XX век начался для трансфузиологии с открытия групп крови. Молодой ученый Карл Ландштейнер из Венского института патологии, интересовавшийся принципами работы иммунитета и природой антител, проводил много опытов. Эксперименты проходили успешно, и буквально за год Ландштейнер описал процесс агглютинации (склеивания) лабораторных культур бактерий, к которым добавили сыворотку крови. Но ученый не останавливался, и зимой 1900 года взял образцы крови у себя и пяти своих коллег. В центрифуге отделил сыворотку от эритроцитов и смешал образцы эритроцитов с сывороткой крови других участников эксперимента. Оказалось, что ни один из образцов сыворотки не реагирует на добавление «собственных» эритроцитов. А вот сыворотка крови доктора Плетчинга склеила эритроциты доктора Штурли и наоборот. Наблюдая эту картину, Ландштейнер предположил, что существует как минимум два вида антигенов – А и В (буквенную номенклатуру предложили позже Эмиль фон Дунгерн и Людвик Гиршфельд). Но в собственной крови исследователь не обнаружил ни одного из них, и решил, что есть и третий вид антигенов – С (сейчас мы их знаем как 0). Через два года ученик и коллега Ландштейнера Адриано Штурли совместно с Альфредом фон Декастелло обнаружили четвертую, «не имеющую типа» группу крови – АВ.

Ландштейнер сформулировал золотое правило трансфузиологии (переливания крови): «В организме человека антиген группы крови (агглютиноген) и антитела к нему (агглютинины) никогда не сосуществуют».

В начале 1900-х годов чешский психиатр Ян Янский проводил в Праге исследования, чтобы выяснить взаимосвязь между душевными расстройствами и способностью крови к агглютинации. Такой связи не нашел, но в опубликованной в 1907 году работе классифицировал кровь по четырем группам – I, II, III, IV.

В том же 1907 году американский хирург Джордж Крайль провел первую в мире гемотрансфузию с учетом групп крови, а Людвиг Гектоэн (Хектоэн) провел первую перекрестную реакцию между кровью донора и реципиента – прообраз сегодняшней пробы на индивидуальную совместимость. Рубен Оттенберг, начав применять этот метод, установил «универсальность» первой группы крови. Обладатель первой группы – «универсальный донор»: его кровь можно переливать всем. Кстати, в 1911 году гемотрансфузии, которые проводил доктор Крайль, наблюдал российский хирург Владимир Николаевич Шамов. Именно он через несколько лет проведет первое в России переливание с учетом групповой принадлежности.

Тем временем между Ландштейнером, Янским и предложенными ими системами обозначения групп крови возник конфликт: какой пользоваться, чтобы правильно подобрать совместимую кровь? В 1921 году американская медицинская комиссия признала приоритет Янского в классификации по четырем группам перед Ландштейнером, который в своей классификации привел только три группы (четвертую, как мы помним, добавили его ученики). Тем не менее Нобелевскую премию «за открытие групп крови человека» в 1930 году получил именно Карл Ландштейнер. А в Чехии и Словакии активных доноров награждают медалью имени Яна Янского.

Вопрос о классификации групп крови решили, можно сказать, полюбовно на съезде Международного общества переливания крови в Париже в 1937 году: 0 (I), A (II), B (III), AB (IV). Но сейчас мы пользуемся другой классификацией: I, II, III и IV. Кстати, на парижском конгрессе присутствовала и делегация советского Центрального института переливания крови (ЦИПК) во главе с директором Андреем Аркадьевичем Багдасаровым. Советские ученые презентовали изобретенные в ЦИПК методики консервации крови, о чем мы подробнее поговорим в главе «Кровь для Победы».

Первую в России трансфузию с учетом групповой принадлежности провели выдающиеся российские и советские хирурги Владимир Николаевич Шамов и Николай Николаевич Еланский 20 ноября 1919 года в клинике, которой руководил еще один выдающийся хирург Сергей Петрович Федоров. В Советской России шла Гражданская война, некоторые ее регионы подверглись интервенции иностранных государств – страна фактически находилась в блокаде. А это означало, что получить стандартные сыворотки для определения группы крови из-за границы (а они производилось только там) было невозможно. И тогда Владимир Шамов, повторив опыты, проведенные в свое время Карлом Ландштейнером, Яном Янским и другими европейскими исследователями, сам выделил стандартные сыворотки. В Петрограде не хватало продуктов, тепла и электричества, но Шамов делал свою работу, в которой ему помогали Сергей Владимирович Гейнац, Иоаким Романович Петров и Николай Николаевич Еланский. Они первыми в нашей стране выделили стандартные изоагглютинационные сыворотки.

Первое переливание крови провели после перекрестной пробы на совместимость крови донора и реципиента. Найти донора было непросто, ею стала девушка (к сожалению, история не сохранила ее имени). Годы спустя Шамов так вспоминал эту операцию (переливание крови было тогда именно хирургической операцией): «Всеобщее недоверие было настолько велико, что невольно уже начинало заражать и меня самого. Не случайное ли совпадение благоприятных результатов пришлось мне видеть в Америке? Всецело ли решается вопрос о совместимости кровей только определением их групповой совместимости? Нет ли в этом вопросе каких-либо иных закономерностей? А что, если как раз в моем первом случае эти неизвестные закономерности и проявятся и моя больная погибнет от чужой крови, как это часто уже бывало в прошлой практике применения метода? Что, если эта девушка, так доверчиво решившаяся дать кровь для переливания, в результате этого заболеет, что если у нее вспыхнет после этого туберкулез? Вот те сомнения, которые вихрем носились у меня в голове, пока я под недоверчивым взглядом всего врачебного персонала хирургической и гинекологической клиник, неуверенный, слегка трясущимися руками приступал к производству своего первого переливания. И тем более было мое ликование, когда это переливание прошло прекрасно. …Первая реальная удача окрылила меня, она разбила лед недоверия вокруг, она послужила лучшим средством агитации в отношении больных и доноров».

Впоследствии Владимир Шамов провел десятки переливаний крови, и все они закончились успешно. Этот успех окрылил не только Шамова, в клинику Федорова поступали многочисленные письма от врачей удаленных от Петрограда больниц: они просили познакомить их с техникой производства реакции агглютинации. В ответ на эти запросы Шамов и Еланский в 1923 году опубликовали работу «Изоагглютинационные свойства человеческой крови, значение их для хирургии и способы определения» – первое в Советском Союзе подробное описание техники и основ проведения реакции агглютинации и получения стандартных сывороток.

Открытие групп крови спасло больше человеческих жизней, чем все остальные медицинские техники. Спасибо Карлу Ланшдтейнеру. Сегодня специалистам известны более 362 вариантов антигенов эритроцитов, объединенных в 44 системы, и эти исследования продолжаются. Но чаще всего медики в своей практике опираются именно на четыре группы крови.