1 Ряд затруднений издательского характера задержал публикацию работы до 1964 года.

2 SL, p. 201.

3 SL, p. 132.

4 SO, p. 13.

5 Письмо Сильвии Беркман от 10 октября 1956 г. (VNA).

6 Письмо Роману Гринбергу от 19 января 1957 г. (VNA), цит. по ВНАГ, с. 363.

7 Равно как и в связи с многими другими творческими начинаниями. Как часто отмечалось, тема воображаемой северной страны, более или менее похожей на Россию, нашла выражение в Зоорландии («Подвиг», 1932), а также в стране Ultima Thule из «Solus Rex», который мог бы стать последним русским романом Набокова (1940–1942). О других элементах ранней версии «Бледного огня», включавшей в себя северную страну, но следовавшей структурной модели «поэма-плюс-комментарий» и не содержавшей гомосексуального беглеца-короля, см. SL, 212–213, а также с. 132–134 ниже.

8 Такими словами в «Conclusive Evidence» (1951) Набоков характеризует наиболее интересного ему писателя русской эмиграции – Сирина.

9 Проницательный анализ «Бледного огня» в контексте этой мысли см. в книге Эллен Пайфер «Nabokov and the Novel» (1980), p. 110–118.

10 Nuttal A. A New Mimesis: Shakespeare and the Representation of Reality (1983). P. 143.