К Роэну мы вышли на рассвете.

За ночь ветер изменился дважды. К утру он дул с востока, разгоняя низкие облака, но над горизонтом уже собиралась темная полоса. Эрден утверждал, что до вечера шторм не подойдет. Риан посмотрел на небо и велел загрузить в патрульное судно вдвое больше канатов, чем планировалось.

Я не стала спрашивать почему.

После последних дней запасные канаты казались разумнее любого благоприятного прогноза.

На причале нас ждали восемь стражников, Тея с медицинской сумкой и два рыбака, знавшие мелководье возле Роэна. В трюм перенесли воду, одеяла, носилки, сухую одежду, инструменты и два запечатанных ящика для возможных доказательств.

Риан проверял снаряжение лично.

— Веревки?

— Четыре бухты, — ответил старший стражник.

— Фонари?

— Шесть обычных, два магических.

— Запас масла?

— В кормовом ящике.

— Сигнальные ракеты?

— Три белые, две красные.

— Лекарства?

Тея подняла сумку.

— Если вы спросите еще раз, оставлю вас лечить пострадавшего морской водой.

— Просто проверяю.

— Вы проверили семь минут назад.

— За семь минут лекарства могли остаться на причале.

— Тогда вместе со мной.

Риан не стал продолжать.

Я стояла рядом с трапом в дорожном платье, плотном плаще и спасательном поясе. Линия на левой ладони была спокойной. Тея осмотрела меня перед выходом и предупредила, что после активации знака у башни прошло недостаточно времени для новых магических нагрузок.

Я ответила, что не собираюсь ничего активировать.

Она сказала, что именно эта фраза обычно предшествует неприятностям.

— Вы остаетесь на корабле, пока берег не проверят, — сказал Риан.

— Согласна.

Он посмотрел на меня с подозрением.

— Не спорите?

— На острове могут находиться вооруженные люди. Сначала высаживается береговая стража.

— Хорошо.

— После сигнала безопасности я схожу на берег.

— Вместе со второй группой.

— Согласна.

— Не отходите от Теи или меня.

— Риан, если вы продолжите добавлять условия после каждого моего согласия, мы не отплывем.

— Последнее условие.

— До следующего.

Он хотел возразить, но от гостиницы к нам уже спускался Лоркан.

На нем был форменный плащ дома Севардов. За ним шли двое королевских стражников.

— Я отправляюсь с вами, — объявил он.

Риан даже не повернулся к трапу.

— Нет.

— Мы обсуждали это ночью.

— Вы заявили желание. Я отказал.

— На Роэне может находиться королевский инспектор.

— Поэтому туда идут береговая стража и лекарь.

— Я представляю корону.

— На Кайрне остается комиссия, пакетбот с государственным грузом, свидетели и возможный сообщник. Ваше присутствие здесь необходимо не меньше.

Лоркан посмотрел на меня.

— Ты согласна с ним?

— Да.

— Ты намерена идти сама, но считаешь опасность чрезмерной для меня?

— Если меня захватят, королевство не останется без наследника.

— Это не довод.

— Для командующего — довод, — ответил Риан. — Ваше высочество останется на Кайрне.

Лоркан сжал челюсти.

— Я могу отменить приказ.

— Письменно, с передачей вам командования спасательной операцией и полной ответственности за людей.

— Вы снова прикрываетесь бумагами.

— Бумаги особенно полезны, когда решения принимают из личных причин.

Лоркан перевел взгляд с него на меня.

Он видел, что спор продолжать бессмысленно. Даже если наследник заставит Риана подчиниться, ему придется открыто признать, что он рискует операцией ради собственного желания быть рядом.

— Тогда докладывать каждые два часа, — сказал он. — Сигналами с корабля.

— Если погода и расстояние позволят, — ответил Риан.

— И не оставляйте инспектора на острове, даже если его состояние тяжелое.

Тея вмешалась:

— Решение о перевозке раненого принимаю я.

Лоркан посмотрел на нее так, словно не привык слышать подобный тон от деревенского лекаря.

— Если дорога убьет его…

— Именно поэтому решать буду я.

Он больше не спорил.

Селеста стояла выше на дороге, возле Марты. Она не пыталась приблизиться, но внимательно следила за подготовкой.

Когда Лоркан ушел к гостинице, она спустилась к причалу.

— Возьмите это.

Селеста передала мне небольшой металлический футляр.

Внутри находились две стеклянные ампулы с прозрачной жидкостью.

— Что это?

— Средство для определения технических солей Аркельского двора. Если на Роэне хранили составы с наших складов, раствор изменит цвет.

Тея сразу забрала футляр и прочитала надписи.

— Не яд?

— Нет. Но на коже оставляет ожог.

— Тогда хранить буду я.

— Именно на это рассчитывала.

Я посмотрела на Селесту.

— Откуда ампулы?

— Из дорожного набора комиссии. Отец велел всегда иметь средства проверки грузов.

— Почему?

— Потому что на дорогих составах часто подделывают его знак.

— Или потому что он не доверяет собственным людям?

— Одно не исключает другого.

Селеста отступила от трапа.

— Вернитесь с инспектором.

Это прозвучало не как приказ и не как пустое пожелание.

— Постараемся.

— И осторожнее с ложными сигналами. Если люди, захватившие Роуста, знают старые морские коды, они могут использовать не только огонь.

— Что еще?

— Флаги, зеркала, колокола. Торговый союз много лет применяет закрытые последовательности на складах и судах. Некоторые основаны на кодах прежних смотрителей.

— Ваш отец получил их законно?

— Большая часть морской торговли когда-то зависела от смотрителей. После закрытия служб архивы распродавали почти без учета.

Еще одна удобная потеря старой системы.

Риан дал команду отходить.

Селеста осталась на причале рядом с Мартой. Лоркан наблюдал из окна малого зала. В его взгляде было столько напряжения, что я почти чувствовала его даже после того, как судно покинуло бухту.

Кайрн медленно отдалялся.

Роэн находился северо-восточнее, за цепью низких каменных островов. В ясную погоду путь занимал меньше двух часов. Сегодня море было неспокойным. Волны шли косыми рядами, заставляя патрульное судно подниматься и резко опускаться.

Я стояла у кормового борта рядом с Теей.

— Вас укачивает? — спросила она.

— Пока нет.

— Лицо говорит иначе.

— Лицо не привыкло к ветру.

— Удобное объяснение.

Она вложила мне в руку кусочек кислого сушеного фрукта.

— Жуйте.

— Это лекарство?

— Нет. Но вы перестанете думать о желудке.

Я послушалась.

Риан находился на носу рядом с рулевым. Он не использовал магию и почти не отдавал приказов. Команда знала работу. Только дважды он велел изменить курс, обходя участки, где волна ломалась необычно резко.

Через час Кайрн скрылся за туманом.

Впереди появился Роэн.

Остров оказался меньше, чем я представляла. Черная скала поднималась из воды неровным гребнем. На южной стороне находилась узкая бухта с полосой серого песка. Выше росли низкие кусты и несколько искривленных ветром деревьев.

Никаких домов.

Никакого официального маяка.

Следов ночного огня с моря тоже не было видно.

— Дым шел оттуда, — сказал Эрден, указывая на южный склон.

Старый смотритель все-таки отправился с нами. Риан сначала возражал из-за его возраста, но без человека, знавшего старые коды, поиск мог занять слишком долго.

Эрден сидел возле мачты, обеими руками держась за поручень.

— Сейчас ничего нет, — сказал один из рыбаков.

— Огонь потушили.

— Или мы ошиблись островом.

Эрден покачал головой.

— Роэн. Вершина раздвоена, а справа от бухты три белых камня.

Риан поднял подзорную трубу.

— На берегу ялик.

Я увидела его только после подсказки.

Лодку вытащили выше линии воды и частично накрыли серой тканью. Со стороны моря она почти сливалась с камнями.

— Люди? — спросила я.

— Не видно.

— Следы огня?

— Выше по склону темное пятно.

Риан повернулся к стражникам.

— Первая группа на двух лодках. Высадка справа от ялика. Сначала берег, затем кусты и верхняя тропа. Красная ракета — вооруженное сопротивление. Белая — безопасная высадка второй группы. Два коротких выстрела — найден раненый.

Он посмотрел на меня.

— Вы ждете белый сигнал.

— Помню.

Первая группа ушла.

Риан возглавил ее сам. Восемь человек распределились по двум лодкам. Они подошли к берегу не напрямую, а описали полукруг, проверяя скалы и возможные укрытия.

Судно осталось дальше от бухты, чтобы не стать удобной целью.

Я следила за Рианом через трубу.

Он первым сошел на мелководье, держа меч опущенным. Стражники разошлись по берегу. Двое проверили ялик. Еще трое поднялись к кустам.

Несколько минут ничего не происходило.

Потом с южного склона донесся свист.

Не человеческий голос.

Короткий сигнал, похожий на крик морской птицы.

Эрден резко выпрямился.

— Это код смотрителей.

— Что означает? — спросила я.

— «Путь чист».

— Значит, кто-то подает сигнал группе Риана?

— Или пытается заставить их так думать.

На берегу Риан поднял руку, останавливая людей.

Из кустов вылетел камень.

Он ударился о песок перед первым стражником.

Следом сверху посыпались мелкие обломки. Один человек успел отскочить, второго задело по плечу.

— Ловушка, — сказала Тея.

Риан повел людей в сторону скалы, укрываясь за яликом. Один из стражников выпустил белую сигнальную ракету.

Она означала не безопасность.

В сочетании с поднятым красным флагом — обнаружен противник, но помощь пока не требуется.

Кто-то снова свистнул с вершины.

На этот раз Эрден перевел:

— «Следуйте к огню».

— Ложный приказ?

— Да. При опасности смотрители никогда не вели группу к сигналу. Они указывали укрытие.

Человек на острове знал форму кодов, но не понимал правила их использования.

Или рассчитывал, что мы не поймем разницу.

Риан разделил отряд.

Четверо остались у берега. Остальные поднялись по правой тропе, обходя место, откуда упали камни. Через несколько минут из кустов выбежал мужчина в темной одежде.

Он направился к противоположному склону.

Стражники бросились следом.

Мужчина не пытался вступить в бой. Он знал остров и заранее подготовил путь. Несколько раз исчезал за камнями, затем появился ниже, возле небольшой лодки, спрятанной в узкой расщелине.

Риан поднял руку.

Порыв ветра ударил не по человеку, а по свободному парусу лодки. Ткань рванулась, мачта повернулась поперек прохода и перекрыла выход из щели.

Беглец выхватил нож.

Стражники окружили его.

Он бросил что-то на землю.

Вспыхнуло белое пламя.

Не огонь, а ослепляющий магический порошок. Даже с корабля я увидела резкую вспышку.

Когда свет погас, мужчина уже прыгал в воду с внешней стороны скалы.

Один из стражников выстрелил из арбалета, но болт прошел выше.

Беглец нырнул.

Через несколько секунд на воде показалась темная голова, затем исчезла за камнями.

— Он не сможет долго плыть в такой воде, — сказала Тея.

— Если у него нет второго укрытия, — ответил Эрден.

Риан отправил двух людей вдоль берега, остальных вернул к основной тропе.

Через десять минут над островом поднялась белая ракета.

Без красного флага.

Теперь высадка была безопасной.

Вторая группа отправилась на берег.

В нее вошли я, Тея, Эрден, четыре стражника и двое моряков с носилками. Волны у песка были сильнее, чем казались с корабля. Лодка ударилась днищем о дно, и нам пришлось пройти последние шаги по воде.

Риан встретил нас возле ялика.

— Вы целы? — спросила я.

— Да.

— Беглец?

— Ушел за северные камни. Там нашли привязанную к скале плавучую доску с кожаными пузырями. Он мог держаться на воде до подхода другой лодки.

— Значит, его ждали.

— Или он заранее подготовил путь.

Риан повернулся к Тее.

— Один стражник получил ушиб плеча. Других раненых пока нет.

— Пока?

— На склоне кровь.

— Свежая?

— Да.

Он посмотрел на меня.

— Следы трех человек идут от ялика к верхней тропе. На обратном пути к лодке вернулся только один.

— Двое остались на острове.

— Или один из них уже не мог идти.

Мы осмотрели ялик.

На внутренней стороне сохранилось название «Вестового». Канаты совпадали с креплениями пакетбота. На дне лежали засохшая кровь, кусок синей ленты портовой палаты и две пустые фляги.

Под кормовой скамьей нашли ремень с металлической пряжкой.

Лоркан видел похожий на инспекторе во время предыдущих заседаний, но окончательно подтвердить принадлежность мог только сам Роуст.

— Его тащили вверх, — сказал Риан.

След начинался у лодки. Два ряда отпечатков обуви шли самостоятельно. Между ними тянулась неровная полоса, оставленная каблуками или коленями третьего человека.

Через несколько шагов появились капли крови.

Мы поднялись по тропе.

Роэн не был совершенно необитаемым. На острове не жили постоянно, но в прошлом его использовали смотрители и рыбаки. Под кустами сохранились каменные ступени. На склоне обнаружились остатки водосборника и низкая стена, защищавшая прежний лагерь от ветра.

Ночной сигнальный огонь горел на плоской площадке.

Его развели из сухого дерева, пропитанного маслом. Рядом лежало зеркало в металлической раме. Именно оно усиливало свет, делая его заметным с Кайрна.

— Огонь разводил инспектор? — спросила я.

Тея присела возле золы.

— Здесь кровь.

На камне виднелся отпечаток ладони.

Человек, разжигавший сигнал, был ранен.

— Он выбрал момент, когда охрана ушла? — предположил стражник.

— Или captors заставили его подать ложный сигнал, — ответил Риан. — Но тогда почему использовали знак спасения?

Эрден осмотрел зеркало.

— Это не часть обычного костра. Его можно поворачивать, направляя свет в конкретную сторону.

— На Кайрн, — сказала я.

— И на морской путь.

Он указал на металлическую раму. На ней были выгравированы деления и названия направлений.

Кайрн.

Северная дуга.

Эстер.

Внешний фарватер.

— Отсюда передавали сигналы кораблям, — произнес Риан.

— Как обычным фонарем?

— Не только ночью.

Эрден повернул зеркало к морю. Даже слабый утренний свет отразился яркой точкой на далекой воде.

— Днем солнечный отблеск. Ночью огонь. В тумане — фонарь с цветными стеклами.

— Ложный маяк, — сказала я.

На официальных картах Роэн не имел сигнальной станции. Корабль, увидевший отсюда последовательность старых огней, мог принять ее за указание настоящих смотрителей.

Особенно если его карта уже вела к неправильному маршруту.

— Где сам механизм? — спросил Риан.

Эрден посмотрел вверх.

На вершине склона между камнями виднелся низкий силуэт.

Мы продолжили подъем.

Кровавые следы привели к старому зданию, почти полностью скрытому скалой. Со стороны моря его невозможно было заметить. Узкая башня поднималась всего на два этажа и не имела обычного фонарного купола. Верх окружала каменная стена, закрывавшая свет от Кайрна и направлявшая его только в заданный сектор.

Дверь была открыта.

Риан остановил нас.

Два стражника вошли первыми.

Внутри раздался удар.

Затем мужской крик:

— Не подходите!

Риан поднялся по ступеням.

— Береговая стража. Опустите оружие.

— Докажите!

Голос был слабым и хриплым.

— Командующий восточным подразделением Риан Керрест. Ваше судно «Вестовой» находится в бухте Кайрна. Капитан жив. Писарь Дестер и рулевой освобождены.

Тишина.

Потом что-то металлическое упало на пол.

— Входите.

Мы поднялись.

В нижнем помещении пахло маслом, дымом и кровью.

Возле дальней стены сидел мужчина в разорванном синем мундире портовой палаты. Руки были связаны спереди обрывком каната, но одну петлю он успел перерезать найденным металлическим осколком. Рядом лежала короткая железная кочерга, которой он собирался защищаться.

Лицо мужчины покрывали синяки. Над правым ухом запеклась кровь. Левая нога была перевязана куском рубашки и лежала под неправильным углом.

— Лемар Роуст? — спросил Риан.

— Да.

Инспектор попытался подняться и сразу побледнел.

Тея опустилась перед ним.

— Не двигайтесь.

— Они могут вернуться.

— Один сбежал. Остальных не нашли.

Роуст посмотрел на дверь.

— Их было двое.

— На острове?

— Сначала двое. Один ушел ночью.

— Куда?

— Не знаю. Сказал, что должен передать сообщение.

Риан присел рядом, но не мешал Тее разрезать повязку.

— Кто они?

— Люди с портовыми пропусками. По крайней мере, так представились на «Вестовом».

— Имена?

— Пропуска были на Элдена Варра и Керта Мойна.

— Варра нашли мертвым в бочке под грузовой палубой, — сказал Риан.

Роуст закрыл глаза.

— Значит, использовали его документ.

— Вы знали настоящего Варра?

— Видел дважды. Это был высокий седой человек. Тот, кто поднялся на борт с его пропуском, моложе и ниже.

— Тогда писарь ошибся в описании.

— В темноте и после удара неудивительно.

Тея сняла старую повязку.

Нога была сломана ниже колена. Кожа вокруг распухла, но кость наружу не вышла.

— Перелом закрытый, — сказала она. — Это хорошая часть.

— А плохая?

— Вам будет больно, когда выправлю.

— Уже больно.

— Станет сильнее.

Роуст посмотрел на нее.

— Вы умеете успокаивать?

— Я умею предупреждать.

Пока Тея готовила шины и обезболивающее, мы осмотрели помещение.

Старый сигнальный пост состоял из двух этажей. Внизу находились койки, небольшой стол, печь и склад масла. Наверх вела металлическая лестница.

На стене висела карта Восточного пролива.

Не официальная.

На ней были отмечены настоящие и ложные сигнальные точки. Красные линии вели корабли к северным рифам Кайрна и к опасному участку восточной дуги. Возле каждой стояли номера последовательностей света.

— Эти коды совпадают со старыми? — спросила я.

Эрден подошел ближе.

— Частично. Первый и последний сигнал настоящие. Средние изменены.

— Чтобы капитан поверил в начало последовательности, но свернул неправильно.

— Да.

На столе лежал металлический диск с прорезями. Если поместить его перед фонарем и вращать, свет открывался и закрывался в определенном порядке.

Рядом находилось несколько таких дисков.

Каждый соответствовал отдельному ложному маршруту.

— Их использовали не один раз, — сказал Риан.

На полу стояли канистры с маслом. На двух сохранился знак Аркельского химического двора. На других обозначений не было.

Тея воспользовалась ампулой Селесты.

Капля раствора на масле стала темно-зеленой.

— Техническое масло с Аркельского двора, — сказала она. — Но партия может быть старой.

На дне канистры обнаружили цифры.

Я переписала их.

Они отличались от номера найденного у источника и от партии черной смолы на «Вестовом».

Значит, материалы поступали сюда не одной поставкой.

Ложный маяк работал давно.

— Когда вас привезли? — спросил Риан у инспектора.

— Вчера после полудня. Не знаю точно. Большую часть времени был без сознания.

— Что произошло на пакетботе?

— В Эстере я проверил портовые книги и нашел расхождения в списанных картах.

Савер оказался прав.

— Какие? — спросила я.

Роуст посмотрел на меня.

— Вы леди Вальмер?

— Да.

— Тогда ваш остров фигурировал в записях еще до того, как вы получили акт собственности.

В комнате стало тише.

— Каким образом?

— Списанные карты Восточного пролива передавались на уничтожение, но часть номеров снова появлялась в книгах выдачи. На них оформляли официальные маршруты северного обхода. Несколько судов после этого пропали или получили повреждения возле Кайрна.

— За сколько лет?

— Минимум за шесть.

— Значит, ложные карты использовались задолго до моего приезда.

— Да.

— Зачем направлять корабли к закрытому проливу?

— Не все разбивались. Некоторые вынужденно заходили в западные порты после повреждений и платили за ремонт, хранение и новый маршрут. Другие теряли груз, который потом выкупали через посредников.

— Торговый союз? — спросил Риан.

— В документах — разные компании. Большая часть связана с западными портами через кредиты и страховые договоры.

— С Аркелями?

— Косвенно.

— А прямо?

— Я не успел получить прямое доказательство.

Тея дала ему лекарство.

— Говорить будете после того, как я закреплю ногу.

— Если усну, часть могу забыть.

— Если продолжите, потеряете сознание от боли и всё равно ничего не расскажете.

Роуст сжал зубы.

Риан поднялся.

— Сначала осмотрим верхний этаж. Потом продолжим допрос на корабле или в гостинице.

— Не оставляйте документы, — сказал инспектор. — Они забрали мой сундук, но часть бумаг спрятана здесь.

— Где?

— Под нижней ступенью лестницы.

Стражник проверил.

Деревянная накладка снималась. Под ней находился узкий металлический футляр, обернутый тканью.

Внутри лежали несколько сложенных листов, портовая книга малого формата и половина сломанной печати.

Роуст увидел футляр и выдохнул.

— Успел спрятать ночью, когда один охранник ушел к костру.

— Почему они вас не обыскали?

— Обыскали. Не ожидали, что человек со сломанной ногой поползет к лестнице.

Тея посмотрела на него.

— Именно поэтому перелом теперь хуже, чем был вчера.

— Зато бумаги остались.

— Если потеряете ногу, сможете любоваться ими в кабинете.

Риан передал футляр стражнику для описи.

Я поднялась на верхний этаж вместе с ним и Эрденом.

Наверху находился сам ложный маяк.

В центре стояла большая лампа с системой зеркал. Снаружи ее окружали подвижные металлические створки. Цветные стекла можно было менять, создавая белый, синий или зеленый свет.

Механизм работал вручную.

Никакого живого артефакта или сложной магии.

Масляный огонь, зеркала, кодовые диски и правильное место.

Этого оказалось достаточно, чтобы обманывать корабли.

На стене висел список сигналов.

Возле некоторых дат стояли названия судов.

«Дочь ветра».

«Морская лилия».

«Серебряный ветер».

Риан остановился.

Я увидела название одновременно с ним.

Напротив «Серебряного ветра» были записаны дата гибели, последовательность огней и короткое примечание:

«Основной сигнал принят. Судно изменило курс. Корабль сопровождения выполнил удар по корме. Обломки направлены к северной дуге».

Я перечитала строку.

— Корабль сопровождения, — произнесла я.

Риан не двигался.

Его лицо стало неподвижным, почти пустым.

— Значит, регистрационная пластина была повреждена при столкновении, — сказал Эрден.

Риан провел пальцем над записью, не касаясь бумаги.

— Они ударили в корму.

— Чтобы повредить руль и вытеснить судно к рифам, — ответила я.

— Эвар написал, что собирается зайти в бухту. Они не могли позволить ему добраться до Кайрна и сообщить о неправильных огнях.

Внизу Тея коротко приказала кому-то держать инспектора. Следом раздался приглушенный крик: она выправляла перелом.

Риан не отреагировал.

Он продолжал смотреть на строку.

Двенадцать лет он не знал, что произошло с братом.

Теперь ответ лежал на стене ложного маяка, записанный чужой рукой как обычная выполненная работа.

Я не стала говорить, что мне жаль.

Вместо этого взяла чистый лист и начала копировать запись.

— Оригинал снимем вместе с креплениями, — сказала я. — Но сначала зафиксируем положение и всё, что находится рядом.

Риан посмотрел на меня.

— Вы думаете о процедуре.

— Потому что именно сейчас вам труднее всего о ней думать.

Он медленно кивнул.

Мы составили опись верхнего помещения.

Каждый кодовый диск получил номер.

Карту зарисовали.

Список кораблей сняли со стены целиком, не отделяя бумагу от деревянной основы. Механизм маяка оставили на месте, но заблокировали и опечатали.

В дальнем шкафу нашли запас черной смолы, растворитель для каналов, официальные флаги портовой службы и три формы для изготовления печатей.

Одна соответствовала Эстеру.

Вторая — старой службе смотрителей.

Третья была пуста, словно матрицу сняли перед бегством.

— Какую печать унесли? — спросила я.

— Возможно, ту, что использовали на письме инспектору, — ответил Риан.

— Или на распоряжении «Северной звезде».

Мы не нашли списка людей, работавших на маяке.

Только условные обозначения:

«Север».

«Писарь».

«Кормчий».

«Дом».

Последнее слово повторялось чаще остальных.

Возле него стояли пометки о доставке смолы, оплате лодок и сообщениях с Кайрна.

— «Дом» может означать гостиницу? — спросила я.

— Или торговый дом, — ответил Риан.

— Аркелей?

— Пока неизвестно.

На полу возле шкафа лежал обрывок письма. Большую часть сожгли, но сохранилось несколько строк:

«…хозяйка получила ключи…»

«…командующий оставил людей…»

«…журнал старика пока в доме…»

Письмо было недавним.

Оно описывало события после моего приезда.

— Они знали о ключах и журнале Эрдена, — сказала я.

— Кто-то сообщал с Кайрна.

— Или наблюдал.

— О новых ключах с моря не узнать.

Риан сложил обрывок в отдельный пакет.

— Информатор находится среди людей, имеющих доступ к гостинице.

Это было уже не предположение.

Слова на бумаге знали только люди под нашей крышей.

Мы спустились.

Тея закончила с ногой инспектора. Роуст лежал на носилках, бледный и мокрый от пота, но оставался в сознании.

— Перевозить можно? — спросил Риан.

— По спокойной воде.

— Ветер усиливается.

— Тогда тем более нужно уходить сейчас. Здесь нет условий для лечения.

— Второго человека не нашли, — сказал стражник.

Роуст повернул голову.

— Ушел до рассвета. Сказал, что заберет лодку с северной стороны.

— Тот, кто прыгнул в воду?

— Возможно.

— Имя слышали?

— Они называли друг друга только условными словами. Один — «Кормчий». Второй — «Север».

— Кто из них ушел ночью?

— «Север».

— А беглец?

— По росту мог быть «Кормчий».

— Значит, оба ушли.

Роуст закрыл глаза.

— «Север» отправился предупредить человека на Кайрне.

Я опустилась рядом.

— Какого человека?

— Не знаю имени. Они говорили «наш в приюте».

— Точно?

— Да.

— Что еще?

— Что хозяйка доверяет ему и не проверит первой.

Слова ударили сильнее, чем я ожидала.

Не просто человек среди работников.

Кто-то, кому я доверяла.

— Вы слышали описание? — спросил Риан.

— Нет. Только что он уже предупредил о находке журнала и новых замках.

— Когда?

— Вчера вечером. «Север» получил сигнал зеркалом с Кайрна.

Мы посмотрели на верхний этаж.

Ложный маяк использовался в обе стороны.

Кто-то с острова передавал отсюда сообщения на Кайрн.

А человек в Штормовом приюте отвечал.

— С какой точки мог идти сигнал? — спросила я у Эрдена.

Он вышел наружу и осмотрел горизонт.

— С северной башни. Со старой мастерской. С верхнего окна гостиницы. Если использовать зеркало — почти с любой высоты.

— Вчера все окна были опломбированы.

— Не все окна третьего этажа. Только доступные комнаты и первый этаж.

Восточное крыло оставалось частично закрытым.

Чердак имел слуховые окна.

Мастерская Далена стояла отдельно и не находилась под постоянной охраной.

Слишком много возможностей.

— Продолжим на Кайрне, — сказал Риан. — Сейчас нужно уходить.

Погода менялась быстрее прогноза.

Когда мы вышли из башни, ветер уже сгибал кусты к земле. Над морем висели темные облака. Патрульное судно качало даже в защищенной бухте.

На острове оставлять людей было опасно.

Мы забрали все переносимые документы, кодовые диски, печати, образцы масла и обрывки писем. Сам ложный маяк опечатали тремя знаками: береговой стражи, портовой палаты Роуста и моим.

Вход укрепили цепью.

Это не остановило бы человека с инструментами, но показало бы вскрытие.

Роуста перенесли на корабль первым.

Тея устроила его в нижней каюте, закрепив носилки ремнями. Пострадавшего стражника с ушибом посадили рядом.

Последними вернулись Риан и двое людей, проверявших северный берег.

— Следов второй лодки нет, — сказал он. — Но на камнях нашли свежий канат и царапины. Ее забрали не больше часа назад.

— Куда могли уйти?

— За островом течение ведет к северной цепи. Там десятки мест, где можно спрятаться.

— Погоня?

Риан посмотрел на облака.

— В такую погоду мы потеряем инспектора и доказательства ради шанса найти лодку.

— Значит, возвращаемся.

— Да.

Судно вышло из бухты Роэна около полудня.

Кайрн находился меньше чем в двух часах пути.

Через сорок минут мы перестали видеть берег.

Туман пришел вместе с дождем. Ветер резко повернул с восточного на северный, ударяя в правый борт. Команда убрала верхний парус, затем часть переднего.

Риан стоял у рулевого.

— Держать юго-запад!

— Компас уходит, — ответил кормчий.

Стрелка дергалась.

Магнитные рифы Кайрна влияли на прибор раньше, чем ожидалось.

— До острова еще далеко, — сказал один из рыбаков.

— Нас сносит южнее, — ответил Риан. — Мы ближе к внешней дуге.

Дождь усилился.

Видимость сократилась до нескольких десятков шагов. Волны стали выше, но главная опасность была не в них.

Мы потеряли точное положение.

При обычном возвращении кормчий ориентировался по вершине Кайрна и башне. Теперь не было видно ни того ни другого. Старые карты не учитывали часть подводных камней. Компас врал.

— Можно ждать в открытой воде? — спросила я.

— Если отойдем достаточно далеко от рифов, — ответил Риан. — Но инспектору нужна гостиница и лекарское оборудование.

Тея появилась на палубе, держась за поручень.

— Роуст снова теряет сознание. Пульс слабый. Я не хочу держать его в качке еще несколько часов.

— Кровотечение?

— Внутреннего не вижу. Скорее обезвоживание, боль и удар по голове.

— Выдержит путь до Большого Берега?

— Нет. Кайрн ближе.

Риан посмотрел в туман.

— Нужно найти внешний знак.

— Он не работает, — сказал Эрден.

— Один узел восточной дуги отзывался Камню.

Я почувствовала теплое покалывание в левой ладони.

Сначала слабое.

Потом сильнее.

Сеть находилась рядом.

Не вся линия. Только один старый знак, в котором сохранилось остаточное напряжение.

— Здесь есть узел, — сказала я.

Риан повернулся.

— Насколько близко?

— Не знаю. Дар не показывает расстояние точно.

— Направление?

Я закрыла глаза.

Под ногами двигалось судно. Ветер и вода мешали сосредоточиться. Но среди беспорядочного давления ощущалась одна ровная точка.

Слева от курса.

Ниже по ветру.

— К востоку от нас.

Эрден развернул старую карту.

— Если это крайний узел восточной дуги, он стоит на каменной платформе возле прохода Ласточки.

— Проход безопасен? — спросила я.

— Только при работающем сигнале. Без него легко принять один риф за другой.

— Можно активировать знак локально?

Эрден задумался.

— На платформе должна быть сервисная пластина. Она предназначалась для проверки без центрального Камня.

— Запас силы?

— Сам знак накапливает небольшое напряжение прилива. Хватит на огонь.

Риан посмотрел на меня.

— Нет.

— Вы еще не услышали предложение.

— Вы собираетесь высадиться на риф в шторм.

— На платформу.

— Разницы недостаточно.

— Без ориентира мы можем ждать до вечера, а Роуст не выдержит.

— Можно использовать магию ветра и выйти в открытую воду.

— Ветер не покажет подводные камни.

— Я чувствую направление волн.

— А точное положение рифа?

Он не ответил.

— Если подойдем к знаку, я активирую только локальную сервисную пластину, — продолжила я. — Без Камня и внешней сети.

— Вы не знаете, в каком состоянии узел.

— Поэтому Эрден сначала осмотрит.

— При такой волне он не высадится.

Старый смотритель нахмурился.

— Я еще умею стоять.

— На суше.

— Риан, — сказала я. — Нам нужен ориентир.

Он провел рукой по мокрым волосам.

— Если знак находится не там, где вы чувствуете?

— Тогда не найдем платформу и вернемся к вашему плану.

— Если найдем, но механизм поврежден?

— Не касаюсь.

— Если появится холод в руке?

— Прекращаю сразу.

— Если волна усилится?

— Возвращаемся.

— Вы слишком быстро соглашаетесь.

— Потому что условия разумные.

Риан посмотрел на Теею.

— С медицинской точки зрения?

— С медицинской точки зрения лучше не делать ничего подобного. С точки зрения умирающего инспектора — найти дорогу быстрее.

— Очень полезный ответ.

— Я лекарь, не пророк.

Он выругался и приказал изменить курс в указанную мной сторону.

Мы шли медленно.

На носу стояли двое моряков с шестами, проверяя воду. Риан не использовал силу постоянно. Только короткими порывами отводил судно, если волна толкала к неясной тени в воде.

Серебряная линия становилась теплее.

— Ближе, — сказала я.

— Насколько?

— Не знаю.

— Направление?

— Чуть левее.

Кормчий изменил курс.

Через несколько минут в тумане появилась темная вертикальная полоса.

Каменная платформа возвышалась над водой на высоту человеческого роста. На ней стояла низкая металлическая конструкция, похожая на закрытый фонарь.

Сигнальный знак.

— Якорь не держать, — приказал Риан. — Подходим носом, две страховочные линии на платформу.

Высадка была сложнее, чем на Роэне.

Волна поднимала судно почти до края камня, затем резко опускала. Двое стражников перебросили канаты через металлические кольца. Моряки удерживали корабль на расстоянии, не позволяя корпусу удариться о платформу.

Риан первым перепрыгнул на камень.

Затем Эрден.

Я приготовилась следовать, но Риан поднял руку.

— Ждите.

Они осмотрели конструкцию.

Сервисная пластина находилась сбоку под металлической крышкой. Эрден очистил соль и проверил механический рычаг.

— Контакт цел, — крикнул он. — Один внутренний канал поврежден, но сигнальный контур отдельный.

— Можно включить без полного потока?

— Только на несколько минут.

Риан снова посмотрел на меня.

В его лице было ясно написано, насколько ему не нравится решение.

Но он протянул руку.

Я дождалась подъема волны и шагнула на платформу.

Сапог скользнул.

Риан поймал меня за пояс и прижал к себе, пока судно снова опускалось.

— Я держусь.

— Теперь да.

Он не отпустил сразу.

Только когда я уверенно поставила обе ноги на камень.

Эрден открыл сервисную пластину.

Внутри находилось небольшое углубление для ладони и один рычаг с подписью «Проверка огня».

— Никаких других линий, — сказал он. — Только фонарь.

Я сняла левую перчатку.

Риан встал рядом.

— При первом признаке истощения прекращаете.

— Да.

— Даже если свет не загорится.

— Да.

— Айрина.

— Я услышала.

Положила ладонь на пластину.

Холод не пришел.

Наоборот, металл был теплым от накопленной внутри силы. Серебряная линия вспыхнула мягко, без боли. Я почувствовала маленький замкнутый контур: приливная пластина под водой, канал к фонарю, механический затвор.

Система не тянулась к Камню.

Не требовала направлять поток по поврежденной сети.

Нужно было только соединить уже накопленную энергию с лампой.

— Рычаг, — сказала я.

Эрден поднял его.

Внутри конструкции зажужжал механизм.

Фонарь не загорелся.

Я почувствовала преграду.

— Затвор застрял.

Риан снял боковую панель.

— Здесь соль.

Эрден передал инструмент. Риан очистил металлическую тягу, ударил по ней рукоятью ножа и снова повернул.

Механизм щелкнул.

Над платформой вспыхнул белый свет.

Не ослепительный.

Достаточно яркий, чтобы пробить туман на несколько десятков шагов.

Свет отразился от расположенного дальше зеркального знака.

В тумане появилась вторая точка.

Затем третья.

Они обозначили линию прохода.

— Получилось, — сказал Эрден.

Я убрала руку.

Пальцы слушались.

Головокружения не было. Только слабое покалывание и солоноватый привкус, который исчез после первого глотка раствора Теи.

— На корабль, — приказал Риан.

Мы вернулись тем же способом.

Сигнальный огонь оставался гореть без моего контакта.

Кормчий выровнял судно по трем точкам.

Теперь Риан знал положение прохода.

Он встал рядом с рулевым и направлял корабль между невидимыми рифами. Магию использовал только короткими импульсами, ослабляя самые опасные боковые порывы.

Не сражался со штормом.

Работал вместе с ветром, меняя лишь то, что мешало курсу.

Я стояла возле мачты и следила за серебряными огнями.

Первый исчез за кормой.

Второй оказался справа.

Третий вывел нас в более глубокую воду.

Через двадцать минут впереди показался свет сигнальной башни Кайрна.

Эрден оставил там людей с обычным масляным фонарем. Он не был виден издалека, но теперь, когда мы знали направление, стал надежным ориентиром.

— Бухта впереди, — сказал рыбак.

Ветер продолжал усиливаться.

Последний участок оказался самым тяжелым.

Вход в Кайрн шел поперек волны. Судно сильно накренилось. Один ящик сорвался с крепления, но стражники удержали его до удара о борт.

Роуст потерял сознание.

Тея не выходила из каюты.

Риан поднял руку и удерживал воздушный щит вдоль правого борта. Не останавливал дождь, но не давал порывам ударить прямо в парус.

На его виске выступила кровь.

Старый шрам раскрылся от напряжения или случайного удара.

— Достаточно, — сказала я.

— Еще немного.

— Вы перегружаетесь.

— Вижу вход.

С берега поднялись два фонаря.

Лоркан стоял у причала и направлял течение между сваями. Возле него работали Торен и Дален, успевшие вернуться на второй лодке с «Мелиссы». Они подготовили буксирные канаты.

Риан ослабил щит только после того, как нос судна прошел между внутренними камнями.

Порыв ударил сразу.

Корпус повернуло к левой стороне.

Лоркан изменил поток воды.

Торенов канат натянулся.

Дален принял кормовой трос.

Патрульное судно вошло в бухту.

На причале нас встречали почти все.

Носилки Роуста сразу передали лекарям. Тея побежала рядом, отдавая команды. Список кораблей и карта ложного маяка остались у стражников под охраной. Риан лично передал ящики с доказательствами в запертый склад.

Только после этого позволил королевскому лекарю осмотреть рассеченную бровь.

— Нужен шов, — сказал тот.

— Потом.

— Сейчас.

Тея, не отрываясь от инспектора, крикнула:

— Если он уйдет, привяжите к стулу.

Риан сел.

Лоркан подошел ко мне.

— Ты активировала внешний знак.

— Локальный сигнальный контур. Без соединения с Камнем.

— Это запрещено распоряжением Совета.

— Временные меры безопасности разрешены.

— Ты рисковала жизнью.

— Инспектор мог умереть, если бы мы ждали окончания шторма.

— Керрест должен был найти другой путь.

Риан, сидевший у стены, поднял глаза.

— Другого безопасного пути в тот момент не было.

— Вы должны были остаться в открытой воде.

— Роуст терял сознание.

— Тогда использовать магию ветра.

— Без ориентира я мог провести судно на риф.

Лоркан повернулся ко мне.

— Ты снова позволила ему поставить тебя под угрозу.

— Решение предложила я.

— Разумеется, он так скажет.

— Это говорю я.

Лоркан сжал пальцы.

— Почему ты каждый раз защищаешь его?

— Потому что сейчас вы обвиняете его в моем решении.

— Он командовал операцией.

— И пытался запретить мне высаживаться на платформу.

Риан произнес:

— Подтверждаю.

Лоркан посмотрел на нас обоих.

Я видела, как в нем борются страх, злость и бессилие. Возможно, он действительно боялся, что я не вернусь. Но даже страх превращал в обвинение другого мужчины, а не в признание моего выбора.

— Инспектор жив, — сказала я. — Мы нашли ложный маяк, документы о старых крушениях и доказательство, что на Кайрне есть информатор. Сейчас это важнее.

Лоркан резко повернулся.

— Какой информатор?

— Роуст слышал разговор захватчиков. Кто-то из людей Штормового приюта передавал сведения о журнале Эрдена и новых ключах.

— Имя?

— Не знает.

— Тогда нужно задержать всех работников.

— Нет.

— Если один из них сообщник…

— Проверим доступ, время и сведения. Не станем арестовывать весь остров без доказательств.

Лоркан посмотрел на Риана, ожидая поддержки.

— Согласен с леди Вальмер, — сказал тот. — Массовое задержание предупредит виновного и настроит остальных против расследования.

— Он уже предупрежден.

— Но не знает, что именно нашли на Роэне.

— Пока мы спорим, может уничтожить доказательства.

— Поэтому гостиница и мастерская уже закрыты. Людей собирают в главном зале под предлогом штормового учета. Никто не покинет Кайрн незамеченным.

Риан подготовил меры еще до входа в бухту.

Без лишней паники.

Без приказа схватить всех.

Лоркан больше не спорил.

— Я хочу лично допросить инспектора, когда он очнется.

— После разрешения врачей, — ответил Риан.

Тея высунулась из комнаты:

— И после меня.

Лоркан закрыл глаза.

— Все в этой гостинице считают возможным командовать наследником?

Марта прошла мимо с тазом горячей воды.

— Только когда наследник мешает работе.

Он посмотрел ей вслед, не находя подходящего ответа.

Я оставила мужчин у лекарской комнаты и пошла проверять доказательства.

Образцы масла, карты, кодовые диски и список кораблей хранились в трех отдельных ящиках. Каждый опечатали при мне, Риане и представителе портовой палаты — личной печатью Роуста, которую нашли на нем под одеждой.

Обрывок письма о нашем информаторе положили отдельно.

Я перечитала сохранившиеся строки:

«Хозяйка получила ключи…»

«Командующий оставил людей…»

«Журнал старика пока в доме…»

Сведения мог передать человек, находившийся в гостинице после прибытия Риана.

Тот, кто видел новые замки.

Знал о журнале Эрдена.

Имел возможность подать зеркальный сигнал с верхнего этажа, башни или мастерской.

Работник.

Островитянин.

Стражник.

Или человек с доступом под видом одного из них.

Мне хотелось сразу начать проверку.

Поставить всех перед собой.

Сравнить ответы.

Обыскать комнаты.

Но Риан был прав: если информатор поймет, что мы знаем о нем, он либо сбежит, либо уничтожит следы.

Нужно было сначала установить, кто имел доступ к конкретной информации.

Я открыла книгу ключей.

Журнал Эрдена лежал в закрытой комнате. О его существовании знали я, Марта, Торен, Риан, лейтенант, Тея, Савер, Дален и несколько стражников, присутствовавших при переносе документов.

Новые замки устанавливали Дален, Торен и двое плотников с «Мелиссы». За работой наблюдали моряки, гости и люди комиссии.

Слишком широкий круг.

Но фраза Роуста была точнее:

«Хозяйка доверяет ему и не проверит первой».

Человек был не просто рядом.

Он считал, что находится вне моего первого подозрения.

Я закрыла книгу.

Пока не знала, кто это.

Но уже понимала, что следующая проверка должна начаться не с незнакомцев.

С тех, кому я поручала работу.

К вечеру шторм запер всех в гостинице.

Королевские корабли не могли принимать шлюпки. Моряки остались в главном зале. Советники разместились там же. Работники Кайрна не ушли в деревню из-за ветра.

Это создавало идеальные условия для наблюдения.

И крайне плохие для спокойствия.

Марта подала горячий ужин, но разговоры звучали тише обычного. Люди знали, что мы нашли инспектора и старый сигнальный пост. Не знали только об информаторе.

Я поддерживала это незнание.

Роуст оставался без сознания. Тея сообщила, что его состояние тяжелое, но стабильное. Перелом закрепили. Рану на голове очистили. Главной угрозой было истощение.

Риан появился в зале после того, как ему наложили три шва возле брови.

— Вы обещали не оставлять врача, — сказала я.

— Не оставил.

— Шов выглядит плохо.

— Это оценка хозяйки гостиницы или лекаря?

— Человека с глазами.

Он сел за крайний стол.

Я поставила перед ним кружку воды.

— Пейте.

— У вас появилась привычка отдавать мне медицинские распоряжения.

— Тея занята.

— Значит, вы временно исполняете ее обязанности?

— Только самые очевидные.

Он выпил.

В главном зале было слишком много людей для личного разговора. Я дождалась конца ужина, затем поднялась на сигнальную башню.

Мне требовалось увидеть Роэн.

Понять, с какой точки мог идти зеркальный сигнал.

Проверить расстояние.

На верхней площадке ветер был настолько сильным, что пришлось держаться за ограждение. Дождь уже ослаб, но море оставалось почти черным.

Роэн скрывался за облаками и водяной дымкой.

Я достала из ящика старое зеркало смотрителей и установила его на раму.

За спиной открылась дверь.

— Я знал, что найду вас здесь, — сказал Риан.

— Почему?

— Вы смотрели на башню весь ужин.

Он подошел ближе.

Плащ на его плечах был сухим, но волосы снова намокли.

— Что проверяете?

— Можно ли отсюда ответить ложному маяку.

— Можно. Эрден уже подтвердил.

— Я хочу увидеть линию сама.

— В такую погоду Роэн не виден.

— Знаю.

Я повернула зеркало к северо-востоку.

— Вчера сигнал можно было подать отсюда?

— Да.

— Кто имел доступ?

— Эрден, два стражника, Брам. Днем поднимались Нисса и один из моряков «Мелиссы» чинить ставню.

— Ночью?

— Дежурили стражники.

— Оба ваши.

— Да.

Я посмотрела на него.

— Вы их проверите?

— Уже начал.

— И не предупредили меня.

— Вернулся меньше трех часов назад.

— Достаточно, чтобы отдать приказ.

— Предварительный. Я хотел сначала поговорить с вами.

Это была правильная последовательность.

Я опустила зеркало.

— Информатор может быть среди ваших людей.

— Может.

— Вас это не злит?

— Злит.

— Но вы не защищаете их заранее.

— Если мой человек передавал сведения преступникам, форма не делает его менее виновным.

Лоркан назвал бы сомнение в собственных людях слабостью власти.

Риан считал проверку частью ответственности.

— Вы нашли запись о «Серебряном ветре», — сказала я.

Он посмотрел на море.

— Да.

— У вас не было времени осмыслить.

— Сейчас тоже нет.

— Это не значит, что времени не понадобится.

— Позже.

— Вы всегда откладываете собственное состояние до момента, который не наступает?

— Вы тоже.

Я не нашла ответа.

Ветер ударил в стекла.

Риан подошел к краю площадки, где я стояла.

— На Роэне вы снова рисковали.

— Вы тоже.

— Это моя служба.

— А Кайрн — моя ответственность.

— Платформа могла рухнуть.

— Вы проверили ее.

— Волна могла сбить вас.

— Вы держали.

Он повернулся ко мне.

— Именно это и беспокоит.

— Что вы меня удержали?

— Что я не был уверен, успею ли.

Мы стояли слишком близко.

Почти так же, как ночью перед сигналом о найденном ялике.

Только теперь колокол молчал.

Никто не бежал по причалу.

Не было срочного сообщения, способного решить за нас, что произойдет дальше.

— Я тоже испугалась, — призналась я.

Риан смотрел внимательно.

— На платформе?

— Когда судно потеряло путь. Когда вы удерживали ветер слишком долго. Когда Роуст перестал отвечать Тее.

— Но не когда сами касались знака?

— Тогда я знала, что делаю.

— Не полностью.

— Достаточно.

— Опасный ответ.

— Ваш любимый.

Он поднял руку.

На этот раз не коснулся меня сразу.

Остановил пальцы возле моего лица, оставляя выбор.

Я могла отойти.

За последние дни слишком многие пытались решить, где мне стоять, что подписывать, кого любить и чему доверять.

Риан не двигался, пока я сама не сократила расстояние.

Коснулась ладонью его груди.

Почувствовала под пальцами ровное биение сердца.

— Я не хочу, чтобы это было благодарностью за спасение, — сказал он.

— Не благодарность.

— Или попыткой доказать что-то Лоркану.

— Он здесь ни при чем.

— Вы уверены?

— Да.

Риан опустил ладонь на мою щеку.

— Тогда я хочу вас поцеловать.

Не требование.

Не уверенность, что ответ заранее известен.

Простой вопрос, произнесенный прямо.

— Я знаю, — сказала я. — Я тоже хочу.

Он наклонился.

Первое прикосновение было осторожным, почти проверяющим. Потом я сама поднялась на носки и приблизилась сильнее.

Риан обнял меня за талию.

Ветер продолжал бить в стены башни. Внизу море ломалось о камни. Но внутри стало удивительно тихо.

Поцелуй не стирал прошлое.

Не обещал будущего.

Не превращал нас в людей, которые внезапно перестали сомневаться и спорить.

Он просто был нашим выбором.

Здесь.

Сейчас.

Без приказов, сделок и чужих ожиданий.

Когда мы отстранились, Риан не убрал руку с моей талии.

— Это усложнит расследование, — сказал он.

— Вы всегда думаете об отчетах после поцелуя?

— Раньше не приходилось целовать владелицу главного места преступления.

— Я не место преступления.

— Ваш остров.

— Тогда формулируйте точнее.

Он улыбнулся.

— Это усложнит наши рабочие отношения.

— Возможно.

— Вы жалеете?

Я прислушалась к себе.

К боли после Лоркана.

К страху довериться слишком быстро.

К теплу от ладони Риана.

— Нет.

— Хорошо.

— Но это не означает, что теперь вы можете решать за меня.

— Я и не надеялся получить такие полномочия одним поцелуем.

— Разумно.

— А вы не можете использовать его, чтобы выигрывать споры.

— Почему? Это звучит полезно.

Он тихо рассмеялся.

Снизу раздался удар двери.

На лестнице появился стражник.

— Командующий, инспектор пришел в сознание и требует говорить сейчас.

Мы с Рианом отступили друг от друга.

Стражник либо ничего не заметил, либо обладал достаточным умом не показывать.

— Идем, — сказал Риан.

Роуст лежал в комнате второго этажа. Возле кровати находились Тея, Лоркан, Селеста и королевский юрист. Марта стояла у двери с чашкой отвара.

Инспектор выглядел хуже, чем на Роэне. Лицо осунулось, губы почти потеряли цвет. Но глаза были ясными.

— Не больше десяти минут, — предупредила Тея. — Потом все выходят.

— Я должен сказать сейчас, — произнес Роуст. — Пока человек не успел уйти.

Риан сел возле кровати.

— Какой человек?

Инспектор посмотрел на меня.

— Ваш информатор.

— Вы знаете имя?

— Нет.

— Тогда что знаете?

Роуст тяжело вдохнул.

— Вчера ночью «Север» получил ответ с Кайрна. Не только свет. Позже к острову подошла маленькая лодка. Человек не высаживался. Передал запечатанный пакет и ушел.

— Вы видели его? — спросил Риан.

— Из нижнего окна. Лица нет. Темный плащ, капюшон.

— Лодка?

— Рыбацкая. С белой полосой на борту.

Торен позже сможет проверить, кому принадлежит такая лодка. Но полосы можно перекрасить.

— Что было в пакете? — спросила я.

— «Север» читал письмо вслух второму. Думал, что я без сознания.

— Какие слова вы запомнили?

— «Журнал старика у хозяйки. Новые ключи уже поставлены. Командующий оставил своих у Камня. Она доверяет нашему человеку и не начнет с него».

В комнате стало тихо.

— Точно «нашему человеку»? — спросил Лоркан.

— Да.

— Мужчина или женщина?

— По форме слова не понял.

— Что еще? — спросил Риан.

— В конце было сказано: «После прибытия комиссии приют станет удобнее очистить изнутри».

Марта побледнела.

— Что значит очистить?

— Не знаю.

Роуст закрыл глаза, собираясь с силами.

— Но перед уходом «Север» сказал: если хозяйка не отдаст Камень после воды и комиссии, человек под ее крышей должен подготовить последнее обвинение.

— Какое обвинение? — спросила я.

— Он не сказал.

Тея положила ладонь на плечо инспектора.

— Всё. Разговор закончен.

— Еще одно.

— Нет.

— Важно.

Она сжала губы, но позволила.

Роуст посмотрел на Риана.

— Они знают о вашем брате.

Он замер.

— Что именно?

— «Север» сказал, что найденная пластина заставит вас потерять осторожность. Что вы сами приведете хозяйку туда, куда нужно.

Риан стал совершенно неподвижным.

Кто-то не просто следил за расследованием.

Он знал, что мы нашли часть «Серебряного ветра».

Понимал, как находка повлияет на Риана.

И рассчитывал использовать его боль.

— Кто мог знать о пластине? — спросил Лоркан.

Я начала перечислять мысленно.

Люди в поисковой группе.

Марта.

Тея.

Эрден.

Стражники.

Капитан Восс.

Несколько работников, видевших, как мы переносили находку.

Слишком многие.

Но фраза о том, что я доверяю информатору, сужала круг.

По крайней мере, так хотелось думать.

Тея выгнала всех из комнаты.

В коридоре Риан остановил старшего стражника.

— С этого момента никто из постоянных работников гостиницы, береговой стражи и людей комиссии не покидает Кайрн без письменного разрешения. Объяснение — защита свидетеля после нападения.

— Обыск?

— Пока нет. Установить скрытое наблюдение за башней, мастерской, чердаком и всеми лодками.

— Люди поймут.

— Пусть думают, что мы ищем второго похитителя.

Стражник ушел.

Лоркан повернулся ко мне.

— Теперь ты согласишься передать Камень короне?

— Почему услышанное должно изменить права собственности?

— Потому что сообщник находится внутри твоего дома.

— И передача Камня не заставит его исчезнуть.

— Но лишит цели.

— Нет. Даст ему то, чего он добивается.

— А если последнее обвинение связано с гибелью людей?

— Тогда мы должны узнать план, а не выполнить требования заранее.

Лоркан посмотрел на Риана.

— Вы по-прежнему считаете, что не нужно арестовать всех?

— Да.

— Даже после прямого подтверждения?

— Особенно после него. Информатор уверен, что находится вне первого подозрения. Если начнем хватать людей без порядка, он растворится среди невиновных или подбросит доказательства другому.

Селеста тихо произнесла:

— Он уже готовит обвинение.

— Значит, может попытаться подложить предмет, изменить счет или испортить узел так, чтобы след вел к Айрине, — сказал Риан.

— Или к одному из ее людей, — добавила я.

Марта стояла рядом.

На ее лице не было страха за себя.

Только ярость.

— Кто-то ест за нашим столом, берет наши деньги, смотрит, как мы чиним гостиницу, и отправляет сведения людям, которые травили воду.

— Да, — сказала я.

— Я найду.

— Нет. Вы будете вести себя как обычно.

— Айрина…

— Если начнете проверять каждого работника и задавать вопросы, информатор поймет.

Марта сжала кулаки.

— Как я должна готовить им еду?

— Так же, как вчера.

— А если это Дален? Торен? Кто-то из стражи?

— Пока не знаем.

— Вы будете сидеть за одним столом с человеком, который хотел погубить Ниссу?

Я посмотрела на дверь комнаты, где спала девочка.

— Буду. Пока это поможет найти доказательства.

Марта отвернулась.

Я понимала ее.

Хотела немедленно проверить каждого.

Но злость была именно тем, на что рассчитывал информатор. Она заставляла выбирать удобного виновного до появления доказательств.

Риан коснулся моей руки.

Коротко.

Так, чтобы другие могли принять жест за привлечение внимания.

— Завтра начнем с доступа к журналу, ключам и башне, — сказал он. — Составим точную временную линию.

— И проверим лодки с белой полосой.

— Да.

Лоркан посмотрел на наши руки.

Риан уже отпустил.

Но наследник все равно понял, что между нами что-то изменилось.

Он ничего не сказал.

На этот раз его молчание не имело значения.

Главное происходило не между двумя мужчинами.

Под крышей Штормового приюта находился человек, который сообщал врагам каждый наш шаг.

Он знал, кому я доверяю.

Знал, где хранятся ключи и документы.

Знал о боли Риана.

И готовил последнее обвинение, которое должно было уничтожить меня изнутри.