными королевскими регалиями.

– Вы никогда ее раньше не видели?

– Нет. Не видела. Ни раньше, ни потом – только на фото в газетах.

– Она вам не требовалась… по работе?

– У меня была одна недорогая, поддельная. – Берил покосилась на окурок сигареты, достала из пачки новую и прикурила. – Ничего особенного. Купила в магазинчике в Брайтоне, в Лейнз. Предлагала ее Джине, но она отказалась. Нашла кое-что получше, да?

– Очевидно. Есть идеи где?

Берил затянулась и покачала головой.

– Вы уверены, что не вы ее одолжили?

– Нет! – Девушка была искренне удивлена. – Как я могла? Да и зачем?

– Никто не давал ее вам, не просил…

– К чему вы клоните? – спросила она, нахмурившись. – Имеете в виду одного из моих джентльменов? Нет.

Дарбишир имел в виду не это. Если бандиты планировали убийство и выкрали для него тиару или у них уже была тиара и они решили использовать ее для потехи, можно было бы – с большой натяжкой – поверить, что они передали ее Берил для несчастной Джины. Такова была одна из его теорий. Но Дарбишир поверил сидящей напротив девушке. Ее актерских способностей не хватило бы, чтобы так искренне изобразить недоумение.

– Что вы знали о Пересе? – спросил он, меняя тактику.

– Ничего. – Глаза у нее забегали.

– Он был клиентом агентства, – напомнил Дарбишир.

– Да, он несколько раз заказывал эскортниц. Но я никогда с ним не встречалась.

– Вы сказали, что его последняя “компаньонка” оказалась занята. Это так? Вы сами предложили ее заменить?

– Нет! Она не хотела его видеть! Она… – Берил прикусила язык.

– Она что, мисс Уайт?

– Ничего, – сказала девушка. Ее выдали плечи, которые вдруг напряглись.

– Не лгите мне, – рявкнул Дарбишир. – Даже не думайте. Почему она не хотела видеть Переса?

Берил напряглась еще больше:

– Послушайте, это ерунда. Она просто сказала, что он вел себя не слишком… по-джентльменски. Это не новость. Не все клиенты святые. Что-то в его глазах было такое… Но больше я ничего не знаю, клянусь.

В агентстве об этом не упоминали. Дарбишир отметил, что они раскрыли полиции не все карты. Учитывая, чем они занимались, им приходилось подбирать слова.

– А Джина?

– Что Джина?

– Она тоже знала о Пересе?

Эскортница беспокойно переменила позу и закинула одну изящную ногу на другую:

– Кажется, я ей сказала. Она просто была благодарна за работу. Послушайте, я могу идти? Я ничего не знаю. Меня там даже не было!

– В этом-то и дело, мисс Уайт, – повысил голос Дарбишир. – Вас там не было.

– Ч-что вы имеете в виду?

Почувствовав, что он на правильном пути, детектив продолжил наступление:

– О чем вы не договариваете? Если вы не будете откровенны, для вас это плохо кончится.

Она снова бросила испуганный взгляд в сторону Вулгара. Дарбишир обернулся, чтобы убедиться, что сержант не смотрит на девицу угрожающе, но тот выглядел таким же равнодушным, как всегда.

– Тот дом, – сурово сказал Дарбишир. – Почему они пошли именно на Крессуэлл-Плейс?

– Не знаю!

– Почему не в отель?

– Я же сказала, не знаю! Я думала, мистер Перес привел ее туда.

– Вы знаете, мисс Уайт. Мы поговорили со служанкой, которая убирает в доме сорок четыре. Она призналась, что комнатой пользуется агентство. Джина Фонтейн получила ключи, но Перес ждал вас. Это вы передали ей ключи. Вы бывали там раньше, и…

– Уже несколько месяцев ноги моей там не было! – перебила она. – Я в глаза не видела те ключи, клянусь!

– Позвольте изложить вам гипотезу, – предложил Дарбишир.

– Хорошо, но…

– Я думаю, вы с Джиной Фонтейн договорились, где она встретится с Дино Пересом. В тихом спокойном месте, без свидетелей, швейцаров и полотеров. Я думаю, вы позаботились о том, чтобы оказаться подальше оттуда, но сказали кому-то о месте встречи. Здесь замешаны опасные люди, мисс Уайт. Люди, которые знают, как изуродовать красивое лицо. Возможно, вам за это заплатили, а может, вы просто были до смерти напуганы, но вы сделали то, в чем вам стыдно признаться. И вы поскорее сбежали из Лондона, чтобы скрыться от…

– Клянусь! Я никогда…

– Но вам не сбежать, мисс Уайт. Не от этих людей. Вам не обойтись без нашей помощи. Вы должны рассказать нам все, иначе мы не сможем вас защитить.

Она задрожала и в отчаянии посмотрела на Вулгара. Почему? Дарбишир на мгновение задумался: может, у напарника из кармана торчит очередной сэндвич, который девушка приняла за пистолет. Выгнать его, что ли? Если она еще раз на него взглянет, он так и сделает. Дарбишир повернулся и окинул Вулгара гневным взглядом, а затем понизил голос, чтобы немного успокоить Берил. Возможно, он перестарался с угрозами.

– В наших силах защитить вас, Берил, но вы должны помочь нам. Поможете? Ради Джины? Я ведь не думаю, что вы хотели, чтобы все обернулось так.

Берил уставилась на него, широко раскрыв глаза и заметно побледнев.

– Хотела, чтобы обернулось так? Хотела? К чему вы клоните? Конечно, я не хотела. Я просто… Джина сама просила пойти к нему. Я не знала, где они встретятся, клянусь. Вы думаете, мне грозит опасность? Я же просто уехала, потому что мне было плохо, как я и сказала. Голова. – Она демонстративно прижала ладони к вискам. – Какие опасные личности? Я никого такого не знаю. То есть я знаю некоторых, но способных на такое – нет. Разве может такое быть? Я не понимаю. Я…

– Тихо, тихо. Успокойтесь. Я уже сказал, что мы можем вас защитить.

Она сердито взглянула на него.

– Не можете. – Она выплюнула эти слова изумленному полицейскому в лицо.

– Что вы этим хотите сказать?

Внезапно манера девушки переменилась. Если раньше она паниковала, но теперь откинулась на спинку стула и презрительно скривила губы:

– С каких пор такие, как вы, защищают таких, как я?

Впервые Дарбишир почувствовал, что видит настоящую Берил Уайт. И убедился, что, несмотря на все его старания, она придерживается весьма невысокого мнения о столичной полиции вообще и о нем в частности.

Еще полчаса он допрашивал ее со всей строгостью, выпытывая, кто мог организовать встречу с Пересом, что ей известно и кто принудил ее к молчанию. Но глупая девчонка была до смерти напугана, и за тридцать минут он не добился от нее абсолютно ничего нового.