Пара дней прошли спокойно. Я вернулась в свое нормальное состояние, и пространство вокруг нас успокоилось. Напряжение постепенно отпустило, и жизнь вошла в свою колею. За пропущенное занятие в мотошколе мы отработали, и даже заслужили похвалу, за лучший результат в группе. Экзамены приближались, добавляя лёгкой паники.

Тамир отписался, что с Анисьей помирились, и даже пообещал мне купить мороженое. Я искренне порадовалась за брата, и поделилась новостью с сестрой.

Марк тоже иногда писал, сообщая новости о щенке: какой корм купили, какой угол он успел “пометить”, на какие команды… пока ещё не откликается. А сегодня после обеда, мне пришло целое видеосообщение от этой парочки. Снимала явно Женя, хотя голоса я не слышала. Братишка играл со щенком, бегая по двору, и не замечая, что их снимают. У нас уже лежал тонкий слой снега, а на видео была мокрая жухлая трава и лужи. Но это лишь добавляло радости двум “поросятам”, которые не замечали ни луж, ни пасмурного неба над головой. Уже в конце ролика, Марк заметил камеру, и подбежал к оператору.

— О, ты снимаешь? А давай Мильке с Малькой привет передадим! — Он поднял на руки мокрого и грязного щенка, который тут же с любопытством ткнулся носом в камеру. — Сестры, привет от нас с Вересом! Мы тут тренируемся. Проходим полосу препятствий. Папа говорит, что у нас хорошо получается, но он так на стиральном порошке разорится. — Щенок в его руках забрыкался, и Марк его отпустил. — Ладно, мы побежали дальше тренироваться. Привет тете Агате и дяде Боре. Тимохе и Игнату. Ещё Ксю, Снежке и Там-Таму. Если увидите их. Все. Пока! — крикнул он, уже разворачиваясь за своим маленьким охранником.

Я, с улыбкой, пересмотрела видео несколько раз, а потом отправила сердечко в ответ. И просьбу, не забывать и про уроки, где-нибудь между тренировками. И только после отправки поняла, как это должно выглядеть со стороны. Вспомнила Анисью, зацикленную на возрасте, и усмехнулась — оказывается, мой порог чуть выше ее, и я таким темпом скоро как нудная бабка стану для Марка. Осталось ещё напоминать по утрам и вечерам — чистить зубы, и вовремя кушать.

Показала сообщение ребятам, вызвав улыбки на лицах.

— Снежке сам передам, — улыбнулся Тамир, блеснув стальными глазами.

Хромота уже не причиняла особого неудобства, и постепенно сходила на нет, поэтому, его допустили до занятий. И насколько можно было судить по счастливым глазам, с Анисьей они помирились.

— Может соберёмся сегодня в Логове? — спросила Маля, словно прочитав мои мысли.

— Завтра выходной. Можно, — ответил Тим.

— Мы будем. — Согласно кивнул Тамир, что-то набирая в телефоне.

— Сегодня родители вернутся, — ответила Ксю, которая уже соскучилась по родным.

— Тогда завтра?

— Если все не против, то я только за, — согласилась наша рыжулька, и чуть помявшись, добавила: — Как думаете, познакомить родителей с Салаватом прямо сегодня — будет уместно?

— Ооо, — протянул Тим, притянув вдруг меня к себе. — Это серьезный шаг. Будьте готовы ко всему — родители иногда странно реагируют. Но я желаю удачи!

— Ну… меня родители Салавата приняли хорошо…

— Это потому, что они и не надеялись, что их оболтуса кто-то сможет успокоить, — пояснил “оболтус”, целуя достающую ему лишь до груди, рыжую макушку.

Все время отвлекаясь на друзей и занятия, я не могла понять что-то очень важное. Меня периодически преследовал какой-то смутно знакомый запах. Вернее, даже лёгкий, едва уловимый шлейф, и какая-то мысль зудела в затылке, не давая расслабиться. И не могла понять, что происходит, пока не столкнулась в туалете с одноклассницей.

Я уже мыла руки, когда дверь открылась, и вошла Зарина. Но стоило ей увидеть меня, как она тут же развернулась. Не успев осознать — зачем, Я схватила ее за локоть, и дернула обратно.

— Ты что, руки об меня вытереть решила? — возмутилась она, глядя на мои мокрые пальцы, сжимающие ее руку.

— Прости, — извинилась я, отпуская. — Я просто хочу понять, почему ты так странно себя ведёшь?

— Я? Да это вы странные!

— Ну не мы же шугаемся тебя на каждом углу.

— Бесите просто!

— Правда? И что же я тебе сделала? Я приехала сюда несколько недель назад…

— В том-то и дело, — зашипела Зарина, понизив голос. — Вы приехали сюда без году неделя, а уже все перевернули!

— Ну прости, только Игнат никогда не считал тебя невестой, — высказала я то, о чем уже делилась со мной сестра. — А на Тимку ты вроде как и не имела планов. Так что…

— Да нужны они мне! Мне бы с собой разобраться! — выпалила одноклассница, и тут же сдулась, опустив плечи.

— С собой? — удивилась я.

Зарина смотрела мне в глаза молча, словно гипнотизируя. А потом вздохнула, и начала тихо и быстро говорить.

— Раз ты в курсе событий… Я устала. Устала ничего не понимать. Меня это бесит невозможно.

— Яснее, пожалуйста. Если ты из-за Игната…

— Нет. Я уже успокоилась. Сама вижу, что он как щенок таскается за твоей сестрёнкой. Ладно. — Зарина подняла раскрытую ладонь, останавливая мое возмущение. — По сути: когда я психанула там, в лесу, то… Она же даже не была оборотнем! Но вдруг обернулась. Понимаешь? И мало того, эта мелкая новорожденная волчица чуть не перегрызла мне глотку.

— Это нормально. Она жила вдали от отца, а он все же альфа. Кровь смогла проснуться только сейчас, вблизи стаи, — пояснила я Зарине, как маленькой, то, что мне рассказали.

— Да. Наверное. Но… у меня тоже сильная кровь. Наверное, самая сильная из молодняка. Была…

Дверь открылась, но даже не взглянув, кто там, Зарина рявкнула:

— Занято!

Дверь закрылась. А она замолчала, и прислонившись к стене, словно устала стоять, закрыла глаза. Я не торопила, ошалело провожая взглядом слезинку, катившуюся из-под черных ресниц оборотницы, которая едва слышно продолжила:

— Я чувствую ее эмоции.

— Это нормально. Я тоже слышу эмоции окружающих…

— Ты не поняла. Я… перестала слышать альфу. Но слышу ее, где бы не находилась.

— Погоди. — Я даже головой тряхнула, пытаясь осознать значение ее слов. — Я не понимаю. Я сама выросла одиночкой, и всех этих законов стаи не знаю пока.

— В смысле? — переспросила Зарина, ища подвох на моем лице.

— В прямом. Долгая история. Но росла я среди людей, считая себя кем-то типа “Человека-паука”. Не знала ни о связях стаи, ни о том, кто я.

— Вот же семейка…

— Эй-ей, теперь-то мы вместе.

— Короче, твоя сестра словно привязала меня к себе. Когда она отпустила меня в лесу, что-то произошло. И теперь я слышу ее зов.

— А может… может, это та шаманка?

— Шаманка? А, ты о ведьме-отшельнице… Не думаю. Я несколько раз ходила в лес, но так и не встретила ее. Значит причина в Мальве.

— Стоп! — Зуд в затылке усилился, взвыв сиреной, и отдаваясь в висках. Шаманка… Привязка… Зов… Только вот сестра не в курсе всего этого, и не могла она звать в какой-то степени соперницу! Чтобы хоть немного унять мысли, я прижала пальцы к вискам. — Зов? А она его бросает намеренно? Ведь она о стае с тобой не знает. Для нас стая — семья. И друзья… — я говорила, а сама сопоставляла информацию, которая как пазл стыковались кусочками. — Кафе!!! Ты тогда услышала ее? Поэтому кофе пролила на меня! Когда Маля ответила на звонок Сиплого... Ты… пошла за нами, да? — вспомнила я ощущение преследования в лесу. — Это ты была? — начала я напирать, связав наконец, всю картинку воедино.

— Да, — как-то обреченно согласилась Зарина. — Я растерялась. Почувствовала ее испуг, и даже подошла, хотела все рассказать, спросить, что это все значит, но…

— Ты черная собака, что спасла моего брата?

— Спасла?.. — фыркнула она, а потом устало усмехнулась. — Он прикольный. Хотел, чтобы я тех щенков взяла, представляешь? Он очень смелый и отважный парнишка. Будь он в стае, точно альфой…

Договорить я не дала. Просто, от благодарности кинулась на шею, и крепко обняла одноклассницу. И плевать мне на все эти волчьи хитросплетения стайных связей, если благодаря им, мой братишка жив и здоров.

— Спасибо. Спасибо, Зариночка!

— Эм… А что здесь у вас? — удивленно спросила бесшумно вошедшая Маля.

— Твоя сестра пытается доделать то, что опрометчиво не закончила ты, — прохрипела Зарина. — Душит меня.

— Маль, это она! — выдала я взволнованно. — Она спасла Марка, и помогла ему спрятаться! И она — твоя стая!

— Что? — непонимающе приподняв брови, пискнула сестрёнка, и перевела взгляд с меня на Зарину.

Закончить разговор и все объяснить, мы не успели. Звонок занудно напомнил об обязанностях, и поторопил на урок. Правда шокированная Маля не торопилась уходить.

— Что ты говоришь такое? Что за бред? Какая стая?

— Если бы я знала… — зло фыркнула Зарина.

— Так. Новый прогул будет явно лишним. Давайте поговорим после уроков?

— Но… — Мальва с сомнением посмотрела на одноклассницу, подумала мгновение, и всё-таки согласилась. — Хорошо.

Мы вышли из туалета, перед дверями которого стояло несколько девчонок помладше. Видимо тех самых, что Зарина отпугнула. Я извинилась перед ними, и оставила дверь открытой.

— Постарайся не показывать свою вину всем подряд, — бросила Зарина через плечо. — Ты — дочь альфы, а значит в праве…

— Ну знаешь, даже альфе не пристало причинять неудобства по простой прихоти.

— И все же, стая идёт лишь за сильнейшим. Поэтому чувство вины нужно спрятать так глубоко, чтобы и самой его не найти. У сильного альфы, должна быть супруга под стать, — бросила она пренебрежительно, и ускорилась.

Мы с Малей переглянулись. Вроде бы дикость какая-то, но с другой стороны…

— Это что, намек на то, что я не достойна Игната?

— Не переживай, она просто слегка… не в адеквате.

— Пф! Так что там со стаей?

Потом. После урока.

Последняя пара тянулась как жвачка, совсем не добавляя спокойствия сестре. Да и мне хотелось понять всю соль ситуации.

Во время урока, сестрёнка все же вытянула из меня суть дела. Но как и я — ничего не поняла. Ну а после, мы поделились информацией с парнями, как только Игнат приехал за нами.

— Зарина, ты сейчас серьезно? — не скрывая скепсиса в голосе, спросил Игнат, когда оборотница повторила свои слова ему.

— А похоже, что мне весело? — опустошенно ответила она.

— Ребят, давайте подумаем, что это вообще такое? — обеспокоенно попросила Маля, и я поддержала.

В итоге, было решено узнать у старших, бывали ли такие случаи в истории оборотней. Каждый у своих.

— Ок, типа нам задали на дом, найти инфу.

— Можно, — согласился со мной Тим, и добавил — Вернее, отметить правильные варианты, и мы, вроде как, зависли на этом.

— Можно. Только мне такого задания не давали. Да и мама может удивиться программе, — ответил Игнат, и рефлекторно взял Малю за руку, прижал ее кисть к губам, и прошептал — Мы разберемся. Не волнуйся.

Я заметила, как Зарина отвернулась к окну, делая вид, что ей безразлично происходящее. Только вот отражение ее глаз в стекле выдавало ее с головой — она всё ещё переживала из-за Игната.

— А что, если рассказать родителям прямо? — вдруг подумала я вслух. — А то одну проблему нарешали сами, так Тамир всё ещё в себя приходит.

— Нет! — выпалила Зарина с испугом. — Вы хоть понимаете, что тогда будет со мной?

— Что ж ты не думала над этим, когда на нас кинулась? — холодно поддела Маля.

Зарина не ответила, снова отвернувшись.

— Я смотрела много фильмов, — начала я, — где ответы находили в книгах. Может быть есть какие-то волчьи библиотеки?

— Это вряд ли, — ответил мне Игнат. — У нас знания передаются из поколения в поколение — от старейшин к молодняку. Деды рассказывают внукам. И я не слышал, чтобы в рассказах хоть раз упоминались какие-то привязки или смены альфы.

— Я тоже не помню ничего.

— А нам так ничего и не рассказывали, — мы с сестрой переглянулись.

На том и решили, что нужно наведаться к “любимому” дедушке, и потребовать исполнения долга перед внуками. Не факт, что он сможет что-то подходящее сообщить, но нам любые знания не были бы лишними.

— А вы не думали, — заговорила Зарина, — что даже если бы случаи были, то кто-то захотел бы их оглашать?

— Как вариант. Но мы все же попробуем. — Мне стало жаль одноклассницу. Все же благодарность за помощь брату, сделала меня более лояльной к этой оборотнице. — А на крайний случай, можно попробовать шаманку отыскать.

— Пф! Думаешь я не пробовала? — фыркнула она.

— Значит было не время. Мне кажется, она сама на встречу выйдет, если это будет нужно. Ведь, насколько я поняла, она всегда появлялась в нужный момент, не зависимо от вашего на то желания.

Игнат подтвердил мою мысль согласием, припомнив свою встречу с ней. А потом отвез нас домой. Зарине тоже предложили подвезти, но оборотница отказалась.

А дома, мы с сестрой сообщили, что хотим навестить деда. Папа поддержал, хотя и посмотрел на нас удивлённо. Мама тоже согласилась поехать, мотивировав тем, что вернувшимся родителям Ксю, нужно побыть с дочерью наедине. Поэтому, уже через несколько минут, мы в полном составе стояли на крыльце дома, в котором вырос наш папа. А ещё… Да, я не удержалась, и написала о задумке Тамирлану, который вытащил свою семью, и буквально через пять минут после нашего прихода, дом наполнился шумом. Из маленьких, вроде бы, только младший брат Тамира, но вот по улюлюкать с ним был рад каждый.

С Тамиком, к нашему удивлению, приехала и Анисья. Ее лицо уже не было отстраненным, как раньше. На нем все больше проступала растерянность. Девушка поприветствовала нас, и даже слегка улыбнулась.

Об истинной причине встречи знали только мы с сестрой, и посвящать кого-то ещё, пока не планировали. Поэтому напомнили деду про его безответственность и попустительство — видано ли дело, дочери альфы не знают легенд стаи?! Послушали показное возмущение в ответ, улавливая эмоции радости, что дедуля старательно пытался скрыть, переглянулись, и приготовились к историям.

Каждая легенда была очень интересной, но вот нужной нам информации так и не проскочило. Поэтому дождавшись окончания, я начала задавать наводящие вопросы.

— А когда девушка замуж выходит, она перестает слышать альфу?

— Конечно, если она выходит за оборотня из другой стаи. Да и в принципе, когда волк ставит на ней метку принадлежности, связь с альфой ослабевает, даже если стая одна.

— Ого. И… это всегда? — уточнила Маля, видимо только сейчас задумавшись, что жених-то из другой стаи.

Дед усмехнулся, поняв ее чувства.

— Нет. Иногда, когда волчицу берут против воли в жены, по праву сильнейшего…

— А что, и у вас есть право сильнейшего..? — выпалила северянка, и тут же опустила голову. — Простите, старейшина, — с неожиданным смирением в голосе, она извинилась, и обращением выказала уважение.

Дед заинтересованно посмотрел на Анисью, помолчал раздумывая, а потом продолжил.

— Было. Но им уже давно не пользуются. А что, у вас на севере оно действует?

Анисья смутилась, и украдкой глянув на Тамика, ответила честно.

— Действует. Но… Можно я спрошу? — Дед кивнул выжидательно. — Если этот сильнейший окажется слабее избранницы, она имеет право отказаться от брака? И… наказание в таком случае будет?

После этих слов, на снежную посмотрели уже все, кроме мелкого, который с удовольствием поглощал жареные на костре колбаски. Папа и дядя занимались огнем и приготовлением дичи и тех самых колбасок, явно радуясь, что могут отдохнуть от забот. — Имеет, — чуть вздернув бровь, ответил дедушка. — И это, скорее позор для него, чем наказание для нее. А что, настолько не люб был? — склонившись к Анисье, бесцеремонно уточнил дед.

Северянка не стала посвящать всех присутствующих в подробности своей ссылки, но получив ответы от самого старейшины вдруг словно ожила. Похоже, ситуация давила на нее, вызывая чувство вины, которое боролось с чувством гордости. Вот из-за этой внутренней борьбы и обиды, наверное, и была она замкнутой и холодной.

А ещё, я заметила ее частые взгляды на Тамира, которые не укрылись и от остальных. Деда в том числе. Именно поэтому, я и напомнила о себе, чтобы наш “ну очень корректный” дедуля не разрушил эту северную “весну”.

— А просто так, не уходя в другую стаю, может случиться смена альфы?

Дед снова задумался, даже брови нахмурил. И Маля решила меня поддержать.

— Ты имеешь ввиду, — обратилась она ко мне, словно не знала, о чем я сейчас толкую, — как если бы я сейчас перестала воспринимать альфой папу?

— Да, именно! И альфой бы выбрала… например, Тамирлана.

Упомянутый даже поперхнулся.

— В смысле?

— Ну это я образно, Тамир, пытаюсь разобраться и вникнуть во все эти связи, — успокоила я брата, и улыбнувшись похлопала его по спине. — Я ведь никогда не предполагала даже, что являюсь частью особой вселенной. Всегда думала, что я… изгой. Урод. Какая-то генетическая ошибка.

— Дочь, ты не изгой. — Папа вдруг оказался за моей спиной, и крепко обнял. — Ты — оборотень. Такой же как я, твоя сестра, твой дед, и вся наша стая. Слышишь? И ты, Маль, тоже.

— Я знаю, пап, — ответила я.

И сестрёнка подхватила эхом.

— И я знаю, папа.

Мы обнялись ни на кого не обращая внимания. Все остальные молчали, и статичный треск костра накрывал нас уютным вечером.

— Да, такие же оборотни, — поддержал отца дедушка, не преминув напомнить — правда с примесью ведьмовской крови.

— Прости, деда, — отозвалась Маля, и тут же с весельем добавила: — Но нас, наша примесь вполне устраивает.

Я перехватила мамин теплый взгляд, и подмигнула.

— Кхм, — крякнул дедуля, на удивление добродушно. — Ладно, вернёмся к нашим овцам… Нет, о том чтобы кто-то сменил альфу, речи быть не может. Здесь только два варианта: получить метку мужа, или получить метку нового альфы.

До конца вечера мы продолжали общаться, и на удивление откровенно получать ответы на любые вопросы. В какой-то момент, у меня даже возникла мысль — спросить у деда о прошлом, узнать, как он мог так поступить с сыном? Но взглянув на спокойно беседующих маму и тетю Анью, я прикусила язык. Снова ворошить прошлое? Нет… Маме и так досталось в этой жизни. А дед… К нему мы с сестрой ещё присмотримся.

В завершение вечера, когда костер практически потух, и все начали перебираться в дом поближе к теплу камина, ко мне подошла Анисья.

— Спасибо.

— За что? — удивилась я.

— Знаешь, я ведь пожалела о разговоре, когда ты ушла. Но потом, когда Тамир снова пришел, я решилась попробовать. Поговорить. В общем, ты была права — ему плевать на возраст.

Я не перебивала, лишь тихо радовалась за ребят. Видела, как нелегко ей говорить настолько откровенно, видимо, это влияние их общения в семье, и тем приятнее было от того, что она мне доверилась.

—...не знаю, что у нас получится и как воспримут родители, но…

— Анисья, не заморачивайся пока. В смысле, просто живите и наслаждайтесь каждым днём. Тут ведь главное что?

— Не возраст?..

— Нет, — я не сдержала смешок. — Главное — быть честной. С собой. С ним. Нужно доверять. К примеру, мои родители: мама испугалась, и вместо разговора с отцом — сбежала.

— Поэтому вы сейчас только вникаете в то, что каждый оборотень знает с детства…

— Точно!

— Я постараюсь. Спасибо. Кстати, если тебе интересно, то в вопросе стай есть нюанс, — понизив голос, поделилась снежная. — Может, конечно, у вас и нет такого, но думаю, что для общего развития тебе будет интересно. Отец рассказывал, что шаманы способны отлучать от стаи. Если оборотень предает своих, совершает какое-то преступление, ну вот прямо конкретно косячит, то альфа изгоняет его из стаи. Но! Если, виновный готов нести наказание, то шаман привязывает его к пострадавшему, или к слабому уже старейшине в качестве помощника.

— Это как? Он что, воспринимает эту привязку как к альфе?

— Вроде того.

— Жуть. Наверное.

— Возможно. Но быть одиночкой и иметь стайный инстинкт — такое себе удовольствие.

После этих слов я вспомнила себя “вчерашнюю”. Чувство неприкаянности и одиночества. Постоянное желание понравиться и заслужить похвалы мамы. И единственная моя отдушина — брат. Только искренняя любовь Марка помогала мне держаться и не сойти с ума.

— Черт… в этом что-то есть.

Анисья кивнула, и скупо улыбнувшись, уже было развернулась к дому… но потом снова обернулась, и чуть замявшись спросила.

— Скажи, а краска на волосах держится хорошо?

— Вполне. Корни только быстро отрастают. А что?

— Да так. Думаю, не сменить ли имидж…

Она снова кивнула, и задумавшись о своем, направилась в сторону Тамира. Брат стоял на крыльце, как будто бы и не ожидая там оборотницу, а просто воздухом дышал. Только я видела, как он встрепенулся при приближении девчонки. Мешать не стала, пройдя мимо. Да и нужно было обдумать новую информацию, чтобы разложить все по полочкам. Вечер оказался не только уютным, но и познавательным.

Домой вернулись уже поздно, но вместо отдыха, мы с девочками собрались в комнате Мали. Ксю радостно сообщила, что с утра едут смотреть квартиры в городе. Дом тоже будет, но гораздо позже, и отстроенный с нуля. А пока так.

— Это супер! — воскликнула сестрёнка, обнимая свою лучшую подругу. — Я так рада! А что насчёт оборота? — спросила она более осторожно. — Дяде Коле удалось встретиться с той вашей невестой?

— Да. Они поговорили. Она сказала, что прощает его, и вернула ему все, что он когда-то дарил ей. Оказывается, она сперва все хранила, и ждала, что папа к ней вернётся. А потом вышла замуж. Сейчас у нее трое детей и муж пасечник. Прикиньте, пчел держит! Даже банку настоящего алтайского меда отправил для меня. Так что завтракаем оладьями с медом завтра. С Мичийэ я договорилась, — улыбаясь, сообщила рыжая.

— Ксю не томи! — не выдержала Мальва.

— Ладно. В общем, все “мосты”, как и сказала отшельница, папа сжёг. В смысле все подарки старые. Попросил у брошенной невесты прощения, и умолял снять проклятие. А она сказала, что не ведьма, чтобы проклятия снимать, и пусть он сначала сам себя простит. А она простила ещё тогда, когда родила первенца.

— То есть, это он сам себя что ли проклял? — не поняла я.

— Типа того. Он всю жизнь чувствовал за собой вину, за то что бросил ее, и эта вина была похуже проклятия. А теперь увидел, что она счастлива со своим мужем и детьми, и словно камень с души упал, и его медведь как будто от спячки проснулся. А он у него таааакооой! Ииииии!

Ксю тоненько запищала обнимая себя, и кружась по комнате. Пока Маля не поймала ее в объятия, и радостно не прижала к себе. А потом и меня дёрнули за руку, и притянули в эту карусель.

Когда эмоции немного утихли, я рассказала девочкам о разговоре с Анисьей.

— Снежка рассказала кое-что о искусственных привязках их шаманов. Не знаю, насколько это может помочь нам, но на заметку нужно взять…

Я постараюсь вспомнить всё мелочи разговора, чтобы представлять картинку более детально.

— Слушайте, а что, если Зарина сама себя… Ну как мой папа — наказала, — предположила Ксю, когда мы поделились с ней и своими новостями.

— Зарина? Чувствует вину? Да не смеши, — скептически вздернула бровь Маля, и широко зевнула.

— Так, девочки, всем спать, быстрооуу! — скомандовала я, и подхватывая эстафету, тоже зевнула.

Ксю рассмеялась, а мы с сестренкой выжидательно уставились на нее.

— Твоя очередь.

— Нет, я спать не хочу, — заявила рыжая. — У меня столько эмоций, что я не усну сегодня. — И тут же широко зевнула, прикрыв рот ладошкой.

— Оно и видно, — усмехнулась я.

— Ага, просто оскал тренируешь, — поддела Маля.

На этот раз, рассмеялась мы все, и пошли укладываться.