– Так, – начал Мэйсон, – ещё один квартал, и мы на месте.

С тех пор, как они покинули дом зомби, команда следовала простому, но эффективному плану. Держаться вдоль линии леса. Двигаться быстро. Не шуметь. Они всё ещё слышали хриплые стоны монстров вдалеке и иногда видели их сквозь щели между домами, но детям удавалось держаться в тени и оставаться незамеченными.

Группа замедлила свой размеренный бег, перейдя на шаг у огромного дуба. Почти одновременно прислонились к нему, чтобы перевести дух. Мэйсон упёрся руками в колени и, взглянув на остальных, понял, что не ему одному плохо – Бекка тоже облокотилась на ствол.

– Мне нехорошо, – пробормотала она, покачиваясь взад и вперёд.

Серж, должно быть, предвидел, что сейчас произойдёт, и подхватил её, когда она потеряла сознание.

– Что с ней? У неё, случайно, нет диабета? – встревоженно спросил Мэйсон.

– Нет, – ответила Мари, и мальчик услышал нотки паники в её голосе. – Может, это из-за стресса? Она обычно плохо с ним справляется.

– Ого, – протянул Серж. – Понял.

Он осторожно положил девочку на землю так, чтобы её голова опиралась на ствол дерева.

– У кого-нибудь есть бумажный пакет, в который она может подышать? – спросил Мэйсон, пока Мари обмахивала лицо рукой.

Серж смерил его взглядом.

– Что? – защищаясь, спросил Мэйсон. – Я видел это в одном фильме.

Через пару секунд глаза Бекки распахнулись, и она села, явно желая провалиться от стыда под землю.

– Что случилось? – спросила она.

– Ты потеряла сознание, – ответил Серж. – Я… немного волновался.

– О боже. – Даже под макияжем зомби было видно, как девочка покраснела. – Мне так неловко.

– В этом нет ничего такого… Учитывая… обстоятельства…

Они улыбнулись друг другу, и Мэйсону привиделась слащавая музыка во время ещё более слащавого момента, когда парочка наклонилась друг к другу за поцелуем. Но вместо этого ветка над ними хрустнула, усыпав горстью сухих листьев. Мэйсон посмотрел вверх и столкнулся взглядом с зелёными глазами пугала, которое ухмылялось, сидя в ветвях выше.

Одним движением пугало наклонилось и схватило Сержа за руку. Бейсбольная бита выпала из его рук, приземлившись у ног Бекки. Чудовище прыгнуло на землю, прижав мальчика к дереву. Корни его рук затрещали, разрастаясь и оплетая Сержа лианами, которые привязывали его к стволу.

– Сделай что-нибудь! – заорала Мари.

Мэйсон нагнулся, чтобы взять биту, но в этот момент пугало своей свободной рукой придавило Мари к земле, а после и его тоже. Мэйсон упал на спину, чувствуя, как из глаз сыпятся искры. Затем пугало повернулось к Бекке, будто беззвучно задавая ей вопрос: «Ну и что ты будешь делать теперь?»

Бекка не представляла угрозу, и пугало знало это. Монстр отвернулся от неё, продолжая оплетать Сержа лианами.

– Помогите, – прохрипел тот. – Я не могу выбраться.

– Где твоя бита? – заорал Мэйсон, как вдруг увидел Бекку, которая мчалась к пугалу с битой наперевес.

– Эй! – закричала она. – Я с тобой разговариваю! – Бита дрожала в её руке, как и её голос, хотя она говорила громко и мощно. Страх изменил её, превратив во что-то свирепое и опасное.

Бекка с разбегу замахнулась. Бита попала тыкве прямо в щёку, и та разлетелась брызгами оранжевых осколков. Пугало отвернулось от Сержа, всё ещё пригвождённого к дереву, и пламя внутри его тыквенной головы вырвалось со свистом из глаз и рта.

Закричав, Бекка снова замахнулась.

Бита опустилась, на этот раз оторвав огромный кусок с правой стороны тыквенной головы. Третий взмах пробил нос и половину рта. Четвёртый начисто снёс черенок и крышку с верхушки. Но именно пятый взмах снёс всю тыкву с тощих плеч пугала. Остатки его головы упали вниз и прокатились ещё пару метров, прежде чем врезаться в дерево.

– Я сделала это, – пробормотала Бекка, её глаза сияли. – Я его прикончила!

Тело пугала на мгновение неподвижно застыло. Мэйсон ожидал, что плечи чудища опустятся, руки обмякнут и всё тело рухнет на землю. Вместо этого место, где была голова, начало светиться. У пугала была тонкая, острая деревянная шея, и зелёный огонь снова вспыхнул, зависнув в воздухе там, где только что была голова. Секунду спустя корявая рука метнулась вперёд, схватив Бекку за шею. Из руки вырвался взрыв лиан, окутав её так же, как и Сержа.

– Зачем ты их ловишь? – раздался грозный голос сверху. – Я думала, что ясно выразилась.

Мэйсон запрокинул голову и увидел странную белую птицу, сидящую высоко в ветвях. Она смотрела на них кроваво-красными глазами.

– Я приказала тебе их убить, – промолвил ворон.

Плечи пугала поникли. Он выглядел виноватым, как ребёнок, на которого накричал учитель.

«Он не хочет убивать», – подумал Мэйсон, и в нем зажёгся огонёк надежды.

– Это твой последний шанс, – крикнула птица. На мгновение пугало повернулось к Бекке, которая зажмурилась, ожидая худшего. Вместо этого лианы отступили, и пугало опустило испуганную девочку обратно на землю.

– Очень хорошо.

Тело пугала болезненно содрогнулось, а огонь, наполнявший его тыквенную голову, затрещал и погас, прежде чем оно рухнуло на землю. Птица громко каркнула и слетела на нижние ветки, пока Бекка и Мари помогали Сержу выпутаться из лиан.

– Ты на чужой территории, – обратилась птица к Мэйсону. – С другой стороны, чего ещё я могла ожидать от детей?

Она выплюнула слово «дети», словно то оставляло неприятный привкус во рту.

«Это она», – подумал Мэйсон, глядя в эти глубокие красные омуты, которые были у неё вместо глаз. Красная ведьма из Пёрл.

– Я всегда ненавидела детей. До того, как я открыла тайны тьмы, мне говорили, из меня выйдет хорошая жена для какого-то местного дурака, который меня выбрал. Его звали Генри, и он был тем ещё болваном. В те дни я была слишком слаба, чтобы сказать «нет», но сумела извлечь максимум пользы из… брака. Я даже нашла для Генри новое применение. И теперь, спустя столько лет, я всё ещё держу его очень близко.

– Это она, – прошептал Мэйсон остальным.

– Да, – подтвердил ворон. – Это я. Полагаю, вы наткнулись на это место в поисках девчонки. Её же зовут Мэг?

– Пожалуйста, – взмолился Мэйсон, – верни её.

Мари положила руку ему на плечо.

– Было смело с вашей стороны явиться сюда. Я восхищаюсь вашими сердцами. Поэтому обязательно сохраню их, когда разделаюсь с вами.

Гнев вскипел в Мэйсоне так сильно, что он почувствовал, как краска приливает к щекам. Мари попыталась оттащить его назад, но он вывернулся.

– Посмотри на эту разбитую тыкву, – сказал он, указывая на останки пугала. – Это всё, что ты можешь? Надеюсь, что нет, ведь мы только начинаем. – Его голос дрожал от страха, но ему каким-то образом удалось высказать всё, что он хотел.

Ведьма в обличье ворона искренне рассмеялась, что вскоре начало напоминать серию протяжных каркающих звуков.

– Мистер Ворон с возрастом стал мягче, – сказала она. – Монстр с совестью – это жалкое существо. Но не волнуйся, у нас полно других желающих занять его место. Я и забыла, как забавно, когда что-то идёт не так. Есть некая радость в том, что тут и там всплывают малюсенькие просчёты. Не переживайте, вы все скоро умрёте, однако вы должны знать, что уже сделали этот год восхитительно памятным. Возможно, я даже использую ваши останки в следующем. Знаете, – сказала она, спрыгивая на нижнюю ветку, – у меня есть способ превращать детей в маленьких бескожих существ. Они не разговаривают, то есть просто не способны ответить. Такими вы будете гораздо интереснее. Или, может, я могла бы…

– Хватит, – сказала Мари. – Просто оставьте нас в покое.

Ворон мотнул головой.

– Знаешь, сколько я здесь живу, я не особо обращаю внимание на скучных людей, которые бродят по этим улицам. Но ты… – Ворон снова спрыгнул вниз. –Я знаю тебя. Дом на углу. Третий этаж. Большое окно. Всегда читаешь книги.

– Нет, – прошептала Мари.

– Да. Я вижу тебя там, наверху, пока гуляю. Кто знает… Может быть, я даже навещу тебя или твою семью.

Птица вскочила обратно и улетела, каркая и смеясь на ходу.

Мэйсон обернулся, чтобы посмотреть на Мари, и понял, что Бекка и Серж сделали то же самое, замерев в ожидании, что она наконец что-нибудь скажет.

– Я должна выбраться отсюда, – прошептала она, в её глазах читался ужас.

– Дыши, – сказала Бекка.

– Она знает, где я живу, – закричала Мари. – Где я сплю. Что, если моя мама вернётся домой? Что, если ведьма пошлёт кого-нибудь… что-нибудь… чтобы навредить ей?

– План не меняется, – твёрдо сказал Мэйсон.

– Да плевать мне на твой план! Мне нужно знать, что моя мама в безопасности.

– Секундочку, – сказала Бекка. – Зеркала! Дом мистера Перкинса! Мы можем видеть через них реальный мир.

– Ты права, – сказала Мари, и на её лице промелькнуло понимание.

– Подождите, – попросил Серж. – Что нам это даст?

– Я смогу хотя бы проверить наш дом. Посмотреть, там ли мама. Убедиться, что она в безопасности.

Мэйсон покачал головой.

– А что, если ты увидишь что-то, чего не захочешь…

– Тогда мы с этим разберёмся! – заявила она. – Послушай, мы помогали тебе всю ночь. Не думаю, что прошу слишком многого, надеясь на вашу помощь. Мой дом недалеко отсюда. И… даже если никто не согласится, я пойду одна, если потребуется.

– Нет, – сказал Мэйсон. – Ты не пойдёшь туда одна. Мы найдём способ проверить твою маму. Я просто не знаю как.

Повисла долгая неловкая тишина, которую прервал смех. Мрак стояла рядом с ними, глядя на жалкие останки мистера Ворона.

– Один монстр повержен, – сказала она со смехом. – Такими темпами ты спасёшь свою сестру к Рождеству.

– Один мёртвый монстр лучше, чем ничего, – резко ответил ей Мэйсон.

– Хм… возможно, – сказала Мрак, наклонившись, чтобы потрогать деревянное плечо пугала. – Как я уже говорила, переживания на грани смерти – это как раз то, что мне по душе. Точнее, мне больше нравится проживание полной смерти. Создать жизнь нелегко, но и смерть не так легко получить, как кажется некоторым. Этот здоровяк, похоже, ещё не потерял боевой дух.

Она провела костлявым пальцем по плечу пугала, и то слегка вздрогнуло.

– В этом все ведьмы, – сказала она. – Серпа оживила его и подумала, что убить его будет так же легко. Но жизнь – сложная штука. Она упряма. Она борется за выживание. Даже когда каждая рациональная мысль подсказывает ей отпустить… жизнь продолжает цепляться.

Там, где некогда была голова пугала, внезапно вспыхнул огонёк, как свечка на праздничном торте. Мэйсон закричал, чувствуя, как колотится его сердце. Он отскочил назад, за Бекку, в руках которой уже была бита.

– Зачем ты это сделала? – заорал Мэйсон.

– Эй, не вини меня, – сказала Мрак. – Я всего лишь делаю свою работу.

Она похлопала безголовое пугало по плечу, и то село, обхватив колени длинными руками.

– В этом есть и хороший урок, – сказала она. – Ведьма не знает, насколько она уязвима. Многие годы никто не противостоял ей, и как бы умна она ни была, уверенность сделала её беспечной. Даже сейчас она кладёт все яйца в одну корзину.

– О чём ты? – спросил Мэйсон, всё ещё глядя на пугало.

– Проклятие Пёрл, – начала она. – Эта копия города. Стёртые воспоминания. Всё это связано одним заклинанием, и требуется немало сил, чтобы его поддерживать. Помнишь, как я говорила, что каждое заклинание – живое? Оно живёт и умирает иногда меньше чем за секунду. Вот почему лучшие ведьмы получаются из женщин. Они не просто творят магию из воздуха… Они рождают её. Может, она и ненавидит детей, но это заклинание – её настоящее и, возможно, единственное дитя, которое она любит больше всего на свете. Чтобы поддерживать в нём жизнь даже на одну ночь, требуется много энергии. Нужно держать его стабильным. Чтобы кровь заклинания циркулировала. И такому мощному и сложному заклинанию, как это, нужно сердце – физический объект, в который она может вложить эту магию. Заклинание с сердцем может действовать гораздо дольше, чем заклинание без сердца.

Мэйсон покачал головой.

– Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

Мрак смерила его взглядом.

– Ты хочешь найти сестру? И покончить со всем этим навсегда?

Серж встал, встряхнув с плеч обрывки лозы.

– Нам нужно забрать Мэг и убираться отсюда, – сказал он.

– Так и думала, что ты это скажешь, – сказала Мрак, кивая в сторону Мари и Бекки. – Уверена, что вы обе тоже согласитесь. Но ты… – Она указала на Мэйсона. – Какой будет твой ответ?

Внезапно Мэйсон вспомнил о том, как они с Марко сидели на полу его спальни, болтая о монстрах и о будущих ужастиках, которые снимут вместе. Мэйсон вспомнил, как впервые достал блокнот, чтобы записать его историю. Их историю.

– Мы должны остановить это, – сказал Мэйсон. – Мы должны покончить с ней. Хотя бы попытаться.

– Тогда найди сердце заклинания и уничтожь его, – ответила Мрак.

– Нам что, убить её и достать сердце у неё из кармана? – спросила Бекка.

– Магия сердца исходит извне… Полагаю, это что-то маленькое, скрытое от глаз где-то в центре города, – сказала Мрак, рассеянно роясь в сумке. – На вашем месте я бы проверила там.

Она вытащила ещё одну самодельную куклу и прищурилась. Это была женщина с растрёпанными светлыми волосами, в красном платье и с раскрашенным вампирским лицом.

– Ночью много работы, – пробубнила Мрак, зайдя за дерево и исчезнув.

– Нам нужно добраться до моей мамы, – напомнила Мари, и по её голосу было слышно, что она стала паниковать ещё сильнее, чем раньше.

– Подожди, – сказала Бекка, указывая в сторону. – А с этим что делать будем?

Гигантское безголовое пугало сидело, прислонившись к дереву, напоминая съёжившуюся кучу. Оно было похоже на бродячего кота, пытающегося спрятаться от людей, которые хотели ему помочь.

– Какой же жалкий, – отрезала Мари.

– Что ж, надеюсь, он усвоил урок, – сказал Мэйсон. – Просто оставим его здесь. Нам нужно двигаться дальше.

Группа отошла всего на несколько шагов, как вдруг безголовое пугало вскочило на ноги и побежало за ними, подпрыгивая, словно малыш, гоняющийся за собакой, которая отказывается с ним играть.

– Так ничего не выйдет, – сказала Мари. – Мы не сможем тихо везде проскальзывать, пока он идёт за нами.

– Да чтоб тебя, – выругался Мэйсон и повернулся к пугалу. – Что тебе нужно?

Мистер Ворон поднял руки вверх, явно выражая своё замешательство.

– Слушай, ты злодей, – объяснил Мэйсон. – А мы хорошие. Ты чуть нас не убил, помнишь?

Мистер Ворон вопросительно указал на себя, будто то, что он работал на ведьму, стало для него новостью.

– Да! Я про тебя говорю.

Широкие плечи опустились, и пугало выглядело совершенно жалко. Мистер начал пятиться назад, но тут Серж сделал шаг вперёд.

– Ты же видел, как с ним обращалась ведьма, – сказал он.

– Ну да, – ответил Мэйсон. – И что с того?

– Просто выслушай меня и не психуй, ладно? Может… он не такой уж и плохой.

– Не такой уж и плохой? – повторила Бекка, открыв рот.

– Он мог убить меня, – сказал Серж, а потом указал на Бекку. – И тебя тоже. Но он этого не сделал. Он попытался дать ей отпор, хотя знал, что с ним будет за это.

Остальные всё ещё явно сомневались, но мальчик повернулся к монстру.

– Мистер Ворон? – спросил Серж. – Тебя же так зовут?

Даже без головы пугало умудрялось кивать, наклоняясь вперёд.

– Чего ты от нас хочешь?

Нервно дёрнувшись, он поднял руку и указал на то место, где должна была быть его голова.

– Хочешь новую голову? – уточнил Мэйсон.

Мистер Ворон показал большой палец вверх.

Мэйсон посмотрел на Сержа, который ухмыльнулся ему в ответ.

– Должен сказать, – начал Серж, – монстр на нашей стороне был бы полезен.

Мэйсон обдумывал эту идею, стараясь не выдавать, насколько захватывающей ему казалась идея собственного монстра.

– Думай об этом так, – продолжил Серж. – Он должен знать, где Мэг. Если мы поможем ему, он сможет помочь нам. К тому же, не знаю… он может оказаться не таким уж плохим, если дать ему шанс.

– Ладно, расклад такой. – Мэйсон повернулся к мистеру Ворону. – Если мы найдём тебе новую голову, ты поможешь найти мою сестру. Ты же знаешь, где она, верно?

Огромная скрипучая рука с хрустом подняла вверх большой палец.

– Хорошо, мистер Ворон. Договорились.

Кряхтящее тело подпрыгнуло от восторга, словно ребёнок утром Рождества. Или в ночь Хэллоуина.