В покои вошла Йоханна и принесла много разных блюд. Некоторые я видела впервые. Она молча расставляла их на столе, а я заметила маленький свиток, скрученный чёрной лентой и проставленной меткой Файердора, возле большого круглого чёрного как уголь хлеба, но не сгоревшего, а свежего и вкусно-пахнущего. Я взяла в руки и развернула записку, прочитала строки:«Прошу простить меня за утреннее недоразумение, надеюсь, Ваш гнев улёгся, и Вы осознали то, что были неправы! Я взял на себя смелость и испёк ради Вас лучший хлеб Файердора, изготовленный по уникальной рецептуре. Он имеет неповторимый сказочный вкус и аромат. Надеюсь, Вы оцените мои старания и более не будете думать, что в моём королевстве живут одни дикари, не умеющие печь. Уверен, что, попробовав раз, Ваше сердце будет навеки украдено, лирая Анриэль. Ваш НЕ друг, лиар Дар Драггон Шаардан Эрегон Файер».

Я засмеялась над очевидной издёвкой уголёчка, но и была приятно удивлена, даже несколько сбита с толку заботой и вниманием к деталям. Коснулась кулича пальчиком.

— Горячий. Словно только что из печи достали, — удивилась я.

— Лиар Дар Драггон пёк этот хлеб со вчерашней ночи.

— Правда?

— Слышала, он приказал послать за пекарями из самого Файердора и требовал испечь лучший хлеб, какой он любит есть с самого детства.

— Неужели? — я смотрела на ароматный куличик. — Попробуем? — предложила Ханне.

— Что вы, лирая? Как я могу?

— Не смей отказываться, смотри еды сколько, а мне одной скучно. Пожалуйста, — я пыталась уговорить несговорчивую девушку. — Столько добра я не съем!

— Если вы приказываете.

— Ещё как приказываю! — засмеялась я, и Йоханна улыбнулась.

Мы сели за стол напротив друг друга. Я сделала два разреза и протянула Ханне один из кусочков, предложила смазать маслом или положить сверху рыбку, а сама принюхалась. Обожаю, запах свежего хлеба, а этот пах по-особенному: огнём и дымом, лесными ягодами и маком. В разрезе были видны кедровые орешки, ягодки и изюм. Я не торопилась и растягивала удовольствие, а Ханна уже откусила и по-девичьи улыбнулась, принялась расхваливать лиара.

— Это ты вчера доложила Вайе о Дар Драггоне? — решила поговорить с девушкой на чистоту. Та испуганно посмотрела на меня, и ответ был написан на её лице.

— Простите, лирая…, — запричитала она.

— Ничего, я догадалась, что Вайя просила тебя следить за мной.

Она хотела что-то ответить, но внезапно стала задыхаться, словно подавилась куском хлеба или чем-то ещё. Я вскочила с места и попыталась помочь Ханне: обхватила со спины, надавила на живот кулаком, пытаясь вытолкнуть застрявший ком, но девушке становилось хуже. Я закричала и запаниковала, пыталась помочь, но Ханна задыхалась и умирала у меня на руках.

В покои вбежали стражи, подхватили Йоханну и понесли в лекарское крыло. Я бросилась за ними, совсем позабыв, что в одной ночной рубашке. На пути возникла Вайя и велела следовать обратно – одеваться и приводить себя в порядок.

— Ты умом помешалась? Шастаешь голышмя по крепости. Тут повсюду мужчины.

— Но я же не могла знать, что Ханне станет плохо.

— Оденься! — жёсткий возглас. — А я присмотрю за девушкой. Лекарское крыло на первом этаже, найдёшь, не заблудишься.

Я спорить не стала. Вернулась в покои, бегло натянула платье, чуть зашнуровала на отвяжись и бросилась в лекарское крыло. Вайя стояла, опершись о свою трость, и хмуро слушала лекаря.

— Девушка отравлена.

— Что? — ахнула я. — Как она?

— Жива, но пока мы не узнаем разновидность яда — давать ложные предположения, я не решусь.

— Меня пытались убить, — прошептала я и не была уверена, что хоть кто-либо расслышал, но Вайя едва заметно кивнула и смотрела исподлобья, а лекарь разводил руками и охал.

— А теперь по порядку и в подробностях: что случилось?! — потребовала женщина.

Информации у меня было немного, но её хватило, чтобы Вайя понеслась в мои покои вынюхивать и выискивать.

— Где свиток?

— Вот, — я протянула ей записку, полученную от Дар Драггона.

— Гад! — она громогласно разрезала воздух словами, а у меня внутренности воспротивились обвинениям. — Решил избавиться от тебя.

— Но зачем ему так подставляться? Сам готовил хлеб, даже записку вложил и убил? Глупо, — возмутилась я, отказываясь верить. — Да и не мужской это способ убийства, скорее женский.

— И кто же, позволь узнать, решил тебя укокошить?

— Не знаю, — я повела плечами и покосилась на хлеб. — Но выгодно абсолютно всем. Вы поймали тех, кто покушался на принцессу?

Вайя удивлённо приподняла брови и отрицательно покачала головой.

— Принцесса последняя королевская кровь в Лиалондоре. Никому не хочется иметь на троне девушку, а уж соседним государствам придётся на руку пустующий трон, так что помимо Дар Драггона желающих умертвить принцессу наберётся сполна, на целую сокровищницу хватит.

— А это ещё что? — она заметила исчезновение досок и открытый балкон.

— Должна же я дышать?

Надо было видеть, как заволокло яростной дымкой её взгляд, и изумрудный видящий глаз налился пуще прежнего. Вайя вызывала уважение, но и страх.

— Сиди в комнате и не выходи. С этого дня всю еду будет проверять прислуга, а этот хлеб я забираю, — она подняла его в воздух магией, и кулич завис в воздухе.

— Могу я проведать Йоханну?

— Нет, — резкий непререкаемый тон. — Отнесу хлеб лекарю, может, он сможет выяснить, какой яд был добавлен.

Она оглядела стол с яствами.

— Ты ела что-то кроме хлеба?

— Не успела.

— Прикажу принести тебе другой еды и приставлю новую девушку.

Я не могла найти себе места, сновала по комнате и нервно покусывала губы. Безопасно ли находиться в крепости? Уверена, отраву подбросили на кухне. Не мог Дар Драггон так подло поступить, да и зачем ему порочить себя? Кто-то хотел его подставить. Печь хлеб всю ночь, а потом добавлять яд? Не вяжется это. Совсем не вяжется. Драконица была со мной согласна и защищала уголёчка. Я пыталась узнать у драконицы, кто мог желать зла принцессе, но она ничего путного не говорила и не помнила прошлое, лишь детские воспоминания рваными кусочками и события смутно знакомые.

Вайя пришла спустя пару минут с подносом еды, проверила её магией, потом приказала новой девушке попробовать по кусочку. Я виновато смотрела на молоденькую служанку и ощущала себя не в своей тарелке, хотелось извиняться и просить прощения. Но была ли я виновата? Лишь в том, что заняла тело покойной принцессы и осталась жива, а должна была умереть?

— Поешь.

Некоторые не могут есть во время стресса, а у меня наоборот. Я только и делаю, что ем, когда мне плохо, заедаю боль пищей. Как-то я даже книгу читала о расстройстве пищевого поведения и о правильном питании, пыталась следовать наставлениям авторов, но выдержала пару дней. Голова понимала, что еда не может восполнить эмоциональные проблемы, но вот поешь и как-то легче, что ли, становится. Да, я заедала стресс сладким, обожала мороженое, а тут я ела принесённый хлеб и сухари. Нет, я умяла всё, что мне принесли. Пыталась накормить новую услужливую девушку, но в её глазах замер страх и мольба. Теперь меня ещё и прислуга боится. Смириться с тем, что у меня есть прислуга – непросто. Нет, я не воспринимала это как данное и хотела подружиться с Ханной, но вот…вышло как-то не так, как я планировала, совсем не так.

Дар Драггон

Утреннее пробуждение не принесло ничего хорошего. Хотя я толком и не спал, потому что всю ночь пёк для Анриэль хлеб и хотел удивить её, представляя, как она будет делать первый надкус, но кто-то решил, что сегодня будет худший день в моей жизни.Во-первых, мне донесли, что кто-то пытался освободить пленников из крепости «Кронангад» в городе Йфор на границах леса Дун возле реки Лой, что разделяла моё королевство с Лиалондором и перетекала в водопад Эльху. Изначально крепость была пристанищем на время войны, имела отличное стратегическое положение, видимость и укрытие в скалах, но за ненадобностью её переделали под иные нужды. Вместо окон повесили прочные решётки из чёрного алмаза, закалённого огнём драконов в жерле вулкана и связанные магической королевской печатью. Ни один зверь не пробьёт их, даже дракон, но тут я лишь смел на это надеяться, потому что раньше прецедентов не случалось.

Крепость располагалась таким образом, что сбежать оттуда было практически невозможно. Темница уходила под землю на несколько десятков этажей, имела длинные тёмные туннели и разветвления, магические ловушки и обманные тупиковые переходы, а также упиралась в водопад Эльху. Выбраться оттуда крайне проблематично. Начальник подземной крепости «Кронангад» старый и очень злостный старик-дракон. Он служил верой и правдой не одному королю, не вмешивался в дворцовые перевороты и не заботился о передаче власти, а лишь следовал указам очередного правителя, которого удалось пережить. Даже если кому-то удастся сбежать и получится найти нужные переходы, то через старика Гынгадаля проскользнуть не получится, учует и спалит живьём без разбора. Остаётся вариант сломать алмазные решётки, вбитые в скалы, но никто в здравом уме не станет прыгать с такой высоты, не имея в запасе вторую жизнь, или…крылья. Тревога сильнее забила в висках.

— Мне нужно срочно вернуться в Файердор и проверить «Кронангад», — заявил своему другу, поспешно натягивая портки и застёгивая рубашку.Однажды я уже имел удовольствие и опыт побега. Не из этого острога, но сбежал и успешно. Как же не вовремя! Зато мой Драг обрадовался намерению вернуться и планировал полежать в жерле вулкана, растянуться на угольках.

— Их нужно было прикончить, — высказал вслух, мою подгоняемую новостями мысль, которую я не озвучил, но до которой вскоре бы додумался, хотя настойчиво гнал прочь. — Зачем держать тех, кто служил Фрейгону взаперти, и тратить на них провиант?

— Могут понадобиться, могут одуматься. Однажды, — уже не слишком уверенно ответил я, сомневаясь, что милосердие, которое я проявил, не сыграет против меня самого. — Что ещё случилось?

— Нехватка воды. Некоторые деревни обеспокоены. Мало дождей льётся на Файердор, колодцы пустеют, люди волнуются. Возможны бунты.

Это плохая новость два! Вайя держит под контролем магию в Лиалондоре. На какие бы уступки они ни пошли, но лишают нас стихии и необходимых осенних ливней, контролируют погоду вместе с Айердором.

— А принцесса-то с гнильцом, — продолжал Фолкес. — Вроде и на уступки пошла, но воды лишила.

— Я поговорю с ней, возможно…, — тут я осёкся и надеялся, что не выгляжу глупцом, но что-то мне подсказывало, что не могла Анриэль так поступить или могла? В прошлом она обещала сровнять моё королевство с землёй, наслать потоп и смыть деревни и города до основания, а новая Анриэль смотрела на меня иначе. Несоответствие. Очередное несоответствие. Но я закончил мысль. — Возможно, она не знает об этом.

— И ты в это веришь?Промолчал и в трапезную спускался не слишком довольный, а Фолкес рассказывал про свои ночные похождения, но я слушал вполуха и не вникал.

— Лиар Дар Драггон, — Ровейна поприветствовала меня и расплылась в заигрывающей улыбке. Её младшая сестра повторила за старшей, но имя второй девушки я никак не мог вспомнить.

— Приветствую, лираи, — ответил скупо и присел за стол. Настроение испортилось ещё больше. Не хотелось ни с кем разговаривать, особенно с теми, кого мне сватают советники в жёны. Вспомнил слова Анриэль и чуть не засмеялся.

— У вас хорошее настроение, лиар? — подала голос любовница брата.

— Как Ваша рука, лирая? — перебил её вопрос.

— Не переживайте, лиар. Лекарь знает своё дело.

— Так и есть, — согласился я и спросил в упор то, о чём забыл узнать вчера. — Зачем вы приехали? — сжал руки в замок, окинул их взглядом. — Разве я разрешал покидать Файердор?

— Мы выслали прошение.

— Кому именно? — на этом вопросе сёстры переглянулись. — Я не получал ничего, не так ли, Фолкес?

— Так и есть, — друг рассматривал младшую сестру и раздевал девчонку глазами. Я откусил кусочек хлеба и вспомнил, как лирая ела его, обмазывая маслом. Никогда не думал, что принимать пищу можно так возбуждающе.

— Простите повелитель, но мы соскучились по вашему обществу.Ровейна наклонилась ближе, раскрывая и без того открытое декольте ещё больше. Будто я чего-то не видел в этой жизни или был обделён.

— Говорят, принцесса уже давно не девочка, — внезапно решила посплетничать младшая Вейрос.

Я молчал, но мысленно отрывал ей голову, а потом сжигал в огне и так по кругу, а Фолкес облизывался и не мог унять свои плотские мысли касательно младшей сестрички. Удивительно, но мне было плевать на них, ничего не трогало и не дрожало, даже желания не возникало, но поджечь так и тянуло, а Драг был не против.

— Следует проверить принцессу перед свадьбой, — вставила старшая и коснулась пальцами моей руки. Я сбросил её ладонь и взглянул на девушку. По столу пробежали искорки огня от моих пальцев, и девушки чуть вскрикнули от неожиданности.

— Аккуратнее, — сжал кулак, и огонь угас, но предупреждение поняли все.

— Простите лиар, — Ровейна опустила глаза.В трапезную вошла моя принцесса, и признаваться не хотелось, но настроение сразу поднялось. Однако я рано радовался, потому что уже спустя пару минут мечтал спалить дотла всю трапезную, в особенности сестёр Вейрос.

Какая же дерзкая мне досталась невеста! Неожиданно видеть лираю такой. Так вывести меня с утра — надо было хорошо постараться, и она справилась парой-тройкой фраз, но каких фраз! Интересно, откуда эти мерзкие язвы, что подбивают ко мне клинья, узнали, где я был вчера и как долго провёл в покоях принцессы? Кто-то их снабдил информацией! И Ровейна сама пришла ко мне под луной, а теперь смела обвинять Анриэль — женские разборки выше моих сил!

Загибаем пальцы, это уже третье плохое происшествие! За одно только утро! Они сговорились сегодня? Надеюсь, на этом новости, портящие мне день, закончились, но нет…

Я решил провести смотр войск и понял, что расхлябались мои командиры, некоторые до сих пор не проснулись после ночной попойки и посещений исаи, от других несло за несколько метров, и штаны были одеты наизнанку. Четвёртое недоразумение!

Не выдержал и обратился драконом, да как запулил в небо столб огня. Воины попадали ничком, моля о пощаде и повинуясь.

— А если диверсия?! — возмущался я и провёл учебную тренировку в наказание, а потом встретился с лираей и даже не удивился безумству Вайи. Нет, конечно, я ожидал чего-то, но, чтобы настолько? Заколачивать окна и балконы? Может, у неё тоже был плохой день? Усмехнулся и решил помочь заточённой в башне принцессе, словно рыцарь из сказки про драконов, что рассказывала мне мама когда-то.

И стоило помириться с Анриэль, как подкатила новость номер ПЯТЬ!

— Драггон, — друг нагнал меня на окраине леса возле территории местных разбойников «Кроув». Я разрешал ему обращаться не по форме и не кланяться. Мы бывали в разных передрягах и пережили достаточно, чтобы соблюдать манеры, да и виделись с утра. — Разведка донесла, что Айердор стягивает войска на границу с Лиалондором.

Это было пятое плохое сообщение за один день! Что б их всех погубило рубиновое пламя! Я знал, что передышка лишь временная и вскоре на континентах начнётся настоящая война, если не предпринять что-то дерзкое и своевременное.

— Думаешь, осмелятся вторгнуться в смежное королевство?

— Под эгидой заступничества? Вполне! — ответил я и сжал челюсти. Не хотел продвигаться дальше, но вынуждают, а мне нужно вернуться в Файердор. Дракон требует огня, я должен восстановить силы, да некогда.

— Женись уже, наконец, на этой бабёнке или давай прикончим её, а? Если тебе не достанется, то не достанется никому!

Я посмотрел на него, испытав яростное желание вгрызться руками в его горло и вырвать поганый язык, но мгновение шальной ярости прошло, и порыв утих. Мой друг слишком резок и поспешен в принятии решений, а я сегодня крайне несдержан.

— Они же растерзают Лиалондор, сожрут и сотрут в порошок это королевство без сильного лидера, а на трон пытаются посадить девчонку! — он продолжал, не чувствуя клубящуюся в воздухе огненную энергию. Мой дракон плевался огненными шарами и защищал свою давнюю подругу, защищал и хотел вгрызться другу в зад, а потом поджарить, закоптить и съесть. Я подавил смех.

— Или сначала расправимся со старухой? — идеям Фолкеса не было конца.

— Да, Вайя мешается под ногами, — не мог не согласиться. — У меня сейчас встреча с главарём «Кроув» неким Валтур Келхоц. Хочу договориться о поставках продовольствия через Лиалондор к нам в Файердор.

— Не доверяешь договору, который подписали с помощью лираи?

— Скользкие они, водные эти, — покачал головой. — Врут. Постоянно врут везде и во всём. Их слова гроша драков не стоят.

Фолкес согласился со мной.

— Может договориться с ними же насчёт Вайи?

— Не получится. На своей территории они не разводят грязь, лишь торгуют.

— Др-а-а-аг, — тот расплылся в злорадной улыбке. — Драки решают всё в этом мире, смотря сколько предложить. К тому же они могут вывести нас на тех, кто возьмётся за щепетильное дельце…, — его глаза опасно блеснули с неким азартом и цель не страшила, как и средства для её достижения.

Я же долго обдумывал его слова и не мог не согласиться с разумностью предложения. Не убить, но убрать с дороги…на время — было бы весьма кстати!

— Чем старуха занимается, узнали что-нибудь полезное?

— Перехватили пару писем, но там про какого-то Клая, вопросы касательно поставок продовольствий и всякая чепуха.

— Важные сообщения она отправляет магией, — сказал очевидный факт. Мы остановились напротив входа в подземные катакомбы, запрятанные под слоем земли и листьев. Я приподнял люк и сморщился от зловония, разившего из подземелий. Не отыщешь лучшего прикрытия — кто рискнёт искать в сточных канавах?

— Ненавижу воду, — прохрипел и спрыгнул вниз. Сапоги утопли по щиколотку в ледяной воде, хорошо, не в отходах. Тёмные каменные своды вели в разные стороны. Подземные лабиринты могли запутать, если не знаешь, куда идти. Фолкес прыгнул следом.

Внизу нас встретил мальчонка-проводник, который нарочно петлял по подземным переходам, пытаясь запутать ходы, но у меня идеальная память. Я ничего не забываю и дорогу найду, если придётся.

Валтур Келхоц рослый жилистый мужчина преклонных лет с аристократическим лицом и небрежной растительностью на лице. Белёсые волосы присущи большинству жителей Лиалондора и этот не исключение. У него растительность была золотистого цвета, как и борода, а глаза мутно-серые, отчего создавалось ощущение, что он слеп, но со зрением проблем не имел, как и с подсчётом денег. Главарь удивлял умением считать в уме действительно огромные суммы, не прибегая к магии. Я мысленно восторгался им и понимал, что такой человек своё не упустит.

— Какой интерес предлагаешь, лиар? — дела Валтур решал сходу, и мне это нравилось.

— Двадцать процентов прибыли твои.

— Ээээ, неее, — засмеялся хриплым смехом и посмотрел на бумаги. — Маловато будет, лиар, - смех резко смолк. — Семьдесят!

Фолкес присвистнул совсем беззастенчиво и источал недовольство. Нас окружали двадцать здоровенных бандюганов с оружием наперевес. Я специально пошёл один, дабы не провоцировать местных барыг и выказать доверие. Валтур нужен мне, чтобы продолжать торговать на всех континентах в обход запретов. Идея была в следующем: Валтур выкупал у меня товар и продавал, как перекупщик под своим знаком, и нам оставалось определиться с его вознаграждением. Я боялся, что он загнёт цены на свечи и остальные продукты выше предлагаемых Файердором, но и проконтролировать это не мог. Он был жаден до драков и везде искал выгоду. Его кодекс легко могли перекупить драки, тут Фолкес оказался прав, но я не сразу это увидел, хотя слово он держал, и сам не дебоширил в Лиалондоре, хотя знал тех, кто мог выполнить грязную работёнку, а часть вознаграждения за наводку забирал себе. Хитрый деятель.

— Впереди холода, наши свечи будут самым ходовым товаром, и прибыль окупит все издержки, но согласиться на семьдесят не могу. Предлагаю тридцать.

— Шестьдесят! — вот они два базарных дурака: тот, кто продаёт и тот, кто покупает. Один обязательно останется в проигрыше, и я знал, кто это будет. Лишь надеялся урвать что-то в этой невыгодной сделке, потому что драки сейчас были необходимы.

В итоге мы сошлись на сорока пяти процентах. Валтур остался доволен сделкой, а потом предстояло решить, что мы намерены покупать у них: муку, овёс и остальные продовольственные продукты. Переговоры утомляли, подсчёты расшатывали моё и без того угнетённое настроение и внутреннее спокойствие, но я должен был договориться. Условия Валтур ставил бездушные, отыгрываясь на нашей безвыходности.

— Драг, — Фолкес наклонился и прошептал мне. — Это ужасная ставка, мы не выигрываем ничего.

Друг прав, но люди не должны страдать, а впереди зима и мерзкие холода. Туандор отказывается поставлять нам необходимое зерно, лишает муки. Люди не смогут пережить эту зиму без еды.

— Так что, лиар? Согласен, а? — настаивал Валтур на принятии решения и хищно улыбался, предвкушая хороший куш. Угрожать ему не имело смысла, как и давить. Пуганый да шуганный старик, лишь попортит нам всё, поэтому я неохотно согласился.

— Отлично! — Валтур всплеснул руками и предложил нам по чарке жгучего хёлля, был готов привести исаи, но я не собирался оставаться, а вот Фолкес решил задержаться.

— Тогда заверши все дела, и да…, — вспомнил кое-что важное, оглядел присутствующих, но те слишком активно обсуждали триумф сделки и не слышали нашего разговора. — Касательно Анриэль…

***

Из подземных катакомб я выбрался поздней ночью, и замок встретил новой напастью. Я уже перестал считать, сколько плохого случилось за одни только сутки, но эта новость перекрыла предыдущие.

Бросился в лекарское крыло и наткнулся на Вайю, врачевателей и нескольких учёных-магов.

— Что случилось? Как Анриэль?

— Мерзавец, — старуха попыталась ударить меня тростью, но я не позволил ей и вырвал из рук, испытав порыв, сжечь эту деревяшку, но не стал опускаться до такого.

— Вайя, поумерь яд, льющийся из тебя, и объясни: в чём я снова виноват, и с чего ты взяла, что я решил убить лираю?

— Скажи ему! — приказ магу в белоснежной мантии. — Мы изучили хлебный мякиш и нашли след древней огненной магии и шлейф вашей крови.

Я вспомнил вчерашний инцидент с Ровейной и похолодел внутри.

— Нечего сказать?

— Кровь могла попасть случайно. Вчера я был ранен, и моя рубашка впитала капли крови, — пытался оправдаться, но никому не нужны были мои слова, поэтому замолчал.

— Магический ритуал тоже был случайно проведён? — не унималась Вайя.

— Это был не я, но догадываюсь кто! — бросился в комнату сестёр, но никого не обнаружил. — Сбежали!

— Ваши сообщницы? — Вайя была тут как тут.

— Послушай, если ты не закроешь рот, я подожгу твоё оперение, и ты больше никогда не сможешь летать, — повернулся к ней лицом, а в руке переливалось изумрудное пламя.

Понятливая старуха пулей вылетела из комнаты, а я позвал к себе генерала разведки Идена Кирга и попытался выяснить: когда исчезли сёстры?

— Никто не видел их после завтрака.

— Пошли отряд на их поиски. Объяви всем в Файердоре, что сёстры Вейрос разыскиваются за измену, — я сел за стол, достал магическое перо и пергамент. — Найди их отца и передай этот указ.

— Он вряд ли сдаст дочерей, — проницательно заметил Иден.

— Ты прав, но тогда он лишится всего, а это для благородных — хуже смерти. Не упусти девушек.

Иден ушёл, а я вскоре получил худшую весть из возможных. И этот день занял почётное место в списке самых поганых дней в моей жизни, хотя…, если так подумать я претерпевал ситуации похуже. В голове промелькнул образ убитого отца, и я непроизвольно нахмурился. Ненавижу тот маскарад, ту ночь и всё, что случилось после этого.