Одеревеневшее тело перестало подчинятся ей и Медея почувствовала как начинает сползать со стула.

– Погоди, – её заботливо придержали, поправили. – Сейчас постелю для тебя обёртку, тогда можешь укладываться.

Териона стащила с постели покрывало и расправила его на полу, у самых ног своей гостьи.

– Теперь можешь падать. Или ещё поговорим? – девушка как нив чём не бывало уселась на свое место и отпила чай. – Остыл, – грустно вздохнула и выплеснула остатки в кружку Медеи. – Ты ведь не против? – посмотрела на подругу похлопав ресницами.

Спросила зная, что та не ответит. Издевалась. Как примерная девочка, Тери налила себе свежего напитка из чайника.

– Обожаю мяту и жасмин, – призналась Тери и с наслаждением отпила чай. Взяла с блюдца пирожное и кокетливо откусила кусочек. – Так приятно, когда можешь позволить себе такое. Высший сорт. Это не та мутная жижа, что разливали в доме родителей. Ох уж эта вечная экономия и бедность. Ненавижу. Ну тебе не понять, ты ведь у нас золотая девочка.

Конечно, после жизни в обиталище Меди не сможет понять чувств несчастной Терионы, выскочившей замуж за деньги. Бедняжка. Недостаточно дорогие платья. Мало украшений. Это ли не повод убивать? Ведь руки этой дымчатой крошки, густо запачканы в человеческой крови. Словно почувствовав догадки Медеи, Териона начала говорить откровенней и охотней.

– Любишь сказки? Знаю любишь. И я. Обожаю. Особенно страшные. Помню, как по вечерам матушка рассказывала нам с Джейсом жуткие истории. Особо интересные она оставляла на дождливые дни, вроде этого. Еще бы молнии за окном и сегодняшний антураж был бы идеальным.

После смерти маман я узнала, что не все страшилки были её выдумкой. Многое из рассказов, действительное прошлое нашего рода.

Медея внимательно слушала откровения подруги о её матери. Дамочка родившая Териону, частенько прикладывалась к бутылке. О пристрастии к спиртному знали все вокруг, но на изъян благородной леди смотрели сквозь пальцы. Некоторые даже сочувствовали, оправдывая её нелегкой долей. Муж транжира, промотавший остатки состояния, сын игрок и распутник. Как тут не спится от горя? И не свихнутся. Нормальная мать не стала бы рассказывать своим детям страшилки.

– Что там говорил твой отец о нашей семье? Кровь смешанная с пороком? Как точно подмечено, – заметив как пристально смотрит Медея, Териона рассмеялась веселым девичьим смехом. – Удивлена что знаю о его мнении? Открою тебе секрет, я просто люблю подслушивать. А в этом доме такие толстые ковры. Незаметно подкрасться к приоткрытой двери, ничего не стоит. Пору рас я даже узнавала о выгодных сделках и кое кому удавалось перехватить их у твоего папеньки. А я получала вознаграждение.

– «Дрянь! Хитрая змея, заползшая в наш дом.»

Медее хотелось кричать, набросится на эту мерзавку и исцарапать её лживое личико. Но ясное сознание, запертое в одеревенелом теле словно в клетке, не могло помочь в этом. Что с ней сделали? Отравили? Заколдовали?

– «Как долго это продлится?» – задавалась вопросом девушка, продолжая неподвижно сидеть на стуле.

– Ну это дела прошлые, а сегодня у нас на ужин история от последней из Хордуонов. Какое милое совпадение, не находишь? Ты последняя в роду, и я последняя в роду.

– «Да, так и есть. Только ты сама сделала себя последней, а я…возможно всё наладится. Возможно, Луна ещё подарит нам с Церусом ребеночка»

– Время для секретиков, – Териона подошла к окну, раздвинула портьеры и приоткрыла створку.

Серость и сырость позднего вечера сразу пробрались в комнату. Монотонный шум дождя, до этого приглушенный стеклом, стал слышен очень отчетливо. Антураж действительно самый подходящий для жуткой легенды.

– Давным-давно, —Териона накинула на плечи вязанную шаль и села к камину. – На берегу безымянной речки, недалеко от Темных гор, жила супружеская пара. Они были бедны, как и положено рыбакам. Несчастные каждый день питались рыбным супом и только изредка, когда мужчине удавалось продать улов, они могли позволить себе мясо.

Рыбаков вокруг было много и рыбы в реке тоже было много. Потому заработать получалось редко и только гроши. А ртов в рыбацкой хибаре было немало и с каждым годом дети прибавлялись и прибавлялись. Знаешь Меди, – Териона ласково посмотрела на подругу. – Мне кажется, слушая именно эту историю, я еще в детстве стала ненавидеть материнство. Что может быть хуже грязных детишек, хватающих тебя за подол и постоянно просящих есть? Согласна?

– «Нет! —Хотелось кричать Медее. – Нет ни чего хуже одиночества. И предательства близкого человека», – но даже если бы Тери услышала её слова, не смогла бы согласится. Она ведь не знает каково это, когда тебя предают. Ведь предавали не её, а она.

– Так бы они и прозябали, но женщина, мать семейства, была довольно умна. Она посоветовала мужу отнести улов к Темной гряде. Я уже говорила тебе, что супруги жили на Людожите? Нет? Так вот, милая подружка, я не из переселенцев. Мои предки всегда обитали на этой стороне, – красиво очерченные брови Терионы задумчиво сдвинулись к переносице и девушка продолжила. – Мужчина боялся… они всегда оказываются трусливей, чем пытаются казаться. Но нужда заставила его подчинится воле супруги. Гоблины встретили его с радостью и щедро наградили. Представь: алмаз за корзину рыбы! Человек обзавёлся повозкой, лошадьми и стал регулярно поставлять свой товар к темным пещерам. А потом ему сделали очень заманчивое предложение. Ведро алмазов. Представляешь? Целое ведро алмазов! – глаза Терионы экзальтированно загорелись. За такое вознаграждение, она бы сделала что угодно. Видно, и её предок согласился.

– «Неужели..? Предатели принесшие Красный мор..?» – глаза Медеи наполнились ужасом.

– А всего-то нужно было втереться в доверие к двуликим и подбросить в их замок несколько цветков. Каройдомуса естественно, – Териона так весело рассказывала о страшной тайне своей семьи, словно за тем событием не тянулся кровавый шлейф. – Предок так и поступил. Ему оборотни погоды не делали и опасаться гоблинов не нужно было, они не ходили на этот берег. Он вытребовал у гоблинов оплату вперед и как честный супруг отдал все своей жене. Потом взяв сыновей, отправился приторговывать с Красным берегом. А когда все наладилось…

Идиот. Он, видно, был таким же криворуким как мой братец. Всего-то нужно было спустить горшок с горы, а он опрокинул отраву на свою голову. Один из его сыновей все видел и бросился бежать. Видно, был самым умных из них. Вернувшись домой, рассказал все матери. Вот так Хордуоны и узнали о проклятье Каройдомуса. И разбогатели. Необычно да? Получить состояние от гоблинов. После, мои предки стали одними из основателей этого города. Наша семья стала влиятельной и уважаемой.

– «Но видно знание правды, свело вас всех с ума. А теперь и денег не осталось. Только проклятие…»

Глядя на бывшую подругу, Медея догадалась что все плохое, происходившие с Хордуонами, не были простой случайностью. Это расплата, их личное проклятие за страшный грех, совершённый предками. Пусть они не признавались, но чувство вины передавалось из поколения в поклонение и пожирало их души.

– А потом я встретила Вейда, – Тери обняла себя за плечи и мечтательно уставилась на огонь.

– «Ого! – удивилась Меди, – Какой неожиданный переход. Только говорила о своем грязном бельишке и тут вдруг о любви».

– Он всегда был обаятельным. И умел расположить к себе и уговорить… не только на поцелуи, – хихикнула Териона. – К счастью, мой престарелый муж был так увлечен процессом первого совокупления, что не заметил мой изъян. Конечно, пришлось сначала хорошенько подпоить его и только потом подпускать к своему телу.

– «Какая гадость», – сморщила нос Меди и обрадовалась поняв, что к лицу потихоньку возвращается чувствительность. Значит на булавке был какой-то яд, а не ворожба. И регенерация двуликих справлялась с ним. Жаль, что не очень быстро. Меди замерла, стараясь не выдавать эмоций. Пусть Териона и дальше думает о ней, как о неподвижном истукане.

– Я бы с радостью пошла за Вейдена, даже за голодранца, которым он был на тот момент. Подумай только, одна пара туфель и два костюма… Зато сколько гордости!

– «Это у вас видно общее, – с презрением решила Медея. – Бедность и амбиции. А еще лицемерие, лживость и глупость».

– Но он более трезво оценивал наше будущее. Любил, но искал невесту с приданным. Я не в обиде.

– «Ага, конечно, – зло усмехнулась Меди. – Говори это себе как можно чаще. Может и поверишь, когда-нибудь».

– Если бы мы поженились тогда, то повторили историю моего предка-рыбака. Куча детей и ничего больше, – покачала головой Тери. – Тогда я вспомнила о тебе, моя лучшая подруга. Невеста с большим приданным.

– «Гадина», – Медее захотелось плюнуть в неё. Вот прямо сейчас. И губы уже оттаяли. Но сдержалась.

– Я выдумала такой прекрасный план для нас с Вейденом. Почти как у моей прапрапрабабки. Только в нашем случае, подбросить Каройдомус нужно было не оборотням, а зазнайкам Фалин.

– «Тварь! Так это ты!» – хорошо, что Териона смотрела на огонь, ведь Медея не смогла сохранить на лице маску безучастности. Попробовала вскочить, но остальное тело еще не слушалось. Пришлось глубже вдохнуть и попытаться успокоится. Нужно дослушать историю до конца.

– А после, когда все лишние люди умрут, мы с Вейденом воссоединимся опять, – териона с нежностью коснулась обручального кольца. – Сначала я раздобыла для Вейда немного деньжат. Выпросила у своего женишка, как будто для свадебного наряда. Потом Горнер распустил слух о своём успешном деле, пылил деньгами, покрутился в торговых кругах, примелькался. И когда в его состоятельность поверили, я познакомила вас. Конечно, твоего отца не так просто было провести. Но у него имелось уязвимое местечко, любимица дочь. Все твои прихоти всегда выполнялись. Рано или поздно, но всегда. Ты сама понимаешь это?

Медея понимала. Всегда умела повлиять на отца, уговорить, умаслить, выпросить. Только потом в полной мере оценила его любовь. И маменькину. Всей семьи. Её очень любили.

– Но ты, ухитряясь дурить отца, сама была такой дурочкой, – рассмеялась Тери. – Легковерная и наивная. Верила всему что я рассказывала тебе о Вейдене.

И вправду. Уже после свадьбы до Меди стало доходить, что она в принципе не знает своего мужа. Что в постели с ней оказался незнакомец. Все что наплела ей Териона, было ложью или преувеличением. Может поэтому она не так убивалась по мужу, как по ребенку?

– Стоило мне узнать, что тебе нравится в мужчине, как я тут же приписывала это Вейдену. Стоило заметить твои предпочтения, как он тут же старательно делал что следовало. Игра в четыре руки. Очень удобно и какие результаты! Ты втюрилась в образ, который мы состряпали. Дурында! – Тери откинулась в кресле и счастливо расхохоталась. – Жаль, что мы не знали точного времени, когда твоя семья согласится ваш брак, а то… Пришлось мне выходить за настырного старикашку. Но ничего, зато нашлись денежки на покупку каменного цветка. Вейдену пришлось ехать к Темной гряде и искать гоблина попаршивей. Такого чтоб раздобыл и не подвел. Как подарочек? Понравился? – Териона повернулась и вперилась в глаза подруги. – Я старалась. Видит небо как я старалась. И была вознаграждена. Этим, – она провела рукой по шее, украшенной ожерельем Медеи. – Этим, – коснулась серег матери. – И этим, – широким жестом обвела комнату.

– «Ты пожалеешь о смерти всех, кого обрекла на погибель. Ты пожалеешь, клянусь, – пообещала ей Медея. – Я всегда была против убийства, но твою голову сверну с удовольствием. Вот только выберусь отсюда.»

– А ты как была глупышкой, так и осталась. Приперлась сюда и стала обвинять бедняжку Вейдена. Да он сам никогда бы не решился на такое. Мягкосердечный как баран. Мне всё приходится брать в свои руки, – Териона жеманно поправила причёску.

– «Как может сочетаться в человеке такое? – подивилась Медея. – Ангельский вид и душа монстра. Почему такое возможно? Это несправедливо. Она должна выглядеть как горный гоблин. Урод внутри, урод снаружи. Чтоб никто не обманывался, глядя в эти наивные глаза.»

– Кстати, не успела тебя спросить, как ты вывела с кожи эти болячки? Врач вашей семьи, тот, что нашел тебя, говорил ты вся покрылась струпьями. Так как? Молчишь, – Териона хихикнула и встала со своего стула. – Ну ничего у нас с тобой будет еще достаточно времени для бесед.

Териона подошла к кровати и подергала за ленту свисавшую с потолка. Вызывала служанку. По дому шли хитрые шнуры и когда хозяин дергал за один конец, в комнате прислуги звонил колокольчик.

– «Если прийдет кто-то из знакомых слуг, те что служили при батюшке, меня узнают. Помогут, я уверена», – с надеждой подумала Медея и прислушалась.

Раньше в доме держали только проверенных людей. Чутье отца редко подводило, он умел выбирать себе окружение. Жаль это свойство не передалось Медее. Она так сглупила. Ближе всего подпустила законченных мерзавцев. И сгубила всю семью. Какая же дурочка она была!

– Теперь можешь падать, – Медею резко толкнули.

– «Больно,» – чуть не вскрикнула девушка, хорошенько приложившись о пол. И обрадовалась. Значит еще немного и она возьмет под контроль своё тело.

– Не будем смущать бедную Марту, прикроем тебя.

И Медею стали заворачивать в покрывало, словно мясную начинку в блин. Она сразу лишилась обзора, да и руки теперь были спелёнаты как у младенца.

– Что желаете? – поинтересовался тонкий голосок. Кто-то из служанок явился по требованию хозяйки.

Медея старательно прислушалась. Через плотную ткань звук доносился плохо, но девушка поняла, что голос ей незнаком. Таких не было среди прошлой обслуги. Да и имя. Марта? Нет, служанка из новеньких. Это плохо.

– Помоги мне вынести это, – Медею пнули ногой. – Я пролила духи на одежду и теперь в комнате нечем дышать. Живее. Бери за тот конец, – голос Терионы такой жесткий в обращении к девушке. Куда подевался сизый ангелочек?

Кулек с Медеей приподняли и потащили.

– Тяжело. Может позвать кого-то из мужчин? – жалобно спросила служанка.

– И когда они придут? Завтра? Не говори глупостей, неси, – Тери почти кричала. И судя по звуку, отвесила девушке крепкую оплеуху.

– Извините, – всхлипнула несчастная и послушно поволокла сверток по ступеням.

Задницей Медея сосчитала все ступени до первого этажа. Ну хоть так, могли вообще сбросить кубарем вниз. Воздух заметно посвежел и Меди почувствовала влагу, просочившуюся через покрывало.

– Тащи на псарню.

– Зачем? Если вещи испорченны, их можно бросить здесь. А утром…

– Не задавай глупых вопросов, тащи, – осадили девушку.

А она смелая, эта прислуга. С таким обращением хозяйки, не утратила ещё любопытства и способность мыслить логически.

– Теперь можешь идти, – кажется Териона сильно запыхалась. Бедняжка. – Ступай, – крикнула громко.

Видимо девушка удалилась.

– Идиотка, – зло пробормотала Териона. – Когда-нибудь я прибью эту пигалицу.

За конец покрывала дернули. Меди кубарем выкатилась на железный пол. Это и вправду оказалась псарня. Только судя по запаху и тишине, тут никого нет кроме неё и Терионы. Куда подевались все отцовские собаки?

– Посиди пока здесь, – дверь большой клетки, куда затащили Медею, захлопнулась. В петлях защелкнулся замок. – А я подожду Вейдена и мы вместе прийдем навестить тебя. Это будет совсем скоро. Ты не успеешь соскучится, моя дорога, – она даже послала ей воздушный поцелуй, перед тем как уйти.

– Дрянь, – Медея наконец выплюнула прядь волос что влезла в рот за время этого странного путешествия. – Ну ничего, я обрею тебя наголо, перед тем как убить, – сесть получилось не сразу. Движения были рваными как у пьяницы и ноги еще не отошли от заморозки.

– Кто вы? – спросил тонкий голосок и из тени вышла девушка.

Совсем юная, лет четырнадцать. Худенькая. В темном платье прислуги и огромном белом переднике. На голове несуразный накрахмаленный чепец, делавший её похожей на гриб.

– Хозяйка этого дома, – Меди уже нечего было терять и она представилась. – Медея Фалин.

– Неправда. Все Фалин умерли, – во взгляде девушки было наполовину любопытства и наполовину страха.

Забавная. Из-под белого чепчика в стороны выбились темно-каштановые кудряшки. Такие же непокорные как их хозяйка. Лицо густо засыпано крупными веснушками, на скуле свежий синяк.

– Как видишь не все, – Медея подползла к решетке и дернула дверь. Крепко, без ключа не выбраться. – И это очень не понравилось Терионе. Не знаешь, что она со мной сделала? Почему я не могу шевелится?

– Уколола брошью пропитанной ядом полосатой кобры. Он способен парализовать человека на много часов. Только вы быстро опомнились. Другие лежали днями.

– Другие? – это что же получается, у Терионы в порядке вещей измываться так над людьми?

– Прислуга. Она так иногда подшучивала над прислугой.

– Это ужасно, – возмутилась Меди.

– Да уж. Только кому какое дело до этого? – девушка поправила свой чепец, ниже нахлобучив его на лоб. – Кому не понравились новые правила, уводились.

– И много таких было? – Неужели Медее не у кого будет просить помощи?

– Все кто работал прежде, – пожала плечами Марта.

– О нет! – Медея уткнулась лбом в прутья.

Значит тут не осталось никого из знакомых. Что дальше? Думай! Думай, Меди! Помощи в доме не найдется. Из клетки самой не выбраться. Что ещё? Девушка лихорадочно оглядывала просторный сарай, в котором вдоль стен выстроились клетки.

Кольцо эльфов! Чуть не забыла про него. Кажется, сейчас самое время звать на помощь! Медея лихорадочно потянула из-за пазухи цепочку, на которой болтался большой перстень. Он предназначался мужчине и потому, для всех пальчиков Медеи оказался велик. Как там говорила Бёрк? Повернуть камень. Медея осторожно стала прокручивать овальный сердолик. Камень легко поддался и провернувшись на сто восемьдесят градусов, с тихим щелчком встал обратно в оправу. Так, всё получилось. Это хорошо. Что теперь? Ждать? А если эльф занят? Он же все-таки принц. Может у него другие неотложные дела. Чем там занимаются по ночам королевские эльфы? Творят наследников? Тогда нужно искать еще варианты.

– Красивы. Дорогой? – служанка заинтересованно смотрела на перстень в руках пленницы.

– Думаю, золотой стоит, – повертела колечко Меди. – Или десять золотых, это же эльфийская вещь.

Глаза Мерты загорелись не поддельным интересом.

– А я хочу уволится, – вдруг призналась девушка и потерла синяк. – Уж больно строга хозяйка.

– Давно пора, нельзя сносить такое отношение, – поддержала Меди.

– Только, это легко сказать. А сделать…

– Собирай вещи и уходи. Что сложного? – не поняла сомнений Медея. Или это намек?

– Так некуда идти. Я сирота.

– А сюда как попала? Из приюта? – чем-то эта девушка напоминала Чаруну. Такая же бойкая на язык.

– Неа, мамка моя всю жизнь работала при Хордуонах. Они хоть и обнищали, а еда всегда водилась. Потом мать померла, а я вот, в камеристках теперь у госпожи Терионы.

– Если привыкла с детства к такому… – Медея задумалась. Смогла бы она, вот так прислуживать злобной гадине? – Может это лучше приюта?

– В камеристках терпимо, даже если иногда колотят. Только…господин Вейд уж больно внимательно стал заглядываться. А хозяйка замечает и бесится. От того бьет больнее и чаще. Вот я и решила, нужно делать ноги. Были бы деньги, – Марта жадно посмотрела на кольцо.

– Я могу обеспечить тебе безбедную жизнь. Пусть не на всегда, но на годы. За помощь.

– Так вы богачка? – девушка подошла совсем близко к клетке Медеи и осмотрело одежду пленницы.

– Я наследница всего состояния Фалин. Как думаешь, я богачка?

– Фалин, – хмыкнула девочка. – Так это доказать ещё надо, а городской судья только вчера у нас обедал. Уж что-что, а умаслить Горнеры умеют. Возможно, с наследством у вас ничего не получится…

Медея даже не сомневалась, что без посторонней помощи вернуть родовое состояние не выйдет. Но в запасе были эльфы. Принц Рэдариэл.

– Мой… теперешний мужчина, он богат.

– Состоятельный?

– Очень состоятельный, – заверила Медея вспомнив найденную сокровищницу. – А это кольцо я с радостью поменяю на ключ от этой клетки. Сможешь достать?

– Вот уж забудьте, – покачала головой Марта. – Хозяйка забрала его с собой и из рук теперь не выпустит. Нужно позвать кого—то на помощь. За хорошую плату могу сходить к вашему любовнику. Где он поселился?

– На Красном берегу, – Меди посмотрела на девушку. – В гостинице что у железного моста. Он оборотень.

Марта испугалась. Ожидаемо. Бедняжка отступила от клетки и осенила себя обережным знаком.

– Ну нет, не пойду я туда. Нам же запрещено. И как вы..? С двуликим?

– Ничего он тебе не сделает. Послушай, Марта. Поверь мне, – Медея умоляюще посмотрела на девушку сквозь прутья клетки. – Оборотни давно забыли о вражде. А Церус, он любит меня. Он вылечил меня и щедро заплатит за твою помощь. Ты сможешь купить себе домик. Собственный дом. Представляешь? Только сходи и расскажи ему что случилось.

– Не знаю… – Марта сомневалась и будь постарше, отказалась бы наверняка.

Но в девочке было очень много любопытства. История о любви человека и оборотня взбудоражила её воображение, а посулы о богатом вознаграждении окончательно прогнали сомнения.

– Если вы пообещаете, – Марта потерла синяк. – Поклянитесь что не обманете!

– Клянусь! – жарко пообещала Медея. – Ты не пожалеешь что помогла мне.

– Тогда… пожалуй схожу. Как там зовут вашего волка?

– Церус Киф. Он очень добрый. Иди и ничего не бойся. Только прикройся плащом. От любопытных глаз.

– Ну тут вы меня не учите. Я не раз выполняла поручения хозяйки, знаю как пробраться в плохое место незамеченной. Да и на том берегу я уже бывала. Ходила под мост к ведьме-гоблинихе.

– Это хорошо, что уже бывала на той стороне, а вот к гоблинихе больше не ходи, – в Медее проснулась ее вечная тяга опекать и наставлять. – Вот возьми, – Медея протянула девушке свой носовой платок. – Отдашь Церусу в качестве доказательства своих слов. И…поторопись. Мне не понятно, что на уме у этой парочки. Доживу ли я до рассвета.