— Вот и всё, — теребя косу, сказала Эна. — Я убила Гонсало Агилу, и адская боль в руке прекратилась…

— Отныне вы Хранители магии, — сказал Голос. — Это был пробный выход. После устранения источника боли сразу возвращаетесь сюда.

— Как ты узнала в таких подробностях про их жизнь? — спросила Луиза, но Эна не хотела ей отвечать. Она никогда с ней не разговаривала.

— Говори, — приказал Голос.

— Это нахлынуло, как поток… я проникла в их мысли и чувства…

— Такого больше не будет, — заметил Голос. — Нет нужды размышлять над мотивами и поступками людей. Ваша задача — устранить источник боли.

— Эна, мальчик вернулся? — спросил Тильд.

— Да.

Справа шушукались люди в домотканой одежде, по виду крестьяне. Их женщины носили длинные платья, чёрные косы укладывали короной и покрывали головы большими цветными платками. Наряд мужчин — просторные штаны и рубахи — дополняли соломенные шляпы.

— Ёй, колдовали четверо, а прибили одного? — сказал молодой парень из их группы.

— Хотел бы убить всех? — спросил Бастиан.

— Так надо ж разобраться, ёй, в чём хитрость. А то пришибу не того.

— Я сказал, это был тест, — произнёс Голос. — Больше не придётся разбираться.

— Почему из нас делают убийц?! — спросила Грания.

— Потому что я могу.

— А если я против?!

Вопрос был лишним, все знали, что у них нет выбора.

Большой костёр горел до утра. Кто-то заснул сразу, утомлённый тяжёлой дневной работой, другие, как группа Нобля, сели поближе друг к другу, чтобы обсудить услышанное.

— Алехандро упомянул загадочные смерти тех, кто применял магию, — сказал Нобль. — Значит, до Эны там уже бывали Хранители.

— А если… дети? Мы и детей будем убивать? И так-то подумать страшно… — с дрожью в голосе сказала Грания.

Все молчали, угрюмо уставившись на огонь.

— Это сейчас в Дуке полный бардак с магией, — сказал Тильд. — Постепенно там привыкнут, что магия под запретом.

— Думаешь? — усомнился Бастиан. — Те, кто посильнее, будут заставлять других читать заклинания.

— Тут ты прав на все сто.

— Я догадываюсь, почему Жоффруа меня переманивал, — сказала Луиза. — Допустим, выходить будем по очереди. Если в группе появится новый человек, то для каждого увеличится временной промежуток между выходами. Он уже знал. Они убивали.

— Похоже на то, — сказал Нобль. — Вы заметили про время? Старик Медрано сказал, что заклинание принадлежит их семье сто лет. Уго подарил шпагу прапрадеду Гонсало, то есть тоже примерно сто лет назад. Это что ж получается? Мы тут целый век кукуем?

— Если вы знали меня до того, как я сюда попала, — сказала Луиза, — значит, и я тоже? Я ничего не помню из своего прошлого… но в любом случае не очень приятно выпасть из своего времени на сто лет…

— Не очень приятно? На сто лет?! — разъярилась Эна, с ненавистью глядя на неё. — У меня была своя жизнь… семья… работа… У всех нас! А теперь мы в ТЫСЯЧАХ лет от этого… Из-за тебя!

— Что это значит?!

— Нас переместили во времени! Закинули в прошлое из-за тебя, будь ты проклята…

— Ещё одно слово, Эна… — вмешался раздражённый Голос.

Эна повалилась на сухую землю и зарыдала.