или О подготовительном звене преобразующего действия в условиях умственной неполноценности

1

Кай не ожидал от Квентина такой силищи. Угрозу задушить его цепью спятивший адепт Асмодея наверняка претворил бы в жизнь, если бы брат Честер и страж Исправительной ямы совместными усилиями его не отбили.

- Он одержим демоном, - сказал Кай, приходя в себя уже на краю ямы.

- Да нет, не может такого быть, - усомнился брат Честер.

- Как же не может? Он душил меня во славу демона Асмодея!

- Я не советовал бы тебе, брат Майк, поминать это сказанное сгоряча имя, - Честер скривился, как от зубной боли. – В нашем посёлке тебя, боюсь, не поймут. Наше учение не подтверждает существования демонов.

- А сам Асмодей? Откуда тогда брат Квентин взял его имя?

- Асмодей не демон. Общим решением посвящённых нашего братства он реабилитирован.

- Стало быть, Асмодей теперь для вас ангел Господень?

- Ну, вроде того.

- Что ж, - Кай присвистнул, - больше вопросов не имею.

- Вот и замечательно!

Что с них взять, с зеонских сектантов! «Реабилитация» демонических существ - лишнее подтверждение того, что они исповедуют так называемую «религию душевного здоровья» по классификации Уильяма Джемса. Сутью же религиозного опыта подобного рода становится изгнание за пределы сознания множественных несовершенств и зёрен зла в мире.

И чем здоровее мнит себя адепт этакой «оздоровляющей» душу приторно-благостной религии, тем сильнее он нездоров. Для него все конфликты глубоко в бессознательном.

2

Невин, Квентин… Третьим запланирован Гаррис. А в отличие от прежних имён это имя Каю хоть что-нибудь говорило. Гарриса уважал и ценил Бенито Родригес. Да, это точно. Правда, следует ли отсюда, что Гаррис принадлежит к людям Родригеса в Новом Зеоне, Кай бы не смог утверждать. Может, и нет. Иногда Бенито уважает и ценит людей и за просто так, без того, чтоб они на него хорошо работали.

В общем, сказать отцу Джою Гаррису: «Вам привет от Бенито Родригеса», - будет преждевременным и наивным. Слишком уж высокий пост этот человек занимает в Новом Зеоне, может и оскорбиться. Или, к примеру, насторожиться, что тоже не лучше. Служба безопасности рудной колонии – она для любого зеонского сектанта с чистым сердцем и ясными глазами была и останется организацией подозрительной.

Было яснее ясного, что к отцу Гаррису Кая поведёт не кто иной, как всё тот же брат Честер. Он по Каю сегодня дежурный брат, вроде, так это называется. То есть, снова задействовать эстафету было бессмысленно, в понимании чего сошлись и Честер, и Кай. Первый всего лишь подождал, когда второй, по возможности, оправится от нападения Квентина, а пуще того, от глупой реабилитации в Новом Зеоне опасного демона.

Кай тогда сказал: «больше вопросов не имею», но не успели слова прозвучать, как появились вопросы. Это ведь что-то конкретное значит: «реабилитирован Асмодей». Если бы в Зеоне реабилитировали похоть и блуд, он бы весь превратился во второй Свободный Содом, чего, однако же, не случилось – ну разве что с Квентином, отдельно взятым и помещённым в отдельную яму, дабы поменьше смущал умы. Что тогда реабилитировано? Одно «честное имя»?

К сожалению, на возникшие вопросы брат Честер отвечал только так:

- Это закрытая информация, с ней адепты знакомятся на высоких ступенях посвящения. Не уверен, что и я сам осведомлён достаточно. Всё в руках Господних: верь и молись.

И всё же, при почти полном отказе ответить по сути, чисто формально брат Честер ответил на все вопросы без малейшего исключенья. И никуда не спешил, оставался рядом, терпеливо снося новые попытки непосвящённого что-нибудь лишнее и запрещённое разузнать.

- Вы меня ждёте, чтоб отвести по третьему адресу? – только тут догадался Кай. Честер кивнул. – Ну так что ж не ведёте?

- Жду волеизъявления. И готовности, брат. Очень важна готовность.

- Вроде бы от нападения я уже отошёл, - Кай украдкой нащупал болезненные точки на шее, оставленные цепью полоумного Квентина. - Заживёт, ерунда, проехали. Или по новому адресу меня ждёт что-то похлеще?

- Может быть, - ответил брат Честер, - всё в Господних руках.

- И, конечно, о Джое Гаррисе вы мне заранее ничего не расскажете?

- Отчего? Расскажу. Преподобный отец Джой Гаррис – лицо в Зеоне известное. Глупо бы было что-то о нём утаивать. Он живёт в скиту, в самом дальнем уголке нашей Священной рощи. Нам придётся покинуть посёлок.

Кай, однако, быстро заметил, что Честер его ведёт не к поселковым воротам, а в обратную сторону. И предположил:

- Мы, наверное, выйдем через какой-то секретный проход?

- Нет, через главный. Просто для похода в скит отца Гарриса нам понадобится двое стражей.

- Всё так серьёзно? Дело, наверное, в том, что на рощу творят набеги злобные черви? – Это припомнилось от разговора с верховным бишопом.

- Черви? Нет, ну в общем-то червь один, и не так уже досаждает. Там, в скиту, есть твари поменьше и погнуснее, вот от них нам и понадобится зашита. С непривычки бывает опасно…

- А сам Гаррис, верно, привык к опасности? Истинно святой отшельник, - прозвучало как-то двусмысленно.

Брат Честер на то промолчал, видимо, распознав несерьёзный оттенок в интонации Кая. Хотя Кай не имел в виду никакой непочтительной дерзости.

3

Свободных-то стражей пришлось подождать на скамье под фехтовальным ристалищем, где бритоголовые силовики числом около полусотни то рубились в тренировочных боях на японских мечах – катанах, то в медитативном самопогружении ждали своей очереди. Маленький юркий тренер с чёрной косичкой успевал, казалось, повсюду – это при том, что учебных боёв параллельно происходило около десятка. Каю он показался природным японцем из империи звёздного архипелага «Тэйкоку-но-рю сото Тоши», ибо где ещё сохранился бы в первозданности такой раритетный стиль боя? И его догадку косвенно подтвердило имя воина - брат Онодэра.

Появившись внезапно пред Каем и Честером, Онодэра осведомился вежливо, чем обязан визитом. Честер ответил, что они идут в скит, и нужно сопровождение. Тренер тут же ответил, что брат Дик и брат Джек в этой функции братьям-невоинам идеально помогут, если только идущие запасутся терпением на ближайшие полчаса. В смысле, раньше получаса упомянутые Дик и Джек никак не освободятся.

Кай до сих пор не лишился вредной мнемической особенности – не узнавать стражей Зеона в лицо. Но имена он помнил. И знал, что брат Дик и брат Джек – вроде, не то чтобы прямо серьёзные воины, а носильщики контейнеров с грибами от Мика Брэдли из Грибного леса, ну и пустой тары обратно к нему в Грибной лес. Там-то, в лесу, эта парочка воинов из любых волевых качеств показала одно: самообладание, но и только. Чтобы сражаться с какой-то небезопасной тварью, так эта задача, похоже, совсем не по Дику и не по Джеку. Даже попытка расстреливать червяков, что собрались под сваями, мало того, что выдалась неудачной, так и та ведь совершена Саймоном и Риком, что явились тогда вместо них для разнообразия…

В общем, будь воля Кая, он бы заявил этим самым братьям Дику и Джеку решительнейший отвод. Но вот только… Не было воли Кая. У него никто не спросил, что за стражей нужно в охрану. Меру их подготовки по своим критериям оценил маленький японец, а брат Честер с этой оценкой тут же и согласился – и всё, решили. Догонять занятого тренера, чтобы донести своё мнение – да кто ты такой?

Ладно, подумал Кай, авось пронесёт. Хоть на что-то должны быть годны Дик и Джек, ну и общее число успокаивает. Раз идти в четвером, да к некрупным тварям, да к таким, с которыми уживается отец Гаррис, то к чему же заранее паниковать? Вовсе не надо.

Лучше принять Дика и Джека, ну, как готовую данность, и не вносить суету ни в тренировку воинов, ни в свои мысли. Коль остались ему полчаса ожидания, надо использовать с толком. То есть, узнать что-то у брата Честера об отце Гаррисе, что-то важное, что-то такое, чего он при бритых охранниках, может, и не расскажет.

4

- Преподобный отец Джой Гаррис – истинный патриарх Нового Зеона, - сообщил брат Честер в ответ на осторожный запрос Кая. – Все наши отцы, а также все старшие братья – суть его прямые духовные чада. Чудо духовного провидения, вот чем брал отец Джой, вот чем обращал к Господу. Все, кто ни слушал его, обретали надежду. Это важнейшее из состояний на Эр-Мангали.

- Но живёт он в отдельном скиту, не в посёлке, - напомнил Кай. – И к нему, как и к отцу Невину, а также как к брату Квентину, бишоп Амос предпочёл обратиться не напрямую. Направил меня. Нет ли в том признания некоторой сложности, что явилась в общении между Гаррисом и Амосом.

- О, верховный бишоп отца Джоя весьма уважает! – возгласил брат Честер. – И великих сложностей в общении не боится. Верите ли, брат Майк, заслуги отца Джоя Гарриса столь весомы, что к его даже странным речениям в нашем богоспасаемом Зеоне всегда подходили с гибкостью. Ибо то, что в устах другого адепта могло обернуться ересью, у отца Джоя Гарриса шло прямо от сердца, от сердечной открытости для молитвенного диалога с нашим всеблагим Господом.

Вот как, подумалось Каю, не случайно, пожалуй, рядом с глубоко уважаемым именем Гарриса вспоминают ещё и о ересях…

- Отец Джой, по-видимому, высказывал альтернативные взгляды?

- Нет! – слишком поспешно возразил Честер. – Альтернативности нет никакой. Полное согласие, по крайней-то мере, в ясно различимой сути основных положений. Это не должно удивлять, ведь отец Джой, и именно он – основатель учения, раскрывшего истинный свет нашему посёлку. Пусть даже ныне верховный бишоп Амос и не со всем согласен.

- Всё-таки Амос не согласен? – Кай опять нащупал конфликтную зону. – Значит, отец Гаррис не случайно ушёл из посёлка?

- Удалился в скит, - подтвердил Честер. – Но не из-за разногласий с верховным бишопом. Ибо никаких существенных разногласий нет.

Но зачем же говорить о том, чего нет – а, брат Честер?

- Да, к тому же, в этом скиту преподобный жил изначально. Скит предшествовал посёлку – в некотором роде… - Честер немного запутался. – Нет, посёлок-то был, но он не был Новым Зеоном: здесь его возвели при ныне закрытой шахте. Но потом отселили – нерентабельно, шахту всё время водой затапливало, слишком низинное место. Сделался «мёртвый» посёлок, навеки законсервированный. Но тогда явился отец Джой Гаррис, и было ему видение. О холме, о Новом Зеоне. Он-то и нарёк это имя – когда здесь, в этом самом месте ещё ничего не было.

- И, наверное, возродил посёлок?

- Да, духовным посылом. Для начала он выстроил рядом, в Священной роще, маленький скит. Частью выстроил, частью нашёл, но не в этом дело. Зная за ним чудотворный дар прорицания, в скит потянулись люди. Все хотели быть рядом, пристроить свою келейку… Но тогда отец Джой говорил: «Здесь нельзя, вы не видите, что ли – Священная роща!». Братья видели, что нельзя, и тогда вопрошали: «Где же?». Преподобный тогда отвечал: «Видите посёлок в низине? Здесь, на этом духовном холме возродится великий Зеон!». И как воду глядел, как в Господнем сердце читал – так и получилось.

Говорил ли Бенито, что названье Зеону дал Гаррис? Вроде, да, но тогда - и другим посёлкам. Бабилон, Джерихон и Содом обретают смысл от соотнесенья с Зеоном.

- А потом, когда братья Зеон отстроили… - Кай позволил себе невинно сострить, - на холме? Преподобный Джой Гаррис не думал присоединиться?

- Он здесь часто бывал, - Кай обратил внимание на прошедшее время (выходит, уже не бывает?), - но не перебирался жить. Он предпочитал уединение, ибо общение с братьями его подчас утомляло.

Как я его понимаю, хотелось вымолвить Каю. Хотя… Может быть, он понимает как раз себя, а на Гарриса лишь переносит, экстраполирует.

- А когда… - Кай увидел, что двое стражей, только что завершивших учебный бой, уже ищут его и Честера взглядами. Захотелось выяснить нечто главное, о котором в присутствии стражей провожатый наверняка промолчит. – А когда же преподобный Джой стал высказывать мысли, напоминавшие ересь? Верно, совсем недавно, на склоне лет.

- Нет, - неосторожно сказал Честер, - с самого начало.

- Он говорил, - поспешил развить успех Кай, - что-нибудь такое, чего мне, например, никогда не простил бы бишоп? Что же это тогда? Умоляю, скажите, чтобы мне не опростоволоситься!

И брат Честер ответил, то ли не осознавая значимости сообщения, то ли нарочно сливая бесценную информацию – кто разберёт?

- Преподобный не лгал, и не извращал слов Господних, - произнёс он скороговоркой, - но, возможно, неверно их толковал в своём сердце. Всё, что верховному бишопу, и нам, его чадам духовным, представляется самым вредным в словах отца Гарриса, тем или иным способом соотносится с идеей явления героя-спасителя. Эта вредная во всех смыслах идея предполагает, что на Эр-Мангали царит не Эдем, а Ад, от которого надо спасать людей. Чтобы вывести их из Ада, новоявленному мессии приходилось бы выполнить дело насколько ненужное, настолько и невозможное: преодолеть барьер Карантина. Кто пытается это делать, тот глуп или заморочен хитрыми речами лжепророков. Он погибнет, ибо не властен преодолеть Господнее наказание. В ослеплении он будет думать, будто смертью своей что-то кому-то докажет. Но мы знаем, что эскапизм – путь тупиковый.

Половину сказанной речи Честер произнёс только для Кая, а вторую половину – ещё и для двоих стражей с катанами, для бритоголовых здоровяков-европеоидов, застывших в нелепых позах, исполненных демонстративного благоговения перед Господней истиной.

5

По пути от ристалища до ворот Кай старался отвлечь Джека и Дика от сказанного братом Честером. Потому что, вроде бы, он и верно вещал с точки зрения учения секты, но задумайся лишь над поводом такой зажигательной речи – и получится, что Кай не то задел его за живое, а не то и сам высказывал еретические мысли вредоносного мессианского толка.

Кай спросил у парней с катанами об учителе их, Онодэре.

- Да, природный японец, - подтвердил тот из стражей, чья макушка казалась менее тщательно выбритой. – Да, из «Тэйкоку-рю сото Тоши», соплеменники его зовут Онодэра-сан. Он хороший боец на катанах, отличный тренер. Этим он посёлку Новый Зеон очень полезен.

- А религия? – спросил тогда Кай. И немедленно понял, что сильно погорячился. И уж точно не добавил себе очков по шкале почитания сомнительных тезисов из учения братства Зеона. Ибо с ходу коснулся взрывоопасной темы. Он-то знал, как обычно относятся люди из «Тэйкоку-но-рю сото Тоши» к сектам, возникшим в иудео-христианском поле. А уж люди, способные тренировать в древней традиции боя…

- Брат Онодэра отринул заблуждения и всем сердцем принял учение братства Зеона, - горячо заверил тот из сектантских стражей, чья макушка была тщательней выбрита. Кажется, это его звали Дик.

Кай проглотил скептическую реакцию – ведь зачем, зачем? Ссорить учеников с японцем – это не просто свободомыслие с подозрением на ересь, а прямое и недвусмысленное подрывное действие. За такое и в исправительную яму легко угодить.

Честер уточнил:

- Брат Онодэра не сразу пришёл к Зеону. Перед тем он не поладил с Флоресом, Эрнандесом и госпожой Добсон, ибо не мог им простить ни бесчестной власти, ни личной продажности, ни половой распущенности. В братьях Зеона он наконец-то обрёл единомышленников.

Что ж, вот так достовернее. Стоило Каю и самому догадаться. Дальше уж задал вопрос нейтральный, почти что без подковырок:

- А чем воину братства Зеона пригодится фехтование на катанах?

- Очень пригодится! – воскликнул, наверное, Дик, то есть лучше выбритый. - Нам любые боевые искусства очень важны, чтобы силою рук и оружия славить Господа! И когда мы фехтуем, Господь нас любит, аллилуйя!

- И катана предпочтительней бластера?

- Бластер – оружие дорогое, - вздохнул Джек, нетщательно бритый. – И требует возобновления боекомплекта. Новому Зеону на него уповать опасно. Всё, что на планету Эр-Мангали поступает извне, то зависит от доброй воли диктатора Флореса. А у Флореса доброй воли мало-примало: не угадаешь, в который момент иссякнет. Вооружиться одними бластерами – значит, остаться в нужный момент совсем без оружия.

- Ибо нужный момент для Зеона будет во славу Господа, а никак не Флореса, - завершил бритый Дик его мысль.

Что ж, подумал Кай, это верно. И катаны себя хоть в чём-нибудь оправдают. Правда, вряд ли так уж помогут в бою против бластеров и другого оружия дальнего боя. Но об этом отнюдь не Каю стоит читать лекции силовикам. Сами, поди, понимают.

А для Кая во всей этой теме пока актуально одно: чтобы зеонские братья по имени Дик и Джек были натренированы, и не на чём ином – на катанах. Ибо кривоватые аналоги японских мечей они с тренировки прихватили с собой, а вот привычные глазу бластеры где-то оставили - прямо с кобурами. По настоянию строгого тренера, не иначе.

6

Сразу по выходе за ворота Нового Зеона, Кая посетило состояние дежа вю. Как-то не так давно вместе с теми же самыми Диком и Джеком он уже выходил из ворот – в направлении Грибного леса. В этот раз он идёт ни в какой не в Грибной, а и вовсе в Священную рощу – можно себя поздравить, сменилась цель, чуть приблизилась даже к исходной! И к тому же на сей раз в походе участвует Честер; их не трое, а четверо: ну и что? Всё равно что-то есть утомительно то же самое.

Вот природа не поменялась. А ещё направление – изменилось, конечно, но не так, чтобы сильно. Вобщем-то к роще идти – в ту же сторону, что и к лесу, но, конечно, немного дальше. Или нет, даже не дальше, просто там нужен крюк. Лишь зайдёшь за пределы каменной чашки, где томятся грибы, не в силах распространиться, тут-то тропка едва заметно начинает взбираться на склон – и приходит к естественной терасе.

С той терасы, кому интересно, можно сверху окинуть взглядом всю широкую площадь дна чашки, всё болотце, которое Новый Зеон именует Грибным лесом, домик Мика Брэдли на сваях. Всяк, кому интересно, смотри на здоровье, что там у домика делается, кроны деревьев заболоченного леса довольно-таки реденькие, да и деревьев в лесу негусто. Меньше, чем грибов.

А оттуда надо ещё подыматься по довольно крутой тропе. Чтоб не ехали ноги по глине, ты хватаешься за кустарник, за стволы деревьев, за камни. И не только тебе, но и братьям Честеру, Дику и Джеку восходить точно так же непросто… Либо этот подъём не единственный, либо в Священную рощу из Зеона ходят не очень часто.

Ах, ну да, ведь должен быть лёгкий путь, по которому следует бишоп. И, конечно же, он засекречен: на то иерархия.

Наконец-то тропа снова выходит на ровное. Ты подходишь к открытому месту - к новой терасе. Здесь повыше, тебе интересно рассмотреть Грибной лес и отсюда. Что же видишь? Нет, не его заболоченную чашу. Поднимаясь на склон, тропа успела свернуть. Пред тобою не что иное, как посёлок Новый Зеон – он раскинулся, как на ладони, во всей своей нищете.

Если что-то считать Зеонским холмом, то площадку, откуда ты на него смотришь. Верно, здесь часто ходит заслуженный не-еретик отец Гаррис, и, с презрением глядя вниз, что-нибудь оптимистичное прорицает. Мол, не падайте духом, братья! Подрастёт ваш холм, да засеется всходами праведными. Вам не нужен герой, чтобы вывел вас из оврага? И не надо: смотрите на свой овраг снизу вверх, да верховного бишопа слушайтесь!

Но и эта тераса – ещё не Священная роща. Это тамбур её, предбанник, а по совместительству смотровая площадка. Роща уходит вдаль, оседлав некое низинное плоскогорье. Здесь не то, чтобы сухо – нет, не совсем, но под ступнями чавкает липкая грязь, а не водный раствор грязи. Потому, по сравнению с лесом, роща немного выигрывает, но…

Но и не сказать, что Каю здесь нравится. Может, деревья здесь расположены гуще, чем на грибном болоте, а он отвык? Нет. Нельзя же за месяц отвыкнуть видеть прекрасное.

- Грибной лес изобилует грибами. А чем Священная роща? – поинтересовался Кай.

Честер ответил:

- Здесь ближе всего к Господу. Легче всего обеспечить молитвенный контакт. Ибо снисходит правильное настроение.

Ой ли? Кажется, грибы из болотистого леса намного сильней способствуют. Просто-таки агенты всяческой связи, свяжут повсюду, куда достанет грибница. Ну а здесь? Ни на какие молитвенные настроения Кая не пробивало. Даже наоборот – по контрасту. Как-то тревожно в ней.

Ах, ну да. Кай пришёл с установкой на то, что встретит опасность. Два мордоворота с катанами, в боевые навыки которых не очень-то веришь, могут отравить восприятие даже самых изящных картин природы.

- Далеко ли идти? – бросил Кай в замечтавшиеся лица.

- Через всю Священную рощу. Мы на середине.

Нет, ну роща, как роща. Деревца вот неожиданно чахлые – для такого-то значимого места. С эстетической точки зрения не поражает. Не содержит ни яркой экзотики, ни мирного впечатления доброй к тебе гармонии. То ли Гаррису, когда он здесь поселился, было на красоты плевать, то ли роща с тех пор испортилась. Может, так, может, сяк, но скорее, всё-таки, первое.

Кай по мировосприятию пейзажист. Он умеет распахивать душу навстречу красивым ландшафтам. Но увы. Почему-то здесь всё – сказать мягко, неживописно. Слишком ровный рельеф, будто равняли бульдозером. А растительность – будто черти со зла натыкали. Из деревьев же в этой Священной роще доминируют малость зачуханные ксенолипы. Липовая такая Священная роща. Для тех, кто верит словам.

Но слова о «Священной роще» в этом убогом ландшафте впервые вымолвил Гаррис, и, наверное, не шутил. Кай ошибается, или в общении с этим человеком у него возникнут проблемы?

- Как мне стоит построить диалог с отцом Джоем? – обратился он к брату Честеру.

Тот ответил:

- Господь подскажет! – милое обещание.

Не подскажет, уверился Кай, не направит Господня воля. Ибо в этой Священной роще сердце моё закрыто.

7

Уж прошли почти всю Священную рощу до самого Гаррисова скита, когда Кай, наконец, догадался, что же в ней более всего не так. Из святого места куда-то сбежала фауна. Даже флора, казалось, готова пуститься уже наутёк, но куда же ей деться? А подвижные твари – смогли, и делись.

Кай осторожно спросил:

- А в Священной роще всегда так тихо?

Честер тоже вслушался:

- И правда: всё замолчало.

Кай был склонен считать, что молчало-то всё изначально, но прозвучавший ответ натолкнул на новую мысль:

- Если всё замолкает, то где-то неподалёку таится хищник. – И добавил по старой памяти: - Уж поверьте ксенозоологу.

- Да, мы тоже в курсе, - промолвил Джек, и, озираясь по сторонам, обнажил на всякий случай катану. Дик последовал его примеру.

Ничего себе чутьё ситуации! Ну а если бы Кай со своими тревогами запоздал? Неужели охрана бы сгинула, так и не вытянув из ножен мечей?

Впрочем, пока затаившийся хищник больше ничем себя так и не выдал. Может быть, Кай ему знатно подпортил момент нападения из засады, не дал захватить врасплох…

А потом Кай уловил движение. Далеко, за деревьями, но как будто сразу в нескольких местах.

Надо же! Здесь кто-то живёт. Но до чего же не хочется его видеть!

- По-моему, стая, - негромко сказал Дик.

А у них-то на всё да про всё только один бластер – его вытащил Честер. Между тем как у братьев-защитников – только катаны. Ух и весело драться со стаей в ближнем бою холодным оружием.

Дик и Джек – интересно бы знать, как давно их тренирует японец.

А впрочем…

Впрочем, полно тебе возмущаться. Ты сам не дурак? У тебя, вроде, был револьвер. Ах, револьвер с тобой! Где он, в сумке? Не расскажешь ли, разумный паренёк Кай Гильденстерн, отчего он у тебя опять не заряжен?

Не говори, что на рынке Нового Джерихона ты не видел патронов к своей «меноре». Ты ходил по продуктовым рядам и высматривал морскую капусту, а о том, чтобы поспрашивать о рынке оружия, совсем не подумал – почему? А ведь рынок оружия Джерихону необходим, раз уж в нём столько охотников, да и уголовных элементов тоже не меньше.

Ты, конечно, имеешь хорошую отговорку. О цене на патроны к «меноре» ты ничего не знаешь, ты не сможешь понять, надувают тебя, или просят реальную цену. Это да, ты никогда не старался быть хоть мало-мальски экономически грамотным.

Но, похоже, твои ожидания сводятся пока к одному: что тебя на планете Эр-Мангали будет вечно защищать кто-то другой. Что за прекраснодушная фантазия! Очень под стать здешнему Холму-которого-нет. И здешней Священной роще.

8

Твари, которые двигались вдалеке за стволами деревьев, вдруг резко и прямо обозначили своё присутствие, приблизившись на расстояние, нужное им для прямого удара.

- Шпанки! – воскликнул Кай.

Никого он этим возгласом не удивил. Разве только себя.

- Вы знали? – Кай повернулся к Честеру.

- Что в Священной роще есть шпанки? Да, знал. Кроме шпанок сюда иногда заходит один лишь червь, которого профаны по недомыслию именуют «адским». Червю никакие шпанки не повредят.

А всему живому, кроме червя? Вопрос риторический. Если один лишь пропущенный удар яйцекладом – это верная смерть…

- И давно здесь шпанки?

- Да уж давненько…

- Это значит, встретить живым отца Гарриса - шансов практически нет!

- Всё в руке Божией.

Но Каю хотелось хоть что-нибудь взять в собственную руку. Револьвер без патронов. Пусть и вряд ли поможет, но хоть видом своим успокаивает.

- Пятеро, – посчитал Джек изготовившихся для броска тварей.

Да, солидно так для первой волны летающих многоножек.

И на четверых человек – уже многовато. Если учесть, что у двоих – оружие ближнего боя, а один безоружен…

- Важно беречь патроны, - специально для Кая сказал брат Честер.

- У меня нет патронов, - порадовал он его. И, чтобы не вызывать лишних сомнений, перехватил револьвер на манер дубинки, взял его за ствол.

Брат Честер тоже не стал заранее тратить заряды бластера. Все замерли в ожидании атаки. Многое решит её согласованность.

Первая шпанка резко пошла на бросок. За ней в полумиге – вторая.

Бластер молчал.

Дик и Джек убедительно приняли атакующих на себя. Точные взмахи катан. Первый прямо в полёте развалил насекомое пополам, второй отсёк яйцеклады. Можно не добивать.

Трое оставшихся ринулись одномоментно. Один удар крыльями – там, на пределе слышимости, и вот уж три тени несутся, заранее выбрав цель.

На сей раз себя целью одной из шпанок почувствовал Кай. Ну не может же быть, чтоб бросались лишь на меченосцев.

По двоим нападающим летунам отработали Дик и Джек, а по третьему пискнул бластер.

Можно расслабиться ненадолго. Только б собраться вовремя.

- Ничего так разделались, братья! – произнёс Честер. – И остальных положим во славу Господа!

Что же раньше не положили?

- Одного лишь не понимаю, - промолвил Кай. – Мне верховный бишоп, по-моему, говорил, что бывает в Священной роще. Неужели и вправду бывает, когда здесь – такое?

- Да, бывает, - с доброй улыбкой ответил брат Честер, - но не здесь. Есть другая Священная роща, расположена чуть пониже. Шпанки туда не летают – ни разу не было. А вот черви заходят, что да, то да…

- Пусть Господь даст доброго здравия верховному бишопу, - хором откликнулись Дик и Джек.

- Ну и нам бы того же самого, - ввернул Кай.

9

Подождали. Новой атаки шпанок пока не последовало. Это значило, можно двигаться дальше.

Ну а что? Ведь пришли сюда не стоять на месте. Собирались дойти до скита. Чтобы, чисто в теории, с кем-то поговорить. Ну, и добиться ещё разрешения посмотреть артефакт – две какие-то там плиты с сидскими письменами. Правда, вряд ли теперь потребуется разрешение. Кроме как от колонии шпанок.

Не прошли десяти шагов – меж стволами новые тени. Жди атаки! Столь высокая определённость в чём-то даже и выгодна: если что-нибудь движется, значит, там точно шпанка. Остаётся её подождать. Чтоб не нарваться на слишком большое количество сразу.

Шпанок второй волны было всего лишь две. Правда, обе они, «не сговариваясь», полетели к Каю. Коллективный роевый разум, видно, счёл его наименее защищённым – если, конечно, он есть, и может анализировать итоги предыдущих атак.

Дик и Джек синхронно ударили с флангов, перерубив атакующих бестий. Честер по-прежнему свято берёг заряды. И он прав. Если шпанки есть, то их много. Они съели всю эту рощу, обратили её в себя.

Хватит ли бластера на всю рощу, полную шпанок? Нет, заряд ограничен. А уж револьвер с готовой к стрельбе обоймой и подавно не исправил бы дела. Только с бесконечным числом обойм!

С этой точки зрения многоразовая катана – самый разумный выход!

И, пожалуй, Каю стало немного совестно. Почему он думал, что Дик и Джек не могли освоить японский меч? Вроде, всё у них получается. И, хотя в подробностях фехтовального дела Кай не силён, но ведь стоит отметить: машут мечом экономно, без суеты, как заправские самураи.

- Подождём, - предложил брат Дик. – Скоро появятся.

Угадал. Прилетело четыре шпанки.

10

Когда третья волна нападающих насекомых повалилась на землю, распластанная сектантами, Кай подумал, что шпанок всех сосчитать – непосильное будет занятие. А вот бластер – скорее слабость, чем сила. Сколько бы зарядов в нём ни было, а закончатся однажды – и что тогда?

Из четвёрки шпанок, что разом напали, мастера катаны взяли на себя только двух. Ожидаемо, никто ведь не Онодэра. Таким образом, остальных сбил из бластера Честер. И он сделал больше двух выстрелов: не сразу попал по двум налетающим целям.

И ещё одно: ему показалось, или на этот раз все четыре шпанки выбрали целью его?

- Да, это так, - ответил брат Честер на вопрос Кая. – Но это ничего. Нам так даже легче работать.

Ну ещё бы не легче. Кажется, у рыбаков и ловцов террористов этот метод называется «на живца».

- Не летят. Можем двинуться дальше, - сказал Джек.

Это если не пора уже отступить.

- Хватит ли боезаряда? – Кай покосился на бластер Честера.

- Даст Господь – хватит, - с уверенностью отозвался стрелок.

Каю бы его уверенность.

Прошагали без нападений шагов тридцать. Или всё не так уж ужасно, или шпанки концентрируют силы, как прикидывал Кай, сжимая дуло «меноры». Почему-то второе казалось намного более вероятным. То есть, шпанки не дуры? Понимают в азах боевой тактики?

- Здесь остановимся, - предложил Дик.

- Почему? Никого же нет! – возразил Джек. – И потом: раньше дойдём – раньше нам Господь дарует победу.

- Лучше врагов Господа уничтожать по частям, - поскорее вмешался Кай. Истинным смирением воина вы бы были Ему более любезны.

- Хорошо, - кивнул Дик. – Не торопимся. Будем считать, что задача Господа не на скорость, а на выносливость.

Но не стоять же на месте, если из врагов никто не летит!

- Новая позиция, - сказал Дик, - у ствола вон той старой липы.

И ну надо же такому случиться, что из липы, в стволе которой оказалось дупло, прямо ему в лицо вылетела шпанка!

Ещё миг, и настороженные яйцеклады вонзились бы в тело стража. Хорошо отработал Джек: он ударом катаны плашмя сбил многоножку наземь, и уж дальше они вдвоём искромсали летучую бестию.

Правда, Дик спохватился:

- Хватит тупить катаны.

И действительно, хватит. Они же, поди, самодельные. И не могут соперничать с оригиналами, по мотивам которых созданы.

Сново дупло зашумело. Новую многоножку Дик принял на вылете.

- Да сколько их там?

- Сколько будет. Зачистим всех.

Да, и Господь не велел оставлять незачищенных дупл.

11

Двинулись дальше. С пятой волной, или шестою, справиться было особенно тяжело. Шпанки ринулись тучей, было их больше десятка. Тут уже выдержать одно направленье на Кая нападающие не смогли. При таком количестве и размере сталкивались бы крыльями.

В хаосе, который поднялся, ученики Онодэры проявили себя достойно. Приняли по три шпанки на нос, экономно резали воздух, не пропустив ни удара смертоносными жалами, а от насекомых только летели яйцеклады, конечности, фрагменты членистых брюшек.

Но, конечно же, основная задача пришлась на Честера с бластером. Тот плевался зарядами, уже не считаясь с собственными решениями сохранить их, расходовать бережно, с умом. Нынче ум пребывал в солидарности с быстротой реакции. Честер, лупя почти наугад, очень многих срезал, и лишь одна из шпанок сумела уйти из-под его огня. Эта шпанка прорвалась к Каю и принудила его впервые вступить в бой.

Что мог сделать Кай своей незаряженной семизарядной «менорой»? Всё, что мог, то и сделал. Засандалил ей рукояткой промеж яйцекладов, сбил на землю, где тварь снова стала мишенью для честерова бластера.

Получилось, да. У Сантьяго бы получилось и голыми руками, ну да Каю их было бы очень жаль, голых-то рук. Но, конечно, и с револьверной дубинкой вовсе не тянуло дальше тренироваться.

12

А потом показался скит. Скит всего лишь статус, а так – просто прижатая к небольшой скале хижина, слепленная наскоро из дерева и бетонопласта, вроде бы и вписанная в природный ландшафт, но как-то совсем по-дурацки. Выглядела хижина давно уже нежилой, покосилась, да и не в том дело. Кто бы её ни строил, плотничал без любви.

В стенах и кровле зияли такие широкие щели, обусловленные конструктивно, что считать её за укрытие было бы наивным. Скорей уж ловушка! В настоящее время, так точно, ведь бороться с налётами агрессивных многоножек намного сподручнее будет на месте открытом, легко просматриваемом.

Перед скитом налёты шпанок ожесточились. Честер заметил:

- Хижина! Оттуда они и летят.

Ну ещё бы, человеческое жильё всяко удобнее приспособить для гнездованья этих немаленьких тварей, чем какие-то липовые дупла.

Впрочем, шпанки летели не только от хижины. Пара-тройка нашла возможность зайти сзади, ну а там лишь хороший слух и натренированная реакция учеников Онодэры помогла избежать гибельного окружения.

Когда уцелевшая чудом четвёрка подошла к скиту, а Священная роща осталась у них за спиной, то из липовой чащи за ними никто не летел. Только хижина, притулившаяся к небольшой скале под огромным почти отвесно рвущимся к небу склоном, вызывала ещё опасения. Каю казалось, он слышит оттуда удары крыльев по воздуху.

- Зачищаем, - сказал брат Дик. – Вам двоим, братья Честер и Майк, предлагаю остаться снаружи, а брат Джек вместе со мной наведёт порядок Господен. Всё понятно?

- Да, - отозвался брат Честер. – Чтобы жестокие твари не избегли гнева Господнего, я применю бластер.

После двое стражей Зеона встали у приоткрытой двери по обе её стороны, и по сигнальному взмаху руки Дика резко ворвались внутрь.

Определённо, работа для них нашлась, но не слишком много. Да и брату Честеру не пришлось открывать огонь. Бегством спастись не пыталась ни одна крылатая бестия.

Пара минут – и Джек с Диком уже опять на пороге. И говорят:

- Всё чисто.

Так легко… А Кай уже и не верил.

- Кто-то был внутри, братья? – спросил Честер. – Может, отец Гаррис, или его останки?

- Только две шпанки, - ответил Джек. – И с ними… такое… - он затруднился определить.

- Ну, в общем, такое… жирное, - пояснил Дик. – Может, оно получилось и из останков.

Кая слегка замутило от этих слов. Но подходила, похоже, его очередь. Бишоп Амос посылал в скит к отцу Гаррису не Честера, не Дика и Джека, а именно его. Честер поторопил:

- Заходи, брат Майк. Господь тебе помоги выполнить все задачи.

Ага, и грамотно построить диалог с хозяином реликвий, мрачно пошутил про себя Кай, вспомнив недавний разговор.

Он зашёл, и у порога увидал двух зарубленных шпанок, а чуть дальше, занимая добрую половину хижины, располагалось нечто. К счастью, оно нисколько не было похоже на человеческие останки, хотя, по всему, что о шпанках Каю приходилось слышать, оно, таки да, было именно ими. Это была шпанка, но очень большая, разжиревшая, как верно заметил брат Дик. У неё были крылья, и размером поболее, чем у рядовых шпанок-охотниц, у неё были лапки, и тоже поболее, чем у них, но ни крыльями невозможно было бы поднять эту жирную тушу в воздух, и ни лапками – дотянуться до земляного пола хижины. Туша возлежала, не раз продырявленная катанами, но далёкая от расчленения. И само насекомое сдохло, но что-то в его необъятном брюхе по прежнему ещё жило.

- «Королева», - вспомнив о своей ксенозоологической специальности, объявил Кай. – «Королева» шпанок!

- Мы с ней, похоже, справились.

- Пока нет. Чтоб колония не возродилась, её надо всю выжечь бластером.

- Если достанет заряда… - вздохнул брат Честер.

13

Пока Честер уничтожал шпаноматку, а два воина с мечами глядели, чтоб из неё ничего не полезло, Кай прошёл к тому месту, которым коробка хижины упиралась в скалу. Как и думалось при взгляде снаружи, та скала служила дальней стеной помещения. Две другие стены и свод к этой скальной стене незатейливо прислонили, швы залили цементом, который давно уже дал трещины.

Если бы Кая заставили строить себе хижину, а он был как раз увлечён чем-то другим – то можно ручаться, у него получилось бы очень похоже.

В скальной стене естественного происхождения была вырублена глубокая ниша. Ясно, алтарная – надо же помнить, что это скит. В поисках плит с ксенописьменами Кай заглянул туда. И отшатнулся с неудовольствием. То, что там было – это же не те плиты!

Даже не то, чтобы там были другие плиты. Это не плиты вообще! Лишь условно обозначенные контуры плит, высеченные в камне самой стены. А уж то, что на «плитах»… Надписи примитивной земной лакокраской, выведенные человеческой рукой по грубо обработанной поверхности рукотворной ниши – это ведь даже не подделка под аутентичные сидские памятники. Это, возможно, попытка художника-любителя воспроизвести в памяти подлинные плиты, которые он где-то видел. Те, гладкокаменные, с идеально выверенной орнаментально-иероглифической записью технологий, единственно характерные для культуры Сид.

То есть, в итоге победной битвы со шпанками – провал задания?

Или всё верно, но Кай неправильно бишопа понял? Образ, который нарисовался в его уме во время того разговора, опирался на старый опыт, опыт Юрбурга, вовсе не Эр-Мангали. В университетском музее ксенокультур он повидал их в огромном множестве – аутентичные каменные плиты с письменами цивилизации Сид. Потому-то не мог представлять что-нибудь иное. Точно ли бишоп сказал, что в скиту отец Гаррис держит именно такие таблички – баснословной, кстати, цены? Нет, похоже, не точно.

Кай не видел убожества скита, когда представлял эти плиты в разыгравшемся воображении. Он подумал, что раз у хозяина надо испрашивать разрешения посмотреть, это значить должно лишь одно: артефакты аутентичны. Но на самом-то деле: какая связь? Никакой.

Если Гаррис что-нибудь прятал в алтаре своей скромной хижины, это могло иметь ценность и лишь для него самого. Ну а бишопу знать откуда, что он там прячет? В том и суть, что бишоп Амос говорил примерно: по большому счёту, он сам бы хотел узнать…

- Удалось ли отыскать нужную информацию? – поинтересовался брат Честер, кивая на найденные почеркушки в нише.

- Не вполне, к сожалению…

- Разберись повнимательнее, брат Майк. Верховный бишоп Амос на тебя очень-очень надеется. Его планы…

Ну да, его бредовые планы. Этот чёртов Зеон – ну зачем его поднимать?! И ведь ясно же было сначала, что ничего не получится! Но теперь-то уж самым крайним сделают Кая… И какого рожна он согласился выполнять такое задание?

- …верховный бишоп Амос и Господь наш надеются на тебя, - закончил брат Честер длинную речь, пропущенную Каем мимо ушей.

Да уж, на кого им ещё надеяться, если сами ни в зуб ногой!

Но ведь Кай – он не чудотворец. Он не может воздвигнуть холм под Зеоном, который так мил и любезен бишопу. Да, он не стал бы настаивать, что задача невыполнима. Если есть технологии Сида, то есть и надежда в мановение ока горы свернуть. Но технологии-то должны быть! С чётко прописанным алгоритмом. Пусть изложен он будет в любом алфавите Сида – Кай прочитает! Но изложен – именно он, а не чьи-то рисунки по памяти.