Личина, божественный престол и сокрушительная мощь самого «Морского бога»… Услышав этот пример от господина «Шута», «Повешенный» Элджер почувствовал, как его разум на пару секунд провалился в глухую, звенящую пустоту.

Это было то, о чем он и в самых дерзких снах не смел помыслить!

В его картине мира господин «Шут», прибравший к рукам власть «Морского бога» через Германа Воробья, узурпировавший престол Кавитувы и заполучивший солидную, преданную паству, сделал воистину критический шаг в Своем пробуждении. А посему эта сокрытая сущность ни за какие коврижки не стала бы разбрасываться подобным статусом.

И кто бы мог подумать, что прямо сейчас Владыка во всеуслышание объявит: личину, престол и мощь «Морского бога» можно банально выторговать!

«Неужто, шагнув на новую ступень пробуждения, господин „Шут“ больше не нуждается в столь ничтожном статусе и жалкой пастве? Воистину, стать под стать великому божеству: всё, что не дотягивает до заоблачных эшелонов, берется лишь в краткосрочную аренду, а не узурпируется навечно…» — Элджер сперва мысленно восхитился, а затем его захлестнула волна жгучего, бьющего через край трепета. Моряку почудилось, будто брошенные Владыкой слова предназначались лично ему.

Барахтаясь в иерархии Церкви Повелителя Бурь, он, пускай и вскарабкался на полубожественный престол четвертой Последовательности за счет сторонней помощи, едва-едва закрепился в высших эшелонах. Грезить о дальнейшем возвышении было попросту немыслимо. Что же до дерзкой кражи «Книги Бедствий» — шансы на триумф пока болтались на нулевой отметке. Оттого-то Элджеру и приходилось наглухо давить свои амбиции, запасаясь параноидальным терпением в ожидании нужного часа.

И вот теперь шанс наконец-то предстал перед ним во всей красе, да еще и так стремительно!

Ныне моряк гордо носил сан кардинала Церкви Бурь, безраздельно властвуя над епархией архипелага Ротсид. Стоит ему лишь втихую обернуться «Морским богом», прибрав к рукам власть над тамошней акваторией, как он неминуемо станет королем этих островов. Истинным, полноправным владыкой!

От одного лишь осознания этого Элджер едва не слетел с катушек от возбуждения, титаническим усилием воли усмирив бушующие страсти.

«Справедливость» Одри, «Солнце» Деррик вкупе с остальными резидентами ложи тоже не смогли скрыть искреннего ошеломления от того факта, что Клуб Таро выставил на торги личину, престол и саму суть божества. И пусть речь шла всего-навсего о еретическом божке, никто из них не питал ни малейшего желания перескакивать на стезю «Бури». В отличие от Элджера, их не пробрало столь диким восторгом, и они в два счета взяли себя в руки, скрестив взоры на господине «Повешенном».

Элджер незаметно втянул воздух и, почтительно понурив голову, обратился к главе изъеденного патиной бронзового стола:

— Достопочтенный господин «Шут», какую же цену надлежит уплатить, дабы выторговать эти материи?

«Шут» Клейн, терпеливо дожидавшийся именно этой удочки от моряка, с легкой улыбкой отозвался:

— Выполнение Моих поручений, а также неустанные молитвы и истовые желания.

Стержневой смысл этой фразы юноша изящно запрятал именно в последнем коротком слове, хотя и был железобетонно уверен: паства этот подвох ни за какие коврижки не раскусит.

Что же до того, как воплощать чужие чаяния в жизнь — в его арсенале имелось ровно два пути. Во-первых, виртуозно жонглировать своими прочими паранормальными талантами, имитируя нужный результат: скажем, выудить из пор истории фантом пивной кружки, дабы исполнить просьбу «пусть трактирщик угостит меня выпивкой». А во-вторых — пустить в ход уже скопленный багаж «желаний», напрямую даруя отклик на пустяковые мольбы и являя подлинное чудо. Например, звонким щелчком пальцев восстановить из руин обрушившийся дом, добившись стопроцентной, материальной отстройки.

Ко всему прочему, восседая над серой мглой, Клейн мог играючи зачерпывать заоблачный статус и сокрушительную мощь «Замка Истока», де-факто приравниваясь к Королю Ангелов, так и не усвоившему «Уникальность». Иными словами, ниспосылая отклики на молитвы, он обретал власть пускать в ход стержневой козырь первой Последовательности своей стези — арсенал «Слуги Тайн».

Пройдя сквозь горнило недавних экспериментов, сыщик уже успел нащупать и препарировать две конкретные грани этого могущества:

Первая — лепка зародыша божественного царства. Вторая — «Прививка».

Титул «Прививка» юноша выковал самолично. Как-никак, он еще не вскарабкался на престол истинного «Слуги Тайн», а потому был напрочь лишен соответствующих оккультных знаний.

Этот диковинный талант позволял ювелирно «прививать» друг к другу совершенно несовместимые, в заурядных реалиях ничем не связанные вещи, рождая на свет поразительные, не поддающиеся логике аномалии.

Самый примитивный пример: намертво сплавить воедино концепции «начала» и «конца» одной тропы, и тогда всякий бедолага, ступивший на нее, окажется в глухом капкане, навсегда лишившись шанса дойти до финала.

Спору нет, среди Потусторонних водилась целая прорва фокусов с похожим эффектом. Вот только «Прививка» «Слуги Тайн» вгрызалась в саму суть, в «концепцию» мироздания. Её заоблачный статус воистину походил на нисхождение истинного божества, а эффект дышал первобытной, гротескной жутью и отдавал незримым флером Сокрытия.

Приплюсуем сюда власть воссоздания талантов от Запечатанного артефакта нулевого ранга, «Звездного Жезла» — и Клейн, находясь в чертогах «Замка Истока», мог не просто даровать отклики на манер Короля Ангелов, но и провернуть куда более широкий спектр чудес.

Едва заслышав от господина «Шута» слово «поручения», «Повешенный» Элджер молниеносно воскресил в памяти одну деталь и поспешно, понурив голову, спросил:

— Достопочтенный господин «Шут», нуждаются ли те трое мишеней из Фейсака, что участвовали в морском сражении при Коното, в более дотошном сыске?

Ранее моряк уже успел по верхам прочесать агентурные сводки на эту троицу, подозреваемую в бывшем владении «Ползучим голодом», однако так и не нащупал ни единой аномалии.

«Шут» Клейн едва уловимо кивнул:

— В этом больше нет нужды.

Изначально юноша спал и видел, как бы через эту ниточку взять за жабры «Орден Сумеречных Отшельников». Вот только раз уж Адам с высочайшей долей вероятности уже вскарабкался на божественный престол, благоразумнее было не лезть на рожон и обойти этот угол стороной.

Питать почтительный трепет перед истинными божествами нулевой Последовательности было для Клейна железобетонной максимой. Если запахло керосином — отступай, если шансы на нуле — умывай руки.

Не дав «Повешенному» и шанса вставить слово, Владыка размеренно, мягким баритоном продолжил:

— Отныне твоя миссия — подставить плечо пастве «Морского бога», дабы благополучно расквартировать переселенцев, вырвавшихся из «Земли, покинутой богами».

— Ваша воля — мой закон! — без малейших колебаний, чеканя слова, отозвался моряк.

Услышав это, «Солнце» Деррик беззвучно, с колоссальным облегчением выдохнул. Теперь грядущие заботы больше не вселяли в него ни сомнений, ни грызущих тревог.

В деловой хватке господина «Повешенного» паренек был уверен на все сто.

В этот миг «Шут» Клейн вальяжно обвел собравшихся взором и с легким смешком изрек:

— Помимо личины, престола и мощи «Морского бога», в Моих закромах сыщется еще немало ценностей для обмена. Взять хотя бы рецепт эликсира и Потустороннюю характеристику «Мага Законов».

Распинаться и вываливать весь прейскурант Владыка благоразумно не стал, дабы не уронить свой заоблачный статус. А ту пространную тираду, что сорвалась с Его губ чуть ранее, паства вполне могла списать на превосходное расположение духа «Шута», совершившего очередной качественный скачок в пробуждении.

Лунный Город испокон веков владел наследием «Мага Законов». Клейн мог бы играючи выторговать его, исполнив их чаяния «обрести спасение». Да и, по правде говоря, вздумай он напрямую потребовать от горожан пожертвовать эту реликвию, бедолаги, наконец-то нащупавшие спасительную гавань, расстались бы с ней с превеликим удовольствием.

Единственное, чего они нынче до смерти боялись — так это того, что господин «Шут» отвернется от Лунного Города и побрезгует их дарами.

Ко всему прочему, в личном арсенале Клейна пылились марионетка-«Серебряный Рыцарь», россыпь Потусторонних характеристик стези «Провидца» с девятой по третью ступени, Запечатанный артефакт «Генерал без глаз», капля крови с благословением «Первозданной Луны», а также целая прорва всевозможных амулетов и пуль, выкованных на основе «Червей Духа».

А уж если страждущему припечет разжиться какой-нибудь одноразовой расходкой или взять реликвию в краткосрочную аренду — сыщик всегда мог выудить из пор истории еще больше диковин.

Рецепт эликсира и Потусторонняя характеристика «Мага Законов»… «Суд» Сио внезапно, спинным мозгом почуяла, как тяжелый взор господина «Шута» скользнул прямо по ней.

Положа руку на сердце, в последнее время девушке откровенно недоставало рвения к возвышению. Во-первых, барахтаясь в средних эшелонах МИ-9, где таких, как она, был пруд пруди, шансы выбить пропуск в полубоги болтались у плинтуса. Во-вторых, честное имя её покойного отца вот-вот должно было очиститься, пускай и в узких кругах. Наглухо лишившись своей главной, жгучей цели, она словно потеряла компас.

Вдобавок, пламя войны окончательно угасло. Матушка с младшим братом благополучно вернулись в Баклунд, изготовившись зажить заурядной, мирной жизнью. А уж с нынешними капиталами Сино они могли играючи ни в чем себе не отказывать, процветая на зависть любым толстосумам.

Сплетя эти факты воедино, Сио всё больше склонялась к мысли, что её нынешнее положение более чем сносно, и лезть из кожи вон ради перемен ей совершенно не улыбалось.

Разумеется, подвернись ей шанс вскарабкаться на полубожественный престол, нос она воротить не станет. Как-никак, в горниле минувшей бойни девушка на собственной шкуре прочувствовала всю ту жалкую, деревянную беспомощность пятой Последовательности. Да и в рядах Клуба Таро, если вынести за скобки её саму да мисс «Фокусника», остальные резиденты уже давно щеголяли ангельскими или святыми титулами. Плестись в глухих аутсайдерах ей хотелось меньше всего.

Пока эти мысли вихрем проносились в голове, «Суд» Сио бросила мимолетный взгляд на «Фокусника» Форс. Затем девушка покорно понурила голову в сторону главы изъеденного патиной длинного стола, всем своим видом демонстрируя готовность рвать жилы и стараться изо всех сил.

«Фокусник» Форс без труда раскусила душевные метания подруги. Как-никак, саму писательницу одолевали в точности такие же чувства.

Не будь того железобетонного факта, что лишь возвышение до четвертой Последовательности дарует власть эффективно противостоять «бреду полнолуния», избавляя от нужды то и дело досаждать господину «Шуту», да не припаси семья Авраам загодя все нужные материалы и рецепт эликсира — она бы ни за какие коврижки не рвалась так отчаянно на престол «Мастера тайн».

Будучи «Путешественницей», она могла по щелчку пальцев перенестись куда угодно, а уж захоти она отведать заморских деликатесов — достаточно было лишь шагнуть в нужное место. Этот статус с лихвой, до краев удовлетворял все те изначальные, наивные грезы Форс о мире Потусторонних.

Разумеется, грызла её и еще одна причина для прорыва: обернувшись полубогом, девушка смогла бы куда увереннее подставить плечо династии своего наставника.

Узрев, что укрытый серо-белой мглой господин «Шут» вальяжно откинулся на спинку кресла и погрузился в безмолвие, «Справедливость» Одри после секундной заминки всё же разомкнула губы:

— Дамы и господа, у меня назрел один вопрос.

— Если исход некоего поистине грандиозного события от вас ни на йоту не зависит, а целиком и полностью диктуется лишь настроениями и подковерными интригами неких высших сущностей… Как бы вы поступили в таком раскладе?

Не успело эхо её слов растаять в воздухе, как «Повешенный» Элджер издал тихий смешок и отозвался:

— Любому смертному испокон веков предрешен один и тот же финал — гибель. И как бы он ни рвал жилы, этот рок не переломить. Но значит ли это, что вся его жизнь — лишь пустое, бессмысленное сотрясание воздуха?

Моряк, судя по всему, уже давненько препарировал в уме подобные философские дилеммы, а потому без заминки припечатал:

— Раз уж нынче повлиять на исход вам банально не по зубам, остается лишь одно: стиснуть зубы и карабкаться вверх. Наращивать сокрушительную мощь, прибирать к рукам всё больше власти, покуда не наступит тот роковой день, когда вы сами сможете вклиниться в эту заоблачную партию. И даже если на этом пути вам суждено сыграть в ящик, это стопроцентно лучше, нежели покорно сидеть сложа руки.

Пожалуй, это были самые искренние, идущие от самого сердца слова из всех, что господину «Повешенному» доводилось здесь изрекать… «Даже песчинка способна обернуться монолитной скалой…» — «Справедливость» Одри, до глубины души пронятая этой речью, едва уловимо кивнула.

В этот самый миг «Мир» Герман Воробей обвел собравшихся тяжелым взором и проронил:

— Дамы и господа, я счел своим долгом сделать вам одно веское предостережение.

Дождавшись, пока все до единого резиденты ложи скрестят на нем свои взгляды, Клейн дернул за ниточки марионетки, заставив «Мира» отчеканить глухим, вибрирующим баритоном:

— До Апокалипсиса осталось от силы жалких полтора десятка лет. Когда пробьет час, сгинуть могут абсолютно все. И истинные божества не станут исключением.