Событие тридцать четвёртое

— Заряжай! — тренировка и на следующий день продолжилась. Во всём нужна сноровка, закалка, тренировка.

Если правильнее, то это не совсем тренировка. Если слово придумывать, то — это экзамен. Вот только пока этого слова в русском нет.

Изначально в латинском языке examen означало «стрелка у весов» (то, что приходит в движение при взвешивании). Затем у слова развилось переносное значение — «взвешивание», а позже — «рассмотрение», «испытание», «оценка». В Средние века термин стал использоваться в значении проверки знаний. В русский язык слово пришло в эпоху Петра I (с начала XVIII века) через польский язык (в форме egzamen, egzamin).

Вчера бегали, кидали копьё, стреляли из арбалета и лука по мишеням, в том числе и по движущимся. Пришлось придумывать кружки деревянный движущиеся на верёвке, натянутой между блоками. Заедал механизм всё время, не продумал его Касьян.

Сегодня следующий экзамен. Сегодня пальба из ручниц до обеда, а после из орудий стамиллиметровых — из Единорогов. Нет, все сюда в Барвиху не привезли. Двух достаточно.

Мастер Игнат отлил к этому времени все десять стволов, что Великий князь оплатил. И когда Коська осознал, что это подвиг настоящий, то обидно за державу стало. Давным-давно, в курсантские годы в училище Свердловском сто пятьсот миллионов раз проходил Константин Иванович по коридору главного корпуса, где на стене был самодельный плакат с орудиями наполеоновских войн. Видимо какой-то курс делал стенгазету к празднику и руководству она понравилась определили под стекло и повесили на стене в коридоре на втором этаже. И курсант Костик иногда останавливался и рассматривал картинки и подписи под ними. Так вот, калибр 6-фунтовой пушки составлял 95 мм, вес ствола — 350 кг, лафета — 395 кг. Сейчас ствол, за счёт бутылеобразной формы чуть тяжелее. В тысячу фунтов его Игнат определил. Лафеты лить не надо, так что отлили всего десять стволов. Получается чуть больше четырёх тонн бронзы потребовалось для отливки артиллерии, которая должна спасти столицу.

Получилось с отливкой следующее. В наличие нашлось семьсот кило бронзы и два пуда олова примерно. На один ствол. Потом купили в Новгороде восемьсот кило или две тысячи фунтов бронзы и семь пудов олова. Ещё два отлили, и ничего не осталось. Первый же ствол три раза переливали, всё на шлак и угар ушло. Игнат заказал во Пскове, и Великий князь заказ проконтролировал, отправив князю Андрею Ольгердовичу гонца с просьбой поспособствовать. Сколько-то было у псковских мастеров, часть купили в Ливонии, часть в Польше и Литве, и в результате привезли ещё на пять стволов бронзы меди и олова. На два последних набрали по всем городам и весям Великого княжества Московского и его вассалов или союзников.

Кстати, Великий Новгород — это ни то и не другое. Он ни одного человека на Куликово поле не послал. Как и Тверь, как и Рязань. Даже Суздаль с Нижним Новгородом послал людей только после того, как преподобный Сергий их пристыдил и погрозил даже. Почти опоздали на сечу. Так что то, что напишут позже в учебниках про всенародный подъем против татар, про то, что вся земля Русская встала — это пропаганда. Только вассалы и свои города дружины выслали и то малюсенькие и из-под палки. Тем ценнее подвиг тех, кто пришёл на Дон.

И ещё одну интересную штуку Коська про ту битву узнал от князя Дмитрия Ивановича во время одного из лечений. В учебниках написано, что в войске Мамая были генуэзцы. Так их там не было. Были венецианцы. И немного совсем — пару сотен арбалетчиков. А генуэзцы — враги Мамая, и они его уже в Крыму… Митрополит Киприан рассказал князю следующее: «После поражения от войск Тохтамыша в битве на Калке Мамай бежал в Кафу, где думал найти поддержку генуэзцев, но его не впустили в город. Он пытался проникнуть в Солхат, но был перехвачен разъездами Тохтамыша и убит. Монах, из Крыма пришедший, говорит, что убит он был наёмниками генуэзцами по приказу хана Тохтамыша». Вот и верь учебникам. Венецианцы, кстати, и это удивительно, обитают там, где построят Ростов-на-Дону.

В общем, полностью всю Русь и всю Прибалтику с Литвой прошерстили чтобы набрать четыре тонны бронзы. Ладно, там угар, шлак, обработка какая-никакая. Пусть пять даже тонн. Как тут царь-пушку или тем более царь-колокол отливать⁈

Сейчас идёт сбор бронзы, меди и олова на задуманный Касьяном Ивановичем — князем Витебским 12-ти фунтовый Единорог. Из того же плаката следовало, что калибр 12-фунтового Единорога — 120 мм, ствол весил — 800 кг, а лафет — 640 кг. Опять поправка на бытылеобразную форму, увеличивающую вес ствола, и получается, что тонну точно ствол будет весить. До царь-пушки всё ещё далеко, там ствол потянул на сорок тонн.

Может и успеют к нашествию Тохтамыша. Сейчас только май. Всё лето впереди.

Была у Коськи мысль. Он её думал, но пока не воплощал в жизнь. Железные мечи и кольчуги он исправно раз в неделю оранжевым огнём превращал в булат, а то и получше сплав, по крайней мере, на дамасской стали его мечи оставляли зазубрины, возможно и на булате оставят, его просто нет у Дмитрия Ивановича. Так вот, с железом он спокойно работал и понимал, что оранжевое пламя как-то изменяет все эти мартенситы, аустениты достигая максимальной прочности стали. При этом шведское железо, легированное никелем или марганцем, в зависимости от того, где добывали, получалось прочнее ещё и за счёт этого легирования. Достать бы, где хоть немного хрома и с этой добавкой попробовать, но геологом Константин Иванович тоже не был, как и металлургом.

А почему эту операцию не проделать с орудийными стволами? Либо в момент отливки температуру как-то поддерживать в остывающей отливке, либо уже отлитую пушку нагреть до температуры… Вот! Вот это и останавливало. Угробит орудие. А нет лишнего ни одного ствола, даже перелить потом не получится, нет олова сейчас лишнего для компенсации угара. А надо будет десяток разных экспериментов проводить, выясняя, когда прикладывать энергию волшебную и сколько. Разогреть тонный ствол до свечения — это же огромное количество килокалорий потребуется. Хватит ли? Опять же улучшится структура бронзы при этом или нет? Что там влияет на качество отливки? Мелкозернистая структура? Точное соотношение олова и меди? Взаимное расположение частиц меди и олова? Нужно проводить эксперименты, тыкать пальцем в небо.

Вот отольют 12-ти фунтовый единорог потом на кулеврине для начала можно попробовать.

Событие тридцать пятое

— Пли!

Бах. Бах. Бах. Двенадцать выстрелов из ручниц или пищалей разорвали тишину весеннего утра. Это не те первые коротыши. Это уже третья модернизация и ствол у новых ручниц сантиметров пятьдесят. Дальше увеличивать длину ствола не стал Коська. Отлили одну на шестьдесят сантиметров, но она совсем уже тяжёлой стала, а стрельбы показали, что дальность полёта крупной картечи почти не увеличилась. Тогда чего мучиться⁈ Это оружие ближнего боя, считай, пистоль крупнокалиберный, не превратить его в дальнобойную снайперку. Хотелось. Там где-то на другом берегу Москвы реки в полукилометре от стен Кремля будет ставка хана Тохтамыша, и он будет на коврике сидеть у шатра и кумыс попивать. Лето же тепло, комаров в это время не бывает, почему не посидеть и не посмотреть, как его великие батыры убивают московитов? Бах, и нет черепушки у хана, нечем больше кумыс пить. Как бы здорово вышло. Но не те технологии. Правда мысль эту Касьян свет Иванович не оставил. У него есть пять кулеврин. Это пушечки калибра тридцать пять миллиметров и длиной ствола метр десять приблизительно. Если выстрелить из них одновременно свинцовыми шариками по хану, то чем чёрт не шутит… а нет, с помощью Господа, может одно и попадёт ядрышко в Тохтамыша.

Ещё и второй «хитрый» план есть. Если единороги зарядить крупной картечью и положить заряд пороха процентов на двадцать увеличенный, то картечь пролетит эти пятьсот метров. А что залп из десяти Единорогов сотворит со ставкой и ханом Тохтамышем? Вот!

Потому, пока считал пищали Коська за обычные пистоли и стрельба велась максимум на двадцать пять метров. Три вида боеприпасов. Мелкая картечь, крупная и пуля тридцатимиллиметровая. Такой калибр для новых ручниц выбрали.

Казалось, что орудие выпалило, столько дыма вокруг образовалось. Не зря порох дымным называют. И кислятиной завоняло. Вроде не серу использовали, а канифоль, но запахло адом, а не сосновым лесом. Точно нет в канифоли серы, там только углерод водород и кислород. Это смесь кислот разных. Возможно из-за селитры запах?

Свинцовыми пулями массой более семидесяти грамм никто не пулялся. Так и хотелось парню любимую фразу из будущего произнести. Казалось… А оказалось, что не казалось. На Руси нет серебра, нет золота, нет меди и олова, и вот ведь интересно — нет свинца. Всё это покупное и стоит очень дорого. Свинец так вообще вровень с серебром почти. Покупает Коська понемногу и в эти тридцатимиллиметровые шарики переливает. На сто выстрелов надеется набрать. Почти нереальная задача. Двенадцать ручниц, а тринадцать, у него тоже есть. И сто выстрелов. Итого: тысяча триста свинцовых шариков весом семьдесят грамм. Всего-то нужно… Два пишем три в уме. Сто кило свинца. Или почти сто кило серебра. И их эти огромные деньги нужно просто пустить на ветер. До слёз жалко.

Пока стреляют только картечью, и она не из свинца. Она из нарубленной мелко проволоки железной, если мелкая картечь и нарубленных гвоздей, подков и прочих железных изделий, если крупная. Такая же картечь, кроме каменного дроба, заготавливается и для орудий. Где-то читал Константин Иванович, что железа сейчас в Европе производится примерно по кило на человека в год. Для пушек готовится по сто выстрелов, улетит по поганым годовое производство железа в Москве.

Пошли смотреть на мишени. Ясно, что это не бумажные круги или квадратики. Бумаги нет. Даже на книги. Пишут на пергаменте. Но пергамент дорог, просто деревянные щиты, на которые намазана белая глина. Коська глядя на неё соображал, а сможет ли он организовать производство огнеупорного кирпича. Ничего про это не знает. Нужно искать специалиста. Иван третий завезёт из Италии? Можно, наверное, ближе найти. В Риге собор построен из кирпича. Значит, там умеют. И это ближе, чем Венеция или Генуя.

Стоп. Венеции кусочек есть в Ростове-на-Дону? Не, не сегодняшняя мысль. Сегодня нужно от хана Тохтамыша отбиться, а потом уже прогрессорские планы строить.

Что можно сказать о залпе? Доски двухдюймовые насквозь не прошило. Вся мелкая картечь застряла внутри. Хотелось Коське повесить кольчугу на щит… Нда и обычную, и бахтерец, и кожаную броню, какая в основном будет на татарских воинах, и ту, изготовленную с помощью оранжевого пламени. И ясно, что не повесил. Это сколько потом труда Игнату придётся вбухать, чтобы всё восстановить, а денег это сколько будет стоить⁈ И всё для того, чтобы узнать, что ничего из этого не спасёт тельце под этой броней. Не убьёт, так ранит поганого, а раненый так далеко от дома и от лекарей — это в разы лучше, чем убитый.

Событие тридцать шестое

— Игнат, а как люди узнали, что в этой болотной глине есть железо? — Коська решил ещё один эксперимент провести с оранжевой энергией. Мысль пришла давненько, пару месяцев назад, но как пришла, так и ушла. Парень не мог понять, а как это сделать. Пришёл он на очередной «субботник» по разогреву заготовок мечей, а там в домнице, примерно в рост человека плавят болотную руду, если ничего Константин Иванович не путает, то лимонит называется. Печь дымила себе понемногу. Высота небольшая, а значит и руды с углём там не много. Несколько кило получится в крице. Да потом её ещё перековывать придётся несколько раз, выгоняя из этой ноздреватой штуковины весь шлак. Совсем немного останется.

Касьян и подумал, а может ли он ускорить процесс. Читал в каких-то попаданческих книгах, что вот сейчас в домнице температуры для полного восстановления железа не хватает и вообще только тридцать процентов руды восстанавливается. Большая часть идет в отвал. Тогда и пришла мысль попробовать подогреть. Вот только не придумал, а как через кладку, через глину туда энергию подать. Она же не дура, она и будет греть глину, как до железа или угля её довести? Тогда не придумал. Мысль позже добралась до тех кусочков мозга, что за «Эврику» отвечают. Просто же — оставь в футеровке закладной элемент из железа. Как он щипцами в заготовку на меч оранжевое пламя вливал. Два штыря железных вывести наружу через глину и вся проблема. Вот сейчас решил попробовать. Игнат сразу загорелся. Бросил все дела и, купив угля у углежогов и руду у копателей, построил домницу. Начали её уже раскочегаривать. Коська решил не сразу начать, пусть там вовнутрях всё разгорится, а после он вступит с тяжёлой артиллерией.

— То мне не ведомо. Мне мастерство отец передал. Ему его отец. А как до того было я не знаю? Может Перун… Прости, Господи!

— Угу. Не иначе, — Коська тоже перекрестился. И задумался. А как на самом деле? Видел он сегодня этот лимонит. Рыжая глина. Как догадаться, что это железо. Так-то большинство глины жёлтая, а то и рыжая. Ясно, что цвет у неё как раз от содержания или количества в ней окислов железа.

Касьян отошёл от печи, не мешая людям работать и уселся с наветренной стороны на чурбак. Задумался, как такое могло дойти до первобытных людей? Ясно, что вначале научились плавить медь и бронзу. Там температура меньше. В какой-то момент для ускорения процесса начали раздувать жар мехами. И таким образом достигли необходимой для железа температуры, ещё и не зная о нём ничего. Ну было метеоритное, но это редкая редкость. И вот тут просто кому-то повезло, глина, из которой сооружали печь, оказалась лимонитом. Печи разовые, и разрушив её, нашли частицы восстановленного железа. Крицы небольшие.

Некоторым из счастливчиков, от нечего делать, пришло в голову попробовать эти кусочки нагреть ещё раз и проковать, ведь крица уже отдалённо похожа на металл. Кусочки малые, так вначале на наконечники стрел шли, а там и до топора додумались. И всё, процесс пошёл. Теперь стали лимонит искать специально. Специалисты появились: геологи и шахтёры. Хотя, идея с Перуном более правдоподобна.

Печь раскочегарилась. Мирон — один из подручных Игната ногой качал и качал гармошку мехов, от него пар валил. Несмотря на прохладное для конца мая утро. От верха домницы клубами отделялся чёрно-красный от всполохов огня дым и смешивался с паром от литейца. Хоть и с наветренной стороны Касьян сидел, а аромат березового угля долетал до него. Банькой пахло.

— Пора… Наддай, Мирон.

Как уж там эти древние металлурги определяли «когда» тут чего готово или нет внутри домницы, не понять пришлому? Коська не стал себя долго упрашивать заставлять, поднялся приблизившись к домнице и попытался взяться за торчащие из неё штыри. Нда. Физика она и в четырнадцатом веке физика, её не обманешь. Железо довольно приличной теплопроводностью обладает, штыри были если не раскалены, то точно ожог сразу на ладонях организуют.

— М…

— Так опять через клещи, — подсказал Игнат и сам первым в кузню нырнул.

Прицепили к штырям, торчавшим из глины, клещи и Касьян взялся за них.

— Дадим стране угля! Мелкого, но… очень много.

Оранжевое пламя пошло по клещам, потом по штырям и бамс исчезло, как-то впитавшись в глину домницы. Коська чуть не бросил клещи, но потом понял, что всё нормально, сработала его задумка, попал оранжевый огонь по этим проводникам внутрь домницы.

Энергии в его аккумуляторе хватило минут на двенадцать — тринадцать. Касьян сначала считал, но дойдя до семиста сбился. Дым ветром крутануло и вместе с искрами развернув направило прямо в глаза парню. Он зажмурился, сбился, а вскоре и вообще пришлось бросить клещи и отскочить, ветер опять сноп искр в глаза бросил.

— Не знаю хватит или нет, но практически всё из себя выжал, да и невозможно там дальше стоять.

— Заканчивай качать Мирон. Искра нужная.

Вот как оказывается время определяют ноне металлурги, по искрам, нужно будет потом спросить, решил Коська и пошёл умываться. Чёрный весь от сажи и лицо саднит, искры впивались в кожу.

— Дебил, — обругал себя парень, — есть же войлочный колпак для стрельбы из гранатомёта, Чего не надел?

Добрый день уважаемые читатели, кому произведение нравится, не забывайте нажимать на сердечко. Вам не тяжело, а автору приятно. Награды тоже приветствуются.

С уважением. Андрей Шопперт.