Майя проспала до самого вечера.

Я нашёл в её сумке сильное седативное, в котором были две пустых ячейки. Майя проглотила их и села за руль. Я прочитал инструкцию, созвонился со знакомым медиком. Скорая не понадобилась, ей просто нужно было выспаться. И за руль ей категорически было нельзя.

Что ж она за девчонка такая?! Совершенно отбитая. На всю голову. А ведь могла бы попасть в аварию. Умереть…

У меня холод по коже пробежал.

Не должна умирать Майя Ланская. Майя Любимова. Любимая…

Чем больше у меня появлялось вопросов к ней, тем сильнее меня засасывало. Тем больше я сходил с ума. Она была моей полной противоположностью: я порой не понимал её, но тем больше восхищался. Это не женщина, это звонкие переливы жизни, как бы пафосно это не звучало. Она жила на полную катушку. Рисковала, не мусолила проблемы, а действовала. Пусть не всегда обдуманно. Пусть порой совершенно не обдуманно. В отличие от меня, привыкшего выверять каждый шаг.

Майе нужна была защита, надёжная гавань. Чтобы она хоть немного расслабилась и отдохнула от вечной борьбы. Никакой безопасности Ланской ей не давал никогда. Даже в лучшие времена, я уверен. Этот слизняк только себя знал. Беспозвоночное. Простейшее. Мне пары минут телефонного разговора хватило, чтобы понять всю неглубокую суть этого персонажа. Всё, чего он в жизни достиг, это родился в правильной семье. Которая ему все дала и всё сделала за него. Я таких «Лунтиками» называл. Дочка любила этот мультик раньше. «Я родился», как восклицал в заставке герой этого мультика. «Я родился». Вот и всё достижение. Помноженное на беспочвенное самомнение и чсв.

Я гладил её по волосам и понимал, что ради неё мне хочется горы сворачивать. Ради того, чтобы она была в безопасности. Чтобы улыбалась и отдыхала.

Проснувшись, она сразу же заметила пластырь на шее.

– Что это, Олег? – спросила таким голосом, будто кричала по всю глотку и связки сорвала, севшим, хриплым. До мозга костей пробирающим.

– Бывшая жена руками размахалась, – усмехнулся я. – Очень уж ей не понравилось, что в интернете про неё пишут.

– Мне так жаль, Олег, я так виновата, – у неё в глазах слёзы встали, будто она виновата в том, что эта безумная на меня напала и решила мою квартиру покрошить. Всю эту кашу мы с Майей вдвоём заварили, и не просто потому что нам стало скучно жить. А потому что нас обоих предали. Потому что мы не захотели это проглотить. А Юлия себе карму уже давно наработала, решив, что имеет право учить других жить. Я взял её пальцы, прижал к губам. – Почему ты её не выгнал до сих пор? Выкинул бы в подъезд ещё неделю назад и ничего этого не было бы! – она разозлилась, отняла руку.

– Не всё так просто, Май. Без постановления суда я не могу её выпроводить.

– Без постановления суда ты и на горшок не сходишь! – прошипела она, отвернулась обиженно. Я только улыбнулся и сграбастал её в объятия, прижал к себе. – Ты слишком правильный, Олег. Мир вокруг не такой.

– Я просто по закону хочу жить. Какой из меня тогда адвокат, если я законы не соблюдаю?

– Олег… – она прервала меня. – Когда всё это закончится, что будет с нами? Мы будем вместе? Или? – она померкла, словно испугалась чего-то. – Или каждый пойдёт своей дорогой?

Я не ответил ей. Закрыл ей рот поцелуем. Забрал её волнение, перекрыл страстью. Пусть не слышит, а чувствует, как сильно дорога мне.

И как сильно я боюсь задать ей тот же вопрос.

Майя

Наверное, это были самые спокойные три дня за последние год моей жизни. Я жила в доме Олега, работала, ходила на озеро, гуляла. Без бешеной гонки, в спокойном умиротворении. Готовила еду и ждала его с работы. Сделали небольшие поминки бабуле на девять дней. Только для нас двоих. Я пекла традиционные пироги с капустой и курагой. Олег был поражён, что я умею печь пироги. Говорил, что нельзя, чтобы в одном человеке всё так идеально сочеталось. А для меня это ерунда. Меня бабуля всему научила, да я не заморачивалась и всё делала на глаз, даже если рецепт перед лицом. Всегда получалось.

Одномоментно мы вдруг стали жить, как семья. Завтраки, ужины, вечерние прогулки или поездки в магазин за продуктами, киношки по вечерам или ролики на ютубе про смешных котов. Будто ничего того, что было ДО и не было вовсе. Я спокойно ждала судебного заседания по разводу. Олег ждал, когда пройдёт месяц, формально данный судом на якобы примирение. В свою квартиру он возвращался после работы один раз, чтобы проверить всё и взять кое-какие вещи в дом. Его бывшая тварь не появлялась дома с того дня, как на неё хлынула лавина травли в интернете.

Я надеялась, что она сидит в каком-нибудь подвале и сопли на кулак наматывает, прячась от людей. Закон бумеранга никто не отменял. Зло всегда возвращается. И иногда мы сами становимся орудием справедливости.

Я помнила тот день, когда хотела дать по газам и грохнуться в Фонтанку. А пару дней назад чуь не въехала в озеро, засыпая за рулём. И оба раза спас меня Олег. Надо же, как завертелось колесо Сансары. Может быть, всё так и должно было случится.

Эти спокойные, счастливые три дня закончились этим вечером, когда мы возвращались с прогулки вдоль залива.

Олегу позвонила его мама. Юлия явилась к ним без предупреждения и увезла Алёну в неизвестном направлении.