Когда Чжоу Юнь и Фэн Ци вошли в офис, Лао Чжан просматривал только что распечатанный документ – это был список детских образовательных организаций и развлекательных площадок старого района, составленный Лэй Лэем и Фэн Ци, адреса и телефоны.

– Вы связались со всеми организациями из этого списка? – спросил Лао Чжан у Лэй Лэя, и, хотя его голос звучал спокойно, в нем все же слышались ноты беспокойства.

Лэй Лэй кивнул:

– Мы обзвонили все, и даже туда, куда дозвониться не удалось, отправили людей. В итоге во всех организациях из списка, которые еще работают, сейчас несут дежурство не менее двух человек из Кабинета общественной безопасности.

– А что с теми, которые не работают? – Лао Чжан тут же выискал в его словах слабое место.

– Которые не работают? – растерялся Лэй Лэй. – А какой в этом смысл?

– Я имею в виду те организации дополнительного образования для школьников, где формально уроки проходят во временные интервалы, соответствующие требованиям Министерства образования, но на самом деле и после их окончания могут проводиться различные занятия в мини-группах или индивидуальные консультации.

– Их всех тоже проверили, ничего не упустили.

Чжоу Юнь сделала шаг вперед:

– Лао Чжан, объясни наконец, что случилось?

– Эта история еще не закончилась. Отравитель обязательно совершит новое преступление, – тихо сказал Лао Чжан.

Лэй Лэй не сдержался и воскликнул:

– Но как такое возможно? Мост через Далинхэ закрыт, ему не попасть в новый район, а во всех детских организациях старого, где существует угроза нападения, дежурят мои люди, они вооружены и им отдан строжайший приказ: не позволять приближаться посторонним, не пускать внутрь курьеров служб доставки, проверить все источники возможной опасности в округе, даже беспилотники сбивать глушилками – как он сможет совершить преступление?!

Столкнувшись с изумленным взглядом Фэн Ци, он понял, что, похоже, утратил самоконтроль, немного совладал с эмоциями и, разведя руками, закончил:

– Ну хорошо, даже если он решится пойти на новое дело, мы сразу же об этом узнаем и примем меры, чтобы схватить его и спасти детей, но я все равно не верю, что у него хватит смелости устроить очередную заварушку!

– Я думаю, руководитель Лэй прав, – сказал Фэн Ци, глядя на Лао Чжана. – Мы приняли все возможные меры, это позволит нам вовремя отразить любую атаку. К тому же откуда ты знаешь, что Отравитель готовит новое преступление?

Лао Чжан ничего не ответил.

Он рассчитывал – или, говоря иначе, уповал на везение, – что Отравитель, которого едва не схватили в досуговом центре для пенсионеров, окажется напуган этим до дрожи в поджилках и у него хватит ума отказаться от реализации дальнейших преступных планов. И неважно, каково его настоящее имя – Чжан Дашань или Ли Дашань, – если он затаится, по крайней мере на этот вечер, люди, которые, сражаясь с ним, уже валятся с ног от усталости, смогут получить недолгую передышку. Но кто знает, как быстро он сможет оправиться от испуга и когда снова грохнет выстрел стартового пистолета… и Чжоу Юнь, которой уже казалось, что она у финишной черты, снова придется ощутить на своих ослабевших плечах тяжесть, сравнимую с горой Тайшань. Неожиданно сиплым голосом она произнесла:

– Сегодня все уже так устали, так устали… Врачи, сестры, каждый на отделении, больше нам уже не вынести, мы уже не сможем бороться, если опять пострадают дети…

В ее взгляде, устремленном на Лао Чжана, было столько горя и муки, словно она молила его сказать: «На самом деле, есть ничтожная вероятность, что Отравитель остановился…»

Но Лао Чжан не внял ее мольбе, а снова подошел к полицейской карте Пинчжоу, закрепленной на магнитной доске, и, нахмурив брови, принялся сопоставлять адреса всех организаций по списку – один за другим – с их реальным точным расположением. Его взгляд, острый, как пункционная игла, словно стремился проткнуть каждую выделенную точку на карте, чтобы отыскать спрятавшегося глубоко внутри изворотливого демона, приносящего несчастья…

Вдруг тишину нарушила мелодия «Танца маленьких лебедей», она зазвучала так неожиданно, что все находившиеся в комнате вздрогнули.

Чжоу Юнь обернулась к источнику звука – это звонил телефон учителя Хэхэ, оставленный заряжаться на столе. Чжоу Юнь вышла в коридор и позвала ее. Учитель Хэхэ с извинениями взяла телефон и ответила на звонок, но не вышла за дверь, а осталась стоять у стола:

– Что вы говорите?! Нет. А во сколько он приезжал? Но я его не видела, и он мне не звонил. У нас в школе случился пожар, сейчас я вместе со всеми девочками, которые должны были выступать, в больнице. Все в порядке, никто не погиб, но выступить уже никак удастся… Раз так, пришлите мне номер его телефона, я попробую с ним связаться.

Закончив разговор учитель Хэхэ проверила «Вэйсинь», потом ввела номер, несколько раз позвонила по нему, но никто не ответил.

– Что случилось? – спросила Чжоу Юнь.

– Звонил директор телевизионного центра эстрады Фэн, он сказал, что узнал заранее, что мост откроют в одиннадцать часов, и послал за нами машину, шофер по фамилии Чжао должен приехать на микроавтобусе к школе и забрать нас оттуда, чтобы мы смогли заранее подъехать к мосту и ждать и, как только движение откроют, сразу ехать в новый район. По расчетам, он должен был приехать на улицу Цзинлао некоторое время спустя после того, как на нас напали, но он так и не связался со мной. И директор Фэн, и я звонили ему, но он не отвечает. К тому же мы сейчас болтали с Шаолин, и она сказала, что они с Да Нань, когда закончили осмотр места происшествия, не видели на улице никаких машин, и только позже им удалось вернуться в больницу на автомобиле Кабинета общественной безопасности…

Фэн Ци и Лэй Лэй одновременно вытаращили глаза, Чжоу Юнь тоже догадалась:

– Эту машину наверняка захватил Отравитель!

– Какой номер машины? – спросил Лао Чжан, но учитель Хэхэ помотала головой: она не знала.

– Немедленно звони этому директору Фэну! – Лао Чжан сел к ноутбуку Лэй Лэя, открыл карту Пинчжоу, на которой отображалась дорожная ситуация. – Я введу номер машины, посмотрим, можно ли при помощи системы управления транспортным потоком установить, где она сейчас.

Учитель Хэхэ несколько раз набрала номер директора Фэна.

– Похоже, он слишком занят на церемонии, у него нет времени разговаривать со мной.

– Тогда найди другого начальника из центра эстрады, если так не выйдет, то звони сразу в гараж телецентра, нужно как можно быстрее узнать номер машины!

Увидев, что учитель Хэхэ неподвижно стоит на прежнем месте, он невольно рассердился:

– Давай быстрее! Чего ты ждешь?

– Но я не знакома ни с кем другим из руководства центра эстрады… Ладно, я попробую что-нибудь придумать.

Учитель Хэхэ, сжимая в руке телефон, с расстроенным видом вышла из офиса.

Неизвестно почему, но Чжоу Юнь чувствовала, что не только ей самой уже стало намного сложнее выносить напряжение, но ей больно даже видеть, как давят на других людей. В результате она попросила Лао Чжана:

– Не наседай так на нее…

– Дело не во мне, а в том, что ситуация изменилась, – перебил ее Лао Чжан. – Шаолин и Да Нань, осматривая место происшествия, не видели нигде поблизости электровелосипеда Отравителя, а это означает, что перед тем, как появиться на улице Цзинлао, он его где-то спрятал. Предположим, если бы он бросил велосипед где-то поблизости, то захват микроавтобуса еще можно было бы считать вынужденной экстренной мерой, на нем удобнее скрыться; но то, что он заранее спрятал велосипед, означает, что он планировал украсть машину… Если учесть то, что до мест прошлых преступлений он добирался через все районы города на велосипеде, а значит, у него не было необходимости менять средство передвижения из-за дальности расстояний, поэтому я боюсь, он похитил микроавтобус, чтобы использовать его не как средство передвижения, а как орудие преступления!

Чжоу Юнь мгновенно побледнела, перед глазами у нее мелькнула жуткая картина: микроавтобус, будто взбесившийся носорог, влетает в толпу детей, тут же раздается хруст крошащихся костей, и тела разлетаются на кровавые клочья…

– И еще, я ведь уже говорил, «организованные преступники» в ходе серии преступлений более склонны придерживаться определенных способов их осуществления и видов используемого оружия, и только под влиянием сильного потрясения или шока они могут изменить свой паттерн поведения. Проблема в том, что во время поджога, совершенного в школе «Маленькие лебеди», и на лестнице, когда он пугал детей, Отравитель явно столкнулся с какими-то неожиданными обстоятельствами, каких не возникало во время совершения им двух предыдущих преступлений.

– Ты говоришь о том, что Юань Юань швырнула ему в голову тот кубок? – спросила Чжоу Юнь.

– Есть еще кое-что – Ху Лайшунь и помощник Лэй Лэя чуть было не схватили его, – сказал Лао Чжан. – А если преступление прервано внешним вмешательством, это раздражает преступника намного сильнее, чем провал, – если бы не это, он не был бы так опасен. Боюсь, сейчас, когда Отравитель пойдет на новое преступление, это непременно будет что-то еще более безумное и невероятное в своей жестокости.

Лао Чжан выдал по странице из списка, который держал в руках, Фэн Ци и Лэй Лэю:

– Сейчас мы втроем еще раз позвоним по всем телефонам из списка и уведомим все организации о том, что им следует проверить, нет ли поблизости подозрительного микроавтобуса, и, пока безопасность не будет гарантирована, детей за ворота не выпускать!

Офис наполнился сплошным, ни на секунду не затихающим гомоном телефонных разговоров. Один за другим звучали оповещения, приказы, распоряжения о передислокации, вопросы. Чжоу Юнь словно оказалась в штабе войск на передовой в разгар сражения.

Из-за странной удушливой тяжести в груди было сложно дышать, она сделала несколько глубоких вдохов, но ощущение ватной пробки в горле никуда не ушло. Чжоу Юнь запрокинула голову и смотрела на усиливающийся снегопад за окном. Это были уже не отдельные снежинки, плавно кружащиеся в воздухе, как раньше, – теперь их становилось все больше, они летели все быстрее, стремительно неслись по косой под свист ледяного ветра, преследуя друг друга, сливаясь друг с другом, скрывая все пространство между землей и небом огромной белой завесой. Наблюдая за разыгравшейся вьюгой, Чжоу Юнь чувствовала только физическую слабость и кромешную безысходность, какая обычно накатывает, когда после нескольких часов реанимационных мероприятий в последний момент приходит осознание: жизнь пациента подошла к концу, все предопределено, и с этим ничего не поделаешь…

Опустив отяжелевшую голову, она почувствовала, что рана под повязкой опять заныла, словно напоминая ей о том, как весь вечер она стойко вела жестокий бой с Отравителем, и теперь, когда все вот-вот закончится, почти дойдя до финишной черты, за свои старания она удостоилась единственной награды – раны, нанесенной отцом пациента. Убивающий людей блаженствует в безнаказанности, спасающий людей страдает от бесчисленных ран. Они всегда побеждают, а мы проигрываем, все так абсурдно и бессмысленно, это судьба, все предопределено, и с этим ничего не поделаешь…

Глядя на свою тусклую тень на исцарапанном полу, она видела только очертания фигуры человека в белом халате, в течение последних двадцати лет эта фигура была объемной, четко различимой, гордо возвышающейся и непреклонно и решительно стоящей на своем, но сейчас она растворялась, словно бы ее раз за разом прополаскивали в азотной кислоте, даже последние углы и грани уже сделались неразличимыми. Похоже, популярная больничная легенда все же правда: когда человек теряет силы, его тень становится блеклой и размытой…

Измученный и рассеянный взгляд скользнул чуть вперед, и Чжоу Юнь увидела на полу другую тень – тень человека в серой униформе уборщика, который разговаривал по телефону, одновременно делая какие-то пометки на листе бумаги. От шума в ушах она не могла различить слов, но ясно видела его растрескавшиеся до крови губы, седые виски, застиранную рабочую обувь и бирку с личным номером «070327» на груди… Раньше он, должно быть, носил красивую полицейскую фуражку, выглаженную форму, вся его грудь была завешана медалями, а на погонах сверкали звезды… а сейчас он выглядит как самый обычный, ничем не примечательный человек. Она не знала, да и не могла узнать, через какие трудности и испытания ему пришлось пройти, чтобы его прежний облик, до которого Лэй Лэю было очень далеко, утратил весь свой блеск и сделался таким непритязательным, как теперь. Но она знала, что сегодня вечером, что прямо в этот момент – в момент, когда она уже была готова окончательно сдаться, этот человек сохранил присутствие духа, не опустил рук и продолжает бесстрашно сражаться!

Свой удел…

Судьба…

Но разве работа врача неотложной помощи состоит не в том, чтобы противиться этому?! Пока не настал последний момент – а пусть даже в самый последний момент, да катись он ко всем чертям!

Она, сжав зубы, поднялась со стула и собралась выйти из офиса, чтобы дать распоряжения сотрудникам и подготовить выезд на место следующего преступления. Чжоу Юнь даже подумала о том, что сейчас поток пациентов немного замедлился, а травмы, получаемые в автомобильных авариях, обычно очень сложные, и могут возникнуть большие трудности с оказанием первой помощи, поэтому в этот раз она решила выехать на место сама…

В этот миг в офисе внезапно повисла тишина.

Лао Чжан, Лэй Лэй и Фэн Ци практически одновременно закончили телефонные звонки.

– Дело сделано. – Лэй Лэй выдохнул, на лице у него появилась расслабленная улыбка. – Все под контролем, сквозь такую плотную сеть даже ветер не проскочит!

Лао Чжан был по-прежнему серьезен:

– Это всего лишь сеть, какой бы плотной она ни была, в ней достаточно дыр. Поэтому нам пока рано расслабляться, подумаем хорошенько еще раз, посмотрим, есть ли что-то, что мы упустили. От него уже очень долгое время нет вестей, отчасти потому что на ранее намеченных им объектах теперь есть охрана, поэтому если он снова пойдет на преступление, то это наверняка будет какое-то место, которое мы нечаянного пропустили… – с этими словами он подошел к доске и продолжил пристально вглядываться в карту Пинчжоу.

В этот момент дверь отворилась, и в офис заглянула учитель Хэхэ. С очень виноватым выражением лица она произнесла:

– Извините, я все еще не узнала номер той машины, по всем телефонам никто не отвечает…

Чжоу Юнь подошла успокоить ее:

– Ничего страшного, учитель Хэхэ…

Не успела она договорить как рядом с учителем Хэхэ неожиданно вынырнула круглая головенка, напугав Чжоу Юнь. Приглядевшись, она поняла, что это был тот маленький толстяк из филиала школы «Веселый урок» в Чаннин – он поступил в больницу с отравлением вместе со своими одноклассниками, и она вызвала у этого ребенка рвоту, а после он получал симптоматическое лечение и все время шумел, что ему нужно вернуться в школу на последние уроки.

Чжоу Юнь с каменным лицом спросила его:

– Ты почему не отдыхаешь в постели, а носишься тут повсюду?

– А нужно еще отдыхать? – удивленно спросил маленький толстяк, потом оперся на дверную раму и сладко потянулся всем телом. – Да я уже устал отдыхать… Тетенька, отпустите меня, пожалуйста, у меня еще много дел!

– Это какие еще у тебя могут быть дела? Сейчас твое самое важное дело – как следует отдохнуть.

– Нет, моя сумка с учебниками осталась в классе, мне нужно за ней сходить.

– В школу?! А ты знаешь, сколько сейчас времени? – Чжоу Юнь показала на часы, висевшие на стене. – Уроки давно уже закончились.

– Нет, я говорю не про школу, а про тот учебный центр.

– Но в такое время и там занятия должны… – Чжоу Юнь внезапно догадалась, что на самом деле в учебно-воспитательном центре кроме уроков, проводимых в часы, установленные предписаниями Министерства образования, есть дополнительные занятия и в более позднее время.

Стоящий у карты Лао Чжан вдруг спросил толстячка:

– А когда заканчиваются последние занятия в вашем кампусе Чаннин?

Мальчик посмотрел на часы и немного приуныл:

– Ой-ой, должны закончиться прямо сейчас.

Лао Чжан разом вскинул брови:

– Заведующая, а где директор кампуса, госпожа Ли?

– Она сказала, что ей нужно уладить дела, связанные с отравлением в школе, она давно уже уехала обратно…

Не дожидаясь, когда она договорит, Лао Чжан бросился к Чжоу Юнь:

– Звоните ей! Скорее!

И тут же всех остальных – Чжоу Юнь, Фэн Ци и Лэй Лэя – озарило! В той сети, которую они сплели и расставили, обнаружилась огромная дыра: разыскивая и проверяя все детские учебные организации и развлекательные площадки, расположенные в старом районе, и отправляя туда людей нести дежурство, они сосредоточились только лишь на местах, где пока еще ничего не случилось, а те, где уже произошли преступления, полностью упустили из вида: в бассейне «Морской конек» и школе танца «Маленькие лебеди» уже никого не было, а вот в кампусе Чаннин находилось еще много учеников, посещающих дополнительные занятия, – и сейчас это место как живот, подготовленный к полостной операции – все спокойно, гладко и полностью оголено, никакой охраны!

Чжоу Юнь полезла в карман за телефоном, но из-за того, что руки вспотели от волнения, он выскользнул из пальцев и упал на пол. Она нагнулась, подняла его, провела пальцем по экрану и наконец отыскала номер директора Ли. Как только установилось соединение, Лао Чжан выхватил телефон из руки Чжоу Юнь:

– Директор Ли, я из Отдела общественной безопасности Пинчжоу! Где вы сейчас? В школе? Занятия уже закончились?

– Что? Уроки давно закончились, мы работаем согласно правилам, занятия заканчиваются не позже восьми!

– Нечего мне зубы заговаривать! – От ярости глаза Лао Чжана полыхнули огнем. – Если вы мне будете продолжать лгать, то скоро произойдет кое-что посерьезнее, чем сегодняшнее отравление учеников!

– А? – Директор Ли явно испугалась. – Мы… мы только что закончили.

– Немедленно верните всех детей обратно!

– Но они сейчас уже выходят за ворота… – Директор Ли чуть не плакала.

– Значит, что с того места, где вы сейчас находитесь, вы можете видеть, что происходит у ворот школы, так? Тогда посмотрите, нет ли поблизости микроавтобуса?

– Нет… А! Я вижу, действительно там стоит микроавтобус, как раз напротив ворот, у него включены фары.

Толпа учеников, стремящаяся из ворот, и скрежещущий зубами, жаждущий крови монстр. Немного позже – может быть, через полминуты, может быть, через пятнадцать секунд, а может быть, даже еще быстрее – этот микроавтобус атакует их, как бешеное чудовище…

Не успели… Слишком поздно. Но что же делать? Что же делать, черт побери?!

Рука с телефоном одеревенело опускается на стол, до ушей доносятся оклики директора Ли, перемежаемые всхлипами, но рука больше не поднимается. Впервые за весь вечер Лао Чжан почувствовал горечь бессилия, и от этого чувства его обычно взвешенный и холодный ум смешался, оставались только хаос и пустота внутри, как в покинутом бегущими войсками военном лагере…

Неизвестно почему, может быть, потому, что краем глаза в этот момент он увидел летящие словно наконечники стрел хлопья снега за окном, он вдруг вспомнил Хуянь Юня, вспомнил, как много лет назад они вышли из оперного театра Чанъань и оказались посреди бескрайней белой пустыни, в какую обратил столицу тем вечером сильный снегопад.

– Но скажи наконец, я так и не понял, ты говоришь, что не фанат пекинской оперы, но почему тебе так нравится эта пьеса? – в недоумении спросил Хуянь Юнь.

– Мне нравится ее сюжет.

– Сюжет? Что такого в этом сюжете?

– В окружении войск противника, значительно превосходящих числом, в такой опасный момент, на краю гибели, только благодаря невиданной отваге и мудрости, переломить ход событий, сделав невозможное, и в итоге превратить поражение в победу!

Он коротко встряхнул головой, как бы разгоняя рой беспорядочных мыслей, и снова поднес телефон к уху:

– Директор Ли, скажите: свет в школьных классах включается автоматически или вручную?

– Для экономии электричества в кампусе установлена автоматическая система контроля, решение о необходимости включения ламп принимается на основе освещенности помещения, уровня шума и числа находящихся внутри людей – но, конечно же, можно переключиться в режим ручного управления.

– У пульта управления сейчас есть дежурный сотрудник?

– Да, есть.

– Позвоните ему и скажите, чтобы он перевел систему контроля освещения в ручной режим и после этого разом включил свет во всем кампусе!

– А? Что?

– Быстрей!

Директор Ли сняла трубку служебного телефона, позвонила в диспетчерскую и слово в слово передала дежурному приказ Лао Чжана. Во время разговора ее взгляд был прикован к окну, она не сводила глаз с автобуса, затаившегося напротив ворот, и хотя она не имела ясного представления о том, что ему тут понадобилось, но чувствовала, что его появление точно предвещает «что-то посерьезнее, чем сегодняшнее отравление». Она видела больше сотни детей, усталой походкой выходящих из ворот школы с тяжелыми рюкзаками на плечах, им навстречу хлынула толпа родителей, уже долго поджидавших у ворот школы своих чад, на которых они возлагали большие надежды, веря, что в недалеком будущем, как говорится, сыновья обратятся драконами, а дочери – фениксами. Два потока встречались у ворот и, словно застыв на месте, медленно бурля, проникали друг в друга. Директору Ли и раньше много раз случалось видеть подобные сцены, и она не находила их ничем особенным, но сейчас, когда она глядела на этих взрослых и их детей, оставшихся в старом районе и изо всех сил пытающихся получить образование и таким путем изменить свою участь, у нее в носу вдруг защипало.

Она смотрела на микроавтобус и про себя молилась: только бы он не двигался, только бы… Но Небо не следует желаниям человека – автобус все-таки тронулся с места, и, хотя было не видно, как вращается механизм двигателя, и не слышно, как шуршат шины по асфальту, она все же чувствовала, что он завелся и готов атаковать в любой момент, как бык с налитыми кровью глазами, выбивающий копытами искры из земли, – разъяренный бык, которого не остановить ни мечом, ни огнем!

Директор Ли обреченно зажмурилась, будучи не в силах смотреть на кровавую трагедию, которая вот-вот разыграется у нее на глазах…

И в этот миг!

До ушей донесся щелчок, и в тот же миг с плотно сжатых век будто вдруг сняли слой кожи, они стали странно тонкими, настолько прозрачными, что она могла видеть пронизывающие их сосуды, наполненные красной кровью.

Директор Ли распахнула глаза.

Во всем кампусе Чаннин вспыхнул свет, на всей территории стало светло как днем. Яркий свет лился из всех широких окон в классах, вырисовывая на земле ряды белых прямоугольников, напоминающих вагоны. Все дети и родители, уже начавшие расходиться, разом обернулись и оторопело уставились на здание школы, такое прозрачное и ослепительно яркое, как дворцовый фонарь немыслимых размеров.

Никто не знает, сколько времени прошло.

Директор Ли взяла телефон, который все время оставался в режиме разговора, поднесла к уху:

– Вы… вы еще тут? – Ее губы немного подрагивали.

– Да, я вас слушаю.

– Этот микроавтобус… он заглушил двигатель, водитель выпрыгнул из машины и сбежал, он сбежал, он все-таки сбежал! – не в силах совладать с волнением, кричала директор Ли, даже не пытаясь вытереть слезы, катящиеся по щекам.

Лицо Лао Чжана осветила легкая улыбка.

Он вытер пот со лба и тихонько выдохнул, приказал директору Ли срочно отправить к воротам учителей и охранников, чтобы они попросили детей и родителей как можно скорее разойтись, потом передал телефон Чжоу Юнь и сказал Фэн Ци и Лэй Лэю:

– Все в порядке, опасность миновала.

Фэн Ци на радостях что было силы сжал кулаки.

А Чжоу Юнь сложила ладони и забормотала молитву, благодаря Небо и Землю.

Лэй Лэй с натянутой улыбкой спросил Лао Чжана:

– А как ты догадался, что, если зажечь свет, он сбежит?

– Поскольку раньше мы его уже чуть было не схватили, а еще он обнаружил, что несколько объектов, на которые он планировал напасть, теперь находятся под усиленной охраной, поэтому наверняка понял, что полиция напала на его след и идет за ним по пятам, и стоит ему допустить хоть малейшую оплошность, как он сразу попадется. В таком состоянии он оказался перед кампусом Чаннин, который никто не охранял. Мы, безусловно, знаем, что это простая беспечность, но с его точки зрения – разве тут не может быть ловушки, расставленной полицией, которая только и ждет, чтобы он в нее попался? Если посмотреть на его аккуратный почерк при совершении преступлений, он относится к разряду «организованных преступников» – если он столкнется на месте с чем-то необычным, пусть даже с какой-то малейшей деталью вроде дуновения ветра или колыхания травы, это сразу же насторожит его, и он задаст деру. – Лао Чжан грустно улыбнулся. – И у меня тоже не было другого выбора: раз уж я знаю, что он не осмелится пойти на риск, то я рискнул сам и применил маневр пустого города.

– Лао Чжан, ты правда круче всех! – искренне восхитился Фэн Ци. – Ну а теперь этот Отравитель, что он будет делать? Он сможет продолжать совершать преступления?

Услышав этот вопрос, Чжоу Юнь, которой с таким трудом удалось взять себя в руки, почувствовала, как сердце снова зашлось от тревоги. Она смотрела на Лао Чжана с надеждой, хотя ясно знала, что его ответ ее разочарует. Но, к всеобщему удивлению, Лао Чжан произнес:

– Есть один способ остановить его.

Чжоу Юнь и Фэн Ци, не веря своим ушам, переглянулись, а затем в один голос выдохнули:

– Какой способ?

– Очень простой. Разослать всем жителям Пинчжоу СМС, где будет сказано: «Расположенное в старом районе Пинчжоу отделение неотложной помощи Городской детской больницы в связи с превышением максимальной нагрузки приостанавливает прием больных на два часа, просим родителей и машины скорой помощи направляться в другие больницы».

Чжоу Юнь тут же встревожилась:

– Нет, так не пойдет! А вдруг появится ребенок в критическом состоянии, если его не доставят в больницу вовремя, это может стоить ему жизни!

– Да и к тому же как СМС сможет остановить Отравителя? – не поверил Фэн Ци.

– На одной чаше весов – новые жертвы, которые непременно появятся, а на другой – дети в критическом состоянии, которые возможно появятся, а возможно и нет, – выбирайте, как поступить, – Лао Чжан, не обращая внимания на Фэн Ци, говорил с Чжоу Юнь. – Что касается СМС, то оно будет действовать только два часа, после чего мы разошлем сообщение, что отделение неотложной помощи возобновило прием пациентов, и на этом все.

Чжоу Юнь все еще колебалась, тогда Лао Чжан посуровел:

– Надо решать быстрее! Планы Отравителя нарушились уже два раза, он, должно быть, вне себя от ярости.

Чжоу Юнь покусала губы и приняла решение, но, еще немного подумав, помотала головой:

– Такие массовые рассылки СМС осуществляются через специальную платформу городской администрации, а раз это касается системы здравоохранения, эти вопросы должен решать заведующий соответствующим отделом. Если он согласует и подпишет, тогда это пройдет – иными словами, без согласия Цай Хэна ничего не получится. Да и ты сам подумай: это сообщение придет не только всем жителям Пинчжоу, но и попадет во все СМИ, его увидят руководители всех уровней, сверху потребуют разъяснений, и если выяснится, что все это не соответствует действительности, поднимется буря. Ты думаешь, Цай Хэн захочет взять на себя такую ответственность?

– Именно по этой причине мы не сможем воспользоваться системой рассылки Отдела здравоохранения.

– А как быть тогда?

Лао Чжан повернулся к сидящему за рабочим столом Лэй Лэю:

– Руководитель Лэй, если я правильно помню, то согласно «Правилам оповещения граждан о крупных происшествиях, касающихся охраны здоровья», принятым в прошлом году Государственной канцелярией интернет-информации, в случае если в населенном пункте административного уровня ниже города окружного значения случается инцидент, имеющий отношение к охране общественного здоровья, офицер полиции определенного ранга может, используя общегосударственную сеть полиции, в срочном порядке направить сообщение на платформу массовой рассылки, находящуюся в ведении администрации города окружного значения, и попросить о содействии в рассылке предупреждения – это так?

Лэй Лэй кивнул.

– А раз вы хотя и уволились из полиции и приехали на службу в Пинчжоу, но ваши личные данные и служебное досье, очевидно, еще сохранились во внутренней базе данных органов общественной безопасности – по крайней мере, по личному номеру еще можете получить доступ к полицейской сети, – и ваш чин позволяет вам обратиться в Городское управление Пинчжоу с просьбой оказать содействие в вашей работе, я прав?

Лэй Лэй снова кивнул.

– Тогда прошу вас. Будьте так добры, – сказал Лао Чжан.

Лэй Лэй немного повозил мышкой по столу, разбудил ноутбук, серебристое сияние экрана осветило его узкое белокожее лицо. Слегка прищурившись, он несколько раз щелкнул мышкой, а потом медленно закрыл компьютер, уголки его рта приподнялись в загадочной улыбке.

– Руководитель Лэй, что вы делаете? – удивленно воскликнул Фэн Ци.

– Ничего, – ответил Лэй Лэй, глядя на Лао Чжана. – Как ты только что сказал, я уже уволился из полиции и хочу только лишь спокойно работать, исполняя свои обязанности руководителя Кабинета общественной безопасности в Пинчжоу. Мне не нужны лишние проблемы. Если я буду, пользуясь платформой городской администрации, рассылать ложную информацию, это для меня добром не кончится. Прошу прощения, но я не могу оказать вам такой услуги.

Фэн Ци вскочил и, опираясь на костыли, подошел к нему и открыл крышку ноутбука: рядом со значком общенациональной полицейской сети уже стоял статус: «Не выполнен вход в систему». Лэй Лэй уже вышел из своей учетной записи.

– Да как вы так можете?! – вспылил Фэн Ци. – Будучи офицером полиции, как в такой момент вы можете думать о личных интересах?!

Лэй Лэй усмехнулся:

– Побереги свое красноречие для кого-нибудь другого, сейчас я не офицер полиции.

– Ну вы же должностное лицо, вы получаете зарплату от государства!

– Ах вот оно как… тогда можешь считать это служебной халатностью.

От вида бесстыжей физиономии Лэй Лэя у Фэн Ци чесались кулаки как следует по ней заехать:

– Ладно! Я зайду в систему по своему номеру, если что случится – мне отвечать!

– Каким местом тебе отвечать? Сначала сосчитай звезды и лычки на своих погонах, потом подумай, сколько собираешься на себя взять! – презрительно скривившись, бросил Лэй Лэй.

Фэн Ци понял, что в его звании никакой «ответственности» ему вовсе не положено, и растерялся.

– Руководитель Лэй, – заговорила Чжоу Юнь. – Этим вечером между нами случались конфликты, случались разногласия, но мы все же плыли в одной лодке сквозь дождь и ветер. Мы все плечом к плечу сражались за то, чтобы не погибли дети, раз за разом срывали гнусные планы этого Отравителя. Сейчас ситуация все еще критическая, с каждой секундой следующее преступление все ближе – в такой момент могу ли я просить вас вспомнить о нашей общей цели, связаться с платформой городской администрации и как можно скорее разослать то сообщение, о котором говорил Лао Чжан?

Она говорила так искренне, даже слегка просяще.

– «В дождь и ветер в одной лодке», «сражались плечом к плечу»… – прикрыв глаза, повторил Лэй Лэй, смакуя слова, потом посмотрел на Чжоу Юнь.

– Заведующая Чжоу, я уже говорил вам, что ни при каких обстоятельствах не готов поставить на кон свою репутацию. Разумеется, это совершенно невозможно, чтобы я вошел в сеть под своим номером, но, как я догадываюсь, среди присутствующих здесь есть один человек, который раньше служил в полиции. Я уверен, что с его способностями он дослужился до звания даже выше необходимого. Однако, в силу особых обстоятельств, он покинул ряды полиции и, скрывая свое настоящее имя, неприметно живет в нашем маленьком городке. Если он все еще помнит свой личный номер, то может попытаться войти во внутреннюю сеть. Если вдруг выяснится, что его учетная запись заблокирована, – ничего страшного, я раньше работал начальником в Центре управления кадровой информацией, а это означает немалые полномочия, я могу помочь ему разблокировать учетную запись, чтобы он смог связаться с платформой Городского управления Пинчжоу и разослать нужное сообщение.

Договорив, он поднялся, освободил свое место, с улыбкой кивнул Лао Чжану и сделал рукой приглашающий жест.

Фэн Ци внезапно осенило: оказывается, Лэй Лэй весь вечер только и ждал удобного случая, чтобы вынудить Лао Чжана ввести свой личный номер для входа во внутреннюю сеть и тем самым выяснить его настоящее имя, которое тот так тщательно скрывал.

Вот ведь подлец!

Чжоу Юнь кинула на Лэй Лэя полный отвращения взгляд. Конечно же, она тоже очень хотела узнать, кто же такой Лао Чжан на самом деле, но ей было невыносимо, когда человека практически насильно заставляли раскрывать свое прошлое.

Лао Чжан стоял на месте, всем видом напоминая огромное дерево, которое нужно лишь слегка качнуть, и оно немедленно рухнет на землю с вывороченными корнями. Судя по всему, он не хотел раскрывать свою личность и страдал от необходимости сделать выбор.

– Как говорил офицер Фэн, – Лэй Лэй, застывший в приглашающем жесте, язвительно усмехнулся, – будучи офицером полиции, как в такой момент вы можете думать о личных интересах?!

Лао Чжан сделал шаг вперед.

– Подожди! – протянула руку Чжоу Юнь, пытаясь остановить его. – Я позвоню руководителю отдела Цаю, поговорю с ним…

Лао Чжан мотнул головой, что ясно означало: не успеем, да и к тому же Цай Хэн не согласится, а, скорее всего, просто не ответит на звонок…

Рука Чжоу Юнь бессильно упала.

Лао Чжан прошел мимо нее, подошел к столу, сел за компьютер, на миг сосредоточился и ввел свой индивидуальный номер и пароль на странице входа во внутреннюю сеть полиции. Лэй Лэй в этот момент стоял у него за спиной и, сощурив глаза, наблюдал. Как он и предполагал, учетная запись была заблокирована. Лэй Лэй нагнулся, щелкнул курсором мыши по кнопке разблокировки в правом верхнем углу экрана, в появившемся окне ввел свой личный номер и пароль – запись была успешно разблокирована. Затем Лао Чжан связался с оператором платформы массовых рассылок Городского управления Пинчжоу, отправил ему текст сообщения и спокойно ждал.

Очень скоро телефоны Чжоу Юнь, Лэй Лэя и Фэн Ци одновременно издали звуковые сигналы, оповещающие о новом СМС, все посмотрели на экраны и увидели поступившее от Городского управления Пинчжоу «Особое указание»:

«В связи с превышением максимальной нагрузки отделение неотложной помощи Городской детской больницы Пинчжоу (старый район) приостанавливает прием пациентов на два часа. Просим родителей и бригады машин скорой помощи доставлять нуждающихся в медицинской помощи детей в другие больницы».