После того как Да Нань сделала Фэн Ци укол обезболивающего, рана на его ноге уже болела не так сильно, и он задумался о том, как ему вернуть пистолет, находившийся у Лао Чжана… Последний месяц Лао Чжан каждый день приходил в отделение неотложной помощи делать уборку. Поскольку этот старик был не очень-то разговорчив, за все время Фэн Ци и Тянь Ин перемолвились с ним только парой фраз и даже толком не рассмотрели, как он выглядит. Только один случай запомнился: Лао Чжан тогда как раз мыл пол в отделении, а Тянь Ин заговорила про дело об убийствах на станции Саошулин. Лао Чжан поднял голову, посмотрел на девочек, сидящих вокруг стола и занятых рисованием, потом снова угрюмо уставился в пол и продолжил свою работу.

Если бы Лао Чжан и правда был наемным убийцей, за такое долгое время у него уже было много возможностей расправиться с детьми; не нужно было дожидаться сегодняшнего дня. Придя к этой мысли, Фэн Ци немного успокоился, но, поскольку основное правило охранной службы – «подозревай всех и вся», он не собирался делать для Лао Чжана никаких исключений. Больше того, теперь он знал, что Лао Чжан скрывает какую-то тайну, а поэтому во что бы то ни стало нужно вернуть пистолет, оказавшийся в руках этого старика. Проблема только в том, что непонятно, как это сделать… Немного поразмышляв об этом, Фэн Ци почувствовал, что тут никак не обойтись без помощи Тянь Ин.

Фэн Ци огляделся вокруг: Лао Чжана в палате не было. Тогда он достал мобильник и набрал номер Тянь Ин, долго ждал, но связи не было (в палатах, где находятся тяжелобольные, чтобы электромагнитные волны, излучаемые мобильными телефонами, не мешали работе медицинских приборов, при строительстве и отделке используют особые непроницаемые материалы). Когда Фэн Ци уже не знал, что делать, Тянь Ин позвонила ему сама, воспользовавшись стационарным телефоном, установленным в отделении интенсивной терапии. Когда он поднял трубку, то сразу услышал встревоженный голос; казалось, она вот-вот заплачет:

– Фэн Ци, что там с тобой случилось?

Фэн Ци в нескольких предложениях рассказал о том, что произошло. Чтобы Тянь Ин не беспокоилась, он смягчил некоторые детали, касающиеся его ранения. Несмотря на это, Тянь Ин настаивала, что ей нужно спуститься посмотреть на него.

– Так не пойдет! – сурово отрезал Фэн Ци. – Ты забыла, в чем состоит наше задание? Разве можно оставить детей на отделении одних?!

Тянь Ин замолчала. Из трубки послышались всхлипывания и тихий голос Мяо Сяоцинь: «Тетя Тянь, почему ты плачешь?»

Фэн Ци тут же стало стыдно, но времени на нежности не было. Он сказал:

– Тянь Ин, не плачь, мне нужно рассказать тебе об одном крайне важном деле.

Всхлипывания потихоньку стихли.

– Говори.

– Я сейчас говорил тебе, что тот пистолет подобрал Лао Чжан. Когда он помогал мне, стало понятно, что он знает про полицейскую укладку для оказания первой помощи, а это с большой вероятностью означает, что он служил в полиции или как-то был с ней связан. Кто он на самом деле и каковы его истинные намерения, мы сейчас абсолютно не понимаем. Поэтому, если пистолет останется у него в руках, это может быть чрезвычайно опасно. А еще Лэй Лэй. Думаю, он тоже захочет забрать этот пистолет, а если он потребует его у Лао Чжана, тот будет обязан передать ему оружие. Но этого нельзя допустить! Мы должны опередить его и забрать себе этот пистолет!

– Но…

– Не перебивай меня, сначала дослушай, – продолжил Фэн Ци. – И я тут подумал, мне будет неудобно самому попросить пистолет. Во-первых, если он мне откажет, я ничего не смогу сделать. Во-вторых, я ранен. Как мне иметь при себе два пистолета? Если что случится, получится, что я сам снабдил противника оружием и боеприпасами. Поэтому лучше будет, если этот пистолет будет храниться у тебя.

– Но…

– Я же просил тебя не перебивать! – Фэн Ци вспылил и резко повысил голос. Хлопотавшие в палате люди все разом обернулись к нему, и он тут же снова заговорил тише. – Извини, я немного нервничаю. Это очень опасно, ни в коем случае нельзя, чтобы что-то пошло не так. Итак, сейчас ты соберешь детей в безопасном помещении, потом позвонишь Лао Чжану. Просто скажи, что Мяо Сяоцинь слишком много съела за ужином, у нее плохо с животом, и ее только что вырвало на пол. Попроси его поскорее прийти убрать. Подожди, пока он войдет в отделение и потребуй, чтобы он немедленно положил пистолет на тот столик у двери, а потом ушел. В это время ты сама должна находиться в укрытии. Сними свой пистолет с предохранителя и направь на него. Если он сделает хоть какое-то подозрительное движение, сразу стреляй, не медли ни секунды!

На другом конце провода не было ни звука. Фэн Ци стало немного тревожно:

– Ты меня слышишь? Скажи хоть что-нибудь!

– Слышу, – протянула Тянь Ин. – Но дело в том, что Лао Чжан уже отдал мне пистолет.

– А?! – удивленно воскликнул Фэн Ци. – Что же ты не сказала раньше?!

– Я все время пыталась тебе сказать, а ты все время просил не перебивать тебя, – ответила Тянь Ин. – Пистолет «Тип 64», все верно? Номер затерт каким-то абразивным инструментом, в магазине не хватает одного патрона, остальные на месте.

– Когда он тебе его принес?

– Как раз перед тем, как я тебе позвонила. Он еще сказал, что это ты попросил его отдать пистолет мне.

Фэн Ци выронил трубку. На некоторое время ему показалось, что все это сон.

В этот момент в палату вернулся Лао Чжан и снова взялся за швабру. Все его движения были такими естественными и обыденными. Фэн Ци наблюдал за ним, и у него из головы не выходили слова Тянь Ин: «Он еще сказал, что это ты попросил его отдать пистолет мне». Фэн Ци все яснее понимал, что этот человек – как компьютерный томограф. Ему еще раньше стало известно, что задумал Фэн Ци, он опередил его на шаг и уже отнес пистолет наверх. От ощущения, что кто-то может читать его мысли, Фэн Ци почувствовал себя очень скверно. Ему даже показалось, что воздух, которым он дышал, вдруг стал ледяным.

Чжоу Юнь вошла в палату и попросила Лао Чжана пойти с ней. Лао Чжан оставил швабру и вместе с ней пришел в офис отделения неотложной помощи. Как только он остановился перед Лэй Лэем, Орангутан и Гиена встали возле уборщика – один слева от него, другой позади, – но Лао Чжан никак на это не отреагировал, словно бы не видел их.

Лэй Лэй сидел на стуле и пристально разглядывал Лао Чжана. Он откинулся на спинку и принял расслабленную позу. Хотя он смотрел на Лао Чжана снизу вверх, во взгляде его читалась снисходительная насмешка. Взгляд Лао Чжана же был спокоен, как гладь бездонного омута, способного без звука и следа поглотить все выпущенные в него стрелы… Прошло полминуты, и исход этого молчаливого поединка взглядов определился: Лэй Лэй повернул затекшую до боли шею, послышался тихий хруст шейных позвонков.

Лэй Лэй фальшиво улыбнулся и прямо спросил:

– Служили в полиции?

Все присутствующие полагали, что Лао Чжан будет категорически отрицать или попытается уйти от ответа, но он просто кивнул в знак согласия.

По лицу Лэй Лэя пробежала судорога:

– Почему вы скрыли это, когда устраивались сюда на место уборщика?

– Я не скрывал, я сказал, что раньше работал преподавателем. Преподавателем в школе полиции.

– Почему вы ушли из полиции?

– Вышел на пенсию.

– Кто может это подтвердить?

– У меня есть удостоверение пенсионера.

– Чем больше у человека удостоверений, тем больше вероятность, что он выдает себя за кого-то другого, – с ледяной улыбкой произнес Лэй Лэй. – Сообщите ваш персональный номер.

Персональный номер полицейского является своего рода «удостоверением личности». Он присваивается пожизненно, так же как и номер на оружии. Достаточно ввести его в базу данных полиции, и можно мгновенно узнать все о сотруднике: личные данные, место работы, домашний адрес, даты повышения или понижения в звании, награды, взыскания и многое другое.

Видя, что Лао Чжан молчит, Лэй Лэй еще строже прикрикнул:

– Сообщите ваш персональный номер!

Лао Чжан, глядя прямо на него, медленно произнес:

– Вы не мой начальник, а даже если бы вы им были, я уже вышел в отставку, и вы мною бы уже не командовали.

Лэй Лэй зло улыбнулся:

– Поймите уже, я спрашиваю ваш персональный номер не потому, что хочу предоставить вам материальную помощь, как заслуженному пенсионеру, а потому что вы подозреваетесь в незаконном хранении оружия, и это допрос! Вы обязаны отвечать!

– А на каком основании вы меня допрашиваете?

– Я руководитель Кабинета общественной безопасности города Пинчжоу, сегодня вечером на нас возложены обязанности полиции, поэтому я задаю вопросы, а ты на них честно отвечаешь!

– Какое еще незаконное хранение оружия?

– Опять отпираешься! Пистолет того Люй Вэя, который напал на полицейского, разве не у тебя?

– А, вы про это! Я уже передал его полиции.

Лэй Лэй опешил:

– Передал кому? – но тут же сообразил, что пистолет у Фэн Ци, и пришел в ярость. Он со злостью хлопнул по столу: – Кто сказал тебе отдать пистолет ему?!

Лао Чжан едва заметно улыбнулся:

– А если бы я не отдал, разве меня не обвинили бы в незаконном хранении оружия?

Лэй Лэй только сейчас понял, что угодил в ловушку, которую сам же и вырыл. От ярости он был готов крушить и метать. Гиена и Орангутан, глядя на его уродливо перекошенное лицо, схватились за наручники, чтобы надеть их на Лао Чжана, но в этот момент у Чжоу Юнь зазвонил телефон. Хотя мелодия звонка была все той же, что и раньше, непонятно почему она вызвала у всех какое-то странное предчувствие.

Чжоу Юнь приняла звонок, мельком взглянула на Лэй Лэя и сделала шаг в сторону от него. Сначала она только молча слушала, потом воскликнула: «Ах!» – и показалось, что кровь совсем отлила от ее и без того бледного лица.

– В чем дело? – спросил Лэй Лэй.

– Это Чэнь Шаолин. Она говорит, в бассейне «Морской конек» произошло отравление хлором, есть дети в тяжелом состоянии…

– Что?!

Все, кроме Лао Чжана, подошли и встали вокруг Чжоу Юнь. Заведующая понимала, что она не только не может больше скрывать от Лэй Лэя и остальных местонахождение Чэнь Шаолин, но и вынуждена обратиться к ним за помощью. Она рассказала, как Чэнь Шаолин получила от Чжан Дашаня сообщение в «Вэйсинь» и что там была фотография детского бассейна «Морской конек». Лэй Лэй попросил Чжоу Юнь включить громкую связь и спросил:

– Чэнь Шаолин, ты нашла Чжан Дашаня?

Из телефона донесся осипший голос Чэнь Шаолин:

– Я его не видела.

– Сейчас же позвони ему, напиши СМС, сообщение в «Вэйсинь» – пусть он немедленно пойдет в полицию и во всем признается!

Чжоу Юнь занервничала:

– Руководитель Лэй, давайте оставим все это на потом. Сейчас главное – спасти детей! – Затем крикнула в телефон: – Шаолин, где конкретно ты сейчас находишься?

– Я у края бассейна. Здесь шестеро детей и тренер, тренера рвет, он не может встать из-за слабости. У четверых детей кашель и боль в груди, тошнота и рвота. Еще два ребенка без сознания, у одного легкие судороги, а другой, похоже, не дышит! – сквозь слезы кричала Чэнь Шаолин. Рядом слышались звуки рвоты, кашель и плач. Тишина в помещении бассейна словно бы оттеняла и подчеркивала их, и на ее фоне они звучали особенно отчетливо.

Никто не заметил, как подошел Лао Чжан. Прищурив глаза, он словно бы внимательно вслушивался в звуки, доносящиеся из телефона.

Будучи опытным врачом отделения неотложной помощи, в критических ситуациях Чжоу Юнь, напротив, обретала хладнокровие. Уже не таким громким, но твердым голосом она произнесла:

– Шаолин, не надо так громко кричать и плакать. Возьми себя в руки, иначе ты только сильнее вдыхаешь ядовитый газ. Расскажи мне, что вокруг тебя?

– Этот бассейн в подвальном помещении детского развлекательного центра, тут нет окон, сейчас запах хлора еще очень сильный, жутко едкий, – на этих словах она сильно закашляла. – Я сейчас собираюсь сделать тому ребенку, который не дышит, искусственное дыхание и массаж сердца.

– Не надо! – тут же прервала ее Чжоу Юнь. – Хлор вызывает проблемы с дыханием в первую очередь из-за того, что происходит приток крови к раздраженной слизистой оболочке верхних дыхательных путей и отек, сердечно-легочная реанимация может, наоборот, только ухудшить это состояние. Лучше проверь, действительно ли ребенок не дышит, или так кажется от испуга и шока. Если подозревать последнее, то можно попытаться привести его в себя шлепками по плечам. Ситуация не терпит отлагательств, нужно как можно скорее увести людей от бассейна. Если они не могут идти сами – оттащить. После того как выйдете, не забудь закрыть дверь, сейчас самое главное – уйти из этого помещения и заизолировать его!

Раздался глухой стук. Телефон на том конце положили на пол. Затем донеслись звуки шагов, стук, лязг закрывающейся двери, шорох, возникающий при волочении тела по мокрому полу, шлепки и снова тяжелое дыхание Шаолин и кашель, хриплый и резкий, словно бы ее выворачивало наизнанку. Это означало, что, пока она вытаскивала пострадавших, сама надышалась ядовитым газом.

Раздался тихий стон, и вслед за ним крик Чэнь Шаолин:

– Заведующая, тот ребенок очнулся!

– Отлично! Шаолин, они ведь все наверняка одеты только в купальные костюмы. Тогда лучше всего дотащить их до душевой и ополоснуть из душа, только вода должна быть теплой. Так не только смоются с кожи ядовитые вещества, но и тепло пойдет пострадавшим на пользу!

Услышав, что Чэнь Шаолин снова взялась за дело, Чжоу Юнь побежала в смотровую и крикнула Ху Лайшуню:

– В бассейне «Морской конек» отравление хлором! Пострадали шесть детей и один взрослый. Бери сальбутамол, дексаметазон, кардиотоники, кислородные баллоны, маски, еще трубки и все остальное для интубации. Готовься выехать на место. Да, еще захвати несколько комплектов термоодежды на фольге!

Ху Лайшунь побежал на второй этаж. Чжоу Юнь знала, что он отправился на склад лекарств и оборудования, чтобы взять все необходимое. Но внезапно она вспомнила, что в настоящий момент в больнице не осталось ни одной машины скорой помощи. Даже если Ху Лайшунь доберется до бассейна, он не сможет вывезти оттуда так много пострадавших. А слизистая дыхательных путей у детей нежная и богатая кровеносными сосудами, просвет трахеи и бронхов у́же, чем у взрослых. Они очень чувствительны к воздействию хлора, и часто после интоксикации легко может развиться острый отек легких или даже дыхательная недостаточность. Со всем этим невозможно справиться на месте, необходимо лечение и наблюдение, которые можно осуществить только в больнице. Поэтому с каждой лишней минутой, которую они проводят в бассейне, опасность возрастает.

Чжоу Юнь поспешно набрала номер диспетчерской и спросила Лао Бао:

– У отдела управления и эксплуатации есть сейчас машины? Не обязательно скорые, подойдет даже небольшой автобус!

– Нет. Ни одной, – ответил Лао Бао.

С Лао Бао, вместо сердца у которого, похоже, была пресная пампушка, Чжоу Юнь ничего не могла поделать. Когда ей уже казалось, что все возможности исчерпаны, взгляд зацепился за одну из колонн в зале. Позади нее мелькнула знакомая башка с облетевшей макушкой. Неизвестно, что он там высматривал. Глаза Чжоу Юнь сверкнули, и она широкими шагами пошла к этому человеку. Он сразу же развернулся и вклинился в поток родителей, направляющихся к выходу из больницы, явно намереваясь улизнуть. Но цветная меловая пыль, неизвестно когда приставшая к куртке и брюкам, выдавала его.

Чжоу Юнь окликнула его:

– Чжао Юэли!

Ему ничего не оставалось, кроме как остановиться. Он обернулся и скорчил измученную гримасу:

– Заведующая Чжоу… Что случилось?

Чжоу Юнь протянула руку и без обиняков потребовала:

– Отдайте мне ключи от вашего грузовика!

– Что?.. Какого грузовика?

– Того самого, на котором вы увозили украденный с нашего отделения рентгеновский аппарат!

– Но… Я уже отогнал его.

– Не врите мне, я только что сама видела его на парковке! – Чжоу Юнь продолжала пристально смотреть на него. – У меня сейчас срочное дело, речь идет о жизнях людей, не вынуждайте меня обыскивать вас. Если до этого дойдет, всем будет крайне неловко!

Лицо Чжао Юэли скривилось так, словно он плакал без слез. У Чжоу Юнь не было сил на пустые уговоры. Она обернулась и окликнула Ван Си. Чжао Юэли, видя, что она и правда настроена решительно, вынул из кармана ключи от грузовика и вложил в руку Чжоу Юнь. Затем, не оборачиваясь, поспешил к выходу.

В этот момент к Чжоу Юнь быстрым шагом подошел Ху Лайшунь, обвешанный со всех сторон разного размера сумками с лекарствами и оборудованием:

– Заведующая, что насчет машины?

– В больнице сейчас нет машин, кроме грузовика Чжао Юэли. Я раздобыла ключи от него, – сказала Чжоу Юнь. – Я помню, что у этого грузовика в кузове высокие борта, можно натянуть тент. Хотя это не лучшая теплоизоляция, все же лучше, чем ничего. Сейчас поезжай к бассейну, потом постели что-нибудь на пол в кузов и погрузи туда пострадавших. Натяни тент и как можно скорее возвращайся…

Они разговаривали на ходу по пути к парковке, а когда дошли до места, то встали как вкопанные: грузовик, который недавно был здесь, исчез!

– Неужели Чжао Юэли правда уже отогнал его? – обалдело вытаращила глаза Чжоу Юнь. Как раз в этот момент к ним подтрусил Ван-Барда, выскочивший из комнаты охраны:

– Заведующая, что случилось? Нужна моя помощь?

– Ты видел грузовик Чжао Юэли? – спросила Чжоу Юнь.

Ван-Барда помотал головой:

– Ближе к вечеру я видел, как он вернулся, но не видел, чтобы выезжал.

«Наверняка машина еще на территории больницы», – подумала Чжоу Юнь, но ей надо было скорее возвращаться в офис, чтобы узнать, как дела у Чэнь Шаолин. Поэтому она отдала ключи от грузовика Ху Лайшуню:

– Вы с Ваном-Бардой поищите грузовик, когда найдете, сразу же…

В этот момент налетел сильный порыв ледяного ветра, отчего рану на лбу Чжоу Юнь будто резануло ножом и она отозвалась резкой болью. Чжоу Юнь подняла голову, посмотрела в черную холодную бездну и, внезапно что-то вспомнив, сжала запястье Ху Лайшуня:

– Когда найдете машину, первым делом позвони мне на мобильный.

Когда она вернулась в офис, из телефона как раз раздался голос Чэнь Шаолин:

– Заведующая, я перетащила всех в душ, сполоснула теплой водой, потом помогла им добраться до раздевалки, вытерла насухо и завернула в полотенца. Судя по виду, хуже никому не становится. Даже те двое детей, которые были без сознания, пришли в себя, но все жалуются на головокружение, тошноту, тяжесть в груди, боль в горле… Что мне делать теперь?

Чжоу Юнь слышала ее глубокое тяжелое дыхание и прерывистую речь и понимала, что у Чэнь Шаолин тоже появились симптомы отравления. Терпя боль, она спасала пострадавших. Это одновременно и тронуло, и растревожило Чжоу Юнь.

– Шаолин, как следует умойся и прополощи нос и рот, потом присядь и отдохни. Я отправила Ху Лайшуня, он постарается как можно скорее приехать и помочь тебе. Не нужно больше ничего делать, только обрати внимание на того ребенка, у которого были судороги. Это может быть просто реакцией нервной системы на стресс, но может быть и так, что у него больше, чем у других, выражена гиперемия слизистой и отек. Тогда нужно особенно пристально следить, чтобы не возникло обструкции дыхательных путей.

В этот момент на экране телефона появился входящий звонок от Ху Лайшуня, она перевела вызов Чэнь Шаолин в режим ожидания и спросила:

– Сяо Ху, ты нашел машину?

Из телефона послышался шум ветра и сердитый голос Ху Лайшуня:

– Нашел! Только не пойму, какого черта Чжао Юэли спрятал ее в пожарном проезде между западной пристройкой и общежитием. Темень непролазная, я полдня пробегал, пока нашел. Тут ветер такой сильный, что еле на ногах стоишь!

Чжоу Юнь повернулась к стоящему рядом с ней Лэй Лэю:

– Руководитель Лэй, вам не нужно отправить кого-нибудь из подчиненных к бассейну вместе с доктором Ху?

Лэй Лэй остолбенел:

– Это обязательно?

– Я не разбираюсь, что входит в круг рабочих обязанностей сотрудников Кабинета общественной безопасности, но, раз уж произошел такой крупный несчастный случай – неважно, был выброс хлора результатом чьих-то намеренных действий или простой профессиональной небрежности, – кому-то из ваших подчиненных в любом случае необходимо съездить осмотреть место происшествия, – ответила Чжоу Юнь, пристально глядя ему прямо в лицо. – Тем более в том случае, если это было делом рук злоумышленника. Не исключено, что он еще находится где-то поблизости. Чэнь Шаолин в опасности – об этом даже говорить нечего, – в опасности окажется и доктор Ху, который приедет туда. Мне нужно спасти людей, а не потерять их! Вы обязаны отправить туда кого-нибудь для обеспечения безопасности, ну или как минимум еще одна пара рук очень пригодится при погрузке в машину такого числа пострадавших.

– Но оба моих помощника не полицейские, они служили во вспомогательном отряде.[48]

Чжоу Юнь не отводила глаз. В ее колком взгляде недвусмысленно читалось: «Тогда тебе придется поехать самому».

Лэй Лэй притворился, что не понял, и сказал Орангутану:

– Поезжай вместе с доктором Ху.

Когда Орангутан вышел, Лэй Лэй тихонько выдохнул. Краем глаза он заметил, что Чжоу Юнь смотрит на него с презрением. Это слегка раздражало, и он крикнул в телефон:

– Чэнь Шаолин!

Когда она бессильным голосом отозвалась, Лэй Лэй сурово рявкнул:

– Чжан Дашань связывался с тобой?

Чэнь Шаолин ответила, что нет.

– Лучше подумай как следует, а потом отвечай! Сейчас Чжан Дашань подозревается уже в двух тяжких преступлениях. Если ты будешь покрывать его, добром это для тебя не кончится!

– Я сказала «нет» – это значит «нет». Извините, я очень устала, я хочу немного отдохнуть…

Лэй Лэй уже открыл рот, собравшись продолжить давить на нее, но неожиданно сбоку раздался голос:

– Шаолин, подожди немного.

Лэй Лэй повернулся, чтобы посмотреть, кто его перебил, и от удивления невольно вытаращил глаза.

Чэнь Шаолин этот голос показался очень знакомым, но все-таки она не совсем узнала его:

– Кто это?

– Это Лао Чжан.

– А! Лао Чжан! – Измученная Чэнь Шаолин тут же почувствовала прилив бодрости. – Как дела у Сяолин?

– У Сяолин все в порядке, – ласково произнес Лао Чжан. – Но вот тебе пока рано отдыхать. Я глянул на транспортную обстановку – доктор Ху доберется до вас минут за двадцать-тридцать. За это время ты должна сделать одно очень-очень важное дело.

– Какое?

– Осмотреть место преступления.