ГДЕ СКАЙ УЗНАЕТ О НЕВЕСТЕ АИРРЭЛЯ, И ДЛЯ НИХ НАСТУПАЕТ ТОЧКА НЕВОЗВРАТА[1]

Велиал

Звонил Ричард и из трубки послышались мольбы о помощи.

Я прыгнул за руль и выехал к их дому, собрал все красные светофоры и кучу штрафов, зато прибыл за пару минут.

Еще издали я увидел столп дыма и думал, что случился пожар, но дом стоял целый и невредимый, зато в небо поднимался черный смог.

— На заднем…, — Ричард распахнул дверь и произнес всего два слова, но я бы понял и по его взгляду.

В центре зеленого газона стояла металлическая урна: в нее были свалены поломанные, искромсанные картины и полыхали в ярком огне. А Скай сидела возле них на коленях, разрывала оставшиеся, сминала и яростно бросала в огонь.

Подлетел к ней, пропахал коленками газон и уселся подле, смотря на потерянную и несчастную женщину. И что сказать-то не знал, чем помочь? Я потерялся, видя, как обугливается в пламени лицо брата, как крупные блестящие слезы струятся по ее лицу, и гримаса боли искажает красивую девушку, в глазах агония, в сердце — дыра. Скай была бела и решительна, зла на Аиррэля. Разбита. В их паре я видел отражение нас с Лиссой. Понимал ее чувства.

— Демон? — обернулась ко мне, но смотрела сквозь меня, будто я прозрачный. — Я так зла. Неистово. Ненавижу его. Он — мой палач, хуже братьев, потому что они — никто, а он — мое все! Был. Когда-то. Я дышала им, а теперь задыхаюсь. Правильно говорят: высоко взлетел — больно будет падать, а мы слишком испытывали наши шансы: летали выше облаков в этой любви, а падали долго, болезненно, как скатываются камни в лавину, ударяясь о все преграды, круша и снося все на пути. Я так любила его, а теперь — так сильно ненавижу! — Она сжала кулаки, вгоняя ногти в кожу. — Не могу видеть, думать о нем, вспоминать. Хочу забыть. И нет… потому что тот Аиррэль заслуживает памяти, нашей любви, а этот — не заслуживает ни капли.

Я открыл было рот и не смог вымолвить слов.

— Давай переспим? — сказала она, смотря в мои глаза. — Это будет моя точка невозврата, — злой оскал. — Он никогда мне не простит. Тебя. И даже если он вспомнит, я не смогу вернуться. Если МЫ это сделаем — для нас будет все кончено. Я хочу перечеркнуть себе шанс на малейшее воссоединение. Себе. Ему. Нам.

— Скай…

— Никаких эмоций, демон. Только расчет.

— Он и мне этого не простит, — обреченно сказал я. Если она додумалась до такого, значит, потерялась окончательно. — Нам нельзя…

— Но и нужно.

Я сжал губы.

— Это лишь секс, так? Даже не так, есть иное слово для этого.

Сглотнул и отвернулся. Чувствовал себя пришибленным.

— Прости меня, Велиал. Прости. Я понимаю… Может, ты просто убьешь меня?

— Это явно проще, — усмехнулся я, разведя руками и восторгаясь ее ухищрениям сбежать от братца. — Пойдем? — протянул ей руку, решив переиграть ее. — Переспим.

Она удивилась и подняла голову, в глазах появилось удивление, а после заторможенное осознание нашего общего будущего. Я вот видел это будущее во всех ярчайших красках и понимал к чему приведет наше падение. Она права: Аиррэль никогда нам этого не простит.

Аиррэль: Нет! Пожалуйста. Не надо. Я не хочу смотреть это. Только не это! Умоляю. Не заставляй меня.

Эль-Элион: ТЫ БУДЕШЬ СМОТРЕТЬ.

Я попытался закрыть глаза — не смог. Попытался коснуться руками лица — конечности приросли к телу.

Эль-Элион: СМОТРИ, АРХАНГЕЛ.

Аиррэль: Не-е-е-е-е-е-е-ет…

В глухом молчании мы дошли до машины. Я сорвался с места и домчался до отеля. Ее уверенность таяла на глазах, но я решил играть до конца, чтобы выбить дурь из ее очень очумелой головушки.

Приветливая девушка на ресепшн вручила нам ключ-карту от номера молодоженов, я подхватил номерок и чеканным шагом пошел в сторону лифта. Смертная плелась за мной, будто на казнь. Это забавляло, но я понимал, что ей больно. Я так же пытался вырезать из души Лиссу, но это путь в никуда. В итоге становится лишь хуже, паршивее.

В лифте Скай на меня взглянула лишь раз и виновато опустила очи.

— Давай тогда на берегу обсудим то, что нас ждет?

Скай в некоем трансе кивнула.

— Нашей дружбе придет конец, — говорил я, пока лифт плавно поднимался на наш этаж. — Мы не сможем смотреть друг другу в глаза. Ты не сможешь.

— Я так не хочу.

— А будет именно так.

— Я не могу тебя потерять. Только не тебя. — Из ее глаз брызнули слезы. — Прости, это глупо.

— Нет, ты правильно все подсчитала. Есть в этом логика, если планируешь отрезать все мосты, поджечь так, чтобы дым видели даже в Срединном, а отголоски еще долго преследовали нас… до конца наших дней. Мне придется скрывать это от Лиз, потому что никакие оправдания не сделают ей легче. Она не поймет, что для тебя — это шаг в окованную кандалами свободу с острыми шипами из воспоминаний о прошлом, а для меня — путь в одиночество и праведный грех. Брат меня не простит, возненавидит. Тебя — будет любить вечно, но простить не сможет.

Аиррэль: Я в ужасе смотрел, как они доходят до номера, Велиал берет ее на руки и несет на постель.

Нет. Он не станет… Нет…

Внезапно становится темно, и комната исчезает.

Скай

— Изобретательная месть, Скай.

— Да, я — тварь, а ты не знал?

— Не говори так. Ты никогда ей не была и не будешь.

Аиррэль: Видимо, я (тот я) вернул воспоминания, но поздно… Я не видел, что случилось до этого, просто имел представление и все. Как будто жил с этим знанием, наверное, так работает магия Создателя — он просто знает, ему даже видеть не нужно. Скай решилась на тот шаг, когда я (тот я) привел домой какую-то девушку, сначала представил как подругу, потом как невесту, а следом Скай случайно увидела нас в очень нетривиальной позе… — это разбило ей сердце, свело с ума, помутило рассудок. Она не могла вытерпеть такое. И здесь в этой ветке она умирала от распада души медленнее, не так быстро. Но все равно ее душа утекала в Пустоту.

— Но ты разочарован. Уязвлен, обижен. Даже не так! Ты в ярости.

— Я в растерянности, — с отрешенным спокойствием сказал он.

— Не переживай. Я все устроила: ты, как и мечтал, становишься абсолютно свободным! — Поднесла руки к небу и засмеялась. — Не буду больше пить из тебя соки, нервировать и раздражать. Да, отравила я тебе жизнь? Крыльев лишила, Небес, свободы, любви, дружбы, надежды! Всего! Я восторгаюсь собой.

— Ты плачешь… — еле слышно сказал он.

— Да… я реву. Я все просчитала: назад дороги нет. И впереди для нас ничего нет. Есть лишь этот смерч, в котором мы крутимся и не можем вырваться.

— Я никогда не откажусь от тебя.

— Но и простить не сможешь. Я это знаю. Демона не сможешь.

— Права.

— Да, — улыбнулась ему в последний раз. — Прощай, мой Бог, мой ангел Ада, мой сон, мой голубой мираж…

Я ушла. Догонять он не стал. Сердце погасло и никогда больше не загорится вновь ни для кого. Он так никогда и не узнает, что с демоном у нас ничего не было. Мы просто рассказали друг-другу о метках, родинках, я чуть выдумала, приукрасила, ведь видела, как он много раз трахал Фрею, и могла придумать остальное. Всю ту ночь Велиал просто лежал рядом и рассказывал о себе, о своем прошлом, впервые поделился со мной всем от начала и до настоящих дней, а я слушала, пока не успокоилась и не уснула.

Мы с Аиррэлем стали чужими. Абсолютно чужими. Родные незнакомцы.

Однажды встретившись спустя почти год — прошли мимо. Он обернулся, я смотрела вслед. Взгляды схлестнулись и сказали все за нас, а следом разбежались в разные стороны. Мы никогда не были больше вместе. Никогда.

А после смерти… он узнал правду. Но даже там мы не смогли быть рядом. Ведь я не справилась с разлукой — сдалась и шагнула в бездну раньше него. Люцифер ждал меня в Аду с распростертыми объятьями и предложил сохранить жизнь вместо путевки в Небытие, а его ждали братья на Небесах. Вот так мы погубили себя, истинную любовь и чувства, отреклись от счастья.

Уже будучи в Нижнем мире, слышала от Люцифера, что Аиррэль и Велиал не общались больше тридцати лет, а потом вновь встретились, и хрупкая дружба возобновилась. Аиррэль прожил жизнь в одиночестве, в скитаниях по миру… Так и умер где-то в горах на холодном полу в пещере, коря себя за разруху в наших жизнях и судьбах.

Спустя годы уже в этом мире титул Архангела он выслужил назад и однажды спустился ко мне в Нижний мир. Но той влюбленной девочки уже не было.

Мы так и смотрели друг на друга: я — с плетью в руках и пылающими алыми глазами, он — с Небесным кинжалом.

— Зачем же, Небесная?

— Не заслужили, Аиррэль. Ты иди. Не приходи больше. Не береди душу.

— Ты так ничего и не поняла, да, Скай?

— Чего?

— Вместе. Навеки вечные. — Он подлетел ко мне и поцеловал, а потом проткнул нас насквозь своим кинжалом, напорол и уничтожил в одно мгновение. Послал в Небытие. — Я стал Архангелом, но тебя так и не получил. Зачем мне жить без тебя? — услышала его последние слова и любимые глаза смотрели в самую душу. — Я люблю тебя, мое Небо.

— И я тебя, мой Ад.

Наш смерч погас в одночасье.

Теперь мы были вместе.

Одним целым.

Навеки вечные.

ИСХОД №3

Итог: Гибель обоих.

Аиррэль: Хватит. Я больше не выдержу. Не надо… не показывай ничего. Это слишком больно. Так быть не должно. Наша история не может закончиться так. Хоть раз? Был ли хоть раз счастливым? Хоть раз… Неужели для нас нет надежды?

Эль-Элион: БЫЛИ. ХОЧЕШЬ ПОСМОТРЕТЬ?

Аиррэль: Хочу.

[1] В этой альтернативной версии они не ездили вместе за город (разговора у порога, где Скай его приглашает, тоже не было, она просто ушла).