Сюрпризы в этот день на книгоискательстве не закончились. Едва машина тормознула на парковке рядом с книжным магазином, я весь вздыбился. Неприятные воспоминания, давившее будто на больную мозоль из-за свежего срока давности, заставили меня быть подозрительным.

– Лорд, ты чего раздулся, как шарик? – даже Марк заметил, что дело пахнет жареным. Он, посмеиваясь, взял рюкзак и открыл переднюю дверцу автомобиля с водительской стороны. И, пожалуй, Марк так бы и продолжил смеяться над моей чересчур предприимчивой попыткой предупредить его о возможной опасности, пока сам не наткнулся на объект моего волнения.

Несостоявшийся воришка «Монумента» сидел на порожке «Данко» и снова скрывался под капюшоном. Я мог разглядеть только его руки, сцепленные друг с другом, и широко расставленные ноги с пританцовывающим мыском кеды на правой. Цель данного объекта, вернувшегося на место преступления, пока что была неясна, оттого я продолжал сверлить кошачьим взглядом малоприятного знакомого. Марк, разумеется, тоже узнал парнишку. Чем ближе мы подходили к магазину, вернее Марк подходил, а я сидел у него на руках, тем короче и неуверенней становились его шаги. У порога мой книготорговец и вовсе остановился, тогда как воришка продолжил топать ногой и игнорировать нас.

– И снова здравствуйте, – буркнул Марк, привлекая внимание.

Сидевший парнишка встрепенулся, наконец заметив грозного капитана, заведующего книжными фондами, и его не менее важного покровителя и спутника, то есть меня. Он подскочил на ноги и быстро скинул капюшон с кудрявой копны каштановых волос, вынул из ушей маленькие белые наушники.

– Здравствуйте! – пугливо начал он. – Вы же владелец книжного? – спросил парнишка, при этом уставившись на меня.

«Приятно, конечно, но до владельца книжного мне еще расти и расти. Долго придется выслуживаться, чтобы подняться по карьерной лестнице. Либо через Марков труп. Ведь только так он мне позволит вести книжные дела», – раздумывал я, медленно как бы невзначай вылизывая лапку, дабы усыпить бдительность воришки.

– Я, – сказал Марк. – Зачем пришел?

– Извиниться. Понимаете, я сам не знаю, что на меня нашло! Я не из таких, чтоб вот так брать чужое. Но эта обложка… она меня просто околдовала! Честное слово. Я обожаю музыку и все, что с ней связано. В особенности Depeche Mode, Nirvana, Queen, AC/DC…

– Ближе к делу, – перебил его Марк.

– Да-да… Простите меня, пожалуйста! Все время не хватает денег на увлечения, особенно летом. Я… хотел как лучше! Съехал от родителей, снял квартиру, ну чтобы быть самостоятельным и все дела. Вы знаете, какую стипендию универ платит? В ящик можно сыграть!

– А работать пробовал?

– Студентам приходится туго. Платят копейки. И в парке аттракционов подрабатывал, и официантом, и курьером. Дичь какая-то!

– Дурак ты! Что за время такое?! Всем нужны легкие деньги, чтобы только зарплату получать и ничего не делать. Я все детство на огороде впахивал! Потом подростком на всякие подработки устраивался и студентом тоже – успевал и учиться, и работать. Потому что цель была. А у вас какая цель? Схитрить, лентяйничать, но при этом получать от жизни все!

Парнишка, сам того не зная, запустил в Марке нудеж о разнице поколений и о том, что раньше трава была зеленее. И сейчас Марк даже больше отчитывал не самого воришку, а всех причастных к его возрасту молодых людей, точно так же снующих по улицам без дела.

– Как тебе только в голову пришло?.. – продолжал Марк.

Понимая, что воспитательный монолог с укоризненной ноткой вряд ли возымеет действенный эффект, я соскочил с рук Марка и позволил себе подойти к ногам парнишки вплотную. Наверняка, он еще помнил мое грандиозное нападение, потому осторожничал, с испугу даже присел обратно на порог, боясь ко мне прикоснуться. Я смотрел в его карие глаза, склонив голову, удивлялся вихрам кофейного оттенка на голове, отчего-то напоминавшим пористый шоколад. Он и сам, этот бедолага, был как пористый шоколад – чуть-чуть надломишь, ну то есть слово против скажешь, и он рассыплется. Под продолжающимся гнетом Марковых нравоучений я забрался на коленки бывшему врагу и замурчал. У Марка аж брови подскочили вверх. Он замолчал и махнул рукой, присев на тот же порожек рядом с парнишкой.

– Звать-то тебя хоть как? – уточнил книготорговец.

– Слава, – ответил тот.

– Марк.

Они, оба грустные и настороженные, пожали друг другу руки. Марк тяжело вздохнул, зачем-то посмотрел на свою машину, а потом вернулся взглядом к Славе.

– Почему «Монумент»?

– Да вы шутите?! Там же полная дискография, фотографии из личных архивов и даже первая магнитофонная запись от 1980 года! – парень уставился на Марка как на безумца, не сведущего, какую уникальную книгу тот держит у себя в магазине.

– В книжном есть и другие биографии музыкантов, менее увесистые, – усмехнулся Марк.

– Видел. Но те не полные, некоторые из них вообще составлены исключительно фанатами и вряд ли проходили проверку на достоверность, плюс нечеткие иллюстрации. Будь я книготорговцем, то заказал бы другие издания.

– Да?

– Конечно. Вам нравится «Ария»? Я заметил. Целый уголок в музыкальном отделе посвящен ей, – подметил Слава.

– А ты отечественный рок не слушаешь?

– Почему же? Слушаю, даже панк, – он протянул Марку один белый наушник, из которого шипело нечто похожее на то, что я мог слышать в машине Марка или на втором этаже дома, где стояла умная колонка.

Марк вставил в ухо гарнитуру и задумался. Покивал головой, бесшумно пролепетал губами слова, поводил руками в воздухе и вскоре вернул наушник владельцу.

– Неплохо, но мне у них больше акустический альбом нравится, – заявил Марк.

– Мне тоже, – согласился Слава.

– Значит, ты разбираешься в музыке?

– Не жалуюсь.

– У меня машина забита под завязку книгами, поможешь разгрузить?

– Да без проблем, – пожал плечами Слава.

Он все еще держался с опаской, поэтому слез с его колен я сам, освободив пленника из шерстяных оков. Убедившись, что Марк и Слава всерьез готовы заняться переносом фонда из машины в книжную лавку, я вбежал в магазин. Здесь к концу дня посетителей стало еще меньше – раз-два и обчелся. На потолке загорелись люстры с теплым светом, в окнах заиграли первые розовые разводы заката, на полках расположился мягкий отблеск, а в воздухе, как и всегда, повис аромат типографской краски и пыльных страниц.

«Я дома», – втянув запах поглубже, чихнул, но от этого мрачнее излюбленное место не стало. Я обожал поскрипывающий паркет, по которому переступали посетители – его родной звук не сравнится ни с одним идеально вымощенным ламинатом. Я любил треск корешка раскрывающейся книги и шелестящие страницы; глаза с азартным блеском, бегущие за смыслом, спрятанным между строк. По отдельности эти звуки могли раздражать, но в своей совокупности создавали поистине уникальное пространство, которым хотелось пропитаться до кончика хвоста…

– Вернулись? – заботливо поинтересовалась Юля из-за стойки у Марка, показавшегося в проходе со стопкой книг.

– Отличная вышла рыбалка! – кивнул Марк. – А где твой вязаный шарф? Бросила, что ли?

– Это был не шарф, а авоська. Довязала, и у меня ее тут же купили, представляешь? Сейчас хендмейд в моде, между прочим. Можно побольше таких навязать и продавать вместо книжных пакетов, – с особой важностью рассказала Юля. А потом она увидела Славу, вошедшего следом за Марком с такой же стопкой книг. – Кстати, вот этот парень тебя искал.

– Уже познакомились, – Марк положил книги рядом с вечно стоявшими коробками, мечтательно надеясь однажды разобрать и те и другие. – Кстати, – подражая Юле, торжественно заявил он, – это наш новый продавец-консультант – Вячеслав. Прошу любить и жаловать!

Сказать, что Юля и я удивились – ничего не сказать. Чтобы наш вредный Марк нанял кого-то в свой любимый книжный, да еще со сложившейся репутацией неудачливого воришки… это какая книга должна была свалиться на его и без того больную голову?!

Шутки шутками, но на самом деле я искренне поддерживал решение Марка. Отмахнуться от проблемы всегда проще, а вот взяться за ее корень и попробовать изменить ситуацию к лучшему – это требует усилий. Вот мои старания наконец-то начали приносить плоды: Марк с моей подачи стал видеть некоторые вещи и события под другим углом, менее ему привычным, оттого прогрессивным. А если совместить приятное с полезным, так и вовсе можно открыть для себя знакомую обстановку в новом свете.

Это я о чем? А о том, что буквально через неделю умная колонка перекочевала со второго этажа на первый и в конце рабочего дня под звуки гитар и барабанных ритмов запели уже два голоса, раздирающие не только собственные глотки, но и уши присутствующих поблизости (мои и Юлины):

без разбора, не имея хоть сколько-нибудь вокальных данных, орали наперебой колонке Слава и Марк.

Говорил же: даже самые, казалось бы, отвратительные звуки способны превратить самое обычное место в уникальное, пленяющее атмосферой.