Режиссёр присел на лавочку, которая была на крыше его компании. Зажав губами сигарету, он похлопал по пиджаку, пытаясь отыскать телефон. Устройство почему-то оказалось в кармане брюк. Только в очередной раз включив новую песню Души Сеула, мужчина зажёг сигарету. Затянувшись, он начал думать, как же выбить Минджу из «Битвы сонграйтеров», пока из шоу не выгнали самого режиссёра…

Мужчина поморщился. Песня, честно говоря, нравилась ему. Но это выступление было организовано в спешке, поэтому в треке есть множество недостатков. Такой человек, как режиссёр, который работал в индустрии развлечений уже не первый год, слышал их все. Он одновременно наслаждался песней и в то же время хотел прикрыть лицо ладонью от некоторых элементарных ошибок, допущенных из-за спешки. Будто прознав, что мужчине понравилась эта песня, Душа Сеула не спешила выпускать студийную версию.

Режиссёру очень хотелось послушать студийную запись. В прошлый раз студийка и запись прямого эфира отличалась как небо и земля. Но Минджу, опять же, почему-то не спешил выпускать песню в нормальном качестве. Режиссёру и многим другим людям приходилось довольствоваться выступлением из прямого эфира.

— Может быть, это из-за Соми? — вслух рассуждал мужчина. — Пишут, что её французский очень плох. Должно быть, Минджу или даже специально нанятый репетитор сейчас занимается с ней.

Затушив окурок и выбросив его, мужчина понял, что отвлёкся. Он пришёл сюда не за этим. Прикурив новую сигарету, режиссёр вновь начал думать, как же выбить Минджу из шоу.

— Кажется, эта девочка боится выступать сольно. Дать Минджу задание написать песню для женского вокала? Он не доверяет нашим айдолам и трейни. Из-за этого Соми придётся выйти на сцену. Не станет же парень петь женскую песню? Публике такое точно не зайдёт… Эх, нет, — вздохнул режиссёр и сгорбился. — Глупый план. Слишком много допущений и вещей, которые нельзя проконтролировать.

Пока мужчина ругал про себя руководство Mnet, песня Минджу внезапно оборвалась и вместо неё заиграла стандартная мелодия звонка.

— Мысли, что ли, научились читать? — поразился режиссёр, увидев имя одного из руководителей канала.

Он без охоты ответил на звонок. Вроде бы уже далеко не молодой, человек с репутацией и связями, но его песочат как маленького ребёнка…

Режиссёр удивился. Разговор начался вполне нормально. Его не стали отчитывать за провал поручения. На самом деле сказали, чтобы мужчина больше не лез к Минджу, никак не мешал ему на шоу. Услышав это, режиссёр почувствовал облегчение.

Руководство Mnet, наконец, заметило, что Минджу генерирует неплохой трафик. Да, часть зрителей на том же YouTube были иностранцами, но даже внутри страны благодаря ему люди говорят о «Битве сонграйтеров». Особенно сейчас, когда он в последнее выступление явно добавил фан-сервиса. Команда шоу даже не смогла посчитать, сколько статей было выпущено на тему того, встречаются Минджу с Соми или нет. И во многих из них журналисты отсылались на «Битву сонграйтеров». Руководство осознало, что хорошие отношения с компанией Пион не стоят того, чтобы лишаться такого трафика.

Правда, совсем без компенсации не обошлось. Нужно было выдать Пион и другому участнику из её агентства определённые темы на следующем выступлении. То есть даже не сообщить им тему заранее, а подстроиться именно под них…

— Хм, а если подумать, надо ли мне вообще цепляться за кресло режиссёра в этом шоу? — задумался мужчина после разговора с руководителем.

В это же время Пион наблюдала за тем, как новая песня Души Сеула становится самой просматриваемой на YouTube канале шоу. Она даже обогнала трек К-Монкея! Теперь по просмотрам «Chop Suey» занимало третье место, а новая песня Минджу первое... Хоть она и видела всё собственными глазами, поверить в это айдолу было сложно.

Сглотнув, она спросила у самой себя:

— Это и есть талант?

Пион сама не заметила этого, но отношение девушки к Минджу начало потихоньку меняться. Если раньше Пион воспринимала его просто за выскочку, которому повезло, то сейчас её мнение поменялось. Дело было не в везении. Просто он на самом деле может за час в одиночку написать песню лучше, чем целая группа профессионалов. Монстр!

— Не зря К-Монкей говорил, что Минджу главный соперник на шоу... — тихонько пробормотала Пион.

— Что это с ней? — спросила участница группы, что пришла только недавно.

— Пион до сих пор не может поверить, что её обходит не К-Монкей или Кашмир, а Минджу, — ответила другая участница.

— До сих пор? — спросила недавно пришедшая. — Прошло же уже несколько дней.

— Ага.

— Пион, может, тебе помочь во время следующего выступления?

(***)

Опопсеть пришлось раньше. И не так, как задумывала Даон. Результаты же... Выступление старым фанатам по большей части не понравилось. А вот новички пищали от восторга. После шоу Даон сразу же выпустила объявление, что всё произошедшее на сцене нужно было для номера. Мол, между мной и Соми только рабочие отношения. Мы не испытываем чувств друг к другу, не встречаемся и так далее. Но её комментарий о произошедшем просто утонул в море статей о том, что на «Битве сонграйтеров» появилась парочка.

Под конец выступления я наклонился к Соми, а она прикрыла наши лица веером. Поцелуя не было, но, кажется, даже изображать его не стоило. Думаю, без этого эпизода число статей уменьшилось бы как минимум в два раза.

К слову, то, что поцелуя не было, зрители не поверили. Лицо Соми, когда она убрала веер, оказалось красным. Многие думали, что от смущения. На самом деле… девушка действительно смутилась и переживала. Сама она покраснение объяснило тем, что одно дело изображать поцелуй только перед Даон и совсем другое — целой толпой зрителей. К счастью или к сожалению, Соми не учитывала людей, которые наблюдали за нами во время тренировки или выступления через трансляцию. Она также разволновалась потому, что переживала за своё выступление. Это тоже стало одной из причин покраснения.

[Число фанатов достигло четырёхсот тысяч человек. Получено очко характеристики.]

Чёрт, круто!

Опять же, старым фанатам выступление не особо зашло. В конце концов, это был не рок или метал. Но сколько же после него появилось шипперов. Причём многие из этих людей, если даже когда-то слышали песни Души Сеула, встреть нас на улице, ни за что бы ни узнали. Короче говоря, они были не любителями рока или даже музыки. Им просто хотелось видеть меня и Соми вместе. Эти люди стали фанатами нашей несуществующей пары, а не творчества.

Мне это не нравилось. Они как полюбили наш дуэт, так же быстро и забудут про него. Или ещё хуже: могут захейтить, если обнаружат, что кто-то из нас не верен «партнёру». Да, они были странными… Хотя, наверное, больше бы подошло слово «стрёмные».

Благо, если человек переставал фанатеть по мне или Душе Сеула, для Системы было всё равно. Как я понял, она не считала в режиме реального времени число фанатов. Так бы их количество постоянно колебалось. То уменьшалось, то росло. Но первого никогда не случалось. Похоже, Система засчитывала только сам факт того, что кто-то становился фанатом группы или меня. Как долго это продлится и почему человек становился поклонником, для неё не имела значения.

Мне было лишь интересно узнать, что, допустим, кто-то фанател по мне, потом разлюбил и вновь начал фанатеть, это принесёт всего одно очко фаната или всё же два? Жаль, чего-то подобного не объяснили во время прохождения обучения.

К тому же даже такие стрёмные фанаты всё же принесли пользу. Во-первых, долгожданное очко характеристики, которое пока что на всякий случай приберегу. Во-вторых, вместе с ним шла и новая особенность. Правда, она…

[Получена особенность «французский язык».]

Французский язык? Не то, чтобы я считал знание этого языка бесполезным, но он как-то теряется на фоне прочих особенностей. Получив такие вещи, как дикция, контроль дыхания и второе дыхание, честно говоря, после взятия очередной планки надеялся на что-то большее, чем знание иностранного языка.

Внезапно я осознал, что владею французским лучше, чем любым другим языком. По желанию мог даже переключаться между акцентами французского. Не подражать, а именно полноценно говорить. Это уже было не просто владение языком на уровне носителя, а даже чуть-чуть больший уровень. Словно родился во Франции, прожил в ней сотню лет и всё это время преподавал этот язык. Наверное, если узнаю о Франции немного больше, смогу неплохо прикинуться местным жителем. Хотя, конечно, французский не ограничивается лишь этой странной.

Я вздохнул и начал прикидывать, как бы выжить из этой особенности максимум. Пока что в голове мелькнула лишь мысль, что следует перепеть все песни на французском. Таким образом я обзаведусь, а, может быть, покорю страны, где говорят на этом языке. Не все ведь знают английский. Надо поговорить об исполнении песен на французском потом с Даон и Соми, послушать их мнение. Чувствую, менеджер не будет против.

Хм, у того же Stromae осталось несколько интересных песен.

— Как вам? — спросил риелтор, закончив знакомить со студией. Точнее, с тем, что от неё осталось. Соми и Даон посмотрели на меня. Обе решили уступить принятия окончательного решения «профессионалу». Знали бы они…

Мы искали место для создания студии звукозаписи. Я задумался об этом после разговора с Пак Согёном, у которого записывался до этого. Оказалось, что он знал, что девушка-рэпер пишет на меня дис. Более того, она делала это у Согёна. Предупреждать о подобном, опять же, не обязан, но осадочек остался. Доверие к Согёну пропало.

Наверное, сам виноват, что думал, будто мы какие-то приятели. Согён же действовал как профессионал. Помог записать песню, никому не рассказал о ней и так далее. Это даже подкупало, но видеть его не хотелось. Логика столкнулась с эмоциями и… внезапно победили последние.

— На первый взгляд помещение подготовлено неплохо, — задумчиво произнёс я. Риелтор и девушки как-то странно посмотрели на меня. Не сразу сообразил, что говорил на французском. Он действительно стал для меня более родным, чем любой другой язык... Повторил всё на корейском.

Прошлые владельцы забрали всё оборудование, но не стали сдирать со стен акустические панели и басовые ловушки. Но речь не об этом. Я, скорее всего, всё равно заменю поролон. Когда только вошёл в студию, заметил, что стены здесь явно толще, чем в любом другом помещении здания. Их специально утолщали. Также на полу увидел немного песка. Думаю, здесь даже не одна стена, а как минимум две. Между ними в качестве звукоизоляции как раз песок. Это хорошо.

— Иди покричи в комнате для записи, — попросил Соми.

— Почему кричу всегда я? — недовольно пробурчала девушка, но вошла в комнату записи и прикрыла за собой дверь.

Она действительно покричала, и результатом я остался доволен. Когда показал Соми большой палец, девушка вышла из комнаты для записи.

— А теперь выйди в коридор и покричи уже там, — сказал Соми.

— Что? — растерялся риелтор.

— Нужно понять, не будут ли нам мешать звуки из коридора, — объяснил ему.

— Подождите! — остановил он Соми, которая уже направилась к выходу. — Давайте дождёмся хотя бы обеда, чтобы не мешать другим арендаторам. И мне на всякий случай нужно предупредить их, чтобы из-за недоразумения не вызвали полицию или охрану.

— Было бы хорошо, — согласился я.

— Есть ещё какие-то проверки? — поинтересовалась Даон. Я покачал головой. Увидев это, девушка обратилась к риелтору: — Тогда не могли бы вы показать ещё и соседнее помещение?

Собственная студия звукозаписи — это хорошо. Но, кроме неё, мы подумывали снять ещё и небольшой офис, чтобы перестать собираться у кого-то дома. Так получилось, что соседнее помещение, на первый взгляд, нам прекрасно подходило.

Правда, аренда, как по мне, дороговата. Но, во-первых, это Каннам, элитный район. Во-вторых, офисное здание хорошо охранялось. Без разрешения даже муха не проскочит.

Соседнее помещение было сорок квадратов. Больше моей квартиры... В отличие от тёмной студии звукозаписи, здесь оказалось солнечно. Одну стену занимали лишь панорамные окна. В принципе смотреть здесь было больше нечего. Пустая коробка.

— Если арендуете оба помещения, можем договориться, — сказал риелтор.

Кроме скидки, он дал разрешение сделать дверь между студией и офисом, но вряд ли мы воспользуемся этим предложением.

После обеда договора на аренду были подписаны. И да, всё же заставил Соми покричать в коридоре.

Зайдя уже в нашу студию звукозаписи, произнёс:

— А ведь здесь ещё и ремонт делать.

— Это не так уж и сложно, — сказала менеджер. — Сделаем сами или наймём рабочих?

Вот что мне нравилось в Даон, она не отлынивала от работы.

— А можно я тоже буду помогать? — нетерпеливо спросила Соми, не переставая улыбаться.

— Тебе так хочется испачкаться и надышаться пылью? — спросил у девушки.

Она внезапно кивнула.

— Очень хочется попробовать сделать ремонт самой, — ответила Соми.

Я улыбнулся.

— Знаешь, как следует проверить, готова ли парочка к браку?

Соми посмотрела на меня, наклонив голову.

— Им следует вместе поклеить обои. Узнают друг о друге много нового, — закончил я.

Видя, что замешательство Соми никуда не делось, менеджер объяснила:

— Он говорит, что во время ремонта мы можем сильно поссориться.

— И, кстати, у тебя вообще будет время помогать? Ты же готовишься к поступлению, — вспомнил я.

— Господин Ким, хочу напомнить, что ты тоже занят, — вдруг сказала Даон.

М-м, действительно. Я продолжил заниматься с преподавателем по актёрскому мастерству. Но занятия по вокалу, кстати, подошли к концу. Преподаватель сказал, что больше ничему не сможет научить меня. Я, если честно, так и не ощутил никакого прогресса в вокале. Лишь осознал все изменения, которые произошли после поспешного повышения характеристики. Хотя вроде занимался с профессионалом, преподом из университета. Либо надо искать другого репетитора, либо опять повышать характеристику с помощью очков характеристики.

Получается, раз мы заняты, то придётся нанять рабочих. Жаль, а я уже думал, что сможем сэкономить.

Из-за того, что ремонт не получится сделать своими руками, расстроилась в том числе и Соми. Даон утешила её тем, что офис они точно обставят вместе. Менеджер также интересовалась и моим мнением по поводу обустройства помещения, но я просто отмахнулся от этого. Сказал, чтобы главное было удобно девушкам. Меня прежде всего интересовала студия звукозаписи. Офис был вторичен. Из-за одного названия, «офис», в этом месте я точно буду появляться как можно реже.

У нас по соседству на этаже было несколько компаний, в которых работали самые обычные, — хотя это Каннам, так что вряд ли «обычные» подходит для них, — белые воротнички. Честно говоря, даже старался не смотреть в сторону офисов. Правда, стены были из стекла, хоть и матового, поэтому всё же видел рабочих, сидящих за компьютерами, и меня бросало в дрожь. Благо, что у нашего офиса хотя бы не стеклянная стена. Иначе мне в этом месте было бы вообще не комфортно.

В здании, к слову, мы были далеко не единственными людьми из индустрии развлечений. Выше по этажу незнакомое модельное агентство. Ещё выше мелкое музыкальное и офис одного журнала. Всё же Каннам.

— Кстати, господин Ким, — обратилась ко мне менеджер. — Ты уже подыскал себе новую квартиру?

— Лишь записался на несколько просмотров, — ответил ей.

— Понятно. Не задерживайся с переездом, — напомнила Даон.

Действительно следовало поспешить. Журналисты теперь практически каждый день дежурили возле дома. На самом деле я был рад попозировать им и даже дать небольшое интервью, если они не переходили черту и не следили за мной. Проблем больше доставляли фанаты. Точнее, фанатки. Некоторые из них дежурили возле квартиры, желая, например, вручить подарок. Была одна девушка, которая напрашивалась ко мне. А ещё кто-то разрисовал дорогу возле дома надписями о том, что Соми и Минджу — лучшая парочка этого года. Мелочи, вроде чуть ли не лопающегося от писем почтового ящика и пола рядом с ним, на котором уже выросла гора коробок с посылками, даже упоминать не стоит.

У Соми таких проблем не было. Её родители весьма обеспеченные люди, поэтому девушка жила в хорошем комплексе. Даон же… Пусть она и мелькала в кадре во время «Битвы сонграйтеров», но пока что практически не интересовала людей. Фанаты ловко игнорировали её, осознав, что девушка «всего лишь» менеджер нашей группы.

Поболтав ещё немного о всяких мелочах, мы разъехались. Соми отправилась заниматься с репетиторами, Даон пошла в компанию, которая могла взять на себя ремонт, а я уехал в родной город. Завтра утром собирался выступить в школе. Переночевать хотел в каком-нибудь отеле. Можно было не торопиться, поехать прямо завтра, но мне просто не хотелось возвращаться домой и пробираться к двери квартиры через живую баррикаду.

Когда я уже подыскивал место для ночлега, внезапно встретил на улице Чо Нари, учительницу музыки и подругу матери. Остановившись возле неё, поприветствовал женщину, а после разговорился. Узнав, что задумал переночевать в отеле, Чо Нари пригласила к себе. Вспомнив, что она вкусно готовит, не стал отказываться, но я забыл, что женщина жила не одна…

— Так ты и есть тот самый сын маминой подруги? Знай, я тебя ненавижу! — за ужином сказала мне девочка-старшеклассница.

Разумеется, мы были знакомы, но в детстве практически не общались. И, судя по всему, она не очень-то рада видеть меня.