Спрятав карту «Шут», Клейн выудил из пустоты «Ползучий голод». Натянув жуткую перчатку на левую руку, юноша пустил в ход «Телепортацию».

Благополучно вернувшись в гротескно съежившуюся муниципальную библиотеку, он немедленно обратился к «Слуге Сокрытия» Арианне:

— Зашвырнул прямиком в тот заброшенный дворец на главном пике горного хребта Хорнакис.

Там таился один из входов в туманный городок.

А уж как в дальнейшем разбираться с «0–02» — это уже головная боль Церкви Ночи.

— Добро, — кивнула Арианна. Предводительница аскетов благоразумно не стала сотрясать воздух лишними словами. Мгновенно перейдя в состояние Сокрытия, Она бесследно исчезла, словно карандашный набросок, стертый невидимым ластиком.

Ангел не соизволила ни рассыпаться в благодарностях, ни заикнуться о гонораре — в точности как и раньше, когда Она щедро подставляла плечо Клейну, отродясь не требуя ничего взамен.

«Ведомо ли мадам Арианне, что я уже наложил лапы на карту „Шут“?» — Клейн глубокомысленно обвел округу взглядом и, стоя в сгущающемся мраке ночи, тяжело, с надрывом выдохнул.

И пускай эту паранормальную чертовщину удалось разрубить на корню меньше чем за пару часов, целая прорва людей всё же успела бесславно расстаться с жизнью под безжалостным гнетом драконовских «правил».

Среди жертв числились обыватели Белдана, которые, спору нет, в чем-то да оступились, вот только обрушившаяся на них кара на мириады миль превосходила их пустяковые проступки. Но самую горькую чашу испили те несчастные бедолаги-путешественники, что волею рока оказались в городе проездом или по делам. Исключительно за клеймо «чужака» они были ввергнуты в этот леденящий душу кошмар.

Клейн костьми лег, отчаянно силясь хоть как-то вмешаться, и благополучно укрыл своим щитом Роя сотоварищи вкупе со многими другими пришлыми. Однако, барахтаясь в тисках тех же самых абсурдных ограничений, его возможности были до смешного скудны, а лазеек оставалось кот наплакал. Стереть последствия этой кровавой бани так, будто её и не бывало, ему было попросту не по зубам.

«Теперь на первый план выходит исцеление выживших…» — Клейн отвел взор. Юноша изготовился пустить в ход «Телепортацию» и перемахнуть прямиком в квартиру Байерса, дабы выжечь с корнем парочку зияющих угроз.

Но именно в этот миг из пустоты плавно вышагнула Рейнетт Тинекер. Облаченная в мрачное, вычурное платье и небрежно удерживающая за волосы четыре златовласые, красноглазые головы, госпожа посланница намертво сжимала в зубах черный козий рог.

— Он… — Улизнул… — Из мира духов… — поочередно разомкнули губы три оставшиеся свободными головы жуткой курьерши.

— Воистину, не зря Он носил титул Великого Понтифика, — ни на йоту не удивившись, констатировал Клейн, который и сам уже давно почуял неладное.

Вслед за этим сыщик кивнул на торчащий рог:

— Это Ларион обронил?

Едва Клейн принял диковину из Её рук, как та самая голова Рейнетт Тинекер, что до этого была занята ношей, обрела дар речи:

— Истинно так.

«Умудриться словить проклятие мутации, но всё равно на одном упрямстве прорвать кольцо осады и дать деру из мира духов — это воистину вызывает трепет… Такова сокрушительная мощь ангела второй Последовательности, чья стезя считается непревзойденной в лобовой сече?» Клейн резким, хлестким щелчком запястья раздробил черный рог в труху. Осколки мгновенно осыпались мириадами крошечных искр, исторгая из себя остаточные, блуждающие эманации духа.

Дело в том, что отсеченные или оторванные конечности Потустороннего, угодившего под каток «мутации», неизбежно таили в себе крупицы Потусторонних характеристик, наглухо лишаясь возможности слиться с изначальной плотью.

Дождавшись, пока эти светящиеся пылинки благополучно сплетутся в изолированные Потусторонние характеристики с девятой по седьмую, а также четвертую Последовательности, Клейн сноровисто выудил из этой россыпи эликсир восьмой ступени — «Бойца». С лучезарной улыбкой юноша протянул остатки госпоже посланнице:

— Это ваши законные трофеи, я беру лишь плату за агентурные сводки.

Рейнетт Тинекер даже не подумала ломаться из вежливости. Одна из Её златовласых, красноглазых голов хищно вздернулась ввысь, широко распахнула пасть и махом всосала в себя все оставшиеся характеристики Пути «Воина» девятого, седьмого и четвертого рангов.

Проводив взглядом бесследно покинувшую Белдан посланницу, Клейн «Телепортировался» прямиком в квартиру Байерса, с легкой улыбкой обратившись к Рою и остальным:

— Гордиев узел благополучно разрублен. Отныне на вас больше не висит клеймо ненавистных пришлых чужаков.

Четверка Потусторонних только-только расплылась в искренних, полных колоссального облегчения улыбках и изготовилась рассыпаться в благодарностях, как воочию узрела новую чертовщину: этот поразительный «фокусник» небрежным жестом выудил прямо из воздуха совершенно незнакомого человека.

То был старец в строгом костюме с жилетом и светлой сорочке, чью шею венчал темно-бордовый галстук-бабочка, а ноги облегали брюки в синюю полоску. Его снежно-белая шевелюра по-прежнему оставалась густой, а весь облик источал ауру мягкой, утонченной интеллигентности.

Это был не кто иной, как Хевен Рамбис — бывшая марионетка Клейна. Сыщик вознамерился пустить в ход таланты этого «Манипулятора», дабы наглухо замуровать воспоминания Байерса о его контакте с артефактом «0–02».

Ведь тот факт, что бедолагу не сожрала скверна «сефирота» прямо на месте, отнюдь не гарантировал, что, воскресив эту дичь в памяти позже, парень не угодит в фатальный, леденящий душу капкан!

Раз уж опасный фрагмент воспоминаний Байерса сводился к жалкому, скоротечному эпизоду, да и сам парень ни бельмеса не смыслил в подлинной изнанке событий, Клейну предстояла весьма топорная, плевая задачка. Именно поэтому юноша благоразумно не стал дергать мисс «Справедливость», решив обойтись выуженной из пор истории проекцией собственного болванчика.

— Ты ведь еще не успел сболтнуть им о том, чем мы промышляли в муниципальной библиотеке? — поинтересовался Клейн, сверля Байерса тяжелым взглядом, пока Хевен Рамбис послушной тенью пристраивался подле него.

Байерс суетливо замотал головой:

— Я свято помню ваши предостережения.

— Блестяще. Сейчас я проведу с тобой один психотерапевтический сеанс, дабы ты смог благополучно вымарать из памяти ту чертовщину. В противном случае «0–02» неминуемо возьмет твой след, и ты напрочь лишишься покоя до самого гроба. Уж поверь мне на слово, Запечатанная реликвия подобного калибра способна выкинуть такой фортель играючи, даже если её саму давным-давно умыкнули отсюда. — Клейн выложил свои мотивы с обезоруживающей, ледяной прямотой.

Губы Байерса судорожно дрогнули, и он выдавил:

— Как скажете.

Бедолага резонно рассудил, что покорность и безоговорочное доверие — его единственный выход.

Вежливо, но настойчиво выставив Роя, Пашу и Фила за порог съемной каморки, Клейн дернул за ниточки Хевена Рамбиса. Марионетка виртуозно провернула цепочку ментальных махинаций, благополучно и без остатка стерев из памяти Байерса образ того самого латунного фолианта вкупе со всем его смертоносным содержимым.

Покончив с этой ювелирной зачисткой, Клейн с параноидальной осмотрительностью выудил «волшебное зеркало» и, устремив взор на гладь, проронил:

— Арродес, затесались ли здесь еще какие-нибудь зияющие угрозы?

По амальгаме древнего серебряного зеркала пробежала зыбкая, мутная рябь, вылепив вереницу мерцающих слов:

'О великий владыка, в Белдане отныне всё чисто, без малейших подводных камней. Что же до остальных земель Лоэна и Фейсака — увы, раз уж там замешана сама «0–02», мой взор наглухо упирается в слепую стену.

Быть может, вы соизволите самолично раскинуть карты и прощупать почву?'

— Добро, — Клейн едва уловимо кивнул. Выудив из кармана золотую монету, юноша глухим шепотом зачеканил фразу для прорицания.

Дзинь! Со звонким щелчком соверен взмыл ввысь, кувыркаясь в полувоздухе.

Пока монета крутилась, в разуме Клейна калейдоскопом замелькали образы: лес из фабричных труб, вереницы мощеных улиц, целые россыпи мегаполисов. Картина вырисовывалась до одури размытой, напрочь лишенной хоть каких-то кристально ясных зацепок.

Слегка сведя брови на переносице, сыщик волевым усилием обрубил поток видений и хищным жестом поймал падающую монету.

Вслед за этим он позволил Паше сотоварищи вернуться обратно в квартиру Байерса, с легкой усмешкой обратившись к Рою:

— Разве ты не рвал жилы, отчаянно жаждая раздобыть эликсир для новой ступени? Твой час пробил, можешь загадывать желание.

Глаза Роя ослепительно полыхнули восторгом, и парень с робкой, судорожной надеждой выпалил:

— Неужто я волен просить о чуде еще раз?

— Это бонус от заведения, — с улыбкой парировал Клейн.

У Роя екнуло сердце. Благоразумно не став сотрясать воздух лишними расспросами, он мертвой хваткой вцепился в этот золотой шанс и вслух возжелал обрести зелье для следующей Последовательности.

Клейн ни на йоту не стал тянуть резину, небрежным жестом бросив парню ту самую Потустороннюю характеристику восьмой ступени Пути «Воина» — «Бойца»:

— Если смотреть в корень, это уже и есть готовый эликсир. Однако ради твоей же безопасности настоятельно рекомендую разрыть рецептуру и скрупулезно подобрать правильные вспомогательные ингредиенты.

— Славься, о великий чудотворец! — надрываясь от бьющего через край волнения, рассыпался в благодарностях Рой.

В свое время его самым первым зельем стало топорное, дикое пожирание сырой Потусторонней характеристике «Воина». И лишь благодаря тому, что дыхание Апокалипсиса уже витало в воздухе, ранг был до смешного низок, а фортуна оказалась к нему благосклонна, парень чудом не слетел с катушек прямо на месте, даже не схлопотав серьезных ментальных увечий.

Уже потом, мало-помалу наводя мосты с другими Потусторонними и погружаясь в подлинную пучину мистики, он с леденящим ужасом осознал, насколько суицидальной была та выходка. Повторять подобный финт во второй раз Рой не отважился бы ни за какие коврижки.

Пропустив дифирамбы Роя мимо ушей, Клейн окинул всех присутствующих тяжелым взором и, издав легкий смешок, изрек:

— А теперь вы все гуськом последуете за мной прочь из Белдана. Не потому, что здесь таится какая-то фатальная угроза, а потому, что мне кровь из носу надлежит успеть воплотить в жизнь остальные ваши чаяния.

Первым в списке значилась мечта Роя: вырваться из капкана Белдана при поддержке фокусника. Вторым — отчаянная мольба Паши: стать их железобетонным щитом, дабы они смогли выбраться из этого проклятого полиса живыми и невредимыми.

И пускай в свете нынешних, благополучных раскладов оба эти желания напрочь утратили всякий смысл, Клейну волей-неволей приходилось отыгрывать этот спектакль до победного конца. Ведь от этого напрямую зависел зачет в его копилку воплощенных чудес.

«Я превратился в какую-то бездушную машину по исполнению желаний…» — с горькой самоиронией мысленно констатировал Клейн, одарив Байерса вкупе с остальными лучезарной улыбкой.

Паша и ее спутники лишь многозначительно переглянулись, так и не отважившись перечить столь могущественному мастодонту. Покорно, как и в прошлый раз, они послушно сцепили руки.

Вслед за этим Клейн пустил в ход «Телепортацию», благополучно перебросив всю честную компанию прямиком за городскую черту Белдана.

— Магия желаний подошла к концу, а значит, настал час прощаться. — Юноша изящно приподнял цилиндр и отвесил безукоризненный поклон, всем своим видом виртуозно отыгрывая роль подлинного бродячего фокусника.

Эта привычка к лицедейству давно и намертво въелась в его кровь.

Узрев этот театральный жест, Паша на чистых инстинктах выпалила:

— Смеем ли мы узнать ваше имя?

Клейн, не стирая с лица легкой улыбки, отозвался:

— Я ношу великое множество имен. Разные люди величают меня по-разному, но вы вольны звать меня «Чудо-фокусником» Мерлином Гермесом.

— Мистер Гермес, вы, часом, не бьете поклоны «Богине Вечной Ночи»? — слегка замявшись, поинтересовался Рой.

…Клейн на долю секунды впал в легкий ступор, решительно не представляя, как выкрутиться. Положа руку на сердце, его так и подмывало ляпнуть: «Когда-то бил, но нынче умыл руки».

Тщательно взвесив слова, сыщик выковал решение: пора бы загодя приступить к отыгрышу «Слуги Тайн».

Юноша вмиг стер с губ любую тень улыбки, сменив её на монументальную, ледяную торжественность, и изрек:

— Я служу «Шуту», Владыке Тайн, великому Правителю над миром духов.

— Вздумай вы присягнуть этой заоблачной сущности или возжелаете выудить больше откровений о Его догматах — держите курс на архипелаг Ротсид в море Соня. Там нынче несет слово Господне Его преданный проповедник, Даниц.

«Ко всему прочему, в закромах Города Серебра почти стопроцентно пылится полный арсенал рецептов эликсиров Пути „Воина“ вплоть до второй Последовательности…» — мысленно добавил Клейн, благоразумно не став озвучивать этот козырь вслух.

Рой ответил едва уловимым, глубокомысленным кивком:

— До сего дня я и сном ни духом не ведал о существовании столь великого божества. Ниспосланные вами чудеса воочию явили нам Его ослепительный свет.

Парень виртуозно уклонился от прямого ответа мистеру Мерлину Гермесу, всё еще барахтаясь в пучине сомнений.

Паша, Байерс и Фил разделяли эти душевные метания, благоразумно храня молчание.

Клейн не стал сотрясать воздух лишними уговорами. Круто развернувшись, он покинул четверку Потусторонних, заложив изрядный крюк и возвращаясь обратно в Белдан совершенно иным маршрутом.

Сыщик ни на йоту не запамятовал о подлинной цели своей высадки в этом захолустном полисе. Юноша отчаянно жаждал поскорее снять комнату, дабы воспарить над серой мглой и с головой уйти в препарирование карты «Шута».

…………

Графство Межморья. В недрах библиотеки совершенно иного города.

Молодой исследователь права выудил с заставленной стеллажами полки увесистый фолиант. Прошествовав к столику у панорамного окна, он вальяжно опустился на стул.

С головой погрузившись в дотошное штудирование текста, он внезапно наткнулся на затесавшийся меж страниц ветхий, желтовато-коричневый лист пергамента.

— Что это за чертовщина? — с искренним недоумением пробормотал себе под нос юрист, хищным жестом вытягивая бумагу на свет.

Дотошно прочесав текст взглядом, он с изумлением констатировал: письмена были выведены на древнефсакском, а их суть отдавала поистине диковинной редкостью:

«…В Четвертую Эпоху существовал некий фолиант, гордо носящий титул „Латунная книга Трэнсоста“…»