Вариться, даже недолго, в мои планы не входило.

«Слово, анализ воздействия», — отдал я мысленный приказ.

Зафиксирована блокировка двигательных функций носителя.

Тип воздействия не классифицирован.

Речевой аппарат и глазные мышцы функциональны.

Регенерация восстановит функционал носителя в течение четырёх часов.

Попытка позвать Муркерию провалилась. Перейти во внутренний мир я не смог.

«Слово, проведи анализ. Почему я не могу попасть в свой внутренний мир?»

Обнаружено воздействие специализированного артефакта психокоррекции.

Рекомендация: удалить артефакт, расположенный на верхней части носителя.

Понять, что нехороший Мина всучил мне вместо каски артефакт, оказалось совсем не сложно.

«Слово, предложи альтернативный способ доступа во внутренний мир».

Ответ прозвучал после небольшой паузы.

Доступен резервный протокол создания канала.

Полный расход остатков наноагентов и консервация фабрики.

Для восстановления популяции и фабрики потребуется не менее десяти биокристаллов.

Приступить? Да/Нет

Я ещё раз быстро перебрал в уме возможные варианты. И дал добро.

Карлик тем временем обошёл меня по кругу, внимательно осматривая.

— Жилистый, — вынес он вердикт.

— Зато смотри, какой здоровый, — возмутился Мина.

— Здоровый не значит вкусный, — возразил карлик.

— Не, ну как ты можешь так говорить, — Мина аж всплеснул руками. — Хлопцу не больше двадцати. Мясо, можно сказать, парное.

— Шестьдесят пять, — поправил я цифру своего возраста.

Торг завис. Карлик задрал голову и уставился на меня. Мина сглотнул.

— Брешет? — неуверенно уточнил карлик.

— Брешет, — с жаром заверил Мина. — Ты на его морду глянь.

— Остеохондроз и подагра, — доверительно сообщил я.

Карлик сглотнул и чуть отошёл. А Мина взвыл:

— Врёт он всё! Час назад по оврагу скакал!

— Сам козёл, — прошипел я. — И забивать тебя я буду медленно.

Мина встретился со мной взглядом, отшатнулся и замолчал. Карлик приложил ладошку к моему животу. Через секунду морда его лица приняла обиженное выражение.

— Пустой, — разочарованно пропищал он. — Источник сухой. Каналы палёные.

— И шо? — не понял Мина.

— Полцены, — категорично заявил карлик.

— Да ты шо! — Мина схватился за сердце. — За него наверху больше дадут.

— Вот наверх и неси, — карлик сделал вид, что уходит.

Убить меня пытались регулярно, а вот продавали впервые. Обдумать свои ощущения я не успел. В голове раздался голос Муркерии:

— Пусти телом поуправлять.

— Как?

— Просто не пытайся ничего делать. Иначе меня сразу выкинет обратно в твой внутренний мир.

Сомнения у меня были. Но становиться главным блюдом на столе карлика совершенно не хотелось. Я мысленно подтвердил согласие.

В следующий миг я оказался в своём внутреннем мире. Без нанопаучков он выглядел непривычно пустым. Желание знать, что происходит снаружи, трансформировалось в полупрозрачный экран.

На нём было видно, как карлик торгуется с Миной. Карлик достал горсть серебряных монет. Беззвучно шевеля губами, начал отсчитывать.

Неожиданно на пол упали Вамп и Ухнеб. Перед глазами возникла мускулистая рука и схватила карлика за горло. Вторая без церемоний впечаталась в челюсть Мины. Тот рухнул молча и далее признаков жизни не подавал.

Я сразу узнал свои руки.

Откуда-то из-за пределов видимости раздалась сердитая мяукающая речь. По нижнему краю экрана побежала строка перевода:

— Жалкий отпрыск злых духов! Ты посмел поднять руку на носителя духа Катосферы⁈

Даже удивительно, как карлик с пережатым горлом сумел промяукать в ответ. Белые буквы сменили цвет на красный:

— Хозяйка! Прости! Прости! Я не знал!

По его морде покатились слёзы. Рука, державшая карлика за шею, опустилась и с силой впечатала того в пол.

Мне показалось, что после этого карлик уже не встанет. Однако тот оказался крепче, чем выглядел. Поднявшись на четвереньки, он пополз. Теперь я видел собственные ноги. Их обхватил карлик, капая кровавой слюной.

Красные строки перевода снова побежали по низу экрана:

— Хозяйка… Я думал, весь ваш род погиб. Я думал, что остался один. Позвольте служить вам, как мой род служил испокон веков!

По залу прокатился низкий гул. Бегущая строка перевода стала синей:

Мир принял клятву Уй-Рика.

Статус: вечное служение.

Клятва необратима.

Цвет строки сменился на белый. Мяукающий голос за кадром зазвучал приказывающе:

— Будешь служить моему носителю как мне! И без шуток!

Каска сама собой слетела с моей головы и впечаталась в пол. Экран исчез. Мир дрогнул. Я вновь почувствовал своё тело.

Тихий шёпот Муркерии дошёл до сознания:

— Не беспокой пару дней. Мне надо восстановиться.

Первым делом я поднял с пола Ухнеб и Вамп. А затем в свете фонаря от валяющейся на земле каски увидел, как Уй-Рик разрывает горло Мины. Я сверкнул глазами. Самоуправство карлика мне не понравилось. Но пистолет в мёртвой руке снял все вопросы.

Убрав оружие в инвентарь, задумался, что делать дальше. Тишину нарушил карлик:

— Хозяй… — Он замолчал, не зная, как закончить обращение.

— Зови Михаилом, — предложил я.

— Михаил, чем могу помочь? — Голос карлика звучал визгливо, но без мяукающих ноток.

При этом его голодные глаза всё время косились на труп Мины. Наблюдать подобное удовольствия не доставляло. Но, не имея возможности предложить замену, я решил промолчать.

— Для начала мне надо выбраться наверх.

Уй-Рик удивлённо заморгал:

— Михаил, а зачем вы тогда на нижнюю дорогу пришли?

Похоже, убедившись, что добычу не отберут, карлик очень хотел принести пользу новому хозяину.

— Мне необходимо попасть в Кремль, — я устало махнул рукой. — Этот нехороший человек пообещал провести. Теперь придётся искать другой способ.

Уй-Рик задумчиво почесал пятую точку.

— Так, может, я помогу? — предложил он.

Я вопросительно приподнял бровь.

— Сейчас покажу картинку, что наверху, — зачастил он. — Вы укажете направление и примерное расстояние. Подойдём ближе и скорректируем место выхода.

Я согласно кивнул. Уй-Рик мгновенно вытащил из воздуха два маракаса. Вместо шаров на ручках крепились непонятные черепа.

Треск маракасов разорвал вязкую тишину подземного зала. Темноту перед нами разогнала объёмная картинка высотки на Котельнической набережной. Именно под этим зданием мы и находились. Я ткнул в сторону Кремля и, прикинув расстояние, озвучил три километра. Карлик кивнул. Ритм маракасов стал более резким. Уй-Рик, тяжело дыша, прошептал:

— Не отставайте, Михаил. Шаг в шаг.

Я сразу вспомнил, как шёл по тайной дороге с шаманом Акакием. Интересно, как он там сейчас. Удалось ли спасти Орден шаманов?

Под ногами возникла узкая тропа из золотистых искр. Мы успели сделать пять шагов, — и мир невидимым тараном вышиб нас в старый городской коллектор. Мы стояли по колено в отвратительной жиже и в полной темноте пытались вдохнуть специфически пахнущий воздух.

Голос карлика неподалёку прозвучал очень напряжённо. Ещё бы! Если мне жидкая субстанция едва доходила до колена, то ему она оказалась выше пояса.

— Очень странно, — он судорожно сглотнул. — Тропу словно оборвало. Так не бывает.

— Ты можешь дать какое-нибудь освещение? — спросил я. — Бродить в полной темноте нет никакого желания.

— Михаил, — задумчиво прогнусавил Уй-Рик, — может, я вам ночное зрение поставлю?

В темноте раздался щелчок пальцев. Над нами, на высоте примерно метра, вспыхнул шарик холодного огня. По силе свечения можно было судить, что карлик, как минимум, Фигура уровня сфинкса. Осматривая старую кирпичную кладку, уходящую коробом вверх, я покачал головой.

— Не стоит. У меня выжжены энергоканалы, а источник пуст.

Уй-Рик на мои слова удивлённо потянулся почесать пятую точку. Видимо, это помогало ему лучше думать. Но, наткнувшись на жидкую грязь, в которой мы стояли, предпочёл почесать затылок.

— Тогда могу предложить артефакт, — сказал он и, похоже, сразу пожалел. В глазах заплескалась вселенская печаль. Карлик осознал, что только что сам, без принуждения, бесплатно предложил свою вещь.

— Давай, — согласился я, пока он не передумал, и протянул раскрытую ладонь.

Уй-Рик со вздохом вынул из воздуха солнцезащитные очки с зеркальными стёклами. Его печальный взгляд провожал артефакт, пока тот не исчез в моём инвентаре. Я достал червонец и вложил его в руку карлика. Уй-Рик неверяще посмотрел на монету и, сразу повеселев, спрятал её.

— Десять часов непрерывной работы, — затараторил он. — Потом любой одарённый подзарядит. Сейчас глянем, что творится наверху.

В его руках снова появились маракасы. По коллектору потекла знакомая мелодия. И ничего. Уй-Рик нахмурился. Мелодия изменилась. Через пару минут карлик замер.

— Это… как это? — растерянно пробормотал он.

После его слов меня кольнула догадка. Мы попали. Неизвестно куда, но попали.

Я внимательно осмотрелся. Мы стояли на дне огромного кирпичного колодца без единой лестницы наверх. Идеально ровная кладка.

— Подними шарик повыше, — спокойно скомандовал я.

Уй-Рик, вздрогнув, очнулся и кивнул. Шарик холодного огня пополз вверх. Через несколько секунд он без единого звука рассыпался красиво затухающими искрами.

В темноте послышался тонкий писк карлика.

— Это… как это? — Он поспешно создал второй шарик и отправил вверх. Результат тот же.

После пятого беззвучного фейерверка я скомандовал:

— Хватит.

И в наступившей темноте отдал чёткий приказ:

— Зажги ещё один. Только вверх не поднимай.

Холодный свет высветил растерянно-испуганное лицо Уй-Рика.

— Так ведь не бывает? — спросил он.

— Бывает всякое, — я глянул под ноги и продолжил:

— Но дурнопахнущее — чаще.

Решив проверить догадку, попросил:

— Ударь по стене. Только чем-нибудь слабеньким.

Карлик механически кивнул. Сложил мудру и отправил в стену огненную горошину. Та коснулась кладки и рассыпалась искорками. Уй-Рик, как пулемёт, посылал одну горошину за другой. Результат не менялся.

Карлик шептал, будто пытаясь убедить Вселенную:

— Так не бывает… Так не бывает.

Уй-Рика затрясло. Глаза закатились, и он медленно начал оседать в мерзкую жижу. Я успел ухватить карлика за шиворот. Шарик холодного огня мигнул и погас. Темнота сомкнулась вокруг меня.

— Очень вовремя, — процедил я сквозь зубы и достал из инвентаря полученные очки. Артефакт работал отлично. Видел я так же, как при холодном огне.

Не выпуская карлика, добрёл до стены. Здесь пол поднимался, и жижа доходила мне лишь до щиколотки. Усадив Уй-Рика спиной к кладке, я приложил палец к его шее. Пульс был.

— Уже неплохо, — прошептал я.

Ещё раз осмотрел колодец. Магией эту стену не взять — значит, пробуем физику. Из инвентаря в руку привычно скользнул Ухнеб. Размахнувшись, я со всей силы ударил по стене. Кирпичная крошка брызнула во все стороны. Я всмотрелся в выбоину и заметил, как она медленно затягивается.

Нанёс ещё десяток ударов, выбивая из кладки кирпич за кирпичом. И тут заметил, как потускнел Ухнеб, превращаясь в обычную телескопическую дубинку. Влил в него два балла Силы. Тот снова воспрял, превращаясь в родной Ухнеб.

Рядом застонал очнувшийся Уй-Рик. Он растерянно заозирался. Потом, видимо, включил ночное зрение и остановил взгляд на мне. Открыл было рот.

— Потом, — резко оборвал я. — Как у тебя с энергией?

Карлик замер на пару секунд, прислушиваясь к себе.

— В порядке, — неуверенно пропищал он.

— Видишь выбоину? — Карлик посмотрел туда, куда я указывал.

Повреждение в кладке постепенно затягивалось. Я без особых церемоний поднял Уй-Рика за воротник и поднёс к стене.

— Отправляй туда кусочек плазмы. Знаешь, что это? — Времени подробно объяснять не было.

Карлик кивнул.

— Действуй.

С поднятой руки Уй-Рика слетел маленький жёлтый сгусток и впечатался в нишу. Кирпич внутри мгновенно оплавился, а я перестал что-либо видеть. В очках ночного зрения смотреть на работу плазмы было ошибкой. Перед глазами заплясали разноцветные пятна. Похоже, я словил нехилого «зайчика».

— Э-э… — донёсся до меня голос Уй-Рика. — Вы не могли бы меня отпустить?

Я начал медленно опускать руку. Ронять помощника в жижу мне не хотелось. Пусть и такого.

— Михаил, у вас проблемы? — спросил он.

— Зрение, — коротко ответил я. — Забыл снять очки.

— Чуть пригнитесь, — попросил Уй-Рик. — Только вначале отпустите мой воротник.

Я выполнил просьбу. По глазам пробежал холодок. Зрение вернулось. Поблагодарив, я снова надел очки, которые сорвал после светового удара.

Заглянул в нишу. Та не затянулась.

— Ну что ж, — сказал я. — Будем считать эксперимент удачным.

На то, чтобы пробить проход, у нас ушло два часа. Я успел израсходовать все баллы Силы. Наконец преграда рухнула, и мы шагнули наружу.

Над нами простирался зелёный небосвод. По нему неторопливо плыли две фиолетовые луны.

Молчание нарушил карлик:

— Похоже, нас немного дальше Кремля выкинуло.

«Немного»… Да мы же на другой планете. Похоже, сбои порталов и блуждающие проколы от артефакта технократов добрались и до тайных троп. Те теперь тоже ведут куда угодно, только не туда, куда надо.

Я собрался ответить эмоционально. Но не успел. За спиной раздался чавкающе-хлопающий звук. Мне это категорически не понравилось. Мы обернулись.

Жижа, покрывавшая пол нашей тюрьмы, пришла в движение и приобрела очертания человекоподобной фигуры.

Уй-Рик тяжело вздохнул.

— Ну вот и всё, — он обречённо опустил плечи. — Было приятно вам служить, Михаил.

— С чего такой пессимизм? — спросил я, наблюдая за рождением существа.

— Это грязевой элементаль, — карлик судорожно сглотнул. — С ним не всякий Игрок справится.

Существо тем временем приняло законченный вид. В бесформенной голове открылись два прозрачных голубых глаза. Они внимательно оглядели нас. Уй-Рик в страхе зажмурился.

Тут в голове раздалась мощная, как селевой поток, мысль:

«Какие у меня уродливые детки получились. Таких в общину брать нельзя. Засмеют».

Существо снесло противоположную от нас стену и умчалось куда-то вдаль. Я посмотрел на стоящего с закрытыми глазами карлика, потом на себя. И сразу понял, почему элементаль приняла нас за своих деток.

Время, проведённое в жиже, не прошло даром для наших нарядов.

Уй-Рик приоткрыл один глаз, осмотрелся. Распахнул второй и неверяще спросил:

— Он ушёл?

— Ушла, — поправил я.

Карлик снова зажмурился.

— Можно элементаля не бояться, — сообщил я.

— Её я перестал бояться, — дрожащим голосом ответил он, — теперь я боюсь вон того медведя.

Я оторвал взгляд от карлика и посмотрел туда, куда тот смотрел до того, как зажмуриться. Шагах в тридцати от нас стоял громадный медведь.

— Привет, Джон! — помахал я рукой. Медвежуть я узнал сразу.

На морде зверя отразилось искреннее недоумение. Длилось оно всего пару секунд. Потом могучее тело поплыло, и перед нами предстал франтовато одетый Джон Сильвер.

— Плохо выглядишь, Миша, — оглядев меня, поведал он.

Спокойный приятный баритон, как и прежде, действовал умиротворяюще. Уй-Рик осторожно открыл глаза, посмотрел на Джона и начал икать.

— Как там Алиса? — спросил я, машинально пытаясь вытереть руку о куртку.

Посмотрел на ладонь и понял: подавать её для рукопожатия не стоит. Джон усмехнулся и щёлкнул пальцами. В тот же миг мы с карликом стали абсолютно чистыми. Одежда смотрелась так, будто только что из магазина.

— С Алисой всё в порядке, — ответил Джон. — Мы нашли бесхозную планету и сейчас занимаемся её терраформированием.

Он бросил взгляд на развалины нашей темницы.

— Миша, а зачем ты разрушил наш инкубатор?

Я пожал плечами.

— Случайно получилось.

Уй-Рик, слушавший этот разговор, медленно опустился на землю и закрыл глаза. Джон вопросительно посмотрел на меня.

— Ну, — спросил я карлика, — а сейчас ты кого боишься?

Тот тяжело вздохнул и честно ответил:

— Вас.

Джон расхохотался.

— А вот это правильно. Мишу даже я опасаюсь.

Мы переместились в замок к Алисе. Поболтали, перекусили. На десерт она угостила нас амброзийным кофе. Напиток оказался настолько хорош, что я на несколько минут забыл о своих проблемах.

— Сама вырастила, — похвасталась Алиса. — Только молоть зёрна сложно. Постоянно разбегаются.

Уй-Рик, как раз делавший глоток, чуть не подавился.

Но всё хорошее быстро заканчивается. Я поставил пустую чашку на стол и обратился к Алисе:

— Мне надо попасть на твою планету. Желательно поближе к Кремлю в Москве. А если получится, то в Тайницкую башню.

Алиса ненадолго задумалась. Я с надеждой смотрел на неё.

— Есть только два варианта, — наконец сказала аватар. — Первый: я лично проведу вас через свой мирок и переброшу в нужную точку.

Джон негромко, но очень выразительно рыкнул:

— В твоём положении такие переходы запрещены.

Я вопросительно поднял бровь. Алиса смущённо улыбнулась.

— Мы ждём маленького Дэйви, — улыбка стала мечтательной. — Собственно, для него мы эту планету и готовим.

От первого варианта я сразу отказался.

— Второй проще и сложнее одновременно, — она подошла к столику и достала из шкатулки серебряную пластинку. — Я отправлю вас в свой мирок. Оттуда с помощью этого артефакта попадёте в любую точку планеты. — Алиса внимательно посмотрела на меня. — Но для перехода понадобится помощь метаморфа. И убедить её придётся тебе.

Она передала мне пластину. Я мысленно поморщился. С Интаровой у меня отношения были, мягко говоря, плохие. Именно благодаря мне она оказалась заперта в мирке Алисы.

— Чтобы она тебя сразу не съела, — продолжила Алиса, — дам небольшой подарок.

Сняла с руки золотой браслет, сделанный в виде дракона, кусающего свой хвост, и протянула мне.

— Направишь руку с браслетом на метаморфа, и та на время превратится в бесформенную протоплазму.

Я сразу надел браслет на левую руку. Уй-Рик тем временем разглядывал пластину. Глаза его блестели алчным огнём, а ручки так и тянулись к артефакту.

— Михаил, — он судорожно сглотнул, — эта пластина открывает переход в любую точку миров. Может, я её понесу?

Я молча убрал пластину в инвентарь и показал карлику мудру категорического отказа. Алиса, усмехнувшись, добила приунывшего Уй-Рика:

— Этим артефактом может воспользоваться только метаморф.

Последним подарком был мешочек из перламутровой парчи. Внутри негромко шевелились живые зёрна амброзийного кофе.

Алиса встала напротив нас и затянула певучий речитатив на незнакомом языке. Перед глазами потемнело. А в следующий миг всё вокруг залило ослепительным светом.

Мы стояли в мирке Алисы у сломанной мной скамейки. Знакомый некромант Йорик методично добивал метаморфа Интарову. Зубастый попугай уже почти не подавал признаков жизни.