Когда сэр Хью сообщил, что министр иностранных дел и новый директор МИ-5 просят срочной аудиенции, королева была готова.

– Это не связано с, э-э, событиями на Крессуэлл-Плейс, мэм, – заверил ее личный секретарь. – Совсем другой повод.

– Неужели? Как интересно.

– Должен предупредить, то, что они скажут, довольно тревожно.

– Значит, вы уже говорили с директором, Хью?

– Да, мэм. И министр иностранных дел, и премьер-министр тоже проинформированы. Нам нужно было принять определенные меры в личном секретариате. Но могу вас заверить, мы все держим под контролем.

Они встретились пятого октября, за неделю до запланированного отлета королевы и принца Филипа в Канаду. В комнатах дворцовой прислуги копились сумки и коробки. Через Атлантику летали туда-сюда последние телефонные разговоры. Атмосфера была довольно напряженной. Но сама королева сохраняла спокойствие. Она проходила через это и раньше. И ей больше не нужно было нести бремя заговора дураков в одиночку.

Она приняла посетителей в голубой гостиной между встречей с главой вооруженных сил и делегацией Женского института.

На этот раз она была в комнате не единственным безусым человеком. И у министра иностранных дел, и у директора МИ-5 лицо было чисто выбрито. Королева подумала, что времена меняются, пока предлагала им устроиться поудобнее. Она ловко помешала Сьюзен, своей любимой корги, укусить министра за лодыжку. Когда собаки и люди расселись, она спросила, с чем они к ней пришли.

Первым заговорил директор:

– Есть хорошие и плохие новости, мэм. Хорошая новость в том, что мы полностью контролируем ситуацию. Наш руководитель отдела “Д”, майор Росс, провел блестящую работу.

– Замечательно!

– Он собирал информацию из разных источников. Прозвучит тревожно и, должен заметить, шокирующе, но, боюсь, я должен сообщить вам… и это плохая новость… что против вас на самом высоком уровне готовился заговор. Какой именно, мы пока не знаем, но нет сомнений, что некие лица желают вам зла.

– Можете сказать, кто они? – спросила королева, стараясь выглядеть подобающе встревоженной, а не довольной тем, что кто-то наконец-то взялся за дело.

– Главарь – герцог Мейдстоунский, мэм. При поддержке Тони Раднор-Милна. – Директор выглядел очень серьезным. – Его брат работал в личном секретариате двойным агентом.

– И как майор Росс это обнаружил? – спросила она.

Министр иностранных дел улыбнулся и бросил взгляд в сторону сэра Хью.

– У вас есть ангел-хранитель, мэм. Он не хочет никаких похвал, предпочитает оставаться в тени, заботясь о ваших интересах.

– Вы понятия не имеете, кто это?

Еще один взгляд в сторону сэра Хью, который хранил на лице бесстрастное выражение.

– Нет, мэм. Но боюсь, есть и другие новости. – Министр иностранных дел говорил не менее серьезным тоном. – В заговоре замешан ваш дядя, герцог Виндзорский. Понимаю, это должно быть для вас особенным шоком.

“Не таким уж и шоком”, – подумала королева. Она некоторое время молчала.

– Я думала об этом, – сказала она наконец. – Вернее, мне пришло в голову, что у Мейдстоуна и Раднор-Милна есть торговые интересы в странах Содружества. Герцог руководит “Имперским обществом” – вы о нем знаете?

Все кивнули, хотя она подозревала, что только сэр Хью слышал о группе.

– Архаичное прославление нашего колониального прошлого, – продолжила она. – Полагаю, если мы укрепим дружбу с Америкой и Европой, как того хочет премьер-министр, они почувствуют себя уязвленными.

– Уязвленными? – переспросил министр иностранных дел.

– Старые торговые связи меняются. Не уверена, что им это выгодно.

Министр оживился:

– Понимаю, что вы имеете в виду, мэм.

– Это довольно закрытый маленький клуб, – добавила королева. – Не тайный, но закрытый. В него входит маркиз Саффолк, а также глава банка Ост-Индии. Думаю, всего около дюжины членов. Мой дядя разделяет их взгляды в большей степени, чем я.

Директор МИ-5 ободряюще улыбнулся:

– Сомневаюсь, что нам стоит о них переживать, мэм. Но мы наблюдаем за Раднор-Милном, Мейдстоуном и вашим дядей. Как только у нас будут твердые доказательства, мы вмешаемся. Вы, наверное, задаетесь вопросом, почему мы еще этого не сделали?

– Не особенно.

– Это может показаться неразумным, – продолжал он, – но если мы нападем сейчас, то только загоним их в подполье, и ситуация станет более опасной. Лучше позволить им думать, что они в безопасности.

– Понимаю.

– Знаю, вы, должно быть, встревожены мыслью о том, что кто-то в вашем секретариате действует против вас, но будьте уверены, ни одно движение не ускользнет от внимания сэра Хью. Если агент попытается что-то предпринять…

– Я прослежу, чтобы у него не вышло, – перебил сэр Хью.

Королева оставила попытки подчеркнуть, что она вполне понимает ситуацию.

– Рада, что вы так тщательно все обдумали, – сказала она. – Полагаю, вы понятия не имеете, что они замышляют?

– Пока нет, мэм. Но после вчерашних событий ваша поездка в Америку важнее, чем когда-либо.

– Вчерашних событий?

– Русские запустили свой спутник.

– Ах да, я слышала. Мой супруг переполошился. Они успешно запустили в космос передатчик. Он искал его в свой телескоп.

Министр иностранных дел подался вперед:

– Это все хорошо, мэм. Проблема другая – американцы поняли, что спутник намного больше, чем они думали. Выглядит более впечатляюще во всех отношениях. А их собственный запуск планируется только через несколько недель, и их аппарат меньше. Нельзя позволить русским вырваться вперед, мэм. Мы должны действовать сообща. Иногда американцы забывают, каким опытом мы можем поделиться… сколько мы им уже дали…

– Вы думаете, им нужно напомнить, министр, – сказала королева, приподняв бровь.

– Если вы согласны, мэм. Конечно, лорд Сеймур тоже постарается внести свой вклад…

– Стивен Сеймур? – переспросила она. – Я удивлена. Он все еще в составе делегации? Его ведь не исключили из списка подозреваемых в убийстве?

– Нет, мэм. Он сам предложил остаться, но он будет очень полезен в Вашингтоне и Нью-Йорке. Он усердно знакомился с нашими ведущими учеными в области космических технологий и так далее.

– А, понимаю.

Министр иностранных дел бросил многозначительной взгляд на генерального директора МИ-5.

– И нам нужны все козыри в отношениях с американцами после катастрофы с Берджессом и Маклейном. Они считают, что мы просто сливаем все их секреты русским.

Директор сжал губы в тонкую твердую линию:

– Это дела минувших дней, мэм. Мы устанавливаем новые линии коммуникации…

– Точно? – спросил министр иностранных дел, а директор бросил на него в ответ злобный взгляд. – А как насчет?..

– Уильям Пиндер чист как стеклышко. Мы сворачиваем эту операцию, – сказал директор сквозь зубы. – Пиндер вернется к работе после небольшого отдыха. Дело уходит в архив. – Он бросил на королеву короткий многозначительный взгляд.

Ей было жаль Уильяма Пиндера. За беднягой месяцами пристально наблюдали, а теперь от него ждут, что он будет продолжать жить обычной жизнью. Ему пришлось нелегко. Неудивительно, что ему нужен “отдых”.

– Надеюсь, дело закопают, и глубоко, – сказал министр иностранных дел. – Последнее, что нужно янки, – это новые доказательства того, что у нас тут рассадник шпионов-коммунистов.

Королева снова подумала об инспекторе Дарбишире. Получит ли он когда-нибудь доступ к этим двум-трем решающим страницам? Ей надо найти другой способ дать ему знать о произошедшем на Крессуэлл-Плейс. Но ему придется подождать. Сейчас, со всеми герцогами-предателями и советскими спутниками, у них и так хватало забот.