Бах!

Пол в палате – нет, пол во всем зале неотложной помощи – внезапно содрогнулся, как от восьмибалльного толчка при землетрясении: мониторы, аппараты ИВЛ, медицинские столы и тумбы, даже лежащих в кроватях детей подкинула в воздух неведомая сила; никто и ничто не приземлилось на прежнее место.

Возможно, все произошло за секунду – или даже за полсекунды, – но Люй Вэй, здоровенный верзила, который всегда гордился своей медвежьей силой, вдруг взлетел!

Как так вышло? Он не мог объяснить, только чувствовал, что его, как клок сухой травы, дернули вверх и подкинули высоко в воздух. Все кругом перевернулось вверх тормашками, и он почувствовал только, как его провезло по той металлической прямоугольной трубе под потолком и снова с силой швырнуло на пол.

Этот удар, похожий на начало землетрясения, казалось, выбил ему все суставы, переломал все кости с головы до пят, с самого нутра и до поверхности кожи. Все его внутренности словно бы разорвались в клочья и перемешались в беспорядке. Из мочеиспускательного канала и из кишечника вытекали зловонные выделения. Во рту словно бы взорвалась граната – все зубы раздробило на бесчисленные мелкие осколки, прикушенный язык кровил, и от тяжелого запаха сырой крови, казалось, сейчас расколется голова.

Последнее, что Люй Вэй видел, перед тем как отключиться, – как старик в форме уборщика медленно наклоняется, подбирает с полу выроненный пистолет, подходит ближе, садится рядом на корточки и спустя пару мгновений тихо вздыхает.