VI.

У него всегда были особые отношения с полицией, и уже в первых набросках плана, связанного с Morituri, ей предназначалась более значительная роль, чем та, которую она неизбежно сыграла бы в любом случае.

Он хочет быть рядом с ними, друзьями и помощниками. Не просто представлять, как они терпят поражение, а видеть это с близкого расстояния. Их растерянность. Разочарование. А в конце — страх.

Некоторое время читать электронную почту главного комиссара уголовной полиции было первым восхитительным шагом, открывшим перед ним неожиданные двери. Одну дверь — в буквальном смысле.

Например, приятно было знать, что Магдалена Арендт регулярно заказывает в интернете слабительные. Он питает слабость к мелким частным подробностям чужой жизни. О преследователях ему известно значительно больше, чем им о нём. Иногда сведения оказываются почти интимными.

Полицейский, которому предстоит выступить в финале, сейчас, например, начинает снимать свою повседневную маску. Пока он держится неплохо, не кричит на стены, как врач. Только сидит или ходит от стены к стене. Хотя его страх должен быть гораздо сильнее: он знает, насколько далека полиция от раскрытия дела. Для игры он подходит лучше, чем первоначально выбранная жертва.

Но и та останется жертвой — ещё более страшным образом. Один удар, две мухи.

Теперь всё подготовлено, и нужно следить, чтобы предвкушение не сделало его невнимательным. Он вот-вот объявит последний акт, однако это, конечно, не конец игры. Потом ещё будут лететь головы — и наверху, и внизу. После того как он вручит им прощальный подарок и удалится.

Возможно, в некое подобие покоя.