Тим

Проснулся от чувства тяжести, словно, мне на грудь улеглось само утреннее солнце. Прислушался: прямо у моего лица, кто-то тихонечко сопел. Я приоткрыл один глаз, и сквозь ресницы увидел черный влажный нос так близко, что моих губ касался легкий ветерок дыхания. Ноздри щекотал уютный запах шерсти, и лёгкий аромат… солёной карамели? Ммм… Вкусный.

Светло-серая шерсть хозяйки этого носа играла в утренних лучах солнца радужными бликами. Каждая шерстинка искрилась, словно была посыпана хрустальной пылью, или же состояла из этого камня. Красивая… И красота эта казалась очень хрупкой, нежной, и неуловимой. А ещё, эта “хрупкость” вполне ощутимо весила.

Она лежала на мне передними лапами, устроив на них голову, а остальное тело плавно перетекало на пол, прикрывая собой все ещё ноющую рану.

Рука сама потянулась к ней. Медленно. Осторожно, чтобы не разбудить, и не спугнуть это видение. Пальцы коснулись хрустальной шерсти, что оказалась мягкой и шелковистой на ощупь. Я затаил дыхание. От прикосновения, по ладони побежали странные мурашки, у которых вместо ног — острые колючие иголочки. А может это были искорки?

Волчица потянулась за лаской, не открывая глаз. Наверное, ей что-то снилось, но я на всякий случай замер, и прикрыл глаза. И вовремя — она вдруг зашевелилась: ткнулась влажным носом в мою шею, принюхиваясь. Пощекотала ухо, лизнула щеку. А я изо всех сил старался не рассмеяться. Надо же, никогда не любил всех этих нежностей, даже маме приходилось сдерживать свои порывы ласки, которую она потом щедро выплескивала на старшего брата. А сейчас, я лежал и млел, чувствуя, как зверь внутри нежится.

Не выдержал — улыбка растянула губы. Волчица отпрыгнула в сторону, как ошпаренная.

— Ну вот… Обещал быть твоим одеялом, а в итоге согревать пришлось тебе, — пробормотал я, чувствуя, как холодок пробежался по тому месту, что она согревала собой.

Зверь, с голубыми как небо глазами, фыркнул, потянулся, и направился в ванную. Лапой ткнулась в приоткрытую дверь, но видимо что-то пошло не так, и та закрылась совсем. Она с недоумением взглянула на нее. Попыталась еще. А после третьей неудачной попытки, она вздохнула, и обернулась в мою сторону, с немой просьбой в глазах.

— Помочь?

Спросил я, поднимаясь, и сдерживая улыбку.

Открыл дверь, и волчица тут же юркнула внутрь. А я направился на кухню и поставил чайник. Встряхнул нашу “скатерть-самобранку”, и расстелив все на том же полу, разложил остатки продуктов. Рана беспокоила, но уже не так сильно, поэтому, я успел справиться до того, как посвежевшая Эмилия, уже в человечком облике, вышла из ванной.

— Доброе утро, — поприветствовал я девушку.

— Доброе, Тим, и… спасибо.

— Это тебе спасибо, — я улыбнулся. — А вот ручки на дверях придется сменить для удобства.

Она смущённо усмехнулась.

— Я проснулась ночью, и испугалась, что у тебя жар. В общем, не придумала ничего лучше… Ну, ты понял. Ладно, иди.

Я замер, и непонимающе посмотрел на девушку. Выгоняет? Уже?

— Эм… Прогоняешь? Уже?

— Да. Все. Уходи, — Она кивнула, указав рукой на выход из кухни, а потом рассмеялась, видя мое замешательство. — В ванную. Полотенце оставила там.

Эми

Рассказывать ему, что ночью “плясала” перед ним голая, я благоразумно не стала. Просто, когда в противоположность к его горячему лбу, у него оказались ледяные руки и ноги, я не придумала ничего лучше, чем обернуться и согреть. Но став волчицей, инстинктивно почувствовала, что рану нужно… зализать. Не стала раздумывать, а просто обернулась, развязала повязку, и снова став зверем, позволила ей действовать. Все же инстинкты заложены природой. Или памятью крови? Ладно, не знаю точно, как там у оборотней, но я им доверилась.

— Как твоя рана? — поинтересовалась, как только услышала его шаги.

— Ты знаешь, у оборотней усиленная регенерация…

Я уже заваривала чай, когда Тим вошёл в кухню, на ходу рассказывая о регенерации оборотней. Подняла на него взгляд, и зависла.

Влажные волосы торчали во все стороны весенними сосульками, скидывая капли воды на сильные широкие плечи. Нет, конечно, я ещё вчера заценила его фигуру. Парень красавчик. Да что там? Одногруппницы бы удавились от зависти, встреть нас с ним на пляже, или в бассейне. А перед этим залили бы все слюной. Но сейчас… Капельки воды стекали по смуглому рельефному телу, словно говоря “посмотри, а мы можем трогать его здесь. И здесь. И вот здесь…”

А я могла только смотреть.

— Ай, — пискнула я, отворачиваясь, и приходя в себя.

— Эми?

— Все в порядке! Чайник оказался слишком горячим, — ответила я, заливаясь румянцем, и быстро вытирая лужу. — Расплескала немного.

Да уж… Горячий здесь, не только чайник.

Парень не стал комментировать, а просто присел рядом. Я подвинула ему налитую “с горкой” чашку, и подвинула нарезку. Себе взяла один бутерброд, и тот, есть расхотелось. Все внутри свернулось каким-то клубком, заставляя нервничать.

— Значит, регенерация у нас не только в облике зверя работает? — спросила, поднимая взгляд на Тима.

Пока он отвечал, я вдруг разглядела капельку воды, что стекала с кадыка в яремную впадинку. И так медленно она это делала, что начала раздражать, и у меня появилось желание ее слизнуть.

Черт! Да что за дурацкие мысли?!

— Я сейчас!

Встала, и сорвалась в зал. Тим молча проводил меня взглядом. Я же открыла свой рюкзак, покопались, и выудила мужскую футболку оверсайз, с надписью на японском. Купила на распродаже, потому что принт мне очень понравился. Ну и оказалось, что она очень удобна и стильно смотрится.

— И почему вчера не сообразила? — буркнула себе под нос, и вернулась в кухню. — Вот, держи. Она чистая… вроде бы.

— Спасибо, — ответил Тим, вытирая руки полотенцем. — А что это?

Потом взял мое подношение, развернул, и… рассмеялся. Я даже успела обиженно нахмуриться, но он пояснил:

— Отличная футболка! Но она женская?!

— Мужская! Она мне понравилась из-за принта, вот и купила.

— Хм… Тогда верну при первой возможности.

— Что ты! Оставь себе. У меня достаточно… Да что я тебя уговариваю? Сказала — она твоя.

— Лааадно, — сощурился он. — Тогда тебе придется принять мою в ответ?

— Женскую? — спросила в шутку, но вдруг почувствовала, что мне не нравится мысль, что он держит дома женские футболки.

— Пф! Нет, прости, женских не держу, — усмехнулся Тим, словно прочитав мои мысли. — Но тебе понравится. Слово волка.

И подмигнул.

Мы все же позавтракали. Когда Тимофей надел футболку, мне стало… Эм… Как бы выразиться правильно? Нет, не то, чтобы аппетит сразу вернулся, но в груди поселилось какое-то довольное чувство от вида парня в моей футболке. Наверное, это то самое, о чем поется в песнях и снимается в фильмах — когда девушка носит футболку парня. У нас наоборот, но он сказал, что и мне подарит свою. Но… мы-то не пара. Мы познакомились только вчера. Интересно, а если бы мы…

— О чем задумалась?

Оказывается, Тим уже даже чашку из-под чая сполоснул, пока я сидя на подоконнике, и греясь на солнышке, любовалась на его спину, и мечтала.

— Ну, вообще, планировала покупать посудомоечную машину, но теперь вот сижу, думаю… Ты случайно работу не ищешь?

Оборотень сначала приподнял одну бровь, а потом понял смысл, и иронично усмехнулся.

— Да… Думаю отец оценит мой карьерный рост.

— А он кто? — заинтересовалась я.

— Он… занимается добычей камней, — ответил парень, грустно улыбнувшись.

Может его отец шахтер, и он стесняется этого? Решила не развивать тему, не портить ему настроение.

— Это… нужная работа. Слушай, а может прогуляемся?

Спросила, и тут же спохватилась:

— Ой, ты же ранен!

— Да, но не мертв же.

— Да ну тебя! — Нахмурились я, и вспомнила, что привела его к себе босым. — Ты живёшь далеко отсюда?

— Прилично.

— А пришел что же, пешком?

— На своих четырех, — улыбнулся он.

— Вот почему босиком! Так и думала. Значит, тебе нужна обувь.

— Подожди, у меня нет с собой денег. У меня вообще ничего нет.

— Украли? — предположила я, вспомнив, как однажды исчезла моя одежда, пока выгуливала свое второе “я”.

— Нет. Я ушел из дома налегке.

— Поругался с родными?

— Ещё нет. Но по возвращении обязательно. Отец мне и выходку мою припомнит, и его рухнувшие надежды, и мамины слезы…

Я ошарашено моргнула. Вот. Вооот! Это же очень правильно, когда мама переживает за тебя, а папа ругает за проступки! Это называется семья…

— Это ведь не страшно, Тим, — в порыве, я решила успокоить парня. — Он поругается, но успокоится. А мама… Да это же счастье, знать, что мама переживает за тебя! Тебе нужно вернуться…

Сама начала так переживать за парня, что не заметила, как оказалась рядом, и даже ладонь его схватила для пущей убедительности. А он молча смотрел мне в глаза, кажется, удивленный происходящим.

— Честно-честно, Тимош, любящие родители, это счастье. Поверь мне…

— А ты вернёшься со мной? — вдруг перебил меня оборотень, застав своим вопросом врасплох.

— Я?

— Ты. Я хочу, чтобы ты пошла со мной.

Мне осталось только удивлённо моргать. Совершенно незнакомый парень хочет, чтобы я пошла с ним? К нему домой. К нему в стаю. Парень, который получил за меня рану. Я сглотнула.

— Но…

— Эми, я уже, кажется, не вернусь без тебя.

— С ума сошел?

Буркнула я как-то нервно-обиженно. Наверное, так вышло из-за застрявшего в горле комка. Было одновременно приятно, ведь он понравился мне с первой встречи, да и признаться, мысль о “нас” посетила ни раз. Но и непонимание — как можно выбрать незнакомку, и не вернуться к родной матери? Сердце от волнения снова грохотало в ушах. Тим поднял мои ладони, до сих пор сжимающие его руку, накрыл второй своей, и поднес к губам. И получилось это так… мило и нежно, что я смутилась. Осторожно вытащила руки из его, но заметив его потухший взгляд, положила ладони на его грудь. Тут же ощутила, как его сердце бьётся в мою правую ладошку, словно ко мне стремится.

— Мы же совсем не знакомы, — прошептала я.

— У нас вся жизнь впереди. Хочешь, будем знакомиться каждый день? Хоть по несколько раз.

— Смеёшься? — напряглась я.

— Нет, — улыбнулся он, поймав губами мой взгляд. — Дед до сих пор иногда ворчит, что совсем не знает бабушку.

— А она?

— А она отвечает “надо было смотреть, на ком метку ставишь!”

— Метку?

— Угу. Я тебе расскажу. Позже.

Его голос стал слегка хриплым, что отозвалось мурашками по моей коже. А от обжигающего взгляда, которым он смотрел на мои губы, пересохло во рту.

Он наклонился ко мне медленно. Сначала коснулся одними губами. Нежно поцеловал верхнюю губу. Потом нижнюю. Потом уголок. Но этого, как-то вдруг, оказалось мало. И я сама захотела попробовать его на вкус. Потянулась и провела языком по его горячим губам. Потом скользнула дальше, проверяя кончиком языка, остроту его клыков. А он отвечал взаимностью, лаская мой язык своим, то кружа с ним в танце, то дразня, едва касаясь. Наполненному эмоциями дыханию стало тесно во мне, и оно вырвалось из груди стоном. Тим прижался сильнее, и словно в ответ издал… даже не стон, а скорее рык. Такой приятный. Отозвавшийся вибрацией в ладони, что до сих пор впитывала сумасшедший ритм его сердца, а во мне восторгом.

Черт… Черт-черт-черт! Теперь я понимаю, что люди в поцелуях находят. Это же как оно все крышу сносит! А может, это только с оборотнями так вкусно?

В какой-то момент, я почувствовала острую боль в нижней губе, и пискнув, отпрянула. Бы… Тим, несмотря на рану, держал крепко, а мои руки, оказывается, уже давно запутались в его волосах.

— Прости, — выдохнул он сбившимся дыханием. — Не хотел сделать больно. Оно… само получилось.

И так виновато его светящиеся янтарем глаза смотрели, что я сдалась. Не знаю, как он понял это, но в следующую секунду, его язык нежно прошёлся по месту укуса. Лаская. Забирая боль, которая больше не пугала, а скорее наоборот.

Поймала себя на мстительной мысли, что мне тоже хочется укусить. Только не сейчас, когда он готов, и ожидает ответочку, а потом. В следующий раз. В следующий поцелуй. Обязательно.

Пытаясь выровнять дыхание, я все же отстранилась, и опустила голову. Тут же заметила его плохо скрываемое возбуждение, смутилась, и закусив укушенную губу — охнула. Хотя почему его? Наше. Наше общее возбуждение. Потому что себя, я ощущала точно такой же, желающей продолжения. И… готовой к этому?

Мысль несколько отрезвила, и я сделала пару шагов назад, чуть не потеряв равновесие. Голова ещё кружилась, но Тим придержал за плечи, не дав упасть. Я благодарно улыбнулась, наблюдая, как в его глазах полыхают искры янтаря.

— Мне нужно сходить, — выпалила я, кажется, не доверяя самой себе. — В магазин. Ты только не уходи без меня никуда.

И выскочила, в коридор.

Пока надевала кроссы, показалось, что услышала где-то на грани шепот “уже никуда без тебя”, но скорее всего, это лишь моя поехавшая крыша тихо прошуршала.

Ноги всё ещё были как ватные, поэтому, решила воспользоваться лифтом. Вошла, и увидела в зеркале отражение какой-то незнакомки с безумными блестящими глазами.

— И это я?

Тихо задала вопрос отражению. Показалось, что в глазах зазеркальной меня вспыхнул голубой отблеск. Наверное, из-за света, и хромированных стен кабинки? А может… Я ведь никогда не видела отражение своей волчицы! В ее теле, мне даже в голову не приходила такая мысль. А глаза Тима светятся янтарем, особенно, когда он возбуждён. Или это просто совпадение?

Отражение перевело ошалелый взгляд ниже, на припухшие алые губы. Ничего себе! Присмотрелась — от укуса остался след, как будто это случилось несколько часов назад. Но ощущение его поцелуев всё ещё такое живое, что стоит закрыть глаза, и кажется, что он рядом. Это нормально? Раньше, никогда такого не было. Даже “уже два года меня окучивающий” Сиплый, ни разу не вызвал желания. Позволяла пару раз поцеловать себя лишь из любопытства, и как-то мне не зашло. Зато с первым встречным…

О! Может дело в том, что у оборотней только с оборотнями это работает? Вот это всякое притяжение-возбуждение? Может, это что-то типа разности видов — кошка и собака, оба домашние животные, но в плане размножения, они не совместимы?

Замерла перед входной дверью, с мысленным воплем “Эй, очнись! О чем ты, вообще, думаешь?!”

Может вернуться?

Нет! Надо проветриться. Осмыслить хоть часть эмоций.

Нажала, наконец, кнопку, и вышла под ласковые лучи осеннего солнышка. Даже удивительно — такое тёплое для начала октября… Улыбнулась щебету воробьев и синиц у кормушки, и направилась в магазин обуви.

Когда я опустила взгляд, чтобы сравнить размер… Тряхнула головой, чтобы мысли не отвлекались на увиденное, и усмехнулась — да по факту, у меня сегодня любая мысль сворачивает в направлении “Тим”. Да, в размерах того, что заметила случайно, я не разбираюсь, но то, на что посмотреть планировала, я все же подметила — его ступня длиннее моей на полтора сантиметра. Значит буду примерять кроссы на себя, и подставлять пальцы.