«Самая правдивая история о том, как была написана «Книга Кошек»

Давным-давно, когда люди и кошки ещё безбоязненно жили вместе, один ремешечник решил овладеть всеми их тайнами и достичь небывалого могущества. Был он молод и очень хорош собой и быстро нашёл кошечку, которая прижилась в его доме. Он восхищался ею, баловал и наконец заговорил о том, что, будь она девушкой, он охотно бы женился на ней. Вслух сожалея, что нет такого заклинания, которое помогло бы ей превратиться в человека, он делал обиженное лицо, намекая, как несправедливо обошлась с ними судьба.

От радости у Кошки помутилось в голове. Размечталась она, как выйдет замуж за хозяина, стала ходить к другим кошкам и, выведывая заклинания, действовала весьма изобретательно: у одних вымогала, другим льстила и приносила дары. После каждой такой сделки кошка, поделившаяся заклинанием, забывала его, и не случайно — не обошлось без магического воздействия нашей Кошки. И каждый день с утра до вечера Человек и Кошка неутомимо работали над своей мечтой: она передавала ему добытые заклинания, а он принимал и — писал, писал свою книгу, пухлую от множества страниц.

От тяжких трудов Человек быстро состарился, почти ослеп и однажды почувствовал, что пришло ему время умереть. Лёжа на смертном одре, стал он звать Кошку, но только через три дня откликнулась она на зов.

— Мяу, — сказала Кошка и села на пороге, вылизываясь.

— Я умираю, любовь моя.

— Вижу.

— Ухожу…

— Прощай.

— Кончаюсь!

— В добрый путь.

Они помолчали.

— Ты ещё здесь?

— Здесь.

— Подойди поближе…

— Подошла.

С трудом повернувшись на бок, Человек увидел возле кровати расплывающееся бурое пятно.

— Двадцать лет прошло, а ты совсем не изменилась. Неужели тебе известен секрет вечной жизни?

Кошка прыснула.

— Сюрприз! Среди тысяч собранных нами заклинаний не оказалось самого важного — как превратить обычную воду в живую, и ты только сейчас об этом спрашиваешь? Умирая? Чтобы услышать, что секрет живой воды я приберегла для себя?

Человек огорчился.

— За что ты так со мной?

— Ты потратил годы, составляя величайшую книгу тайн, и в жадности своей не мог остановиться, чтобы воспользоваться своими сокровищами. Это достойно презрения.

— Я трудился на пределе сил, не имея свободного времени, и не только для себя, для нас обоих, — возразил Человек. — Думаешь, мне было легко? Когда я пытался записать заклинание, даже самое простенькое сопротивлялось мне, вырывалось из рук, как скользкая рыба. Мои пальцы немели, голова кружилась, а тело ломило так, словно я целый день рубил деревья тупым топором. Днём и ночью я слышал множество голосов, как будто сами Древние, сами Тахиры запрещали нам переводить магию в письмена. А ты передавала мне заклинание и убегала за новым. Ты несла их и несла, и несла. Так кто из нас жаден?

— Я хотела набрать побольше, потому что кошачий век короток, а заклинания умирают вместе с кошками…

— Наконец я переписал свой труд, для удобства сведя заклинания в разделы, и это окончательно добило меня, превратив в дряхлого старика. А ведь мне всего сорок. Потом появились Хранители и отобрали у кошек заклинания, не все — какие смогли. Мне тоже пришлось отдать им половину нашего магического архива. А сама «Книга Кошек» попала в Спящую крепость, и она до сих пор там.

— Глупый был компромисс! Нас вынудили! — прошипела Кошка. — Но ничего, я времени зря не теряла и выучила её. Мы знаем, какие заклинания Хранители видят, а какие нет. Видимыми я пользуюсь осторожно, а невидимые… Мяу! Теперь я могущественнее королей, страшнее любой стихии и счастливее всех счастливцев, вместе взятых! Смотри внимательно, бедолага!

— Не надо! Остановись! — в панике закричал Человек. — Я ещё не всё сказал!

Но Кошка не слушала. Она уменьшилась до размеров муравья, потом превратилась в тигра. И стала она дождём и стала луной, и стала солнцем, и снова рядом с Человеком сидела его домашняя кошка, обыкновенная, с бурой полосатой шёрсткой и коротким, переломанным в дни скитаний хвостом.

— Впечатляет, — переведя дух, сказал Человек. — Но что дальше? В чём счастье?

Жмурясь от удовольствия, Кошка замурлыкала, и эти приятные вибрации коснулись его слуха.

— Теперь я могу лежать на мягоньком и ничего не делать.

— Это ли не смерть? — усмехнулся Человек.

— Целую вечность только нежиться и сладко потягиваться! — обиженно заметила Кошка.

— Ужасно.

Кошка рассвирепела.

— Я могу превратить тебя в мыш-ш-шь!

— Зачем?

— Чтобы съесть тебя, наглец-с-с!

Посмеялся Человек под шипение оскорблённой Кошки, но потом грусть затуманила его взор.

— В мышь… Чтобы съесть… А помнишь? Мы любили друг друга. Что с нами стало?

— Я королева из королев, а ты умираешь нищим стариком, — высокомерно напомнила Кошка.

— Когда-то ты хотела быть одной из нас.

— Я умею оборачиваться, труд небольшой. Но, знаешь, быть человеком не так уж приятно. Он тяжёл и неповоротлив, нюх у него плохой, зрение слабое, и всю жизнь он опекает своих детёнышей. Будь ты умнее, мой глупый, мой жалконький друг, — она выбирала слова побольнее, — ты бы стремился превратиться в кота.

Задумался Человек.

— Возможно, ты и права. Но не будем ссориться, ведь минуты мои сочтены. Прыгни на кровать, дай в последний раз прикоснуться к тебе, моя любимая, моя драгоценная… — И ещё немало ласковых слов сказал он.

Сердце Кошки дрогнуло. Расчувствовавшись, она с мурлыканьем стала ластиться к хозяину, к которому привыкла за долгие годы, и кстати вспомнила, как котёнком он подобрал её на улице, принёс домой, согрел и накормил. Из глаз её скатились на лицо умирающего две слезы, и их целебная влага оживила его. Так Человек выиграл у смерти целый час.

Незаметно достал он из-под одеяла ремешок и надел на Кошку, как ошейник.

— Что ты делаешь? — рассердилась Кошка.

— Не хочу с тобой расставаться, дорогая. Знаю, это неожиданно, но я завещал похоронить нас вместе. Мы всегда будем вместе — ты, я и наша Книга.

Кошка пыталась скинуть с себя ремешок, выла, грозила предателю страшными карами, но тщетны были все её проклятия и заклятия. Она даже не могла расцарапать невозмутимое лицо Человека — непослушные когти тут же втягивались в лапы. Искусала бы, но как укусишь стиснутыми зубами? Выбившись из сил, Кошка упала и затихла.

— Видишь, моя милая, — сказал Человек, — я тоже кое-что выведал у кошек и утаил от тебя, и этого достаточно, чтобы победить всю твою магию. Но я не стану упиваться победой, и знаешь почему? Ты по-прежнему мне дорога. — Он распустил волшебный ремешок и освободил Кошку.

Она сидела рядом и не могла справиться с бурей чувств, охвативших её; ярость и восхищение боролись в ней, сводя с ума.

— Вынуждена признать, что всё ещё не понимаю людей… А если я чего-то не понимаю, я боюсь… и поэтому я тебя, пожалуй, убью. Не стану дожидаться, пока сам умрёшь. Тем более, я могу это сделать, даже усом не шевельнув! — И уверив себя в собственном могуществе, она почти успокоилась.

— Не сомневаюсь. Но всё же не торопись, сюрпризы ещё не закончились. Мне недостало сил и времени, чтобы выучить «Книгу Кошек», но хватило ума на другое. Я намеренно наделал ошибок в разных местах. Тебе не кажется, что это опасно? Захочешь побыть рекой, а вместо этого превратишься в камень на дне реки и будешь лежать на мокреньком тысячи лет, пока воды не сотрут тебя в порошок. Ну, и прочие неожиданности.

— О, как это умно, — мяукнула потрясённая Кошка и захрипела, словно вокруг шеи начал стягиваться невидимый ремешок.

— И ещё я обезопасил себя на случай, если кто-то захочет приневолить меня выдать мои маленькие тайны.

— Мы созданы друг для друга, — быстро сказала Кошка. — Я сделаю всё, что пожелаешь. Кажется, мы хотели пожениться?

Так Человек выиграл у смерти вечность, но потерял свободу.