1 Фрагмент неопубликованной лекции (VNA); цит. по. ВНАГ, с. 121.

2 См. Williams C. Web of Sense: Pale Fire in the Nabokov Canon. P. 35; Stegner P. Escape into Aesthetics: The Art of Vladimir Nabokov. P. 125; Lubin P. Kickshaws and Motley. P. 196; Meyer P. Find What the Sailor Has Hidden: Vladimir Nabokov's Pale Fire. P. 113; Grabes H. Nabokov and Shakespeare: The English Works. P. 509; Ackerley C. Pale Fire: Three Notes toward a Thetic Solution. P. 99.

3 Ср. вступительные строки набоковской автобиографии: «Колыбель качается над бездной. Заглушая шепот вдохновенных суеверий, здравый смысл говорит нам, что жизнь – только щель слабого света между двумя идеально черными вечностями. Разницы в их черноте нет никакой, но в бездну преджизненную нам свойственно вглядываться с меньшим смятением, чем в ту, в которую летим со скоростью четырех тысяч пятисот ударов сердца в час» (ССРП 5, с. 145). Восходящий к Лукрецию образ мы находим уже в «Даре» (удаление «от изначального небытия, – становящееся приближением к нему, когда я напрягаю память до последней крайности, чтобы вкусить этой тьмы и воспользоваться ее уроками ко вступлению во тьму будущую; но, ставя жизнь свою вверх ногами, так что рождение мое делается смертью, я не вижу на краю этого обратного умирания ничего такого, что соответствовало бы беспредельному ужасу, который, говорят, испытывает даже столетний старик перед положительной кончиной», ССРП 4, с. 198) и в «Под знаком незаконнорожденных» («можем ли мы довести себя до состояния постыдного страха, пытаясь вообразить бесконечные годы <…> прошлое, уходящее в минусовую сторону ото дня нашего появленья на свет? Не можем», ССАП 1, с. 358).

4 Роберт Олтер был, пожалуй, первым, кто увидел связь между лемнискатой и Ирис Ахт (cм. Alter R. Partial Magic: The Novel as a Self-Conscious Genre. P. 190).

5 См. с. 95–100 и 262–263 наст. изд.