Один-одинёшенек я вышел из здания полиции и отправился на поиски мечети. Мне объяснили, как найти единственную в городе шиитскую мечеть «Масджед Але-ал-Расул». Хотя в городе есть и другие мечети – принадлежащие суннитским братьям. Та мечеть, в которую я пришёл, была до крайности величественна и красива; дорогие изысканные ковры устилали её пол, а в её дворе росли высокие деревья и журчал источник чистейшей воды, сравнимой с тегеранской, известной своей чистотой и вкусом. И меня посетило чувство сродни благополучию и ликованию, ведь и климат города был тёплым и благодатным, что соответствует моей телесной природе, с трудом переносящей сильные зимние холода. И на вид город был красив и полон величия. Я снял одежду и сложил её в сторонке, затем совершил ритуальное омовение; прочёл намаз. Я ощутил чувство оторванности от мира, и сладость этого ощущения до сих пор живёт во мне. Ведь в эти часы я был совершенно отделён от семьи и детей, от друзей; я всем моим существом обратился к Всевышнему. Это чувство столь сладостно, что, пожалуй, и не поддаётся более точному описанию.

С вещевым мешком в руках я вышел из мечети. Понял, что люди узнают во мне нового ссыльного, прибывшего в их город, ведь Ираншехр уже стал известен как место ссылки для политических. Я отправился на главный городской проспект, а оттуда по адресу одного местного верующего, которым меня снабдили, – человека по имени Рауфи. Спросил дорогу в его лавку и нашёл её запертой. Погулял по окрестностям и опять вернулся, но лавка всё была заперта. Я постоял около её витрины, заглядывая внутрь, и тут возле меня остановился «Фольксваген» с двумя мужчинами, сидящими в нём. Один из них спросил: «Кого вы ищете?» Я ответил: «Господина Рауфи». «Вы знаете Рауфи?» «Нет, но такой-то меня ему рекомендовал». Он вышел из автомобиля. «Я Рауфи, а это вот мой брат». Мы обнялись и сели поговорить в автомобиле. Приближалось время вечернего намаза, и мы подъехали к местной «фатимие». Там я прочитал вечерний намаз. Я чувствовал большую усталость и сказал им, что хочу отдохнуть. Они мне дали свободу выбора: отдохнуть здесь или у них дома. Я предпочёл остаться… Через час был разбужен, хотя сон окончательно не покинул меня. Я увидел незнакомые лица: людей, которые собрались по случаю месяца мухаррам. Затем я увидел и господина Ходжати Кермани, вместе с которым мы отправились в дом господина Рауфи.