Площадь погрузилась в тишину, нарушаемую лишь тяжёлым дыханием Мэйсона и Мари. Паук исчез, а вместе с ним и Красная ведьма из Пёрл. Каким-то образом им удалось это провернуть.

– Ты как? – спросил он, протягивая Мари руку.

Она упала с большой высоты и поморщилась, пока поднималась.

– Лучше не бывает, герой.

Мэйсон почувствовал, что краснеет, но она улыбнулась и покачала головой.

– Я серьёзно, – сказала она, похлопав его по плечу. – Ты справился.

– Ну… я бы не справился без…

Вдруг Мэйсон услышал сзади смех и, обернувшись, увидел хромающих в сторону фонтана грязного бейсболиста и зомби-чирлидершу с почти полностью стёртым макияжем. Они держались за руки.

– Ну, с ведьмой можно справиться и так, – сказал Серж, чуть не упав.

– Мы чуть не умерли, – истерично промолвила Бекка. – Раз десять, наверное.

– Жаль, что ты не видел этого, Мэйсон, – добавил Серж. – Это было безумие. Разрушенные здания. Кричащие монстры. Тебе бы понравилось.

– Я перевернула грузовик! – возбуждённо поделилась девочка.

– Она перевернула грузовик! – подтвердил Серж.

Их смех был заразителен, и вскоре Мэйсон тоже начал хохотать. Мари приподнялась, прислоняясь к статуе, и тоже засмеялась, хоть и не так громко.

– Ой, как больно, – сказала она, хватаясь за бок.

– Нам нужно отвезти тебя к врачу, – ответил Мэйсон.

– И его, – указала Бекка на Сержа.

– Кажется, у меня сломана лодыжка, – ответил он.

– Что стало с тройняшками? – спросил Мэйсон.

– Они затерялись в толпе, прежде чем грузовик перевернулся, – рассказала Бекка.

– Надеюсь, мы их больше не увидим, – вздохнул Мэйсон.

Серж вдруг заметил тыкву у фонтана.

– Мистер Ворон… – прошептал он, подходя к останкам пугала.

– Его больше нет, – сказал Мэйсон. – Но он спас нас.

– Он спас всех нас, – поправил Серж.

Мэйсон никогда бы не назвал своего лучшего друга чувствительным, но, казалось, стеклянная оболочка вокруг сердца Сержа разбилась при виде тела пугала. Мальчик спрятал лицо в ладонях и тихо заплакал. Бекка прижалась к нему и похлопала по спине.

– В этот раз туда полезешь ты, – сказала Мари Мэйсону, вытирая глаза.

Он поднимался быстро, но осторожно, на каждом шагу проверяя, прочно ли у него стоит нога. Вскоре мальчик оказался на вершине статуи и потянулся к кубку бога виноделия и веселья. Внутри он нащупал нечто маленькое и неправильной формы. Мэйсон крепко обхватил это пальцами, испытывая невероятное облегчение. Он не разжимал пальцы, пока не оказался вновь на земле. Когда мальчик наконец раскрыл руку, вид заставил его ахнуть. Мэйсон никогда не видел ничего подобного. Драгоценный камень состоял из ряда переливающихся радугой геометрических узоров, наложенных друг на друга, словно в его руке был крошечный лабиринт.

– Вау.

– Вау, – эхом отозвалась Мари, заглядывая через его плечо.

– Радужный висмут, – сказала Бекка. – Их можно выращивать. Я сама никогда этого не делала. Это довольно сложно. Кто-то вложил в эту штуку немалые усилия.

– Если я раздавлю его, это место исчезнет навсегда, – промолвил Мэйсон.

– Давайте сначала выберемся отсюда, и только потом это сделаем, – посоветовала Мари.

– Подожди, – сказал Мэйсон, чувствуя, как внутри всё сжимается. – Конфета! Серж, она ещё у тебя?

– Я же сказал, что прикрою тебя, помнишь? – ответил Серж, засовывая руку в карман. Он раскрыл ладонь и показал другу изящно упакованную конфету.

Взглянув на неё, Мэйсон почувствовал, как у него наворачиваются слёзы. Он протянул ладонь, и Серж отдал ему конфету.

«Вот оно, – подумал мальчик. – Всё, что осталось от моей сестры».

– Ты сделал это, – прошептал Мэйсон.

– Мы сделали это, – сказал Серж. – Все мы.

– Спасибо, – промолвил Мэйсон. – Спасибо… вам всем.

Он переводил взгляд с одного лица на другое. Они устали. Они были в крови. Им всем не помешал бы хороший душ. Но каким-то образом они это сделали.

– Итак, – начал Мэйсон, прочищая горло, – есть идеи, как работают эти… конфеты?

– Это по моей части.

Они обернулись. Мрак сидела на краю фонтана.

– Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя талант подкрадываться? – спросил Мэйсон.

– О, я прекрасно об этом знаю, – ответила она. – Дай мне конфету.

Хромая, Мэйсон подошёл к ней. Его сердце замерло. Было непонятно, что произойдёт дальше.

– Мы всё сделали правильно, – сказал он, чувствуя, как его захлёстывает неуверенность, когда он протянул ей конфету. – Было бы обидно, если бы, несмотря на все наши усилия, эта история осталась трагедией.

– Красной ведьмы Пёрл больше нет, – ответила Мрак. – Ты разобрался с моей проблемой. Теперь я решу твою.

Она выхватила конфету из его рук и открыла сумку. Мэйсон смог заглянуть внутрь лишь на секунду, но этого хватило, чтобы увидеть бескрайнее звёздное небо, море белых волн и лес бесконечно высоких деревьев. Его сердце жаждало увидеть больше, но Мрак тут же закрыла сумочку.

– Твоя сестра будет ждать тебя, – сказала она. – Прямо на твоём крыльце.

– А как же моя мама? – спросила Мари.

Мрак улыбнулась, но в этой ухмылке не было ни намёка на былое озорство.

– Как и сказал Мэйсон, ты всё сделала правильно. Тебе придётся пройти через этот портал, чтобы убедиться самой.

– Я первая! – вызвалась Бекка. – Просто чтобы убедиться, что всё работает. Не хотелось бы, чтобы Серж сломал вторую лодыжку.

На небе начали появляться просветы, но свет выглядел так, будто солнце светило сквозь мёртвое дерево. Бекка села на край фонтана и опустила носок ботинка в воду.

– Обувь не мокрая. – Она глубоко вздохнула. – Что ж, здесь ничего страшного нет.

Она оттолкнулась от края и исчезла без единого всплеска.

– Твоя очередь, – сказал Мэйсон, помогая Мари подняться.

– Аккуратно, – поморщилась она. Пока Мари поднималась на край фонтана, он держал её за руку. – Я не чувствую дна.

– Думаю, это нормально, – ответил мальчик. – Настолько нормально, насколько это вообще возможно сейчас.

Она отпустила его руку и молча соскользнула в фонтан.

– Твоя очередь, приятель, – сказал Мэйсон.

Сержу потребовалось мгновение, чтобы поднять ноющую ногу, но, сделав это, он поднял голову и улыбнулся.

– Итак, – проговорил он, – Сайтама против Супермена. Кто победит?

Мэйсон усмехнулся и покачал головой.

– Придётся рассказать тебе об этом позже, – ответил Мэйсон, рассмеявшись. – Можешь поверить, что мы это сделали?

Серж улыбнулся.

– Ты у меня в большом долгу.

Затем он соскользнул в воду, всё время ухмыляясь, оставив Мэйсона одного в этом странном мире, с этой странной девушкой.

– Знаешь, я вижу вас, смертных, насквозь, – сказала Мрак. – Вы как маленькие стеклянные банки. Каждый наполнен по-разному. Твоя банка доверху набита чувством героизма. Ты думаешь, что ты звезда этой истории, но правда в том, что вы выбрались отсюда, только действуя вчетвером.

Мэйсон знал, что она права. Они справились благодаря друг другу. Настоящие герои не справились бы в одиночку.

– Знаешь, когда началась эта ночь, у меня был один-единственный друг, – улыбнулся Мэйсон.

– Я бы сказала, что это была довольно хорошая ночь, учитывая все обстоятельства.

Он показал ей драгоценность.

– Когда я его раздавлю, всё будет кончено, верно?

– Да, – ответила Мрак. – Но ведьма говорила правду. Будут последствия.

Мэйсон сглотнул и попытался набраться смелости задать вопрос, который всплыл у него в голове.

– Мой друг, – мягко сказал он. – Марко… он…?

– Я говорила тебе, пути назад нет.

Мэйсон кивнул.

– Но… теперь он в безопасности. Он больше не застрял где-то посередине. Больше сказать ничего не могу, но я знаю, что он в порядке. Всё в порядке.

Мэйсон шмыгнул носом и спросил:

– Ты… передашь ему привет?

– Конечно.

Из-за её плеча начало подниматься солнце.

– Моё время почти истекло, – сказала Мрак. – А тебе, Мэйсон Миллер, нужно сделать ещё один выбор.

Солнце начало светить сквозь неё, и её лицо замерцало и затуманилось.

– Какой?

Она кивнула, указывая ему на что-то за его плечом, и Мэйсон обернулся. Монстры вернулись. Они собрались вокруг фонтана, не сводя с него глаз.

Мэйсон смотрел на Мрак, которая раскрыла его ладонь, напомнив, что именно он держит в своих руках. Он посмотрел на странный камень вновь.

– Твой ход, – сказала она. – Прежде чем ты спросишь, я не знаю правильного ответа. Возможно, его нет. Создавать жизнь нелегко, но и создавать смерть непросто. Решать тебе.

С этими словами она исчезла, растворившись в воздухе, хоть её голос продолжал отдавать эхом. «Сделай свой выбор, – шептала она, – и что бы ты ни решил, смирись с ним».

Мэйсон остался один, окружённый, казалось, всеми монстрами этого мира. Он спустился вниз и подхватил лом Мари, положив сияющий камень на край фонтана.

– Никому не двигаться! – крикнул он. – Если я разобью его, вы все исчезнете! Навсегда. Вы понимаете?

Выход был прямо перед ним. Такой простой. Такой лёгкий. Всё, что ему нужно было сделать, – это прыгнуть в воду и немедленно разбить камень на другой стороне. С одним взмахом лома все эти нечеловеческие твари исчезнут навсегда.

«Вот чего они заслуживают, – подумал он. – И именно так поступил бы герой… верно?»

Смотревшие на него лица были мрачными. Эти существа могли убить его тысячей различных способов, каждый кровавее и хуже предыдущего. Он видел перед собой злодеев всех фильмов, которых когда-либо смотрел. Монстров из всех своих кошмаров.

Мумии и вампиры. Гигантское глазное яблоко на ножке. Человек с птичьей головой и ручной обезьяной. Мохнатые и скользкие твари. Безглазые звери и ползучие чудища с десятками глаз. Клоун, который стоял, держа под мышкой свою ухмыляющуюся голову. Тройняшки с зашитыми ртами, которые уже успокоились и стояли, держась за руки. Тело мистера Ворона всё ещё лежало у фонтана. Ни одна магия не могла вернуть его. Но была одна простая истина. Если бы ведьма не оживила пугало, Мэйсон сейчас был бы мёртв.

«Жизнь и смерть, – подумал он. – Просто сделай это. Просто покончи со всем этим навсегда».

Его глаза слезились.

«Они просто монстры».

Да, они были монстрами. Да, они могли бы убить его, и, вероятно, сделали бы это, будь у них возможность. Но он не мог ненавидеть их, как не мог ненавидеть акулу за нападение на сёрфера или паука за укус ноги, которая на неё наступила. В мистере Вороне было добро, и, возможно, доброе могло быть и в них. Монстр, которого он спас сегодня, мог стать тем же монстром, который спасёт его завтра. Он посмотрел на камень и затаил дыхание.

– Я уйду, – сказал им Мэйсон. – И позволю уйти вам всем. Но это место исчезнет. Навсегда. Вы не сможете вернуться. Этот город закрыт для посещения. Понимаете?

Они молча смотрели на него. Женщина, стоявшая в первых рядах, шагнула вперёд. Её лицо было покрыто чешуёй, а на голове вился клубок змей.

– Ты даёшь нам слово, человек?

Её голос был полон такого благоговения, словно она давала какой-то тайный, магический обет, который невозможно нарушить.

– Да.

Змееволосая женщина кивнула, и Мэйсон прыгнул в фонтан.

Мир вновь перевернулся, и он почувствовал, как падает, поднимается, пока наконец не оказался на твёрдой земле. Он снова оказался в Пёрл. В настоящем Пёрл. Мэйсон стоял в фонтане, его ноги были в воде по колено. Остальные стояли рядом, и, когда мальчик наконец появился, Серж нагнулся, чтобы крепко его обнять.

– Чего так долго?

Солнце уже взошло, и в городе было совершенно тихо. В парке оставались пару человек, но они выглядели едва живыми. Земля была усеяна банками, так что стало ясно, что это некоторые после вчерашней тусовки спали где попало.

– Что произошло? – спросил Мэйсон.

– Скажи? – сказала Мари, присев на край фонтана. – Весь город словно поставили на паузу.

– Нет, – ответил он. – Дело не только в этом. Это влияние её заклинания. Она должна была убедиться, что все монстры смогут уйти, поэтому ей пришлось усыпить всех в городе.

– Почему ты так задержался? – поинтересовалась Бекка, но Мэйсон проигнорировал её.

– Отойдите, – сказал он, выпрыгивая из фонтана.

– Что такое? – спросил Серж.

– Просто отойдите, – скомандовал Мэйсон, оттаскивая всех от фонтана.

Они смотрели на воду достаточно долго, пока поверхность не стала гладкой и неподвижной. Затем появилась первая гниющая рука, цепляясь за край фонтана. Первыми выбрались зомби, щурясь от яркого солнца.

– Мэйсон, что ты сделал? – прошептала Мари.

– Стой подальше. Дай им пройти, – ответил он.

Из воды выскочила дюжина зомби, пристально оглядев детей, но ни один из них не сделал ни единого движения для атаки. Вместо этого они медленно двинулись шеренгой к лесу. Последний зомби, мужчина в сером костюме и с красным галстуком, всё ещё носил бейсболку Сержа. Остальные монстры вскоре последовали за ними, создав процессию из чудовищ всех возможных размеров. Мэйсон провожал их всех взглядом, сжимая в руке драгоценный камень.

– Зачем ты это сделал? – прошептала Бекка. – Почему позволил им сбежать?

Вскоре выскользнула змееволосая женщина, смерив их взглядом, а за ней последовали и крысочеловек, и монстр в виде картошки. Маленькое существо без кожи с крошечными глазками-бусинками перевалилось через край и вежливо поклонилось, словно благодаря. Один за другим они выползали и ускользали обратно в лес, в свои логова и берлоги, чтобы снова дождаться ночи. Последними вышли тройняшки. Ужасное существо внутри их на время утихло, а рты были крепко зашиты.

– Что за чёрт? – спросил Серж, прячась за Мэйсоном, когда они появились.

Троица вылезла, повернулась и синхронно поклонилась, прежде чем скрыться из виду.

– Как ты позволил этому случиться? – недоумевал друг.

– Я подумал о мистере Вороне, – ответил он, подходя к краю фонтана и кладя камень на ровное место. – Может быть, в некоторых из них есть что-то хорошее. А может, и нет. В любом случае, не мне решать, жить им или умереть.

Серж вытащил что-то из кармана.

– Кстати, об этом. – Он держал горсть белых тыквенных семечек, а на его глазах проступали слёзы. – Мистер Ворон отдал их мне, когда ты лез на статую. Может быть, если я посажу их… что-нибудь вырастет.

Мэйсон кивнул, тронутый надеждой Сержа.

– А что, если они вернутся? – спросила Мари, настороженно глядя на удаляющихся монстров.

– Не вернутся, – ответил он, вспоминая мрачные слова женщины-змеи, осторожно замахнувшись ломом над камнем. Когда он опустил его, камень раскололся на мелкие кусочки. Воздух вокруг них внезапно показался тяжёлым и густым, и мир затих. Затем, словно лёгкий ветерок, это чувство прошло, и утреннее солнце засияло ещё ярче.

Мужчина лет двадцати, лежавший в отключке в паре метров от него, приподнялся и начал потирать виски.

– Смотрите, – сказал Серж.

Мир вокруг них будто снова пришёл в движение.

– Заклинание разрушено, – пробормотал Мэйсон.

Слова ведьмы эхом отозвались в голове Мэйсона. Будут последствия.

– Идём домой, – сказал он, чувствуя пустоту внутри.

Мрак ясно дала понять, что Мэг будет ждать его, но ему нужно было увидеть её собственными глазами.

Они ушли с площади так быстро, как только могли, хромая и поддерживая друг друга. Сержу пришлось опираться на плечо Мэйсона, чтобы удержаться на ногах. Вокруг них город начинал приходить в себя, но всё ощущалось как-то иначе. Пёрл не просто просыпался после бурной вечеринки. Он пробуждался после долгого кошмара, о существовании которого даже не подозревал.

– Бекка, – сказала Мари по дороге, – иди домой. Твой дом очень далеко.

Но та лишь взяла подругу под руку, положив голову ей на плечо.

– Мама может забрать меня позже, – сказала Бекка. – Я хочу остаться с тобой, пока… пока ты не вернёшься домой.

Мэйсон понял её. Пока Мари снова не увидит маму, никакого спокойствия не будет.

Их группа вышла на Орвилль-авеню, чтобы найти привычное место главной заварушки. Улица была оранжевой от тыквенных внутренностей. Некоторые тыквы были раздавлены в кашу шинами проезжающих мимо машин. Даже самые ухоженные дворы были завалены мусором. Пока они шли, двери начали открываться одна за другой, и люди сонно встречали утро. Как всегда мрачный, мистер Кирби уже собирал мусор с газона. Он сердито посмотрел на компашку, когда они проходили мимо, словно эти четверо избитых и помятых детей лично бросали что-то на его участок.

– Не смотрите ему в глаза, – сказал Серж, когда они брели мимо его дома.

Казалось, весь город просыпался от долгого беспокойного сна. Примерно в квартале от Мари они прошли мимо небольшого дома на углу. Дверь внезапно распахнулась, и из дома выбежала обезумевшая мать с криками.

– Эбби! Эбби! Кто-нибудь видел мою дочь?

Люди выходили из домов, чтобы посмотреть на разворачивающуюся сцену.

– О нет, – прошептал Мэйсон.

– Что случилось? – спросил Серж.

– Это мама Эбби Пьюрдом, которая пропала в прошлом году.

Будут последствия. Мать была в истерике, но её крик заглушил другой голос, на этот раз пожилого джентльмена, жившего несколькими домами дальше.

– Джейк? – закричал он. – Кто-нибудь видел моего сына?

Вскоре улица наполнилась поистине ужасающим звуком, необузданным страхом родителей, потерявших самое дорогое в мире.

– Я не понимаю, – сказала Бекка.

– Заклятье было на городе много лет, – с ужасом понял Мэйсон. – Они наконец очнулись и поняли, что их детей больше нет.

Он прижал руку к лицу, внезапно почувствовав, что его вот-вот стошнит.

– Я не хотел этого.

– Это не твоя вина, – напомнил ему Серж.

Его друг был прав, но сейчас это не имело значения. То, что ведьма сделала с этим городом, было почти невыносимо жестоко, но ей необязательно было видеть последствия. Четвёрка молча ускорила шаг, надеясь, что сможет убежать от этих криков, преследовавших их. Несколько минут спустя они подошли к знакомой кирпичной квартире на углу. Дверь всё ещё была приоткрыта.

– Мы все должны войти, – сказал Серж.

– Нет, – настояла Мари, вытирая глаза. – Необязательно, всё в порядке. Правда.

Она долго стояла и смотрела на дверь, пока Бекка нежно похлопывала её по плечу.

– Могу войти первой, если хочешь, – сказала она подруге.

Мари покачала головой, затем сделала шаг вперёд и замерла.

– Я не могу, – прошептала она.

В этот момент дверь распахнулась, и из неё вышла измученная женщина. Её глаза были широко распахнуты.

– Мари! – закричала она, подбежав и заключив дочь в объятия, чуть не сбив её с ног. – Я так волновалась!

– Мам! – воскликнула Мари. – Я так рада, что с тобой всё в порядке.

– Ты не поверишь, какая у меня была ночь, – сказала её мать, отстранясь, чтобы взглянуть на неё.

– Моя тоже была довольно дикой.

Внезапно женщина, казалось, вспомнила об остальных и улыбнулась им. Её волосы всё ещё были растрепаны, а вампирский макияж наполовину смазан.

– Бекка, ты видела себя? – спросила она. – Выглядишь… ужасно. А это что, твои новые друзья?

Всех быстро представили друг другу, и следующие несколько безумных минут мать и дочь рассказывали друг другу о почти невозможных событиях ночи, кульминацией которых стало нападение волка в ванной.

– Не понимаю, как тебе удалось ускользнуть, – сказала Мари. – Мы с Мэйсоном видели, как волк напал на тебя.

– Серебро, – воскликнула её мать. – То сообщение, которое вы написали.

Она повернулась и показала Мари свою серьгу, затем повернулась и показала другое ухо, которое оказалось без украшения.

– Твой отец подарил мне их, помнишь? Я ношу их только по особым случаям. Настоящее серебро.

Мэйсон вспомнил окровавленный глаз волка и металлический блеск, исходящий из него.

«В его глазу была серьга, – понял он. – Должно быть, больно».

– Я просто сняла её и воткнула в глаз этой твари. После этого он вылетел, как пуля.

Мари рассмеялась. Её мать рассмеялась. И остальные тоже рассмеялись. Мари взглянула на Мэйсона и улыбнулась.

– Значит, против оборотней работает серебро? – усмехнулась она.

– Правильно запомнила.

Впервые с прошлой ночи Мэйсон снова почувствовал себя нормально, но это чувство было подавлено внезапной волной горя и вины.

– Мэм, – вдруг сказал он, – было очень приятно познакомиться, и я рад, что всё обошлось, но… Мне нужно найти Мэг.

– Кто такая Мэг? – спросила мать Мари.

– Мам, – сказала девочка, – мы вернёмся через минуту. Я всё объясню, но… нам нужно идти!

Её мать запротестовала, но Мэйсон не стал задерживаться и спорить. Он побежал так быстро, насколько позволяло его измученное тело. Спустя всего пару кварталов у него разболелся бок. Он оглянулся лишь раз, ожидая увидеть лишь пустую улицу. Но трое его друзей были прямо позади, не отставая от него.

«Крыльцо, – подумал он. – Пожалуйста, пусть она будет там».

Мэг сидела в одном из кресел-качалок, на ней всё ещё был костюм принцессы. Казалось, что она спит, переживая последствия прошлой хэллоуинской ночи. Мэйсон застыл как вкопанный, едва веря своим глазам. Он медленно поднялся по лестнице, прежде чем обернуться на остальных. Все они запыхались, но никто из них не смог бы успокоиться, пока не увидит всё своими глазами.

– Что, если она не проснётся? – прошептал он.

На это остальным было нечего сказать. Мэйсон знал, что его друзья напуганы так же, как и он. Он опустился на колени и нежно похлопал сестру по плечу. Какое-то время она не двигалась.

«Будут последствия».

Затем её веки затрепетали, она моргнула и открыла глаза.

– Мэйсон?

– Да, Мэг, – сказал он, едва сдерживая слёзы. – Я здесь.

– Мне… Кажется, мне приснился плохой сон, – прошептала она.

– Всё хорошо, – ответил Мэйсон, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Он поднял сестру на руки и обнял крепче, чем когда-либо прежде. – Наверное, ты просто объелась конфет.