Сделав несколько шагов по Орвилль-авеню, Мэг пожалела, что больше не сидит внутри пугала. Зрелище было сложно описать. Повсюду были ужасные монстры, и каждый останавливался, улыбаясь при виде её.

– Это та самая? – спрашивал голос.

– Должна быть она.

– Она будет в самый раз.

– Дайте мне посмотреть, дайте мне увидеть её…

Её окружали злобные морды, горящие глаза, когти, цокающие по асфальту, пасти, растянутые в клыкастых улыбках и извергающие в сторону Мэг облака гнилостного дыхания. Идти было некуда, а прятаться негде, поэтому девочка потянулась к единственному человеческому существу рядом. Она прижалась к талии мисс Вернон и зарылась лицом в складки её плаща.

– Отойдите, – громко скомандовала мисс Вернон. – Вы получите то, чего так жаждете, но сейчас, пожалуйста, расступитесь.

Существо, которое можно было назвать разве что человеком-лягушкой, ковыляло вперёд, шлёпая массивными лапами по тротуару. Мэг на мгновение подняла взгляд и увидела его покрытое бородавками лицо и высунутый язык.

– Серпа, она выглядит восхитительно, – сказал он водянистым голосом. – Пожалуйста, прими это.

Он протянул ей небольшую запачканную баночку, наполненную жёлтой жидкостью. Внутри плавало что-то бледное, и когда баночка покачивалась, она увидела нечто похожее на ногти.

– Это маринованные пальцы? – любезно спросила мисс Вернон. – Где вы их достали?

– Не беспокойтесь об этом. Это меньшее, чем я могу отблагодарить вас за вашу прекрасную работу.

– Пожалуйста, оставьте их у Бескожих на крыльце, и благодарю за вашу любезность.

«Бескожих?» – с ужасом подумала Мэг, чувствуя, как по спине пробежал холодок. В голове роились образы слишком мерзкие, чтобы высказать их вслух. Монстры всё ещё бормотали между собой, когда они с мисс Вернон проходили мимо, но девочка больше не поднимала глаз. Вместо этого она неуклюже шла, позволяя мисс Вернон вести её.

Мэг понятия не имела, где они, но через несколько мгновений ведьма сказала:

– Осторожно, ступеньки.

Мэг отстранилась достаточно далеко, чтобы увидеть деревянные ступеньки, ведущие к тому же крыльцу, на которых раньше стояла мисс Вернон.

«Мы вернулись к её дому», – подумала Мэг. Значит, её дом был совсем рядом.

Это осознание наполнило её одновременно надеждой и страхом. Было приятно думать, что она так близка к своему дому и, что ещё важнее, к своим родителям, но было ясно, что этот город принадлежал монстрам. Мэг содрогнулась от мысли о том, что, должно быть, уже случилось с её мамой и папой.

И с Мэйсоном тоже.

Мысли о брате причиняли ей боль. Она всё ещё видела его как наяву, тянущимся к ней и даже более испуганным, чем она сама. Всё, что последние год или два казалось таким неправильным, растаяло, оставив только правду. Словно одинокая шапка снеговика, оставшаяся на земле, когда взошло палящее солнце. Мэйсон был её старшим братом, и он сделал бы для неё всё. Они любили друг друга, и одной мысли о том, что Мэг, возможно, больше никогда его не увидит, было достаточно, чтобы превратить её сердце в хрупкую стекляшку.

Мисс Вернон открыла дверь и, подгоняя Мэг тростью, впустила её внутрь. Гадкое деревянное лицо на навершии расплылось в улыбке, и девочка шагнула вперёд, стараясь не коснуться его. Она стояла в небольшой гостиной, обставленной тёмным деревом и занавешенной тёмно-красными шторами. Мэг осмотрела комнату и заметила странные детали: письменный стол с выдвижной крышкой, гусиное перо, воткнутое в латунную чернильницу, букет сухих цветов в вазе, чёрно-белые фотографии в рамках. В присутствии ведьмы всё это казалось жутким и сюрреалистичным, но, с другой стороны, почти уютным. Когда дверь закрылась, Мэг поняла, что они с мисс Вернон наконец-то остались одни. Она не могла не подумать, получится ли у неё сбежать.

– Давай сначала кое-что проясним, – сказала мисс Вернон. – Если попытаешься сбежать, я расплавлю тебе ноги.

Ведьма словно читала её мысли.

«Не думай ни о чём, – повторяла про себя Мэг. – Просто очисти голову».

– Знаешь ли, я это уже делала, – продолжила ведьма. – Я про расплавленные ноги. Кожа сходит с костей, как раскалённая карамель. Это тебя не убьёт, но будет невероятно больно. А потом я заставлю тебя идти снова. – Она сказала это так, что Мэг не сомневалась, что та говорит правду, и когда девочка вздрогнула, лицо на трости ведьмы рассмеялось.

«Теперь я могу думать только о карамельных ногах», – подумала она.

Мисс Вернон подошла к столику в углу. Он был из тёмного дерева, подходящего к полу. Столешница была небольшой, не больше обеденной тарелки, и Мэг подумала, что на ней, возможно, раньше стояла ваза с цветами. Ведьма приподняла столик и протащила его через всю комнату, оставляя царапины на полу, а затем аккуратно поставила на место.

«Что она делает?» – подумала Мэг.

Мисс Вернон отступила на шаг, осматривая место. Затем подошла к столу с выдвижной крышкой у входной двери и откинула её. Внутри была большая хрустальная чаша. Ведьма осторожно взяла её обеими руками и поставила на столик.

– Как ты, наверное, догадалась, – сказала она, ставя чашу на место, – я не очень люблю детей. И ещё хуже умею их терпеть.

Она слегка отодвинула чашу в сторону, затем отступила на шаг, чтобы осмотреть результат своих трудов.

– Но у всех нас есть работа, – добавила она. – Твоя работа на удивление проста. Просто делай, что я говорю, и всё будет хорошо.

– Что вы хотите, чтобы я сделала? – спросила Мэг.

Мисс Вернон приподняла бровь.

– Я не люблю детей. Особенно разговорчивых. Мой сын был из таких, но я его приструнила.

– Извините… Я просто… Я сделаю всё, что прикажете.

Ведьма перестала хмуриться и вернулась к столу.

– Рада слышать, – сказала она, быстро кивнув, довольная своей странной перестановкой. – Иди за мной.

Мэг пошла за ней по тускло освещённому коридору. В этот момент в другом его конце появилось маленькое существо, которое направилось к ведьме. Оно было даже ниже Мэг, и каждый его шаг издавал лёгкий шлепок, напоминая Мэг кусок сырой курицы, упавший на кухонный пол. Через несколько мгновений существо вынырнуло на свет, и девочке пришлось прикрыть рот обеими руками, чтобы не закричать.

«Без кожи», – подумала она.

Маленькое существо выглядело как кусок сырого мяса с парой глаз-бусинок и крошечным улыбающимся ртом. Руки и ноги были короткими и толстыми, а круглое тело украшала малюсенькая узкая голова.

– Придержи дверь, – приказала мисс Вернон. – И разбуди остальных. Скоро нужно будет раздавать конфеты.

Бескожее существо улыбнулось, и, несмотря на его ужасный вид, Мэг нашла это странно милым. Оно подпрыгнуло к двери в центре коридора и распахнуло её, едва дотянувшись до ручки короткими руками. Дверь распахнулась, и запах старых книг ударил Мэг в лицо.

– Проходи, – сказала мисс Вернон.

Мэг подошла к порогу и посмотрела вниз. Там была лестница, которая вела в тьму под их ногами.

– Я не хочу туда.

Бескожий нервно перевёл взгляд с Мэг на мисс Вернон.

– Ты производишь не лучшее первое впечатление, – сказала ведьма. – Как тебя зовут?

– Мэг.

– Что ж, Мэг, если предпочитаешь лишиться ног…

– Нет! – закричала Мэг. – Просто… Там темно, вот и всё.

Мисс Вернон подняла трость и постучала ею по полу. Лицо улыбнулось, и загорелись огоньки.

– Лучше?

Мэг спустилась по лестнице, не сказав больше ни слова. Когда она дошла до самого низа, включился верхний свет, освещая великолепные стены, задрапированные фиолетовой тканью. Тонкий тёмно-красный ковёр покрывал пол. Деревянные полки и столы были завалены всевозможными странными предметами, которые также лежали по всей комнате. Крошечные клетки с тонкими скелетами. Банки с разноцветными жидкостями, внутри которых плавали глаза или пальцы.

Теперь Мэг жалела, что свет горел.

«Чудовища приносят ей всё это барахло, – подумала Мэг, вспоминая человека-лягушку. – Для её заклинаний».

В центре комнаты стоял массивный, тяжёлый стул с металлическими зажимами для рук и ног. Над ним висела металлическая чаша. Хоть Мэг никогда не видела его вживую, она поняла, что перед ней был электрический стул, вспомнив, как кричал убийца в фильме, когда пустили ток.

«Она не сможет заставить меня сесть туда», – подумала девочка.

Мэг ошибалась. У ведьмы был особый дар, который распространялся далеко за пределы магии и заклинаний. Казалось, она знала обо всём, что думала Мэг, даже раньше, чем мысли приходили в голову девочки.

– Магия – интересная штука, – сказала ведьма, стоя примерно в метре от неё. – Она капризна и хрупка. Если сделаешь что-то не так, то заклинание рассеется ещё до того, как обретет форму. Но, если ты поймёшь, как обуздать его, то твоим возможностям не будет предела. Даже ведьмам иногда нужна небольшая помощь.

Она держала трость в нескольких сантиметрах от носа Мэг. Уродливое лицо безмолвно ухмыльнулось.

– Это не просто трость, – сказала она. – Когда-то я была замужем за болваном. Убить его было бы невероятно легко, но и очень расточительно. Человеческие души – прекрасные проводники магии. И, если хочешь знать моё мнение, он теперь гораздо счастливее.

Глаза трости распахнулись и засияли, словно в них были раскалённые угольки. Разум Мэг сопротивлялся, а вот телу пришлось повиноваться. Она подошла и опустилась на жёсткий электрический стул. Реальность происходящего начала давить на неё. Не используя рук, ведьма прошептала несколько коротких слов, и металлические зажимы захлопнулись.

«Вот оно, – подумала Мэг. – Вот как я умру».

Она начала тихо всхлипывать, и ведьма посмотрела на неё с презрением.

– Прекрати, – сказала она, откидывая белоснежные волосы. – Я не собираюсь терпеть твоё нытьё. Ты серьёзно думаешь, что я притащила тебя сюда только для того, чтобы убить током?

Мэг чувствовала себя слабой и измученной, но она видела по лицу ведьмы, что та ждёт ответа.

– Наверное, нет.

– Вот именно. Если бы я хотела твоей смерти, я бы щёлкнула пальцами и смотрела, как ты превращаешься в жука. Или заставила бы одного из тех монстров пробраться к тебе домой и сожрать тебя. Правда, делать что-то настолько… обыденное было бы слишком мелко для меня. Понимаешь?

Мэг не поняла, но всё равно кивнула.

– Просто сиди здесь, – сказала женщина, поворачиваясь к лестнице. – Стул, может, и неудобный, но зато он многое повидал. С ним заклинание пойдёт… как по маслу. – Ведьма усмехнулась, словно только что сказала невероятно смешную шутку, а затем добавила: – Я уже сделала всю сложную работу. Тебе же нужно просто сидеть. Расслабься. Всё будет хорошо.

Это утешение звучало фальшиво, но Мэг всё равно послушалась. Ведьма вышла из подвала, и девочка считала её удаляющиеся шаги наверху, а затем услышала, как хлопнула дверь. Она осталась одна и очень долго сидела молча, хотя и не могла сказать точно, сколько именно. Её охватило чувство странной отчуждённости, словно она смотрела на себя со стороны.

Мэг не знала, сколько просидела так, пока вдруг не почувствовала, как что-то тянет её за волосы вверх, к потолку. Казалось, будто её волосы встали дыбом из-за статического электричества, словно их потёрли шариком. Наконец она задрала голову.

– О боже…

Низкий крашеный потолок над головой был покрыт чёрными отметинами, кругами и странными символами, которые перекрывали друг друга.

«Наверняка это заклинание», – подумала Мэг, и тут символы начали двигаться. Сначала это было едва заметно, но ощущение, что пространство над ней больше не является единым, росло и росло. Гипсокартон превратился в белую пасту, и что-то словно мешало эту субстанцию с другой стороны. Девочка не могла оторвать взгляд от зрелища, словно мышь, которая потерялась в зеленоглазом взгляде кошки. Вскоре добавились цвета, маленькие капли оранжевого и чёрного, которые росли, смешивались и скручивались в центре. Потолок превратился в вихрь, который притягивал девочку ближе. От этого у неё закружилась голова, но почему-то это было приятно.

«Красиво», – подумала Мэг, глядя вверх, и позволила себе плыть по течению.