Й. ШИМА
Р. ДЕЛОНЕ
B. БАРТ
Г. МИШОНЦ
А. МИНЧИН
C. ФЕРА
Ж. ДЕ ХЮЕК
М. БЛЮМ (БЛОНД)
Г. ЯКУЛОВ
ДЖ. ДЕ КИРИКО
А. АРАПОВ
К. ТЕРЕШКОВИЧ
О. ЛЮБИЧ
Б. ШАЦМАН
С. БЕРЕЖИАНИ
М. ЗДАНЕВИЧ
Д. ЗДАНЕВИЧ
Ц. ШОР
ДЖ. СПЕНСЕР
В Испании. 12 сентября 1933
Этот период можно назвать «вторым витком карьеры» Ильи Зданевича. В ноябре 1921 года Зданевич приезжает в Париж и там вновь встречает своих друзей Ларионова и Гончарову, а также других давно знакомых ему русских художников, например, Виктора Барта. Кроме того, он сближается с такими русскими авангардистами, как Серж Фера и Георгий Якулов (каждый из них по-своему запечатлеет Ильязда), с чешским художником Йозефом Шимой, который изобразит его на одном полотне с другим известным деятелем нового русского искусства, Владимиром Издебским. Но в первую очередь он заводит множество знакомств в кругах парижского авангарда: среди дадаистов или людей, близких к журналу “l'Esprit Nouveau”. Пытаясь вписаться в это общество, он демонстрирует свои работы и предлагает сотрудничество в проектах, которые организовывает вместе с журналом «Удар», с собственной группой «Через» и с Союзом русских художников в Париже. Именно при таких обстоятельствах Робер Делоне, очевидно, увлёкшись свежими идеями и энтузиазмом Ильязда, напишет его портреты. Благодаря активному участию в деятельности Союза русских художников в Париже и многочисленным докладам на русском языке, Зданевич быстро приобретает известность в среде молодых русских художников Парижской школы. Несколькими годами позже, «набив руку» на симультанных тканях Сони Делоне, он работает рисовальщиком по тканям в доме Шанель, а затем – директором трикотажной фабрики в Аньере. Собирая коллекцию произведений русских художников, живущих в Париже (когда после закрытия фабрики наступят трудные времена, с ней ему придётся расстаться), он становится для этих людей своего рода меценатом, вместе с тем сохраняя с ними и близкую дружбу. Так появилось множество портретов, образующих самую личную часть коллекции. И хотя круг его общения далеко не ограничивается молодыми художниками (доказательством тому может служить портрет, нарисованный Джорджо де Кирико), великие мастера двадцатого столетия будут писать его портреты лишь начиная со следующего, послевоенного периода, когда Ильязд займётся изданием своих знаменитых иллюстрированных книг.