Бухтит нервозно и слюною брызжет,

и чарку то и дело залпом выпивает,

и пепел стряхивает о края

плевательницы медной,

а между делом

журит какого-то студента…

От сигареты голубой дымок

под потолком клубится,

Небрежно сбитый пепел

Туда-сюда перелетает

и падает неспешно, рассыпаясь.

Пронзает мою душу взгляд его,

Морщинки возле глаз – закатные лучи.

Сгустились сумерки за нимбом у тебя,

Загородили тень мою.

Ищи ты – не ищи,

за светом от огня нет ничего,

лишь темень ночи неизбежной.

Он задыхался столько, сколько жил!

Душили спазмы, и тогда казалось,

что с древа жизни отмирает

кора иссохшая,

не нужная нигде и никому.

И это ты не остановишь.

Налито сочжу в маленькую чарку,

В ней, как на море, качка, качка…

Дрожь в руках унять не может,

А все бормочет, шепчет…

И нет на этом свете никого,

кто мог бы угадать,

когда ж конец

его неистощимой саге…