Легко не вставать в один ряд с проклятыми. Легко не стоять подле заглядывающих в ад всей головой, пока её не откусят. Легко быть против революций, особенно когда охранительство становится новой государственной религией. Легко не любить того, кого не любить положено.

Скажем, не любить Ленина – легко. Валить всё на Ленина – легко. На Сталина – чуть сложнее, потому что это уже не так приятно, как в начале 90-х. Сталин стал слишком сильный. Он уже не такой смешной, нелепый и подлый, каким его представляли в разгар демократии. Теперь Сталин отдельно и большевики отдельно.

Лучше, решили демагоги новой эпохи, Сталин будет против Ленина. Тогда на душе сразу становится легко, и возникшая проблема снимается.

Легко, не слишком вникая в суть вопросов, повторять, что все беды у нас от картавых большевиков, устроивших сначала революцию, следом украинизацию и вылепивших Украину из ничего – из каких-то палок, из какой-то, что ли, глины. Создавших её на подлую забаву, чтоб «русским сделать хуже».

Легко быть в сложных вопросах согласным с действующим российским императором. Главное, чтоб он не передумал. А то вдруг передумает, и тогда будет не так легко.

Легко входить во храм не отягощённым сомнением, исканием и мукой, поселившейся посреди сердца. Легко, когда ты отчётливо видишь белое и чёрное.

Завидую вашей лёгкости. Вам так легко, что вы, передвигаясь, едва касаетесь земли, а я еле хожу на сломанных ногах и за вами не поспеваю. Я только не знаю, чего вы кружите надо мной, раз вам так легко. Чего вы всё норовите клюнуть не согласных с вами в голову. Тем более что и голова есть только у вас, а у нас – нет. У нас вместо неё догмы и тщетные попытки оправдать неоправдываемое.

Но знаете, что ещё легко? Я из своей малой жизни помню.

Легко не стрелять и не запускать смертоносные бомбы в сторону живых людей, среди которых могут оказаться граждане любого возраста, в том числе безоружные.

Это вот легко – быть выше и смотреть на нас, делавших это, откуда-то сбоку, с безопасного расстояния.

Легко было не выходить на обречённый проиграть бунт против царя Бориса, пусть даже этот царь пьяным плясал на виду у всего мира, пусть даже он смотрел на поруганную страну осоловелыми глазами, пусть даже он, распустив Россию, распродавал за бесценок остатки её невероятных, накопленных предыдущей бесовской краснознамённой властью богатств.

Легко было не выходить, говорю, на митинг и в 1991, 1993 и в 1996 годах, а смотреть на вышедших как на отродье рода человеческого, которое должно вымереть и пропасть.

Легко было говорить в смутные дни: «Значит, Господь так решил». Господь, может, так и решил. Но с чего ты взял, что ты решил так, как решил Господь? Покажи свою грамоту, раз ты такой Моисей. Перескажи свою последнюю беседу с нашим Создателем. Мне вот ничего от Господа не передавали.

Кто же с тобой говорит, человек? Ты уверен, что ты слышишь тот самый голос? Не какой-то другой? Ты проверил настройки в канале связи?

Легко быть на стороне силы, благоразумия, благолепия, благонравия, трона.

Но помните и вы:

Он сокрушает сильных без исследования и поставляет других на их места; потому что Он делает известными дела их и низлагает их ночью, и они истребляются. Он поражает их, как беззаконных людей, пред глазами других за то, что они отвратились от Него и не уразумели всех путей Его, так что дошёл до Него вопль бедных и Он услышал стенание угнетённых.