Из всех опухолевых заболеваний системы крови лейкозы составляют примерно 35–40 %, но боятся их, пожалуй, больше других. А все из-за того, что при лейкозе в кровь поступает большое количество аномальных лейкоцитов – белых кровяных телец. Эти «неправильные» лейкоциты не в состоянии выполнять свою главную задачу – защищать организм от инфекций. Со временем они вытесняют здоровые клетки крови и, накапливаясь в тканях и органах, нарушают их работу.

Исследователи нашли свидетельства, что лейкозом люди болели еще 5000 лет назад. Первым описал заболевание в 1827 году французский анатом и хирург Альфред-Арман-Луи-Мари Вельпо (1795–1867), а в 1845-м более подробное описание – пациенты с огромной селезенкой и очень бледной кровью – с разницей в несколько месяцев дали британский физиолог и патолог Джон Хью Беннетт (1812–1875) и немецкий врач, ученый и политический деятель Рудольф Вирхов (1821–1902), называвший лейкоциты «жандармами и стражами клеточного государства – организма». Первый назвал болезнь лейкоцитемией, второй – лейкозом, прижилось именно это название.

Долгое время считалось, что лейкоз – хроническая инфекция, возможно, связанная с малярией. В 1890 году русский терапевт Василий Парменович Образцов (1849–1920), учившийся в том числе у Вирхова в Берлине, описал два случая острого лейкоза в Малороссии, утверждая, что пациент заразил медбрата. Еще в начале XX века в США и Франции описывали «вспышки» острого лейкоза.

Нужно признать: точные причины возникновения лейкозов науке до сих пор неизвестны. Многие пациенты задаются вопросом: «Что я сделал в жизни не так, что у меня возникла лимфома?», или хронический лимфолейкоз, или лейкоз. На самом деле им просто не повезло. «Это биологическая случайность, – говорит Генеральный директор НМИЦ гематологии Е. Н. Паровичникова. – Что этому способствует? Радиация, курение, бензин, работа с ядовитыми отравляющими веществами: они увеличивают вероятность. Это не значит, что каждый, у кого было облучение или кто работал с парами бензина, кто курил как сапожник, что у каждого из них будет лейкоз. Нет. Однако вероятность среди тех, кто курит, в два раза выше, чем у тех, кто не курит. Но вероятность – это всегда сложно: если в среднем это три случая на 100 тысяч, в этом варианте будет шесть случаев. Мы это как будто и не замечаем. Но эти факты доказаны. А в последние годы мы все больше понимаем, что дети многое наследуют. Не лейкоз, а, например, особенности метаболизма клетки, функционирования иммунной системы, какие-то мутации, которые с течением времени могут привести к генетическим поломкам, а они, в свою очередь, приведут к лейкозу. И таких врожденных изменений очень много. Сейчас, например, у детей открыто более 500 так называемых первичных иммунодефицитов, это какой-то дефект иммунного звена. Значит, рано или поздно случится поломка. В нас все время что-то ломается и ремонтируется».

Бывает и так называемый индуцированный лейкоз – возникающий после лечения предшествующих злокачественных опухолей. Если пациенту проводили химиотерапию и радиотерапию, то вероятность возникновения лейкоза у него составляет 7–10 %, фактически у каждого десятого есть вероятность развития опухолей кроветворной системы – лейкоза, миелодиспластического синдрома и других болезней.

Во времена Вирхова и Эрлиха диагноз «белокровие» был приговором: умирали все. Но сегодня, к счастью, это не приговор.