Я шел на подрагивающих от страха ногах, утопая в снежных сугробах, несмотря на самодельные снегоступы. Подмерзать начало пару дней назад, когда непрекращающийся дождь, вдруг сменился падающими льдинками, а лужи прямо на глазах начали покрываться ледяной коркой. Сегодня же шел снег, огромными хлопьями покрывающий землю. В мирное, прежнее, время на Новый год, такому снегопаду можно было бы порадоваться, но сейчас, в июле, кружевные снежинки вызывали ужас – хотелось забиться в угол и сидеть, ожидая неминуемой смерти.

Стремясь находить даже в самых сложных ситуациях хоть маленький проблеск позитивного, я подумал, что без приспособлений из веток на ногах человеку будет сложно передвигаться, значит, у меня меньше шансов нарваться на конкурентов. Жека, пользуясь опытом одной из своих командировок, смастерил простой, но как для меня, диковинный девайс в виде снегоступов. Это помогало, но одномоментно делало нас менее мобильными и в проигрышной ситуации перед небольшими, но быстрыми, одичалыми собаками.

Целью сегодняшней вылазки были выбраны гаражи, которые располагались на километр севернее нашего убежища вдоль железной дороги. Хоть и было моей идеей обследовать гаражи, но вот с исполнением задумки все крайне сложно, ну не тянул я ни разу на матерого сталкера. Жека же принципиально не хотел быть моей наседкой или бодигардом и приходилось больше рассчитывать на собственные силы.

Мы уже сутки, как наблюдали за гаражами, в которых мелкие рыночные бизнесмены некогда хранили свои товары. За целый день не было замечено ни одного человека, лишь небольшая стая собак делала остановку на территории бывшего кооператива, но ретировалась задолго до того, как мы вышли к объектам. Жека настоял на том, чтобы бы мы разделились, для большей результативности.

Удача мне улыбнулась уже буквально в третьем гараже. А может то была и не столько удача, сколько анализ и расчет, так как я вскрывал гаражи выборочно. И очень странно, что многие из них были лишены внимания со стороны всякого рода шляющегося сброда в человеческом обличии. Если другие боксы соответствовали своему прямому предназначению, то тот, что я с большим трудом вскрыл, гремя на всю округу ломом, был складом очень трудолюбивой хозяйки. Гараж казался пустым, только сиротливые жигули третьей модели, с напрочь прогнившим кузовом, стояли в середине кирпичного бокса. Ничего не говорило о том, что под этой грудой металла что-то может находиться, тем более, что гараж был без ямы.

Что меня дернуло посмотреть под днище старинного авто, я не понял, как и не могу объяснить, зачем стал сдвигать лист железа, который лежал под машиной. Но именно там и был люк в сытое ближайшее будущее.

Моему взору открылся большой погреб с огромным количеством всякого варенья, меда, маринованных овощей, домашней тушенки и даже, пусть и проросшей, картошки. Отдельно следует выделить и две трехлитровых банки просоленного сала. Уже эта находка могла решить многие продовольственные проблемы нашей маленькой шведской семьи.

Я не увидел, ни кто меня ударил, ни чем. Не успев еще вылезти по железной лестнице из погреба, получив тяжелым предметом по макушке, я свалился обратно хранилище продуктов. Темнота…

- Э, живой? – как будто издали послышался приглушенный голос Жеки, и ко мне пришла боль. Причем болела как голова, так и щека, по которой, как я догадался, с большим усердием хлестал меня друг. – Ну, ты, хорош отдыхать!

- А что случилось? – спросил я, присаживаясь на бетонную плиту.

Жека не ответил, в десятке метров от гаража, где мы находились, послышался лай собак – стая услышала звуки и вышла на охоту…

Собакам будет свое лакомство в виде тел, убитых напарником. Скорее всего, это были такие же бедолаги, как и мы, превращенные внешними силами в падальщиков.

***

Я проснулся. Сон казался столь реалистичным, что я почувствовал фантомную боль на икроножной мышце левой ноги, где еще оставался небольшой шрам от укуса собаки. Это животное, бывшее некогда домашним питомцем, смогло преодолеть заслон в виде Жеки и проникнуть в гараж. Там одичавшая лайка и обнаружила испуганную жертву, которой являлось еще не пришедшее в нормальное состояние мое бренное тело. Два выстрела, которые успел я произвести пошли «в молоко» и только нож напарника смог уничтожить последнюю угрозу из стаи, остатки которой ретировались.

Уже позже я понял, что Жека контролировал ситуацию, и я стал приманкой для двух мародёров, которые-таки были неподалеку от гаражей и не знать об этом напарник не мог. Вот только они сами были добычей, выслеживаемой опытным бойцом. Мало того, «друг» не спешил мне на помощь, дождавшись из-за укрытия, чтобы конкуренты погрузили часть найденного в гараже на несколько достаточно немалых саней, а уже на выходе уложил двоих. Я же в это время лежал бездыханно и мог быть уже мертвым. Тогда я окончательно понял, что в этом новом мире нужно, прежде всего, рассчитывать на себя и не стал рефлексировать по поводу поведения Жеки.

Несмотря на кошмарный сон, выспаться удалось отлично. В том мире, откуда меня перенесли неведомые силы, таким навороченным ортопедическим матрасом не обладал. Да и давно столько не спал, девять часов сна на сытый желудок – это блаженство!

Автоматически начав делать зарядку, уже через пару минут осознал, что это тело не способно даже для облегченного комплекса упражнений. И проблему нужно решать, причем срочно. Казалось, что могу еще много терпеть и знаю, как правильно распределить нагрузку, психологически готов к преодолению боли, но вряд это будет хорошим решением, организм должен быть готов к собственной эволюции. Необходимо озаботиться физической формой, а то любой желающий спокойно уработает меня, как вчера.

- М-да – у меня паек был больше, - я мрачно взирал на пустой холодильник. Два яйца и лежалый помидор – и все!

Зато вчера пришлось помаяться перееданием, прикончив колбасу и хлеб. Проверку на наличность бумажника для определения своего финансового положения прервал телефонный звонок.

- Ало! – мое лицо расплылось в улыбке.

Звонила мать, и, не давая даже вставить слово, стала обвивать меня коконом гипперопеки. Вот одна из причин того, что при зачатках упорства, воли и стойкости, я рос избалованным эгоистом.

- Все нормально, мама, я очень рад тебя слышать… Да я поел… сам справлюсь…Да, с отцом говорил… Вам нужно самим разобраться, но не отказывайся от денег и собственности, не психуй и не устраивай истерик, - все же удалось перехватить нить разговора.

Сложно оказалось, но у меня получилось уговорить мать не приезжать сию минуту. Мама уже пережила отрицание и приняла ситуацию с отцом, так было и в прошлой жизни, вот только она и тогда и сейчас уверена в том, что отец позабавиться молодым телом и вернется. А она простит, обязательно, простит!

У них были уже такие истории, и мама мирилась с этим. Но она явно недооценила Марию, которая бульдожьей хваткой уцепилась в свою добычу, и оттирает мою мать не только от моего отца, но и от его финансов. И тогда у нее все получилось, но сейчас, я не стану топить свою обиду в алкоголе и курительных смесях, а попробую что-нибудь сделать. Мне нужны деньги! С ними я смогу уже строить какие-то планы по подготовке к неизбежному.

Что могу сделать здесь и сейчас, чтобы отцовское наследие не прошло мимо? Не ссорится с папой – это наиправёйшее. А для этого нужно выровнять учебу в университете.

Заканчивать четвертый курс университета, при условии элементарного посещения лекций и семинаров проще всего. Никому не нужны проблемы и студентов тянут за уши, ну или их родителей за карман. Я учился на экономическом факультете с модным отделением управления высокотехнологичными направлениями экономики. Лет пять назад вся страна как мантру начала произносить «высокие технологии», и элита города, детки этой самой элиты, поголовно пошли на новую специальность.

Новое направление, а учили по старинке, введя пару курсов типа «современные технологии». Еще большую популярность эта профессия приобрела из-за того, что айтишников не брали в армию. Вот золотая молодежь и проникалась познанием компьютерных технологий, в целом, экономической системе, как и в производственных секторах.

Я улыбнулся, когда вспомнил, что уже в начале следующего года, такую блажь, как возможность не идти в армию на срочную, отменят, так как страну просто потопит лавина мало соображающих «компьютерных гениев», а качественного скачка в айтисфере так и не случится.

На учебу я отправился на такси. Мой мотоцикл должен был стоять где-то на подземной парковке, когда-то я с ним практически не расставался, но сейчас рычащий агрегат казался мне ненужным. Дорогая игрушка для повышения своей самооценки, стоимостью хорошего внедорожника, не вызывала трепета, как это было раньше. Обязательно продам и куплю транспорт более функциональный.

Позавтракать толком так и не получилось – пожаренные два яйца не могли насытить меня и я, пользуясь тем, что до занятий осталось еще более сорока минут, а номер аудитории был известен по чату в соцсети, зашел в буфет в корпусе экономического факультета.

- Стасон, хай, ты что тут делаешь, это зашквар, а не хавка?! - передо мной стоял Киря – главный поставщик, как он говорил «хорошего настроения».

В голове сразу же всплыла информационная справка по этому персонажу. Вообще я помнил все и всех, как будто и не было никакого Апокалипсиса, а лишь кошмарный сон.

Киря уже год назад как был отчислен, однако продолжал ходить в университет, как на работу, впрочем, это и была его работа. «Золотая молодежь» охотно покупала всю номенклатуру предлагаемых Кирей веществ.

И ведь стоящий передо мной парень не был бесталанным, учился некогда на химико-биологическом факультете, хотел разрабатывать новые лекарства, перенять семейный бизнес и развить его. Но небольшая аптечная сеть отца в одночасье стала подвергаться атакам со всех сторон. Одна аптека сгорела, с двумя расторгли договор аренды помещений, третья банально была отжата рейдерами. Ну, а после банк запросил в срочном порядке отдать кредит. Киря же мог продолжать учиться, даже при разгульном образе жизни, он сдавал экзамены и зачеты на раз, но парень стал употреблять наркотики. Изменилось и поведение Кирилла, и его образ жизни, он явно стал тупеть, но организаторских способностей и коммуникабельности хватало для того, чтобы стать своим в тусовке золотой молодежи города.

- Ты, не знаешь, что такое плохая еда! Это когда затыкаешь нос от того, что мясо воняет, а нет ни уксуса, ни горчицы, чтобы убрать запах, но ты ешь, радуясь тому, что просто лишний раз нагадишь, но с голоду не умрешь, - выпалил я, меня уже стало все раздражать.

Бесполезные люди, ругающие все вокруг: власть, правоохранительные органы, санкции и сложности отдыха на мировых курортах, соседа, что слушает громкую музыку, или другого соседа, который слишком подозрительный, потому что не шумит.

Все вокруг паразитируют на обществе. Я успел уловить несколько разговоров, и этого хватило для восприятия происходящего. Слабые люди, не способные на преодоление себя. Вот Кирилл – он же мог выучиться, но, нет, заделался дилером и из всех своих способностей использовал то, что вышел на детей элиты, что немного и обезопасило его самого от правосудия. Разве станут сильные мира сего признавать своих отпрысков наркоманами?

- Стасон, ты уже закинулся, или пыхнул? – нашел единственное объяснение моим словам Киря.

- Первое – я Стас, а не Стасон, второе – забудь меня, - сказал я и жестко, намерянно, толкнул плечом распространителя, проходя к буфетчице.

Доедая то, что гордо именовалось «пиццей студенческой», я шел к аудитории, где должна была быть первая пара.

- Стасик, как дела? – у окна стояла длинноногая брюнетка с килограммом косметики на лице, украшенная недешевой бижутерией, а короткая юбка и открытое декольте в майке выглядели вызывающе.

Такую перемести из университета на трассу, дальнобои не перепутают.

Несмотря на то, что мой организм отдельными его частями, начал реагировать на «красотку», она казалась мне отвратительной. Настолько прямолинейно предлагать себя. И я с такими прожигал годы!

- Это же я! Алло! – девушка пощелкала пальцами возле моих глаз.

Я ничего не смог ответить. Эту кралю я помнил смутно, молодой организм тянул в сторону размалеванной дамы, вероятно, она была одной из десятков девиц, которые не оставляют воспоминаний при здравом рассудке, но безотказны при помутнённом.

Вот так я тогда и запустил учебу. На весах стояли скучные лекции и семинары, или провести время с такой вот… Вспомнил – я ее звал «Феррари». Дамочка была как дорогая машина. С такой и в определенном обществе показаться можно было и понтонуться «телкой» в специфичной компании, да и снять напряжение. Но она обходилась дорого. Училась Феррари на другом отделении, но частенько попадала на глаза парням нашей группы, чаще самых платежеспособных, но до банальной проституции, вроде бы не опускалась. Будущий элитный эскорт.

- Иди на хрен, - проронил я и поспешил прошмыгнуть в аудиторию.

Вот и воздействие молодой энергии, насыщенной гормонами, даже не нашел, что сказать, и был готов пуститься в тяжкие и поддержать свое реноме. Остановила необходимость разведки обстановки, и попытки решить проблему предстоящей сессии. Я простой студент, который решил заняться учебой, чтобы не злить родителей, перестал вести загульный образ жизни, а, напротив, занялся своим здоровьем. Бывает такое? Да, пусть и редко!

Выгоды очевидны - родители занимаются своими делами, стараясь не мешать мне делать первые серьезные шаги, приговаривая: «Ох, как вырос-то, наконец, за ум взялся!». Это нужно еще и для того, чтобы отец начал привыкать воспринимать меня всерьез, без его поддержки я мало чего смогу. Он будет рад откупиться от меня, выстраивая свою жизнь с Марией, я же не откажусь от материальных благ.

Дружки, типа Кири отлично чувствуют человека на уровне животного инстинкта. Понимают, когда не следует мешаться под ногами, ожидая, пока порыв схлынет и его друг и важный покупатель товара «Стасон» вернется в нужную колею. Пару отшитых подружек и те отстанут от меня, хотя это и будет главной проблемой – не думаю, что спортом можно будет обуздать свое либидо. С этим нужно что-то делать.

В аудитории, при моем появлении многие начали активно здороваться и тянуть руки. Получали же они в ответ пренебрежение и игнорирование попыток завязать разговор. Лишь Катя, из-за которой я вчера получил по своей многострадальной голове, демонстрировала недоступность и стоически смотрела куда угодно, лишь бы не в мою сторону. Это меня устраивало, так как разборки с влюбленной дурочкой не входили в мои планы. Эмоций и так с избытком.

Первая лекция была крайне неинтересной. Логистика, как по мне не может быть занимательной наукой. Все, что говорил пожилой преподаватель в затертом болотного цвета костюме, я пытался адаптировать на ту реальность, которая возникла после катастрофы. Пути снабжения, склады и системы управления ими, подходят к мирному времени, но сложная современная логистика при условиях крушения мира способна только усугубить ситуацию, чем помочь решить проблемы. Нужно проще, минуя многоступенчатую систему посредников и субподрядчиков. Производитель – склад – распределение и желательно в одной локации. Зачем усложнять? Триггеры, отслеживание онлайн передвижение грузов, сложнейшие системы складирования, где человек вообще не нужен. Как следствие, если отключить электричество, то не будет никого, кто мог бы выдать требуемый товар.

А вот второй семинар по философии затронул за живое.

- Есть у вас что добавить? - обратился ко мне вполне молодой «философ», который выглядел чуть лучше, чем уцелевшие после апокалипсиса люди, но стремился с ними сравниться в небрежности.

Небритый, с давно нестриженными волосами, старые поношенные штаны и рубаха с нескладным дешевым галстуком.

- Вы говорите, что при теории Тойнби, каждая из локальных цивилизаций испытывает в конечном итоге гибель, а можно ли применить данную теорию в общей человеческой цивилизации, ее также ждет неминуемая гибель? – спросил я, чем заслужил удивленные взгляды немногих одногруппников, которые, в отличие от других, все же решили снизойти до семинара, а не банально прогулять его.

- Ну, для этого цивилизация должна быть неспособной решить свои проблемы, а многообразие мира с его конкуренцией может вести лишь прогрессу, - растеряно ответил «философ».

Он привык к тому, что на паре в нашей группе он единственный говорящий человек, если не считать сторонних разговоров студентов, а тут вопрос…

- А вот мне кажется, что человечество уже встретилось с проблемами, которые не может решить. Конкуренция при современных видах вооружения ведет к постоянной конфронтации, экология уже неисправима, выкачивание ресурсов из недр Земли ведет к ужесточению борьбы за них. Проблема демографии, воды, еды. Могу накидать еще с десяток, - я с интересом посмотрел на преподавателя.

Ничего полезного я не услышал. Меня просто пробовали заговорить, используя много терминов и козыряя фамилиями ученых. Может этот преподаватель и был начитан и знал теорию наизусть, но в нашей общине каждый второй был философом не хуже и, что важнее, эмпирически, используя свой жизненный опыт и наблюдение.

- Ты ничего не хочешь мне сказать? – после третей, последней на сегодня пары спросила «обиженка» Катя.

- Нет. Можно было бы тебе задать ряд вопросов, но мне и так предельно понятно. Извини, побаливает голова, - ответил я и быстро ретировался.

Пусть свою вину осознает и сама найдет оправдание тому, что я прекращу с ней отношения. Сейчас никакие девушки, кроме как для физиологии, меня не интересуют. Инга! С чего бы начать твои поиски?

Вот не было бы предстоящей катастрофы, и Катя могла быть рассмотрена мной как потенциальная жена. Пусть и сложный характер, но внешность привлекательная – средний рост, голубые глаза, спортивная фигурка. Я помню, что она и года через только расцветет. Любовался красоткой, когда наткнулся на ее в соцсетях перед катастрофой, даже немного пожалел, что упустил. Знала бы она, что я был один из тех, кто приложил руку к ликвидации ее брата и отца, в той, другой реальности.

Да и вообще, что за странные мысли о женитьбе? Или потому, что боюсь увидеть Ингу? Сидя на парах, я таки нашел ее в соцсетях. Семнадцатилетняя девочка живет в пригороде Рязани, и я опоздал… Последняя запись на странице социальной сети Инги Колюжной была четыре месяца назад. Может поэтому я и ответил грубовато Кате, с которой ссориться не имел никакого желания, так как уже созрела необходимость обращения к ее отцу с просьбой. Я был зол на то, что трагедия для будущей воительницы Афины уже случилась.

Моя же просьба к Матюшкину была вызвана фобиями из другой жизни. Мое нахождение в этом мире спокойствия, сытости, даже зажратости, не выветрило чувство опасности и желания себя защитить. Без оружия чувствую себя крайне уязвленным, да еще и тело, которое не приспособлено к нагрузкам с запущенным здоровьем. Даже травматический пистолет мог бы если не решить мою психологическую проблему, то, по крайней мере, сгладить ее. Можно было пойти и официальным путем в вопросе приобретения травмата, но есть нюанс – я привлекался к административке за езду в нетрезвом состоянии. Отец тогда отказался решить проблему без протокола, так сказать, в рамках воспитательных мероприятий и теперь я в полицейской базе.

Казалось, что подполковник Матюшкин даже обрадовался моему звонку, сразу же предложив встретиться через час, назвав адрес, куда я должен был подъехать.

- Рад видеть Станислав, - с порога начал играть роль гостеприимного хозяина подполковник.

На встречу я опоздал, так как долго искал дорогу по указанному адресу. Минут двадцать только разбирался с навигатором в телефоне, от опций которого явно отвык. Потом ждал такси, управлял которым гастарбайтер из одной из среднеазиатских стран, так, что даже с навигатором, мы плутали по городу долго, в поисках, как оказалось, невзрачного многоквартирного дома, в котором была еще более невзрачная однокомнатная квартира, где меня ждал далеко не невзрачный, а скорее харизматичный и сильный человек.

- Здравствуйте Петр Макарович. Не обессудьте, что мне так скоро понадобилась ваша помощь, - сказал я, присаживаясь на стул, угодливо подставленный мне подполковником.

Ситуация выходила за рамки логического развития разговора. Сразу же складывалось впечатление, что это я нужен Матюшкину, а не он мне. Так оно и оказалось. Вернее, подполковник посчитал меня полезным, как связывающее звено с отцом, вот он то и нужен был для какого-то дела.

- Петр Макарович, я так понимаю, что у меня не возникнет проблем с приобретением разрешения на травматическое оружие и даже с регистрацией в клубе охотников? А за это я должен попробовать повлиять на отца быть к вам внимательным при встрече, которую мне же и организовывать? – я сделал задумчивое лицо.

Не сложно догадаться, что дело должно касаться мяса или рядом с ним, может реализации какого-то товара в немногочисленных фирменных магазинах отца. Однако, родитель, как я его знаю, заартачиться связываться с неизвестными схемами. Он не был абсолютно законопослушным предпринимателем. Такие, если и существуют, не могут пробиться в бизнес-элиты, но, и у него, уверен, свои отработанные схемы, а подполковник - человек чужой.

- Я должен знать, в чем суть, товарищ подполковник, хоть намек, иначе отец любезно откажет Вам, ну а меня по-простому пошлет на хрен, - сказал я.

- Белорусская тушенка, - «намекнул» собеседник после минутной паузы, в ходе которой словно сканировал меня рентгеном.

- Десять процентов мои, - достаточно жестко сказал я, вызвав смех подполковника.

- Ну, ты и жук! Сути-то, небось, не понял! Если выгорит, - отсмеявшись, сказал «бизнесмен в погонах».

А суть понятна без особых объяснений. Где лучше всего спрятать дерево? Правильно, – в лесу! Ну, а конфискованную, или контрабандную тушенку там, где она будет продаваться рядом с другой, легальной. Знай себе только переклеивай бумажку на банке. Отец на эту махинацию может и не пойти, но не бездушный же он родитель, чтобы отказать своему уязвленному сыну, который к тому же поспособствует более мирному решению проблемы развода. А еще он, наконец-то не собирается становиться «гомосеком и наркоманом», а думает заняться спортом и ходить в тир, мужик растет!

- И еще, Петр Макарович, знаю, тир у вас есть, и даже с инструктором можно позаниматься, так сказать, услуги оказываете коммерческие, очень нужно, - закатил я глаза и скорчил просящую рожицу.

- Так-то с охранными агентствами по договору только. Может Станислав Сергеевич наглеть не будем? – решил одернуть меня подполковник, но после небольшой игры в гляделки, в которой я показательно проиграл, продолжил. – Впрочем, и это зависит от положительного результата моего общения с твоим отцом.

Подполковник ушел из квартиры первым, не стал предлагать меня подвести, указав только на то, чтобы не забыл захлопнуть дверь.

Пользуясь тем, что такси обещало приехать не раньше, чем через пятнадцать минут, решил позвонить маме. Крайне неправильно использовать чувства и эмоции своих родных, но в решении вопросов с отцом фактор мамы чуть ли не главный залог в том, чтобы отец пошел на сделку с Матюшкиным. При условии, конечно, что схема не будет опасной, но на то есть и доверенные юристы, да и подполковник, думается, тертый калач. А у меня на горизонте замаячили первые деньги. И чтобы не оставлять вопрос на потом, я указал в приложении такси адрес офиса отца.

- Да, мама, ты права, не нужны тебе его деньги, у тебя есть я и хватит нам на жизнь, а ему пусть будет стыдно, что оставил жену с ребенком без помощи, - провоцировал я маму.

Можно было пойти и другим путем и попытаться отсудить у отца часть имущества, но в прошлой жизни эта идея потерпела крах, так как отец еще до развода удосужился подстраховаться и оформил большую часть бизнеса не как нажитое совместное имущество, а через ряд дарственных и купли-продажи своей личной собственности. Есть у него и перестраховка в виде завещания деда, который завещал свою долю в бизнесе отцу. Дедушка как раз и начинал дело, выкупив в годы повальной приватизации второй городской мясоконсервный комбинат. Дед еще тем банбюганом был, в обкоме промышлял.

Офис компании «Мяскон» находился в центре города на улице Карла Маркса, чуть ли не в двадцати километрах от головного завода. Компания снимала лишь половину этажа элитного делового комплекса, чего я никогда не понимал. На территории того же головного завода была масса помещений, которые можно было использовать под офисы, компания даже сама имела арендаторов в виде СТО, нескольких продуктовых магазинов, но офис был в центре города. Опять эта показуха? Или есть некий расчет?

- Станислав Сергеевич, туда нельзя, постойте, - пыталась меня остановить секретарша отца.

Вот где стереотипы не срабатывали. Секретарем главы компании «Мяскон» была если не пожилая, то достаточно великовозрастная женщина, которая была опрятно и по-деловому одета, но напрочь не притягивала взгляды мужчин. Вот только и «серой мышью» Веру Викентьевну не назовешь, она была профессионалкой высшей пробы.

Я таки ворвался в кабинет своего отца и…

- Ох, простите за бестактность, - я с любопытством осмотрел картину, открывшуюся передо мной, и с усмешкой продолжил. – Я через пять минут войду.

Будущая новая жена отца досрочно выполняла весь спектр супружеских обязанностей, так сказать, «авансом» еще до официального оформления отношений. И то, что я увидел, вновь поставило вопрос о том, что нужно что-то решать со своим организмом, так активно стремящемуся к размножению. Мария была ну очень соблазнительная – такая помесь непорочности с падшей женщиной. Милое лицо с развитым и ухоженным телом умноженное на страсть и похоть – как результат сильный мужчина превращается в «каблука».

- Ты, сучонок! – с не застегнутым ремнем, но хоть в натянутых штанах из кабинета выбежал отец.

Подскочив ко мне, мирно сидящем на жестковатом диване в приемной, он замахнулся и попробовал дать мне пощечину. Даже обидно, что не воспринимает меня как взрослого, пощечину… да лучше уже с кулака. Удар был настолько читаем, что мне не составило никакого труда увернуться, после чего я прошмыгнул в открытую дверь кабинета, оставив отца в приемной. По этическим меркам отца он явно переборщил и уже в кабинет должен зайти более спокойным, если этот тот человек, которого я неплохо знал в прошлой жизни.

- Мадам! – я картинно поклонился. Ситуация забавляла.

- Сударь! – сделала что-то вроде книксена молодая, лет тридцати женщина, поддерживая еще расстёгнутую блузку.

А глазки то горят… Я уже хоть к Ленке готов ехать.

- Отец, давай спокойно поговорим, - предложил я родителю, входящему в кабинет.

- Ну, давай поговорим, - обронил отец, проходящий мимо меня в сторону своего кресла. – Представлять вас нужно, или познакомились?

- Мария, - представилась женщина, застёгивая, наконец, блузку и пытаясь сдуть локон растрепанных волос, заваливающийся на глаза.

- Наслышан, Мария. Буду вежлив и отвечу, что рад знакомству, Вы позволите поговорить с отцом? - женщина вопросительно посмотрела на отца, справившись, наконец, со своими волосами. Видя замешательство, решил продолжить. – О, нет, мы никак не станем сплетничать против Вас, просто есть, извините небольшой мужской разговор.

На отца слово «мужской» всегда действовало как красная тряпка для быка. И вот же, сучка, она просчитала свое поведение и мило улыбаясь, развернулась к выходу.

- Мне нужно оправдываться? – спросил отец, жадным взглядом провожая свою пассию.

- Да что ты, ваше дело, но мой разговор будет и этого касаться, - сказал я.

Для того, чтобы описать ситуацию потребовалось минут двадцать. Начал я с того, что налил в уши родителя елея, расписывая свои планы стать, наконец «мужиком» и получить образование, вести здоровый образ жизни. После этого подвел к тому, что в этом возрасте можно и самому денежки зарабатывать. Ну а вишенкой на торте словоблудия стало мое уверение в том, что мне удастся уговорить мать подписать все бумаги.

- И всего-то два условия, папа. Первое – это более-менее нормальное содержание матери, а то уже ее подружки нашли столичного адвоката, специалиста по разводам, - как бы между делом упомянул я про адвоката, о котором мама еще даже не задумывалась – немного пугнуть не помешает.

- Это змея Светка ее науськивает, она же сама ко мне… - вспыхнул было отец, но не стал дальше объяснять свои непростые отношения с лучшей подругой матери, которую как-то урезонить, действительно, нужно, иначе так насоветует маме, что грустно станет всем.

- Второе, нужно встретиться с одним человеком и просчитать выгоду от сотрудничества, - озвучил я главное.

После моего рассказа отец даже заулыбался. Для него было в диковинку, что человек выходит на него через сына, сначала он посчитал это неприемлемым, но, поразмыслив, все же изменил свое мнение.

- Знаешь, сын, рискну тебе рассказать кое-что. Есть в Беларуси Оршанский мясокомбинат – так себе продукция, в отличие от других производителей соседней республики. И вот с пару недель назад на рынках города стала появляться тушенка, ветчина и паштеты с какими-то левыми этикетками, в том числе и нашего комбината. И если бы там действительно была одна соя, или желе с жиром, но вполне неплохая тушенка, пусть и не отличная. – Отец достал сигару и продолжил. – Мои лаборанты провели анализ и выяснили, что тушенка из Орши, белорусы всегда четко придерживаются рецепта.

- И? – предвкушая, спросил я.

- Да все просто, сын, - отец усмехнулся, но резко посерьезнел, продолжая. – Но ты же понимаешь, что своим подружкам рассказывать о бизнесе не стоит, даже любимой женщине, чтобы спала хорошо? Надеюсь, понимаешь. И если все так, а я думаю, и речь идет об этой партии консервов, то можно наклеить нашу этикетку на банку, убрав из состава продукта, например «мясо говяжьих голов», что не будет нарушением российского законодательства и спокойно продавать, но лучше по нашим магазинам и в других регионах. И не особо меня интересует, что кто-то крадет в Беларуси, или еще каким образом получает продукт. Тут важно, чтобы объемы не оказались малыми. Но, с твоим ментом я еще поторгуюсь, назначай встречу на завтра, уточни там, у Веры Викентьевны свободное окно. Казалось бы, Беларусь! Я наивный думал, что там коррупции нет, а иди ж ты!

- Спасибо, отец. Я сразу тебе не сказал, но и моя выгода есть. Десять процентов подполковник обещал за содействие, да и разрешение на травмат, охотничье ружье и инструктора по стрельбе, - сказал я, уже собираясь уходить.

- Это не мой сын, тебя подменили! Мы, может, еще и вместе поохотимся? Ты радуешь! А приходи в субботу на ужин, Машка классно готовит, только это… чтобы я не ревновал! – вот вроде с юморком сказал родитель, но в голосе чувствовалась озабоченность. – И я при переговорах учту твой интерес, но при условии, что деньги не пойдут на пропой.

Вот и сладилось, а с Машкой нужно что-то делать, - вообще, похожа она на засланного казачка. Смущало только наличие ребенка в другой реальности. Думать, что эта особа способна родить только для завершения операции рейдерского захвата предприятий, даже не хочется. В прошлой жизни я особо не задумывался об этом, но сейчас многие факты вопят, что «медовая ловушка» для отца была грандиозным планом какого-то злодея.