С Каллиан всё было просто и сложно одновременно. Проснувшись, девушка чувствовала себя, в целом, в полном порядке. Вот только… Она всё помнила. И это заставляло её вести себя весьма сдержанно и замкнуто. Зевран не смог быстро её растормошить, как и Лина не смогла вывести названную сестру из её замкнутого состояния. Я решил не вмешиваться до тех пор, пока не станет совсем уж необходимо. Опробованное на Зевране кольцо с духом показало себя должным образом, а потому всем прочим перед Собранием Земель были вручены их перстни. Уж не знаю, сколько ещё мне надо будет сделать, чтобы они все выжили. По-моему, я уже и так сделал достаточно…

После того, как Анора была найдена, и во всеуслышание об этом раструбили не только эрл Эамон, но и прочие банны и эрлы, Логэйн больше не смог откладывать Собрание Земель, ведь королева, пока ещё, Анора — более весомая фигура, чем регент. Да и хотел ли он? Кто знает. Через неделю после встречи Аноры с Коутрэн в особняке эрла Эамона состоялось наконец-то знаковое событие. И началось оно опять с фарса:

— Не, я могу нацепить на себя эту мечту Морриган для постельных утех. Без проблем. Но, эрл, вы правда думаете, что они меня хоть как-то удержат?

— К сожалению, я уже слишком хорошо тебя знаю, Дайлен, чтобы понимать, что это для тебя не более чем украшение, но таково требование Церкви. Владычица Элемена настаивает на том, что маг, устроивший бойню в особняке эрла Денерима, должен быть на Собрании Земель закован в кандалы.

— А по лицу она схлопотать не хочет? — Риторический вопрос. Разумеется, не хочет.

— Прошу тебя, это временная мера…

В целом, мне действительно было всё равно. Не зачарованные цепи мне не помеха, а зачаровать их достаточным образом, чтобы удержать меня не получится даже у Винн. Даже у Ирвинга. Даже у всего круга магов Ферелдена вместе взятого. Просто номинально, в глазах прочих, я сразу нахожусь в слабой позиции, ведь пленник, а никак иначе человека в кандалах воспринимать не получится — это не то же самое, что свободный человек. А демонстративное разрывание кандалов в процессе Собрания Земель может вызвать скорее негативную реакцию. Впрочем, времени на препирательства осталось мало, а потому я позволил нацепить на себя кандалы. Сыграло это в последствии с нами скорее дурную шутку…

Первые же слова, что были брошены Логэйном, когда наша процессия вошла в тронный зал, были:

— А, Эамон, ты всё же решил передать преступника в руки закона и Церкви. Похвальное стремление к исправлению своих ошибок.

Надо ли говорить, насколько ироничный взгляд поймал от меня сам эрл, который аж с шага сбился.

— Не ликуй раньше времени, Логэйн, — как и тэйрн, эрл опустил титул собеседника, чем заставил его слегка скривиться. — Это было сделано лишь по личной просьбе Владычицы Церкви. Я уверен, в ходе Собрания Земель, Дайлен будет освобождён ей лично.

— А я бы не был столь уверен на твоём месте, — хмыкнул в ответ регент. — Где моя дочь, Эамон?

Королева Анора лишь молча выступила из-за спины эрла, не удосуживая отца даже взглядом, отчего и без того зелёное лицо Логэйна позеленело ещё сильнее. В целом тэйрн-регент выглядел… Сносно. Если не учитывать помятое, несколько похмельное лицо, засаленный воротник нательной рубахи, что выглядывал из-под легкой бронированной куртки с кольчужными вставками, да так же несколько маслянистых пятен на рукавах всё той же куртки и рубахи. Помимо похмельного вида, у него так же глаза были все красные от лопнувших капилляров. Видно было, что он с трудом сумел оторваться от своего занятия — утопления на дне бутылки. При этом, он выглядел как хозяин положения — несмотря на наличие легкой брони и меча на поясе, он не смотрелся как человек, готовый к бою. Стоял он расслаблено и лишь пара телохранителей рядом выдавали в нём хоть какое-то беспокойство.

Алистер, который не видел Логэйна с той самой битвы при Остагаре, при этом завёлся от ярости. Элиссе пришлось даже взять его за руку, чтобы успокоить. Скрипя зубами, Серый Страж ограничился лишь тем, что стал дышать чуть чаще и громче, пожирая взглядом Логэйна.

— Итак, раз все здесь…

— Передай нам этого изменника и убийцу короля Кайлана, преклони колени и мы вместе уничтожим Мор, — перебил эрла Логэйн. Сам же эрл удостоился второго ироничного взгляда от меня.

— Ты слишком торопишь события, Логэйн, — тон Эамона по-прежнему был ровным и спокойным. — Помимо всего прочего, нынешнее Собрание Земель призвано решить, насколько этот человек виновен в том, что его обвиняют, а насколько невиновен. Раз уж ты так настаиваешь, я предлагаю начать с этого. Итак, ты, как регент и полководец, что командовал армией у Остагара, утверждаешь, что именно Дайлен стал причиной, по которой погиб король Кайлан?

— Да, и я уже сотню раз это повторил. Повторю в сто первый — этот маг должен был зажечь сигнальный огонь на башне, знаменуя сигнал к атаке, но сигнал так и не был получен прежде, чем ситуация на поле стала критической. Король Кайлан погиб до того, как я успел отдать сигнал к атаке, и мне пришлось отвести войска, дабы спасти то немногое, что ещё осталось от наших людей.

Я даже слегка покивал головой, скривив губы. В целом формулировка заслуживает место быть. Правда вот…

— Ложь, — спокойно, насколько возможно, заявил Алистер. — Я был там в тот день. Мы с Дайленом подали сигнал до того как погиб король.

— А, ещё один Серый. Этот тот самый ублюдок, которого ты, Эамон, вознамерился возвести на трон? Действительно, ты сумел найти весьма похожего на Кайлана и Мэрика юношу. Но не надейся, я никогда не признаю его сыном Мэрика.

— Даже если тому будут доказательства?

— Эамон, какие доказательства ты можешь мне предоставить? Ни бумаг, ни свидетелей, ни его отца, ни матери. Если бы у Мэрика был ещё один сын, он бы сообщил мне об этом…

— После того, что случилось с Катриэль? О, он, вне всякого сомнения, обязательно бы тебе сообщил, мразь.

Предполагалось, что я буду молчать. Предполагалось, что эрл должен в словестной дуэли побеждать Логэйна. Но сейчас Собрание Земель превращалось в балаган, а охочие до зрелищ банны и не планировали подавать голос. А поскольку никто от меня ничего не ждал, а все взгляды были сосредоточены на Логэйне, не я один заметил, как он дёрнулся при упоминании этого имени. Едва заметно, но всё же дёрнулся.

— Ты… Смотрите кто заговорил…

— Хотите знать, какой вид открывался с вершины башни Ишала? Я не только Серый Страж, я ещё и маг, потому в ночи могу видеть прекрасным образом. И я видел, как доблестно сражались люди в тот день на руинах Остагара. Я видел, как один за другим мои собраться по Ордену падали под натиском порождений тьмы. Они отдавали свои жизни чтобы защитить короля Кайлана. Когда жар от горящих за моей спиной бревен стал совсем уж нестерпим — только тогда пал предпоследний из защитников Кайлана среди Серых Стражей. Но не его личная охрана, не дворцовый маг, что сдерживал атаки вражеских эмиссаров. Не Дункан, что на старости лет молнией носился по полю боя, пытаясь создать королю путь для отступления. Не верные ему банны, что клали свли жизни, лишь бы прорваться к королю. И всё это время, пока горел огонь, король был жив, а полки тэйрна стояли и не шевелились. И лишь когда пал последний защитник короля, когда Дункана разрубили на части, когда самого Кайлана раздавил огромный огр — лишь тогда прозвучал сигнал отвести войска. Нет ничего хуже предательства, Логэйн, но твои преступления… Будь я тогда хоть в половину так силён, как я силён сейчас — я спалил бы тебя на месте.

— Твоё слово, против моего, мальчишка…

— Я был там, и всё видел, — зло рявкнул Алистер, перебивая Логйэна.

— Я была там и всё видела, — вторила ему Элисса. Ну, была-то ты была, но видела далеко не всё…

— Я был там и всё видел, — повторил за ними банн Теганн.

По залу так же начали раздаваться возгласы:

— Я был там и всё видел. Я был там и всё видел. Я был там…

— Кажется, Логэйн, в этом вопросе Собрание Земель сегодня не на твоей стороне. Кто за то, чтобы снять это обвинение с Дайлена? — Вверх начали подниматься руки… Много рук. Гораздо больше половины. — У тебя есть что ещё предъявить ему, Логэйн?

— Да. Он учинил резню в резиденции эрла Денерима…

— Он спасал меня, — в этот раз его перебила Анора. Пока ещё королева сухим и монотонным голосом вкратце пересказала свою историю, добавив в конце: — И лишь благодаря этому магу я осталась жива. А мой отец, который поклялся блюсти мою честь и мои интересы не сделал ничего для того, чтобы меня спасти.

— Кто за то, чтобы снять и это обвинение с Дайлена?

В этот раз руки подняли вообще почти что все. На Логэйна было жалко смотреть — в процессе рассказа Аноры он всё ещё был на взводе, но слушая о том, что с ней сделали, тэйрн лишь сильнее открывал глаза, в которых читался… ужас. Кажется, только услышав из первых уст о злоключениях дочери, он понял, какую змею пригрел и что сам получил.

— Раз больше обвинений нет… — Эамон потянулся к моим кандалам, чтобы их снять, а Логэйн бросил быстрый взгляд в сторону Владычицы Церкви. Та упорно делала вид, что не замечает ничего из того, что происходит вокруг.

— Неприятно быть преданным, не правда ли, тэйрн? — Я демонстративно потёр запястья, с которых сняли стальные браслеты. Логэйн лишь зубами скрипнул, но я не планировал останавливаться: — Бедный король Мэрик. Сколько раз он верил в твою ложь «во благо Ферелдена». Сколько раз он мог бы всё это прекратить, просто отослав тебя куда подальше. Увы, в конце концов, ты предал его наследие, погубив его законного наследника и первого сына. И какое всё же счастье, что король Мэрик, скорбевший о своей прекрасной супруге, нашёл в себе силы, чтобы заинтересоваться другой женщиной.

— И я должен поверить…

— Её звали Фиона. Когда-то давно она под командованием Стража-коммандора Женевьевы просила короля Мэрика сопроводить их в их поисках на Глубинных Тропах. Припоминаешь?

Логэйн впервые стал задумчивым. Возвращаясь в те времена, он протянул:

— У Мэрика и правда была слабость к эльфам… Но это ничего не меняет. Это лишь твои слова.

— Но ты помнишь её, — тэйрн лишь плечами пожал. — А помнишь ли ты молодого риввийца, что был в той же компании? Его звали Дункан. В последствии, именно он стал хранителем тайны сына Мэрика. Он… И ещё кое-кто.

Эрл тяжело вздохнул:

— Не во всех подробностях, но да. Король Мэрик лично просил меня присмотреть за этим юношей. Мне пришлось делать вид, что Алистер — мой ребёнок, и на самом деле я всегда растил его как своего сына. Но правда в том, что он пусть и незаконнорожденный, но сын короля Мэрика и младший брат короля Кайлана. Что подводит нас к вопросу о престолонаследии…

— У нас уже есть королева, — раздались неуверенные голоса из зала.

— Никак не связанная с королевской династией. Но давайте спросим её саму.

— Если Собрание Земель сочтёт этого юношу достойным, я отрекусь от престола в его пользу, — Анора по прежнему говорила сухим и спокойным голосом. Наверняка, у некоторых храмовников, что были в зале, возникал соблазн ляпнуть, что она находится под контролем мага, но Владычица Церкви продолжала упорно молчать, потому они тоже не выступали.

— Анора…

— Я опорочена не только предателем, но и собственным отцом, что предпочёл плести интриги во дворце, а не спасать меня или моего мужа от верной погибели. Не распознав змеею столь близко, как я могу вести в будущее целую страну?

— Что же, — вновь взял слово Эамон, — лишь король-регент остался против признания Алистера сыном короля Мэрика. Но это последний вопрос на повестке дня. Уважаемое Собрание Земель. Я, при поддержке тэйрна Брайса, выношу на ваше суждение вопрос о признании недействительным полномочий не только регентских. Я выношу на ваше суждение вопрос о том, что присутствующий здесь тэйрн недостоин быть тэйрном.

И понеслась… Сколько баннов резко высказывались против Логэйна, поливая его грязью и называя предателем и убийцей. Несколько выступили с заявлением о том, что с его попустительства были захвачены их дети, внуки, братья или сёстры и насильно удерживались в подвалах Хоу. Выступила даже сестра одного из заключённых в подвале Хоу храмовников, отчего Владычица Церкви вдруг проявила интерес к происходящему и потребовала от Логэйна ответа… А ему, похоже всё надоело:

— Довольно. Я вижу, что вы провели большую работу, настраивая против меня баннорн. Пусть будет так, но я никогда не признаю свою вину в том, что было сделано на благо моего любимого Ферелдена, и не позволю вам порочить мою честь. Я требую суда поединком. С ним, — и его палец указал на меня.

— Со мной? — Я повторил его жест, указав пальцем на себя. Получив утвердительный кивок, я лишь хмыкнул: — Это самый хреновый способ самоубийства, что ты мог только придумать. Сомневаюсь, что ты не в курсе того, как я разминаю в порошок отряд храмовников, — и вновь Владычица Церкви предпочла сделать вид, что её это никак не касается, несмотря на красные рожи окружающих её храмовников. Глухой она точно не была, но не была она и тупой: — А простого воина, пусть и очень умелого, я даже не замечу. Хочешь суда поединком? У моего друга есть к тебе несколько претензий по поводу убийства и предательства его семьи. Думаю, он с радостью решит эти вопросы в поединке с тобой.

— Да без вопросов, — прорычал Алистер.

— Если никто не возражает, да будет так, — кивнул Логэйн.

В целом я не то чтобы против был лично прибить гада. Но тогда Алистер будет лелеять свой гнев годами, а в грядущей битве лишние чувства могут и помешать. Пусть лучше прибьёт гада сам и успокоится. В целом тэйрн опасный противник, никто не спорит, но и я не всегда буду с королём. Однажды меня не будет рядом, и кто ему сопельки вытрет? Не, сам, всё сам. Пора выпустить птенчика из гнезда…

Алистер щеголял в своей новой броне, а потому сквозь зубы, но великодушно предложил Логэйну так же облачиться в его сильверитовый доспех. Логэйн только кивнул своему телохранителю, а я лишь негромко хмыкнул. Меч Алистера режет даже кость дракона, что уж говорить о сильверите. Металл хороший, крепкий, прочный. Но, сегодня не спасёт.

Доспех доставили быстро. В четыре руки облачили Логэйна ещё быстрее. Центр зала освободили от толпы, многие банны перешли на второй этаж — небольшой балкон вдоль всего зала, на котором обычно стояла только стража. Я спокойно отошёл к стене и даже позволил себя окружить храмовниками. Ну, якобы невзначай, но специально для того, чтобы потом никто не имел права заявить, что я кому-то там помогал магией. Да, мне эти храмовники нынче, что слону дробина, но пусть их.

Когда эрл подал сигнал к началу, и Алистер обнажил меч Мэрика, Логэйн дёрнулся:

— Откуда у тебя это оружие?

— От папы и брата в наследство перешёл, — прорычал Алистер и бросился в бой.

Похоже, я зря переживал за его ментальное состояние — фехтовал он отлично. Специально принимал все удары меча Логэйна на плоскую сторону, чтобы не вывести оружие противника из строя раньше времени, да и сам наносил удары слегка под углом, и явно сдерживаясь. На броне Логэйна появлялись всё новые засечки, но сам тэйрн, казалось, этого не замечал. Несмотря на не вполне трезвое состояние, он достойно себя показывал. Удар-парирование-выпад. Отшаг-парирование-удар. Будь Алистер чуть похуже вооружен, будь тэйрн помоложе и в полной кондиции… Я и правда могу лишь снять шляпу. Уж что-что, а драться Логэйн умел. Но Алистер умел тоже. Потому спустя всего минуту фехтования, меч Логэйна зазвенел, падая на пол, срубленный почти под самую гарду, а Логэйн, тяжело дыша, опустился на одно колено.

— Я признаю себя побеждённым.

— Суд поединком окончен. Теперь победитель должен выбрать судьбу проигравшего.

Алистер тяжело дышал, сжимая и разжимая кулак. Он обернулся, ища по залу взглядом кого-то. Его взгляд остановился на мне, но я лишь пожал плечами и развёл руками. Это не мой выбор, это твой выбор. Последний выбор как Серого Стража. Но запомнят его как первый выбор короля. Поймёт он это сам или нет…

— Бывший тэйрн Логэйн, — звенящий от злости голос Алистера разнёсся по залу. — Ты многое сделал для этой страны. Много добра. И много зла. Но мёртвому не исправить то зло, что он причинил. Как бы ни было мне больно признавать, но сегодня я покидаю ряды Серых Стражей, а значит, нас стало на одного меньше. В качестве наказания за свои преступления, отныне и навсегда ты — Серый Страж. Назначенный Дунканом преемник, коммандор Ордена Серых Стражей Ферелдена, Дайлен Амелл, проведёт для тебя ритуал Посвящения, как только это станет возможным. Таково моё слово как победителя этого поединка. И будет Создатель мне свидетелем, если ты ещё раз предашь доверие короны, я тебя лично четвертую!

Я лишь негромко похлопал в полной тишине, и, вторя мне, в зале раздались возгласы одобрения, что звучали всё громче и громче. Мальчик вырос, возмужал и превратился в мужчину. Легко казнить врага. Легко убить. Сложнее найти в себе силы пощадить. Сложнее заставить исправлять свои ошибки. Я могу одобрять или не одобрять, но с сегодняшнего дня, я не могу прямо ему указывать, что делать. Я нашёл взглядом Элиссу, которая едва заметно улыбалась. Наверняка это была её поддержка. Наверняка она думала об этом дне. И думала не только о благе страны, но и о благе самого Алистера. Король Алистер Милостивый. Звучит лучше, чем «король Алистер Мстительный» или «Грозный».

Ни день, ни Собрание Земель на этом не завершились. Владычица Церкви провела сокращённый ритуал коронации, провозгласив, отныне, правление короля Алистера. Затем на Собрании Земель было единогласно принято решение воевать с ордой порождений тьмы единым слитным войском. Естественно, командовать дали новоиспечённому королю. И естественно, в состав командования вошли как Брайс, так и Эамон. Следом за окончанием Собрания Земель был собран военный совет, где после долгих и унылых разговоров было постановлено следующее:

1) Полностью прошерстить все склады и арсеналы, все кузницы и частные коллекции. Всё доступное оружие вручить всем способным сражаться мужчинам, женщинам и даже подросткам подходящего возраста. Начать незамедлительно тренировку ополчения, особенно со стрелковым вооружением.

2) Все кузнецы, бронники и мастера по дереву отныне и до крайнего срока заняты только одним делом — они куют новое оружие и броню, делают новые луки и арбалеты, мастерят запасы стрел и болтов к ним.

3) Силами всех незанятых в данный момент тренировками войнами и ополченцами создаётся новая линия обороны. Было дано добро на вырубку всего доступного в окрестностях леса, и даже некоторые деревья внутри городских парков (коих было у каждого эрла со своим имением в наличии) пошли под вырубку. Король так же лично распорядился разобрать все халупы, которые составляли нищий квартал и эльфинаж. Под это дело он даже издал свой первый указ «О замене износившихся домов на новые», в котором заверял, что после осады Денерима на месте каждой разобранной халупы будет возведён новый каменный дом. Временно всех пострадавших от данных мер было решено переселить в обширные дома эрлов, а сами эрлы переезжают в королевский замок. Эрлы не выглядели слишком уж довольными такими решениями, но возражать тоже не стали — после детального описания размеров орды порождений тьмы и того, как орда отмечает победу, они как-то прониклись опасностью.

На этом в целом Собрание Земель можно было считать оконченным, но не оконченным был день. Стоило только нам вернуться в резиденцию Эамона, как ко мне подошла Лина:

— Дайлен, тут такое дело… Кое-кто прибыл.

— Кое-кто?

— Тебе самому лучше увидеть.

В зале для приёмов эрла Эамона, подбрасывая и ловя за рукоять кинжал, стоял человек в броне Серых Стражей. Когда я вошёл, он прекратил своё занятие и, убрав кинжал в нагрудные ножны, напрвился в мою сторону:

— Приветствую тебя, брат. Меня зовут Риордан, я Серый Страж из Орлея. Я был послан сюда, чтобы выяснить, что случилось с Дунканом, но меня схватил и пытал эрл Хоу. Я был в темницах в тот день, когда ты туда спустился. Увы, но я ничем не мог помочь, ни тебе, ни тем, кто там томился, особенно учитывая моё состояние. Всё, что я смог сделать — это тихо вывести всех пленников из поместья.

— А, это о тебе говорил тот гном?

— Возможно, я не знаю, что и кто тебе говорил. У меня есть информация для тебя и прочих Серых Стражей… Как же вас много. Я не думал, что Дункан найдёт столько новобранцев… И уж тем более, что все они переживут Посвящение. Но… Я не вижу среди вас Алистера…

— Король Алистер больше не принадлежит Ордену Серых Стражей.

— Вот как… Что же, отрадно знать, что он жив. Однако же, покуда в его жилах течёт Скверна, он остаётся Серым Стражем, пусть не по призванию, но по крови. И я хотел бы переговорить с вами всеми, если это возможно.

— Король Алистер обживает своё новое место жительства — дворец Денерима. Мы тоже скоро туда переселимся, там и поговорим.

— Что же, да будет так. А до тех пор я пока остановлюсь в городе. Дай мне знать, когда мы сможем переговорить, — Риордан протянул мне руку и я ответил.

Во дворец мы перебрались спустя три дня. Поскольку беженцы продолжали прибывать, хоть уже и изрядно поредевшим потоком, что означало лишь приближение порождений тьмы, в самом городе состояние «яблоку негде упасть» плавно перетекало в состояние «на головах друг у друга сидим». Даже часть складских и портовых помещений уже были переоборудованы под место размещения людей, и даже велись переговоры с капитанами судов о том, чтобы некоторая часть детей и женщин была укрыта на них. В том числе переговоры были с пираткой Изабеллой, которые пришлось вести мне. К счастью, в этот раз со мной была Лелиана, которая на заигрывания Изабеллы отвечала своими, так что на какое-то время меня оставили в покое. Я же проследил за тем, чтобы конфискованные тевинтерские суда были подведены ближе к мели и переоборудованы под размещение беженцев. Не все, разумеется, могли перетерпеть морскую болезнь, а потому это была предосторожность на будущее. Когда войска порождений тьмы прорвутся в город, если мы не сможем убить Архидемона… Кто-то спасётся на этих кораблях. Может быть…

— Как на счёт тройничка?

— Ну, если Дайлен не против…

— А⁈ ВЫ КАК ДО ЭТОГО ДОГОВОРИЛИСЬ, БЛЯТЬ⁈

Лелиана лишь шаловливо показала мне кончик языка, а Изабелла откровенно облизала губы. Создатель милосердный, нахуя я тогда терпел?