Насте показалось, что она очнулась через мгновение. Она лежала на земле, а Виджей стоял рядом и с любопытством разглядывал ее.

«Даже не поймал, когда я падала, – с досадой подумала Настя, хотя это явно была не главная проблема. Она с трудом села, пощупала укушенную губу, потом голову на предмет шишки и лишь потом перевела взгляд на одежду – все ли в порядке. В порядке не было. Она была завернута в какие-то скользкие плотные узорчатые ткани.

– Я не дрянь, – предвосхищая ее возмущенные крики, заявил на чистом русском Виджей. – Я наг. Наги ядовитые.

– Ну и зачем? – Настя поняла, что шишки нет, но она ее чувствует, а вот с телом все в порядке, и проклятущий наг или не захотел, или не успел ей ничего сделать, и успокоилась.

– Ты ведь уже все поняла, – Виджей не спрашивал, а утверждал, чем подтвердил пока что слабые подозрения Насти. Так что она и впрямь сделала вид, будто все прекрасно поняла.

– Мы в голове, – она пожала плечами. – Только вот в чьей? В твоей или моей?

– Это неважно, – нетерпеливо повел плечами Виджей. – Главное, что теперь мы друг друга понимаем.

Настя бы еще поспорила, потому что похитителя и укусителя страшно хотелось ударить чем-нибудь тяжелым. Но в чужой голове своевольничать она бы не решилась. Впрочем, поругаться они, и правда, еще успеют. Настя посерьезнела. А вот понять, зачем она индийскому змеелюду, и впрямь важно.

– Давай, рассказывай, зачем ты хочешь втащить меня на вершину, – со вздохом попросила она. – Я ведь правильно поняла твое шипение?

Вообще-то она хотела услышать, что ошиблась. Ей только и не хватало, чтобы кроме Семина за ней гонялись и остальные змеелюды. Нет уж, ее вполне устраивала сложившаяся ситуация, когда Кирилл не дает Семину и его дружкам ее убить, а она никуда не лезет.

– Но почему ты позволяешь своему спутнику решать, что тебе делать? – вместо ответа спросил Виджей, будто подслушав ее мысли. А может, и впрямь подслушал. – Он тебе брат, жених или нанятый телохранитель?

И Настя испугалась. Она уже сто раз пугалась на этой горе всего подряд, но этот страх был совершенно другим. Она до дрожи в руках испугалась себя. Что с ней случилось, что она и впрямь ведет себя как теленок на веревочке? Она хочет выжить и вообще не собиралась тут находиться, но так вышло, и это именно ее жизнь!

– Ты понимаешь, – улыбнулся наг. – Ты очень умная девушка. Если бы ты была нагом, я бы увез тебя в Индию.

– Хорошо, что я не наг, – пробормотала себе под нос Настя и махнула рукой, мол, продолжай. И Виджей начал рассказывать.

Как оказалось, попавшая в Игру человеческая девушка заинтересовала очень многих. Виджею предлагали довольно много денег за возможность поменяться горой. И да, Насте не стоило делать такое лицо, будто она не догадывалась о том, что за деньги на кое-что могли закрыть глаза. Не случайно ведь они с Цаалом тут. Однако оценивали их обоих неверно. Считали, что они идут в группу другого региона, чтобы не соперничать со своими. Из-за слабости обоих чужаков. На деле же было ровным счетом наоборот.

– Змеелюдов мало, плохо убивать своих, – Настя поморщилась, Виджей снова начал говорить с шипящим акцентом, словно нервничал. – Но чем больше крови прольешь на гору, тем больше откроется даров. Серхио это знает. Серхио может убить всех.

Настя поежилась. Так вот какие планы у пернатого? Звучало ужасно, но Настя подумала, что у него вряд ли это получится. А вот отвлечь других от Насти – запросто. При условии, что сама Настя ему не попадется.

– У моего рода самое сильное умение – скользить, – тем временем продолжил Виджей. – Оно уже работает. Так я нашел тебя. Я могу проскользить с тобой до вершины. Четверть часа – и ты победишь. И игра закончится. Я уже пролил кровь. Я прошел многие этапы. Я не хочу погибнуть из-за Серхио. Гора кружит ему голову. Не только мы отправляем в чужие горы самых сильных. Много чужих женщин, много мертвых чужих змеелюдов, не своих…

Он замолчал. И без того темные глаза его потемнели еще сильнее, становясь практически непроницаемо черными.

– А почему ты хочешь, чтобы победила я? – с подозрением спросила Настя. На мгновение она представила. Вот она побеждает. В игре змеелюдов! Становится царем горы. Или царицей, как там правильно?

Она поняла, что понятия не имеет, что получает победитель. Хотя бы грамоту дают? Или кубок! Да, уделать так этих мажоров было бы смешно. Слабая девчонка, абсолюдка и победила в игре! Может, наг тоже хочет этого? Посмеяться над чужаками, вроде как вас сделала девчонка?

– Дело не в тебе, я не хочу, чтобы победиля, – туманно пояснил Виджей. – Когда я похитил тебя, я не знал еще, что хочу. Я думал шантажировать тобой твоего врага. Или убить тебя на его глазах, чтобы его похвальба сделать это лично осталась жалкой похвальбой…

Настя вздрогнула всем телом, но Виджей говорил об этом так спокойно, словно нет ничего странного, чтобы убить человека из-за того, что это хотел сделать другой.

– Но я понял, что ты особенная, – продолжил Виджей. Он взял ее за руку и мягко погладил ладонь. Его темные глаза, не отрываясь, смотрели в лицо Насти, и у той просто не хватило отваги сопротивляться. Сказать, что она вовсе не особенная, а этот наг головой ударился, и пусть пойдет ударится снова. Нет, не тогда, когда она понятия не имела, где ее топор, в чьей они голове и не сломает ли этот тип ей шею, если ей удастся убедить его, что она обычная.

«Так и становятся избранными, – тоскливо подумала она, позволяя ласкать свою ладонь. – Тебе просто не оставляют выбора. Будь особенным или умри. И почему я раньше думала, что это имеет какую-то логику? Нет, тебя просто выбрал какой-то псих и дальше ты просто не хочешь умереть».

– Ты готова победить, Настья? – ласково спросил ее Виджей. От его взгляда губы словно закололо, и Настя рассердилась на себя за то, что задумалась о поцелуе. А как же Кирилл?

И вообще, разве он не мог просто так в нее влюбиться? С первого взгляда. И она… наверное, тоже. Влюбилась. Не в Семина же ей влюбляться, который ее убить хочет!

– Готова, – буркнула Настя и поискала глазами топор. Но напрасно. Глаза заслезились, а в следующий момент она оказалась на этом самом месте, только в своей походной одежде. И топор в руке – все как было!

Настя чуть было снова топором не ударила, и не потому, что идиотка какая-то или агрессивная не в меру, а потому что вокруг нее кольцами змеиное тело поворачивалось. Огромное, точно длиннее и больше, чем она видела у змеелюдов до сих пор. Темное, с едва заметным узором, оно лоснилось на солнце, играло бликами. От этого верхняя часть нага, выше пояса, казалась совсем тщедушной, и Настя снова подумала, что он, может, и соврал ей. И дело вовсе не в том, что он не хочет ее убивать. Просто боится ее топора. Рана на его руке еще виднелась, и пусть кровь не лилась, было заметно, что неаккуратное движение – и она откроется снова.

Заглядевшись на нага, куртка которого была надета на голое тело и распахнута, словно ему было жарко в горах, Настя не заметила опасности и задергалась, оплетаемая змеиным телом ровно поверх рук – топором уже не помашешь. Она еще попыталась перехватить оружие острием вверх, когда следующее змеиное кольцо скользнуло по ногам, а первое поднялось до подбородка – только дернись, и твоя шея переломится, как сухой камыш!

«Не бойся, – она словно слышала шепот в своей голове. Или ей казалось? – Скольжение. Помниш-шь?»

Настя перестала паниковать. Вспомнила. Она понятия не имела, что такое скольжение, но убивать ее наг не собирался, и она попыталась расслабиться, насколько это вообще было возможно сделать в змеиных кольцах.

А потом Виджей начал скольжение. Если бы кто-то однажды попросил Настю описать скольжение, она бы подумала и сказала, что это почти как телепортация. Но в трамвае. Точнее, в змеиных кольцах. И оттого медленная. Но куда быстрее, чем идти ногами! И быстрее, чем бежать. Да и трамвая тоже быстрее, не говоря о том, что трамвай не может проходить по бездорожью, а вот змеелюд – запросто.

Настя не могла даже пояснить, сколько времени они двигались. Минуту? Час? Годы?! Перед глазами все расплывалось, словно ее зрение разом испортилось, и, как она ни силилась увидеть хоть что-то: щурилась, моргала, пыталась вызвать слезы, – ничего не помогало. Она чувствовала теплые сухие змеиные кольца и больше ничего. Ей даже не было жарко или холодно, хотя голова ее оставалась вне объятий змеелюда.

И вдруг все закончилось. Настя ненавидела слово «вдруг», но иначе не скажешь, ведь кольца вокруг ее тела просто исчезли – Виджей упал на снег рядом с ней, только он бухнулся на колени, а она отбила копчик.

– Мы где? – словно рыба, распахивала рот Настя. Воздуха не хватало, хотя она пыталась дышать полной грудью. В голове зашумело, ее затошнило.

– Вот, – нагу было не лучше, и он, не поднимая головы, ткнул куда-то влево пальцем. – Это точка с наших браслетов. Когда ты на нее встанешь, ты победишь.

Настя с трудом поднялась на ноги. Если бы ее не тошнило, она бы рассмеялась. Смешно сказать, она вообще забыла про браслеты и про карты. Просто сидела, как идиотка, там, куда ее отправлял Кирилл, и надеялась, что так доживет до конца игры. Только так не работает, верно? Никто не собирался позволять ей просто отсидеться.

Сжимая топор, она медленно двинулась к указанной точке. Шаг. Еще один. Глаза болели от ослепительно белого снега, и она щурилась, пытаясь найти хоть что-то темное, на чем можно остановить взгляд.

И нашла. Два змеелюда. Один с хвостом, но почему-то ползущий с таким трудом, будто полз не по снегу, а по битому стеклу, а второй в человеческом обличии. Обоих Настя помнила в лицо. Обоих не знала по именам. Но сейчас это было последним, что ее интересовало.

Судя по всему, сейчас ей предстояло узнать, убьют ее или она. И имена тут были лишними.

– До-на! – крикнул в отчаянии Виджей, и Настя побежала. Она помнила, что надо просто достичь определенной точки. Успеть первой. Всего лишь!

Она отшвырнула топор, он провалился в снежный пласт у краешка торчащего камня, почему-то это отпечаталось на сетчатке глаз, а ведь Настя практически не смотрела туда! Она просто неслась. Похоже, незнакомый змеелюд с хвостом был непривычен к холоду, и оттого так неловко двигался. От недовольства он громко щелкал, но скорости ему это не добавляло, как и реакции. Настя не видела ни одной другой причины тому, что ей удалось перемахнуть через рванувший к ней хвост. Еще прыжок, еще!

Она запыхалась, несмотря на постоянные тренировки на теннисе. Но там ей не приходилось прыгать по леднику в зимней одежде и с пристегнутым к спине рюкзаком!

А тут еще второй парень, Настя совершенно некстати вспомнила, что его зовут Ромой, вытащил длинный тонкий меч. Настя не знала название для него, ей было достаточно того, что ее этой штукой запросто можно было убить.

Она слышала за спиной шипение Виджея и отчего-то прекрасно понимала его. Если Серхио важно было принести как можно больше жертв, то Виджею куда нужнее было столкновение в битве. И Настя ему это обеспечила, сама того не желая.

Она сомневалась, что двусторонний кривой кинжал, который она помнила по видениям, поможет Виджею против меча, но сейчас выживание нага ее волновало мало. Она всего лишь хотела спастись. Гул горы и тревожное вздрагивание ледника под ногами заставляли Настю торопиться. Тошнило все сильнее, цветные круги поплыли перед глазами, когда она прыгнула очередной раз, больно ударилась ребрами о выставленное перед ней змеиное кольцо. Ударила по нему кулаком, бессильно скользя по плотной шкуре, и разбила костяшки.

Кровь капнула на снег.

«Оглядывайся!» – вспомнила Настя свою карту.

«Оглядывайся!» – стучало в ее голове, но она страшилась повернуть голову и справилась с собой, лишь когда тень накрыла и ледник, и ее саму, и змеиный хвост незнакомого змеелюда.

Лежащая ничком Настя с трудом перевернулась, чувствуя рюкзак совершенно неподъемным и лишним. Только времени и сил отстегнуть его не было. Она лежала на льду и могла лишь медленно отползать, упираясь пятками в снег и лед. Руки совсем окоченели, и Настя не чувствовала ничего – ни боли в сбитых до крови костяшках, ни холода. Они будут болеть потом, когда начнут отогреваться. Лишь бы было это «потом».

Теперь, когда Настя видела, что происходит за ее спиной, она уже сомневалась, что у нее есть шансы.

Она прекрасно помнила маленькую хрупкую фигурку в красно-черном узорчатом платье, танцующую на лаве. Но поднимающаяся за спиной Хозяйка не была ни маленькой, ни хрупкой. Насте показалась она высотой с дом, ее огромное лицо с абсолютно правильными чертами было искажено такой гримасой, что казалось ужасным. Или ужасающе красивым?

Еще раз упереться пятками в лед, еще один толчок назад. Проехаться задницей и рюкзаком по льду, замереть под пылающим взглядом.

Насте не нужно было думать, она теперь точно видела, что Хозяйка родственница ящеркам. Лицом очень красивая абсолюдская женщина, она словно плохо представляла, как живут люди, как носят одежду. Даже издалека Насте было видно, что сидящее, как влитое, платье на деле узорчатый камень, а блестящая длинная коса извивается, точно змеиный хвост.

И глаза красивого цвета, такие, что посмотришь и едва не забываешь двигаться. Да, вот так, еще упереться пятками и толчок! Но это был цвет фиолетового в прозрачность аметиста, холодного, точно и сам камень.

На губах Хозяйки змеилась улыбка. Она протянула к такой маленькой на ее фоне Насте руки. Оттолкнула Романа, который сломанной куклой упал на ледник, смахнула змеиный хвост второго. Настя видела ее длинные когти, прозрачные и блестящие, как слюда, так же привлекающие взгляд, как снег на леднике, и так же слепящие.

А больше Настя ничего не видела. Она наконец коснулась мокрыми от крови руками нужной точки – вершины. И самый настоящий портал, а не какое-то там скольжение, уволок ее прочь от Хозяйки, дикий вопль бессильной ярости которой еще долго звучал в голове Насти.

Этот вопль все еще стоял в ее ушах, когда она поднялась на ноги совсем в другом месте. И это место было ей прекрасно знакомо! Это же тот самый зал ожидания, в котором они собирались, прежде чем ехать в горы.

Настя прикинула расстояние от горы до этого места, и ей стало зябко. Чем бы ни был портал, он должен был работать очень хорошо! Но бояться было уже поздно. Она была здесь, а Хозяйка, соперники, лед и высотная болезнь остались в горах. Они. Остались. Там!

Настя почувствовала небывалое облегчение. Она выжила! Она вернулась! И… она стала победителем?

Настя начала оглядываться, удивляясь тому, что она до сих пор тут одна. Неужели у владельцев таких невероятных порталов нет какого-нибудь захудалого способа сигнализировать о том, что он сработал?

Впрочем, за дверями уже слышался шум, и она на всякий случай поискала глазами что-то тяжелое. Возможно, не все будут рады ее победе. И как знать, может, ей еще придется постараться, чтобы выйти отсюда!

Дверь распахнулась, и Настя с облегчением опустилась на скамью.

– Лев Григорьевич, – поприветствовала она спокойным голосом своего почти «родственника», надеясь, что никто никогда не узнает, чего ей стоило это спокойствие. – Рада вас видеть.

И уж чего она совсем не ожидала, что старый змеелюд всхлипнет и бросится ее обнимать.

– Живая! Вернулась! – воскликнул он. – Я уж думал, что придется работу оставлять, с тем откатом сил, что меня ждал!

– Я тоже скучала, – вздохнула Настя, успевшая вообразить, будто старик рад ей самой по себе. – Рассказывайте, что там положено победителям!