Заметив, что Клейн на мгновение лишился дара речи, Великий Понтифик Церкви Бога Войны, Ларион, напустил на себя еще более суровый, монументальный вид:

— Ко всему прочему, гибель божества — явление временное. Владыка неминуемо вернется, возродившись прямо в моем теле.

…Слушая эти речи, Клейн сурово сдвинул брови. Юноша решительно не брал в толк: то ли у этого ангела банально пошатнулись «якоря», отчего рассудок дал фатальную трещину и вот-вот сорвется в безумие, то ли Он оказался настолько пропитан скверной «Бога Войны», что де-факто превратился в Его живой резервный козырь.

Что уж говорить об истинных богах нулевой Последовательности, если даже Короли Ангелов вкупе с некоторыми заурядными небожителями сплошь и рядом отказываются покорно умирать, цепляясь за жизнь!

— Вы же кристально ясно осознаете, что до Апокалипсиса осталось от силы жалких полтора десятка лет. Сдается мне, «Бог Войны» ни за какие коврижки не успеет восстать из пепла так стремительно, — Клейн отчаянно попытался хлестнуть собеседника суровой реальностью.

Ларион презрительно фыркнул:

— Божественная мощь превосходит любые твои жалкие фантазии.

Не дав сыщику и шанса на новые уговоры, Понтифик изогнул губы в легкой усмешке и добавил:

— Подводя черту: ни на какие сделки я не пойду. Молитесь. Бейте поклоны «Ночи», взывайте к вашим божествам, отчаянно уповая, что Они снизойдут до запечатывания «0–02» и даруют вам спасение!

— Я же задержусь здесь от силы на три-четыре десятка секунд, после чего благополучно умою руки.

Клейн вскинул голову, мазнув взглядом по ниспадающему с бездонных небес «занавесу», и благоразумно прикусил язык. Юноша позволил своему духовному телу бесследно растаять, перенесясь обратно в библиотеку, где покоилась «Латунная книга Трэнсоста».

— Нащупали какую-нибудь лазейку? — не теряя ни доли секунды, выпалил он.

Арианна ответила едва уловимым отрицательным покачиванием головы, после чего закинула встречную удочку:

— Что изрек Ларион?

— Он посоветовал нам бить челом божествам, дабы те снизошли и запечатали «0–02»… — роняя эти слова, Клейн внезапно замер, впав в легкий ступор.

На первый взгляд этот пассаж Лариона казался совершенно обыденным, однако он исподволь, между строк, сливал поистине бесценную агентурную сводку:

Великий Понтифик был железобетонно уверен, что божествам по силам наглухо заковать «0–02» в печати, и совершенно неважно, кто именно из Них за это возьмется!

Но какой, дьявол побери, козырь Они для этого пустят в ход? Грубой силой задавят артефакт заоблачным статусом нулевой Последовательности или же обрушат ту самую хтоническую мощь, способную разнести мир в щепки? В голове Клейна один за другим множились лихорадочные вопросы.

В эту самую звенящую секунду «Латунная книга Трэнсоста» с шелестом перелистнулась на чистую страницу. На металлической глади один за другим начали вылепляться ртутно-серебристые слова, вычерченные на языке первой «Скрижали Богохульства» — первоисточнике всех ныне живущих наречий.

В мгновение ока мерцающая вязь сложилась в свежий, драконовский закон:

«Муниципальная библиотека Белдана служит обителью для „Латунной книги Трэнсоста“ и подлежит строжайшей, параноидальной охране. Любая живая тварь, не заручившаяся прямым дозволением „Латунной книги Трэнсоста“, за дерзкое, незаконное проникновение понесет жесточайшую кару».

«Градус репрессий неумолимо ползет вверх. Чего доброго, следующим шагом меня безжалостно пустят в расход…» — зрачки Клейна судорожно расширились, и юноша молниеносно выковал в уме самый паршивый, но наиболее вероятный сценарий грядущего.

Однако он не поддался панике ни на йоту. Напротив, губы сыщика изогнулись в легкой улыбке, и он благоговейно забормотал:

— Отчаянно жажду, дабы габариты Муниципальной библиотеки Белдана скукожились, а то место, где нынче застыли мы с леди Арианной, обернулось новой, незыблемой границей.

Не успело эхо его слов растаять в воздухе, как Клейн резким, звонким щелчком пальцев играючи исполнил собственный каприз.

Под гулкий звук щелчка лужайка перед Муниципальной библиотекой Белдана бесследно испарилась, само монументальное здание гротескно съежилось, а стены попятились назад. В считанные мгновения от былого величия осталась лишь жалкая десятая часть.

Клейн с Арианной, сами того не ведая, вдруг оказались по ту сторону панорамных окон. Теперь они созерцали покоящуюся на длинном столе «Латунную книгу Трэнсоста» исключительно через распахнутые рамы, оставаясь на улице.

Физическая дистанция между ними и артефактом не изменилась ни на йоту — мишень по-прежнему находилась на расстоянии вытянутой руки. Вот только теперь они благополучно выскользнули из расстрельной зоны. Им инкриминировали лишь первичное нарушение комендантского часа, за что незримый палач вновь осыпал их ударами плети.

Сколотив солидный багаж из исполненных чаяний по ремонту и восстановлению зданий, Клейн обрел власть лепить в этом домене воистину грандиозные чудеса!

Юноша благоразумно воздержался от новых желаний, с головой провалившись в дотошное препарирование скрытого подтекста в недавних речах Понтифика:

'Нет, грубой силой и заоблачным статусом эту дрянь не задавить. Будь оно так, моя духовная интуиция уже давно забила бы в набат, подкинув спасительное озарение зачерпнуть мощь «Замка Истока» и наложить глухую печать…

Опираясь на законы оккультизма, это вполне логично. «0–02» железобетонно, намертво повязана с неким «сефиротом», а значит, статуса нулевой Последовательности банально не хватит для тотального подавления…

Пустить в ход сокрушительную, божественную мощь? Спору нет, это может выстрелить, но почти стопроцентно не является подлинным ключом к разгадке. В конце концов, Ларион и сам прячет в рукаве алгоритм запечатывания, напрочь лишенный нужды в прямом вмешательстве истинных богов…

Так в чем же кроется эксклюзивная специфика божеств нулевого эшелона? И каким виртуозным финтом ангелы способны эту специфику сымитировать?

На данный момент самым кричащим, железобетонным козырем нулевой ступени является то, что Они вобрали в себя «Уникальность». Эту материю мне ни за какие коврижки не выудить из пор истории, ибо она являет собой абсолютный, подлинный монолит.

Вот только как, во имя всех богов, ангел способен оседлать подобный парадокс и воссоздать эффект «Уникальности»?'

Мириады мыслей с оглушительным лязгом врезались друг в друга в голове Клейна, высекая снопы ослепительных искр, однако нащупать стержневой корень проблемы ему так и не удавалось.

В эту самую секунду на страницах «Латунной книги Трэнсоста» вновь закровоточили ртутные слова, суетливо сплетаясь в очередной декрет, призванный наглухо вписать Клейна и Арианну в расстрельный список нарушителей.

Арианна, некоторое время созерцавшая этот процесс в глухом безмолвии, внезапно нарушила тишину:

— Я попытаюсь накинуть «Сокрытие» на клочок земли прямо под тем столом, дабы швырнуть «0–02» в самые недра земной тверди. Держи ухо востро и страхуй на случай форс-мажора.

«Сокрыть» грунт… сбросить дрянь в ядро планеты… Сердце Клейна радостно екнуло. Эта многоходовочка показалась ему поистине гениальной.

Ныне «Латунная книга Трэнсоста» наложила жесткое вето лишь на два пункта: «прикосновение» и «изменение собственного состояния». Окружающий артефакт антураж ни на йоту не подпадал под эти рамки. Ко всему прочему, запрет на нелегальное вторжение в Муниципальную библиотеку Белдана совершенно не означал, что Клейн и Арианна лишены власти дистанционно дергать за ниточки и кромсать само здание.

А стоит лишь «0–02», которой никто не запрещал менять дислокацию, провалиться сквозь «сокрытую» почву и ухнуть в преисподнюю, как она неминуемо разорвет дистанцию. Утратив хватку над Белданом, книга обнулит все свои былые драконовские законы, разве что эта бестия проснется окончательно и наглухо подомнет под свою юрисдикцию куда более исполинские территории.

При таком раскладе оковы местных правил с треском спадут, и Клейн вкупе с Арианной смогут благополучно ударить челом «Богине Вечной Ночи», вымаливая божественную подмогу!

Вот только в тот самый миг, когда Арианна наконец нащупала спасительную лазейку и изготовилась к броску, свежая статья закона обрела кристальную плотность:

«Муниципальная библиотека Белдана служит обителью для „Латунной книги Трэнсоста“ и подлежит строжайшей, параноидальной охране. Ни одной живой твари, равно как и неодушевленному предмету, не дозволяется причинять ей ни малейшего, даже абстрактного урона».

«Как я и думал, „0–02“ тоже просекла эту зияющую брешь… Эту брешь…» — сурово сведя брови на переносице, Клейн внезапно поймал ослепительное озарение касательно той самой загадки, что грызла его разум секундой ранее:

Эксклюзивный козырь божеств нулевой Последовательности действительно кроется в «Уникальности». Вот только запечатывая «0–02», Они пускают в ход отнюдь не грубую паранормальную мощь и власть, струящуюся из этого монолита!

Они, с высочайшей долей вероятности, виртуозно оседлав сам концепт «Уникальности», исподволь провоцируют «0–02» наклепать целую прорву взаимоисключающих парадоксов. Эта изящная многоходовочка вгоняет Запечатанный артефакт в глухой логический тупик, намертво запирая его в бесконечном цикле багов!

И провернуть подобный финт по силам абсолютно любому — будь то ангел, святой или даже заурядный обыватель. Стержневая суть кроется лишь в одном: выковать железобетонный парадокс и ювелирно заманить артефакт в этот капкан.

Что же до того, как именно накинуть глухую печать на «0–02», когда дрянь увязнет в мертвом цикле и примется судорожно латать дыры — тут Клейн пока плавал в неведении. Придется брать быка за рога и импровизировать на месте.

«Но как, дьявол побери, вылепить этот парадокс?..» — в голове юноши с пулеметной скоростью пронесся калейдоскоп всех тех законов, что «0–02» успела наплодить, вкупе с её подлинными, прагматичными мотивами.

За жалкие пару секунд он хищно нащупал ту самую уязвимость, способную обернуться фатальным сбоем программы. Торопливо повернувшись к Арианне, Клейн отрезал:

— Госпожа, мы не станем крушить саму библиотеку. Накиньте «Сокрытие» на весь остальной Белдан! Этот финт выбьет почву из-под ног у здания, заставив его рухнуть под собственной тяжестью и ухнуть прямиком в преисподнюю.

Арианна не стала пороть горячку. Медленно повернув голову, Она смерила Клейна долгим, пронзительным взором:

— Этот шаг утянет за собой в могилу колоссальную прорву невинных обывателей.

— Когда обстоятельства припирают к стенке, заставляя выбирать между двумя бедами, не остается ничего иного, кроме как сделать ставку на меньшее из зол, — с абсолютно каменным, суровым лицом отрезал Клейн.

Арианна благоразумно оставила этот выпад без ответа. Ангел погрузилась в глухое, звенящее молчание, словно барахтаясь в пучине ожесточенных внутренних метаний или же сноровисто готовясь к грядущему маневру.

В эту самую секунду на той самой латунной странице, где до этого успело выкристаллизоваться лишь два декрета, свежий свод законов начал вылепляться с пугающей, невиданной ранее скоростью:

«Полис Белдан является обителью „Латунной книги Трэнсоста“ и по праву носит статус подлинной, абсолютной святыни. Ни одной живой твари, равно как и неодушевленному предмету, строжайше не дозволяется причинять ему ни малейшего, даже абстрактного урона».

Пробежавшись глазами по этому декрету, Клейн не только не впал в глухое отчаяние, но, напротив, уголки его губ едва уловимо поползли вверх, сложившись в довольную ухмылку.

Щелк! Юноша звонко щелкнул пальцами, и из его карманов тут же вырвалось ревущее, багрово-алое пламя, в мгновение ока с головой поглотившее его силуэт.

Не прошло и жалких пары-тройки секунд, как с небес обрушился огненный водопад. Сыщик пружинисто выпрыгнул из бушующего пламени, вот только на сей раз он вернулся не один.

В его стальной хватке болтался один из той самой четверки Потусторонних, которых он благополучно вытащил из передряги ранее — коренной обыватель Белдана по имени Байерс!

— Шагай внутрь и сноровисто перелистай этот латунный фолиант, — с ледяным, не терпящим возражений спокойствием скомандовал Клейн, указав пальцем прямиком на артефакт «0–02», покоящийся на прямоугольном столе.

Байерс ни сном ни духом не ведал, какая чертовщина здесь творится. Однако парень железобетонно доверял этому диковинному «фокуснику», играючи исполнившему два его сокровенных желания. В его картине мира этот мастодонт почти стопроцентно уже нащупал лазейку, способную вырвать весь Белдан из гибельного капкана. А посему, тяжело, с шумом втянув воздух, Байерс шагнул сквозь распахнутое панорамное окно прямиком в недра съежившейся библиотеки.

И на протяжении всего этого маневра на его голову так и не обрушилась суровая кара — невидимый палач даже не соизволил огреть бедолагу плетью!

Узрев эту сцену воочию, Клейн расплылся в еще более широкой, лучезарной улыбке.

Артефакт «0–02» благополучно угодил в логический парадокс!

Из-за дерзких, провокационных финтов Арродеса «Латунная книга Трэнсоста» была вынуждена пойти ва-банк, выковав самый тотальный, железобетонный запрет: наглухо наложив вето на любое, даже абстрактное разрушение Белдана кем или чем бы то ни было.

Вот только Белдан — это живой полис. И в саму его концепцию, вне всяких сомнений, вплетены не только мертвые кирпичи да мостовые, но и обитающие здесь люди, его законные граждане.

Опираясь на эту аксиому, вздумай «0–02» обрушить кару на коренного белданца Байерса и нанести ему хоть малейший урон, она бы неминуемо растоптала свой же свежеиспеченный декрет. Но спасуй книга перед экзекуцией — и она с тем же оглушительным треском нарушит целую вереницу собственных законов о «запрете на нелегальное вторжение в библиотеку». Иными словами, «Латунная книга Трэнсоста» наглухо увязла в глухом, мертвом цикле!

Разумеется, Клейн ни на йоту не обольщался: подобную логическую брешь эта тварь мигом залатает парочкой свежих, зубодробительных поправок. Сыщик отчаянно уповал лишь на одно — что Байерс успеет перелистать латунные страницы и выудить оттуда спасительный алгоритм запечатывания еще до того, как капкан захлопнется!

— Держи ухо востро и глаз не спускай с той страницы, что распахнута сейчас. Стоит лишь новому правилу начать вылепляться на металле — рви когти и пулей выскакивай наружу, — неотрывно сверля тяжелым взглядом Байерса вкупе с «0–02», бросил ему вдогонку Клейн.