01.01.10, пятница

…В Переделкине у Ч[ухонцева]. Очередная заморочка. Сломался дверной замок. Теперь они вдвоем не могут выйти.

06.01.10

P. S. Поделиться нечем: сплошняком идут бытовые записи, много недомоганий. Черканные-перечерканные черновики несостоявшихся стихов. Два-три все-таки состоялись и потом попали в книжку («Двойная черта». – М.: Кругъ, 2012). И никакого праздника, весь январь у меня в том году был непраздничный.

Диагноз

Двойная черта

07.01.21

За прошлый год извела три объемистых тетради. Увы, три четверти в них того, что Блок называл «мировою чепухою», Анненский – «житейским шлаком». А тетради – подруг, Наташи Познанской, Милочки Шулус, Тани Барышниковой. Жалко было тратить на черновики. Тетради умные. Наташина – с лотосами и цитатами Будды Шакьямуни. Первая цитата: «Нет никакого пути к счастью: счастье и есть путь». На последней странице, в самом низу: «Может тот, кто верит, что может»…

С Наташей меня сблизил уход Тани Бек.

Милочкин ежедневник тоже умный. Но учат меня жить неизвестные мне люди – Stephen Covey и Rebecca R. Merrrill: их сентенции ненавязчивы, бисерными буковками – но внизу каждой страницы. Пришлось поинтересоваться, кто такие и что за труд «Главное внимание главным вещам». Оказалось, сам Кови уже помер, в 2012 году, а его соавторы – муж и жена, Роджер и Ребекка Меррилл – живы. Живут в Штатах. Ну и пусть себе живут. Он – старший консультант по обучению лидерству в собственной консалтинговой фирме, а она на подхвате, типичная американская блондинка.

Поздно мне обучаться лидерству. Я на эти тексты внимание обратила только тогда, когда пришлось заполненные тетради определить до лучших времен на антресоли. Под страницей, которую я заполнила 01.01.2020-го, в среду, стояло: «Наша проблема, как кто-то однажды сформулировал, состоит в том, чтобы “отыскать мудрость, которая у нас уже есть”».

Закончилась Милочкина книжка тоже в среду, 3 июня 2020-го, записью разговора с Людмилой Сергеевой, ставшей не так давно успешной мемуаристкой. Она была женой Андрея Сергеева и привечала в их гостеприимном доме Иосифа Бродского. Подружил нас Даниил Чкония, когда они трудились с Людмилой плечо к плечу в Литконсультации Союза писателей. Много чего она видела своими добрыми и честными глазами.

Милочку, бывшую одесситку, я обрела на Новом Арбате, в доме Алексея Королева (мы жили по соседству). Покойный (до сих пор не верится!) Алексей неровно дышал к Одессе и одесситам. Одни Гордоны чего стоят… На вернисаже Гарри Гордона Милаша щелкнула меня на фоне его «Рыбок», нанизанных на повисшую в воздухе леску. Я вспомнила о «Рыбках», когда Борис Романов готовил мою книжку для издательства «Кругъ» («Двойная черта», 2012). Позвонила Гарри – испросить разрешения на публикацию. Он хмыкнул. Но разрешение было получено. Позже я узнала, что на выставку отца его замечательный сын [Александр] привел Людмилу Путину. Именно «Рыбки» ей понравились. И были ей подарены…

Тетрадка от Тани Барышниковой синяя, в кожаном переплете. На синем фоне – куча звезд, почти звездное небо. Отличная бумага, никаких сопроводительных текстов. Я долго к ней не решалась подступиться, к такой роскоши. С Татьяной нас свела «Прогресс-Плеяда» Станислава Лесневского и ежегодные поездки в Шахматово. И то, что мы до сих пор отмечаем тройной день рождения – третья – Люся Хонелидзе, которая еще и в один день с моей мамой ухитрилась родиться, 18 марта. Кто не знает Люсю, хранительницу библиотеки ЦДЛ и хозяйку Клуба книголюбов… Библиотека, увы, давно закрыта, законсервирована, вытеснена кабаком в подвал. Кто и когда откроет этот клад?

В ковидном году мы, три Рыбы, впервые не отметили вместе свое появление на свет.

…Люблю свой паркер с золотой стрелкой, люблю переписывать набело и освобождать от неизбежной шелухи какой-нибудь свой затерявшийся стишок, баловать его прекрасной бумагой. У каждого свои слабости.

* * *

* * *

* * *