А дальше моя жизнь и мой бизнес покатились как отлично работающий механизм. Все же есть большая разница — начинать дело одной, без опыта и знаний. И совсем другое — под началом опытного наставника, коим для меня стал отец.

Первым делом он приехал с командой специалистов к нам в Семёновск. Зима, снег по колено, но ничего его не остановило. Разместились у меня в усадьбе.

Отец прошелся по дому, заложив руки за спину, разглядывал стены, обстановку, выглядывал из окон во двор и наконец заключил:

— Добрый дом.

Еще бы! Благодаря братьям я привела его в такой порядок, что и столичных гостей не стыдно поселить.

Дальше мы вместе отправились к Гордию. Он по случаю нашего прихода накрыл богатый сытный стол. Несмотря на то, что скотину еще не резали, он повелел зарезать и зажарить для нас поросенка. А это особый знак уважения.

Разговор начали осторожно, будто прощупывали друг друга.

— Спаси Господи, Сергей Никитич, за дочь вашу, Аннушку. Много она добра нам принесла! — поклонился отцу Гордий, а я растрогалась до влажных глаз от такой похвалы.

— И вас, Гордий, спаси Господи, что не оставили дочь мою одну. Обогрели своей любовью, приняли как родную. Мне-то вот лукавый глаза закрыл, — отвел взгляд отец.

Помолчали, поели. За столом были только мужчины и мы с Лизой.

Адвокаты отца нашли законы, по которым, если мать не появляется в течение года, по высочайшему повелению можно оформить опекунство над ребенком на неродного человека. Написали ходатайство, приложили письмо матери, да отправили запрос в ведомство, предупредив, что дело это не быстрое, но наверняка надежное. Посему мы вернулись домой вместе.

— Предложила мне дочь открыть здесь, в Семёновске, филиал по продаже машин. Приехал лично во всем убедиться, — продолжал между тем неторопливую беседу отец.

— Богоугодное дело! Мне сын сказывал про те машины, — поддакнул Гордий.

Приглядывались друг к другу, прощупывали настроение, расположение. Я их прекрасно понимала. Предприниматель из меня слабый. Пока. Отец готов в меня, что называется, вложиться, но он должен знать, с кем имеет дело. Может, задурили мою молодую голову старообрядцы? Такого исключать нельзя.

— Думаю на дочкиной земле торговлю организовать.

— Можно и там, а если пожелаете, мы и в городе достойное место найдем. Думаю, городской голова не станет чинить препятствий.

Да я уверена, что он свою управу для такого масштабного проекта, не задумываясь, отдаст.

— Император расширяет сеть железных дорог. И одна из них до Нижнего Новгорода будет проложена. Я все продумал, взвесил и изъявил желание поучаствовать в этом проекте. Даст Бог, не через десять лет соединятся Петербург и Нижний, а года через два.

Вот это новость! Вот это поистине царский подарок! Будь у нас железнодорожное сообщение, мы же в два раза, в десять больше продавать станем. И в Петербург проще будет отправлять семёновские промыслы. Ну, батюшка! Ну, уважил!

К окончанию обеда напряжение в общение спало, и отец с Гордием приступили к обсуждению деталей.

На следующий день посетили городского голову, и он с готовностью предложил на выбор несколько свободных домов на центральной площади под будущую торговлю. Эти дома остались после исхода братьев, которые ушли по зову Игнатия Харитонова.

Помощники отца обследовали все постройки и выбрали две. С запасом. И закрутилось дело. Пока оформляли документацию, пришли первые механизмы. Пришлось немного перестроить дома, но тут братья помогли. Совершенно бескорыстно.

А уже весной запустили первый пресс. Семена для этого собирали всем городом, потому что новое вырастет ближе к осени. Но результат испытаний всех поразил.

Летом я не сидела сложа руки. Каждое утро собиралась и ездила по соседям. Лично вела рекламную кампанию. Благо в империи считалось хорошим тоном лето проводить в своих усадьбах. Заодно и перезнакомилась со всеми.

Мне во многом помог тот факт, что в деревнях, в отличие от города, заняться совершенно нечем. Бадминтон? Да надоел он всем уже. Поэтому вылазку ко мне в контору многие воспринимали как возможность развеяться.

Опять же, я разрушила стереотипы о нелюдимых староверах. Сама дочь купца второй гильдии из Петербурга, а веду с ними и на их земле торговлю. Виданое ли дело? По этой ли причине ехали в Семёновск или просто от скуки, но нам любая активность на руку.

Механизмы не покупали. Просто глазели да гуляли по городу. Местные вовремя спохватились и начали свои промыслы выставлять. И покупали их, к всеобщей радости.

Первая волна спроса накрыла нас зимой. Зеваки разъехались по городам и стали делиться новостями. И вот тогда слух о торговле машинами достиг нужных ушей, и пусть почти через полтора года, но к нам потянулись реальные покупатели. А за ними и другие.

Надо признаться, большие деньги меня ошеломили, и не будь у меня на них планов, неизвестно, как бы я себя повела. Но! Население Семёновска неизменно увеличивалось, а учить подрастающее поколение у меня не оставалось времени.

Поэтому выписали учителей из Нижнего Новгорода.

Следом открыли лечебницу, родильный дом, а уже через год сбылась моя мечта: у нас открылся филиал столичного университета. Понятное дело, что ученые мужи отказывались ехать в глухомань. Но с подачи отца мы продавили заочную форму обучения. С той лишь разницей, что не студенты ездили в вуз, а преподаватели приезжали к нам. Звонкая монета творит чудеса во все времена.

Только вот время шло, а женихи у меня не появлялись. Вернее, достойных не было. Сватались купцы разной масти и проходимцы в надежде быстро обогатиться за счет молодой богатой дурочки. Но разве можно их всерьез воспринимать?

Отец уже не просто намекал, он слезно просил приехать в Петербург и походить по балам, присмотреть, так сказать, товар лицом. Вот еще! Мне некогда, у меня бизнес и дети. Да и столица эта… Плохие воспоминания у меня о ней остались. Найди я себе там мужа, это же переезжать придется? На такое я не согласна. Но замуж охота.