Люцифер

Пик Времен

Дьявол вернулся на Пик Времен разъяренным, вновь вынул из сейфа пустоты двенадцать клинков Рока и прокрутил в голове противные, почти унизительные для него воспоминания.

– Хочу знать, как уничтожить Тьму и Свет. Обоих!

Мортеххар азартно расхохоталась:

– В обмен на второй ответ отдай мне душу, которая останется на страницах моих книг.

Люцифер резко устремил свой взгляд на Асмодея.

– Вот же сука!

– Асмодей, я вернусь за тобой.

Архидемон кивнул и склонился перед командиром.

– Как прикажете, Повелитель.

Боясь передумать, дьявол потребовал:

– Отвечай.

Тут же Асмодея скрутили черные нити, засасывая его душу в книгу. Он сопротивлялся, пытался бороться, но воспаривший в воздухе талмуд распахнулся, прошуршав страницами, из которых доносились крики и вырывались сгустки скованных душ, обезумевших и потерявших связь с реальностью.

– Уничтожь диадему, собери все двадцать шесть артефактов в единое оружие и проткни оба божества одним движением.

– Даже если я соберу это оружие, они никогда не явятся вместе.

Мортеххар пожала плечами и нехотя поддержала разговор:

– Подсказка даром. Тот, кто создаст оружие, сможет призвать Божеств, те не смогут уйти, пока не отпустишь.

– Мою диадему нельзя уничтожить.

– Твою? – Она громко ахнула, оскорбившись, а Люцифер воссиял.

Поняв, что он перехитрил ее, девушка недовольно закатила глаза и оделась в более строгий наряд, скрыв прелести под черной мантией, теперь она напоминала самую настоящую Матерь Тьмы. Ее волосы мерцали черными переливами и драгоценными камнями.

– Ладно, отвечу на еще один твой вопрос даром.

– Расскажи мне все про Диадему, и как ее уничтожить.

Мортеххар скрестила руки на груди.

– Поцелуй меня долго и страстно. Отвечу.

– О, милочка. Ты сама ошиблась, задав вопрос.

– Тогда отвечу лишь на первую часть…

– Ладно, – покачал он головой и поманил ее к себе. – Иди сюда.

– Страстно! – Она топнула ногой, и дьявол прикрыл веки, а в следующее мгновение пересек разделяющее их расстояние и поцеловал, поддерживая рукой ее затылок.

(Cцена дается в сокращении. В соответствии с требованиями сайта)

Их языки переплелись, Мортеххар жадно встречала его ласки, тонула в губительном поцелуе и вновь прижималась к его телу, желая ощутить теплую плоть в ней, как пару минут назад… Их соитие вышло жестким, грубым, порывистым. Оба демона брали ее, по очереди вдалбливаясь в ее тело, заставляя делать такие развратные вещи, о которых книга лишь читала на своих страницах, выпотрошив из заточенных душ все тайны, и теперь хотела повторить. Чтобы Люцифер вновь развернул ее, приложил лицом о холодную поверхность трона и резким толчком ворвался в нее. <…> Ни один из них ее не целовал. Они просто взяли ее, как вещь, как данность, без эмоций – заставили взрываться от оргазмов, стонать под ними, пока они менялись между собой и придумывали новые позы. Впервые в нее входили одновременно двое. <…> Втроем они предавались развратному сексу. Двое мужчин двигались одновременно внутри ее тела, а она принимала их…

Люцифер отстранился от Мортеххар.

– Ну… молви, книженция, – указал ей на ее место дьявол, задев гордость своим пренебрежительным оборотом.

Книженция?!

– Помни, что ради ответов ты трахал эту книженцию.

– А ты отдалась двум ради одного вопроса, – парировал он, скрестив руки за спиной и приподнял подбородок в насмешке.

– Ублюдок!

– Благодарю, милая, давай без фактов. Я выполнил твое условие.

Мортеххар могла бы ему не ответить, но расставаться с этим гостем так быстро ей не хотелось. Велиал всегда умудрялся обводить ее вокруг пальцев, да и не могла она попросить его делать с ней тоже, что делали эти гости. Все же часть души Эль-Морты не позволяла ей прикасаться к ее сыну.

– Изначально у Эль-Элиона над головой крутилась золотая тиара, как нимб – она сияла над ним, а у Эль-Морты лишь черный сгусток тьмы, некрасивым пятном парил над ее головой хмурой тучкой. Тогда Тьма украла у брата золотую корону и попыталась водрузить себе на голову, но вместо золотого украшения краденая вещь превратилась в проклятый артефакт, заключив в себе силу тьмы, вытеснив свет. Эль-Морта рассвирепела от неудачи и, чтобы позлить брата, водрузила тиару своему первенцу, а потом, когда он стал ее недостоин, передала ее тебе, Люцифер. Ты мало ей владел, зато успел совершить много мрачных поступков на поводу у Эль-Морты. Однажды тебе надоело ей подчиняться, и ты позволил украсть диадему, ведь попытки уничтожить темный артефакт ни к чему не привели, и ты решил избавиться от нее не своими руками, думал, что ангелы найдут способ.

– У них не вышло.

Люцифер молча ждал продолжения с таким «говорящем о нетерпении» видом, что Мортеххар продолжила. Она думала помучить его, но взгляд Повелителя, натренированный за годы правления, не дал ей ни единого шанса.

– Чтобы уничтожить тиару, тебе понадобится отыскать две души: «грешный святой-восставший и святой грешный-падший». Найди их. Вдвоем они способны разорвать цикличность Бытия, вернуть все на круги своя, разорвать закольцевавшуюся судьбу.

– Ты просто выдумала эту ахинею. Не может быть святого грешника или грешного святого – это несопоставимые вещи.

– Тебе видней, – Мортеххар пожала плечами, выказывая незаинтересованность в полемике.

Люцифер обдумывал все полученные сведения. Как заполучить тринадцать артефактов архангелов? Как вернуть диадему? Он должен сделать так, чтобы архангелы отдали их ему по собственной воле.

Велиал… У него тринадцатый клинок Рока. С ним дьявол решил разобраться позже. Мысли кипели, а на вопросы «как» не было ответов.

Он спрятал Артефакты в своем сейфе пустоты и встал на краю террасы, осматривая владения.

– Гроар!

Привратник явился на зов.

– Что случилось в мое отсутствие?

– Ваша жена уничтожила лавку с запрещенными товарами.

Люцифер заинтересовался. Впервые его жена занялась чем-то полезным помимо постоянных вечеринок, блядства и траты драков на довольно мерзкие увлечения.

– Она просила передать вам дары.

Гроар отошел и вернулся с огромным мокрым снизу мешком, с которого стекали капли крови и металлический запах вместе с трупным разнесся по Пику Времен. Гигант-нифилим вывалил к ногам Повелителя убитых существ карликовых и обычных размеров. Окровавленные и изуродованные, освежеванные и не только. Среди туш Люцифер различил бычью морду и золотые копытца, даже поддел пальцем останки, рассматривая удивительные крошечные конечности. На подушечке его пальца остался золотой след, и Люцифер нахмурился.

– Касси убила этих существ? – Средь тел он увидел золотой колокольчик и взял в руку, тот издал звонкое «дзынь».

– Вместе с Лилит.

Сказать, что Повелитель удивился – ничего не сказать. Он остолбенел, осматривая «подарочки», и не сразу понял, а чем им не угодили эти существа, потом вспомнил, что их нельзя держать в Нижнем мире, как, впрочем, и похищать из других миров. Народ, коим он правил, не отличался наличием мозгов и моральных принципов, некоторые нарывались, искали свежую плоть, иным требовались ингредиенты для зелий или магических артефактов – в общем, Нижний мир создавал проблемы. Люцифер вмешивался лишь при крайней необходимости. Чаще поимкой занимались Архангелы и следили за спокойствием, но они не могли поймать всех тварей, поэтому контрабандой промышляли на протяжении вечности.

– Где сейчас моя жена?

– Вернулась с базара и больше не покидала свои покои.

– Никто не приходил?

– Нет.

– Ладно, ступай и забери это.

– Что мне сделать с тушами?

– Отдай гончим, – распорядился дьявол.

Гроар поплелся на выход и остановился, окликнутый Люцифером:

– А где Лилит?

– Вместе с королевой.

Дьявол постоял с минуту в одиночестве, и мысли его возвращались к тупой книге, от которой у него даже на загривке поднимался табун мурашек. Странная магия. Древняя. Даже секс с ней, как и поцелуи, казался настоящим, хоть он был уверен, что все происходило в его голове. Игры Разума. Древний талмуд обладал такими возможностями, о которых страшно подумать. Откуда у Велиала эта книга, есть ли у нее автор и название? Почему он не додумался спросить ее.

Асмодей… Пришлось пожертвовать им. На время.

«Я вернусь за тобой».

Мелисса

Мелисса очнулась в третий раз от звонкой пощечины, и первое, что увидела, – было лицо Лилит. Мерзкая шкура, которая убила ее дитя. Ее… Талли… Мелисса едва не всхлипнула от горя, но ей предстояло выбраться отсюда. Непременно выбраться, чтобы уничтожить обидчиков.

Она висела, распятая, посередине спальни. Адские Жгуты связывали ей запястья и голени, тянулись к свежим креплениям, которые вбили в стены красно-золотой комнаты с лепниной на потолке и вычурной, пестрой отделкой. Обездвиженная пленница висела полуголой перед своими истязателями.

Когда ее притащили сюда и как, Мелисса не помнила. Очнулась уже привязанной, в тот момент с нее срывали одежду. Они бы могли раздеть ее раньше, но нет. В этом не было бы забавы. Две жестокие обозленные ревностью женщины решили поиздеваться над той, что запала в душу самому Повелителю. Лилит не могла этого стерпеть. Она первая познала с ним плотскую любовь, открылась ему, полюбила, одержимо следовала за Люцифером, а он не взял ее в жены, потому что она – урожденный человек, и даже ее демоническое перевоплощение не сыграло роли: «Никогда человеческое отродье не станет моей женой!»

Грубое напоминание о прошлом, но она смирилась. Стала фавориткой подле него и Касикандриэры, заняла место в совете. Королева Ада спокойно воспринимала любовниц мужа и делила его без ревности, поэтому Лилит не видела в ней соперницу. Ей всегда казалось, что именно она – настоящая и главная женщина в его жизни. Стоило лишь попросить, и Люцифер позволял ей, дарил подарки и навещал чаще жены. Все шло отлично, пока он не оттолкнул их. Обеих. Назвал чужим именем, изгнал как шлюх. И всему виной белобрысая дрянь – Мелисса!

Демоницы лоскутами срезали с нее одежду, не забывая оставлять раны, рвали в разные стороны, растаскивали, как адские псы, дорвавшиеся до свежатины. Часть платья они так и оставили на ней, чтобы унизить, показать какой грязной она выглядит, но Мелисса никогда не думала так о себе и внезапно вспомнила слова смертной: «Господи, на тебе и мешок из-под картошки будет смотреться шедевром дизайнерской мысли». Горло к тому моменту успело восстановиться, и пленница живо и ярко рассмеялась, заставив вздрогнуть от этого смеха своих недоумевающих истязательниц. Лисса слишком хорошо знала, насколько красива, насколько прекрасна, и сейчас смотрела на двух женщин свысока, даже будучи жертвой похищения.

Лилит жестко схватила ее за подбородок.

– Смейся, белобрысая шалава! Я с тобой только начала, растягиваю удовольствие. – Та опустила взгляд на пирсинг, торчащий из ее соска, и вырвала колечко, сделав дыру, затем подняла нож и облизала лезвие. От ее дыхания сталь запотела, и на кончике кортика показалась маленькая черная капля.

– Ты больная! – плюнула ей в лицо Мелисса. Лилит стерла плевок, схватила демоницу за сосок и медленно принялась отрезать по контуру ореолы. Тупое лезвие плохо прорезало кожу, отчего Лилит постоянно делала новые засечки. Мелисса терпела, сжав зубы, а мысленно вопила от боли.

– Смотри! – зашлась писклявым фальцетным хохотом Лилит и показала отрезанный сосок. Схватила пленницу за волосы на макушке, притягивая ближе, и стала пачкать ей лицо отрезанной плотью, а потом положила кусок в рот и прожевала.

Мелиссу чуть не стошнило. Со вторым ореолом Лилит проделала такой же ритуал. Только в этот раз она передала кусочек своей подельнице Касси, с нежной улыбкой вложила ей в рот сосок, и та медленно его прожевала, чуть причмокивая.

– Так будет с каждым куском твоего тела. Я сожру тебя живьем. Вырву глаза и съем, полностью отрежу груди, лишу половых органов, распотрошу внутренности…

Пленница все же скривилась, и Лилит возликовала.

– Отрежь ей волосы! – зашипела Касикандриэра, ревностно осматривая белоснежные пряди. Столь здоровые и красивые могучие локоны даже в этот момент свисали за спиной пленницы восхитительным блестящим водопадом, сияли так ярко, что слепили глаза.

Королева Нижнего мира выглядела непримечательно: на голове спиралевидные рога, бурые перепончатые крылья, пунцовые волосы. Обычная. Не уродка и не красотка, но она и рядом не стояла с Мелиссой.

– Развернем ее для удобства?

– Сначала нужно попортить! – Лилит жаждала больше крови. Волосы ее не привлекали. – Опорочить. Говорят, ты трахалась со всем Нижним миром… Тебе предстоит принять в себя сегодня несколько дюжин членов, смотри не умри прямо тут.

– А волосы?

– Отрежь сколько хочешь сейчас, остальное потом. Так будет тебе угодно, Повелительница?

Касси превосходительно кивнула, схватила прядь у виска и потянула, выдирая клок, а за ним еще и еще. Мелисса уворачивалась, толкалась плечом, один раз ей удалось ударить Касси по лицу и разбить нос головой. Та взвыла и влепила кулаком в глаз пленницы, а затем принялась молотить по ее телу, избивая до посинения.

В тот момент Мелисса подумала, что теперь у нее не только глаза фиолетовые, но и область под ними, как и все тело. После очередного удара в лицо на какое-то мгновение пленница вырубилась, а когда очнулась – увидела, как в комнату входят демоны. Десяток обнаженных уродливых мужчин. Их похотливые взгляды прошлись по ее телу, и те моментально возбудились. Даже без сосков, грязная и побитая Мелисса оставалась желанной, а мерзкие гости непривередливыми… Темнокожий рогатый демон стал приближаться к ней.

– Делайте все, что пожелаете. Так, чтобы эта тварь не могла не только ходить, но и соединять ноги вместе, – Лилит разложила перед ними на коричневый столик целый набор инструментов, которые притащила из пыточных. – Я хочу слышать, как эта шлендра орет, понятно?!

Насильники закивали и оскалились. Мелисса впервые почувствовала страх. Она не желала, чтобы до нее дотрагивались эти уроды. Вечность избегала случайных связей, а тут… вляпалась, да и как!

Люцифер. Черт бы тебя побрал вместе с твоими любовницами и женами. Зря… Как же глупо. Лучше бы они избегали встречи до самого конца. Видимо, кара спустилась на ее голову и застала врасплох.

Касси стала нервно шушукаться с Лилит, и произошло изменение планов.

– А ну, стой! Сначала коктейль.

Демонессы вышли из спальни и вернулись с пузырящимся литровым винным бокалом. Таких огромных сосудов Мелисса никогда не видела. Содержание напитка вызывало отвращение и рвотные позывы. Коктейль пенился и шипел, взрывался пурпурно-фиолетовыми пузырьками, от странной жидкости вился зеленый дымок, а на поверхности что-то плавало.

«Только не черви и не глазницы», – взмолилась про себя Мелисса.

Лилит повизгивала, и от ее излишне довольного вида пленницу замутило еще сильнее.

«Кто знает, чего ждать от этих тупых ненормальных куриц?»

– Хочешь, расскажу, что мы сделали с твоим дружком?

Мелисса в ужасе смотрела на приближающихся к ней тварей и страшилась того, что еще могли натворить эти две гадины.

– Ты сейчас выпьешь все до дна! – приказала Касси, улыбаясь превосходительно и слишком довольно. Лисса покачала головой и плотно сомкнула губы.

– Мы нашли лавку, уничтожили всю живность, выпотрошили и добавили в коктейль, тут и кровь панголина, и цЕлая фЕ-ея, – Лилит подняла коготь в вверх для большего эффекта, – жаль, подохла во время варки. А хочешь, расскажу самый главный ингредиент? – Она сдвинула белоснежные волосы с уха Лиссы, облизала ее ракушку и прошептала. – Мы собрали останки того существа… с переулка, где тебя поймали.

Мелисса вздрогнула и попыталась ударить темноволосую тварь.

– Ты так разозлилась, когда мы убили единорожку, – Касси оскалилась.

– Теперь она будет внутри тебя, всегда рядом… как ты и хотела!

В этот момент глазницы пленницы заволоклись тьмой, а изо рта раздался вопль, который сотряс гору. Дикий рев спровоцировал вибрации снаружи и обвалы камней. Привязанная Мелисса рычала и скалилась. Ее челюсти крепко обхватили и растянули, удерживая рот открытым, и впихнули трубку, через которую полили варево.

– Держите эту суку! Сильнее! Она должна выпить все до дна, – скомандовала Касикандриэра и сама начала опаивать пленницу.

Мелисса чувствовала, как по горлу спускается вязкая, острая, какая-то едкая смесь блевотного вкуса и ужасного запаха. После нескольких глотков перед глазами пленницы странно поплыло, лица задвоились. Ей хотелось блевать. Желудок отторгал то, что в него поступало, но никто не обращал внимание. Касси упорно доводила дело до конца, пока сосуд не опустел и последняя капля не попала внутрь впихнутой в горло Мелиссы трубки.

– Все кончено!

Испарина проступила на лбу пленницы. Зрение то затуманивалось, то рассеивалось и приходило в норму, в следующее мгновение перед ней появлялись искореженные монстры…

…Лилит превратилась в паучиху с громадной уродливой головой, она спускалась по паутине и издавала противные скрежещущие звуки…

…у Касси выросли еще две головы, руки преобразились в уродливые клешни, а на верхней части тела выпучилась третья грудь с сотней сосков, за спиной – горб с тысячей глаз…

…Стены поехали зигзагами, комната закружилась, и все вокруг воспарили в невесомости. Голые демоны сталкивались между собой в воздухе и отскакивали, крутились волчком или по кругу, порой хаотично…

…Паучиха сожрала одного голого чертика, заглотила и начала создавать паутину с повторяющимся узором, скручивающимся в черно-белую гипнотическую спираль… она хватала крошечных голых мужчин и прицепляла в свою паутину, а Касси отрывала им сначала голову, затем руки, ноги, член и проглатывала, выдирала позвоночники и хрустела тремя ртами, проламывая косточки… и так раз за разом…

…алое становилось желтым… вращение то ускорялось, то замедлялось… монстры вгрызались в друг друга, сдирали плоть и спаривались…

Тело задрожало в конвульсиях, судороги побежали изнутри, и пленница забилась как одержимая.

– Приступай! – послышался звук, похожий на подзатыльник. Черная тень двинулась в сторону жертвы. От боли Мелисса ничего не соображала – изнутри ее пронзали иголки, кожу жгло так, что хотелось содрать с себя все, соскоблить. С душой происходило что-то ужасное, непоправимое. Даже способность к восстановлению сейчас едва ли могла ей помочь. Черная магия вгрызалась в Лиссу и мучила, доводила до безумства…

На какие-то доли секунд пленница пришла в себя и увидела, что лишь один толчок отделяет ее от изнасилования, чужая ручища уже мнет ее раненую грудь, и Мелисса ревет вновь. Демоническая сила пробуждалась внутри, собиралась из клубка боли, ненависти, предательства, гнили, безумства и если бы только она могла освободиться, то сожрала бы их, и сама насадила на вилы, когтями бы прорвала себе путь к их душам, стерла в крошку и глумилась бы за Талли, за Мицаха, за невинных существ, жизни которых так глупо оборвались сегодня.

Удар ужасной силы снес дверь с петель, и все в комнате обернулись. Сейчас они выглядели как сурикаты, устремившие головы в одну сторону. Носок черного массивного ботинка показался за порогом.

Мелисса собралась с духом и закричала от радости, ликуя, хотя это больше напоминало хрип подстреленной антилопы перед последним мгновением жизни:

– Вели… – только ее голос оборвался, стоило мужчине войти внутрь, – …цифер!

Она задержала выдох в легких и прошептала с облегчением:

– Люцифер.

Мужчина услышал. Он услышал каждый ее нервный вздох, увидел взмах ресниц, скатывающуюся алую слезу и мстительную улыбку.

Глаза обманывали девушку и показывали следующие случившиеся события в замедленном темпе, словно мир стал жить на черепашьей скорости, на самом же деле расправа случилась за один львиный прыжок…

– Лиссенок?

Ошарашенный обстановкой, мужчина позволил себе сказать лишь одно слово и тут же ударом ноги повалил на пол ближайшего из десятерых столпившихся в комнате насильников и всмятку размозжил его голову, мозги остались на полу. Следующего он располовинил, разорвав грудную клетку, и безжалостным молниеносным ударом вновь размазал голову, как и первому. Сжал башку третьего рукой в кулак, раскроил череп в ладони. Началась паника. Столпившиеся заголосили, бросились в рассыпную, но застыли на месте, скованные магией Повелителя. Один за другим дьявол избавлялся от каждого, кто посмел просто взглянуть на его принцессу. Зову Повелителя подчинялись даже стены, потолки, ковры и камни. Они хватали и засасывали мужчин. Комната закружилась. Верх и низ сменили положение, теперь не в бреду, а наяву перед глазами Мелиссы летали голые демоны, явившиеся на «пирушку по случаю ее изнасилования».

Касикандриэра и Лилит попытались сбежать, но картины, висевшие на стенах, поймали их и затащили внутрь рамы. Демоницы забились, пытаясь выбраться, но не могли покинуть изображение и лицезрели из-за стекла, в какую кашу превращаются их прихвостни и подельники под тихий хохот сошедшей с ума Мелиссы.

В спальню влетел Гроар и огромной дубиной убил сразу двоих, не оставив после несчастных даже лужи, лишь жженый алый пепел. Последнему выродку Люцифер одним движением выдрал из спины позвоночник.

Очистив помещение, он подскочил к Лиссе. Обрубил все Адские Жгуты, и девушка рухнула в его объятия. Ее била дрожь от припадка, веки нервно дрожали, белки глаз закатывались и появлялись, закатывались и появлялись, зубы стучали и хриплый хохот вырывался изо рта.