11. Возчик.

Обед устроили прямо у моста. На траве расстелили покрывала, разложили тарелки с едой, принесённой из замка. На костре пожарили свежевыловленную рыбу. Сытые и довольные, неспеша потягивали вино. Немногие парочки украдкой обменивались поцелуйчиками, остальные были скромней, ограничились просто касаниями или взглядами.

Солнце грело не назойливо, приятно. Шелестел камыш у берега, стрекотали кузнечики, над головами отдыхающих кружили юркие стрекозы. Пахло полевыми цветами, в изобилии росших у реки и свежей травой, которую тут изрядно помяли.

– Хорошо как, – голова Церуса лежала на коленях Медеи. Как быстро он сжился с этой девушкой. Как сроднился с ней, словно всю жизнь был рядом.

Девушка старательно выплетала венок из ромашек и колокольчиков. Делала вид что не замечает, как влюбленно смотрит на неё двуликий. Отвлекал.

На нос Церуса, словно птичье перышко, опустился случайно оторванный листик цветка. Набрав в легкие чуть больше воздуха, оборотень лениво сдул его.

– Еще, – звонко засмеялся Сфенос и положил на нос Церусу еще один лепесток.

– Фу-у-ух, – дунул двуликий. Лист подхваченный мощным потоком воздуха, улетел куда-то к воде.

– Еще, ещё, – захохотал ребенок и собрался повторить шутку.

– Иди поиграй с Зораном, – остановил Сфена отец и показал на двух оборотней, сидевших в сторонке и с завистью поглядывавших на парочки.

– Он злой, – Сфен покачал головой. – Все время рычит.

– Я бы тоже рычал, если бы не встретил твою маму, – Гелиодор ласково посмотрел на Бёрк которая с удочкой топталась у воды.

Вместе с Лучаной они выбирали местечко для рыбной ловли. Оказывается, она любила смотреть на поплавок. Смешно. Гел вот рыбалку обходил стороной. Толи дело – охота. Вот там можно порезвится.

– Так что ты думаешь о нашем деле? – Церус повернулся на бок и посмотрел на вожака.

– Я в замешательстве. Все запутанно и сложно. – Гелиодор почесал голову. – И людских правил совсем не знаю. Нужно поговорить с законником.

– С человечьим? – уточнил Церус. Если они собирались вершить правосудие на Людожите, значит нужен людской судья.

– Думаю нам нужен…эльф, – Гелиодор поморщился как от комариного укуса и посмотрел на сына. – Как звали того дядю, что дарит плохие подарки?

– Рэдариэл дарил не плохие подарки, а нужные, – крикнула от берега Бёрк. Надо же, услышала и вступилась за остроухого.

– Скучные, – тихо поправил мать Сфенос.

– Редариэл дарил, бла-бла-бла, – Гел недовольно передразнил Бёрк.

– Рэдариэл, сын Гарабета, наследник Туманного леса? – уточнил Церус.

– Он самый, – Гелиодор сморщил нос, будто имя вызывало у него зубную боль.

– Военачальник? – Церус словно не чувствовал неприязни альфы. А может специально хотел поддеть его. Все знали о соперничавших всю войну вожаках. – Главный воевода?

– Давай, Церу, перечисли теперь все его заслуги и ордена, – рявкнул Гелиодр.

– Да я просто…– удивленно переглянулся с Медеей.

– Речь именно о нем. Доволен? – Гелиодор зло высмыкнул из земли травинку и сунув в рот, стал жевать её кончик. – Так к чему я вспомнил этого выскочку? А! Он первый законник по межвидовым делам. Без него не обойтись. Если тот парень, муж Медеи…

– Бывший муж, теперь просто Вейд Горнер, – пришло время Церусу морщится от неприятного ему имени.

– Если он так хитер как мы подозреваем, дело плохо. С деньгами, а они у него теперь есть, раз получил всё что принадлежало роду Медеи, и со связями, а если он так умен, связи наладил, ты ничего не сможешь ему предъявить.

– А слова Медеи? – возмутился Церус. – Шкатулка? Цветок Каройдомуса?

–Если брать по факту, то всего этого для людей нет.

– Как так? – от удивления Церус поднялся. Сел и уставился на Гелиодора. Что за глупости говорит альфа?

– А вот так! Медея проклятая, значит человек без права, а теперь ещё и оборотень. Это значит враг людской. Как воспримут её слова? Как вражескую диверсию. Решат, что решила отомстить за изгнание. Просто напакостить, оговорить честного человека. Что там ещё? Шкатулка? Каройдомус? А где они?

– Сгорели… – Медея села обхватив руками колени.

– Как и все остальные улики и доказательства. И свидетелей не осталось, никто не подтвердит, что шкатулка была на самом деле. Идеальные условия для злодея. Красный мор убивает, а люди огнем стирают все недочеты.

– Идеальное убийство меня, – Меди зажмурилась. —Так значит, справедливости не будет? Он будет жить как прежде… после всего что сделал.

– Прости, но я спрошу, – Гелиодор виновато посмотрел на девушку. – А ты уверенна, что он сделал это? Уверенна что всё вышло нарочно? Возможны другие варианты? Подарил по незнанию… Может его самого обманули?

– Не знаю! – выкрикнула Меди и обхватила голову. —Я не знаю. И это доставляет мне боль. Все эти подозрения… Я должна вернутся домой. Я должна понять, – она почти кричала. – Выяснить правду. Иначе сойду с ума!

– Но как ты это сделаешь? – спросила от берега Бёрк.

Она и все присутствующие внимательно следили за разговором. Убийство стольких людей ради наживы, случай не ординарный. Есть от чего прийти в ужас. Головами качали даже оборотни прошедшие долгие сражения и привыкшие к виду крови и жестокости горных гоблинов.

– Я почувствую. Знаю, что как только увижу, заговорю с ним, то почувствую правду. Он не сможет меня обмануть.

– Тогда хочу предложить вам такой план, – Гелиодор языком перекинул травинку в другой угол рта. – Вдвоем отправитесь в город Встреч. Тайно. Прикинетесь путешественниками. Потихоньку все разузнаете. Встретите этого Вейда, поговорите. Церус ты умеешь…

Двуликий усмехнулся и кивнул. Он найдет способ развязать язык тому торговцу.

– И если подозрения оправдаются…

– Я тихо сверну ему голову, – кивнул Церус.

– Параллельно кому-то из стаи придётся отправится в столицу и побыстрее.

– Зачем? – хором спросили оборотни. Желающих покинуть только обретенных самок, не было.

– Нужно предупредить остроухих. Поговорить, объяснить. Чтоб тащили свои задницы к людишкам и прочистили им мозги. Если это конечно правильная догадка. Если злой умысел, а не случайное совпадение, – обеспокоенно посмотрел на Медею. – А может вы съездите, узнаете правду и тихо вернетесь обратно? А? Тогда бы все пошло как надо. С информацией поедем к эльфам, они к человекам и сами пусть решают, что да как. Иначе можно наворотить таких дел. Если поймут, что человека убил оборотень… Мы только получили разрешение ходить через границу и тут сразу убийство. Человечки могут потребовать отмены договора и аннулируют поправку.

– Ну уж нет, – Медея упрямо поджала губы. – Я не хочу быть причиной новой вражды, но и не стану ждать, если выясню что он всё знал. Вейд поняв что раскрыт, может натворить еще больших бед или попросту сбежит.

– Тоже верно, – Гелиодор выплюнул травинку.

– Мы поступим просто, – Церус обнял Медею. – Поедем и тихо все решим. Сами. Выясним и, если этот гаденыш виновен… Состряпаем так, что сойдет за несчастный случай.

– Есть способ добраться до эльфов быстрее, – Бёрк оставила удочку и вплотную подошла к Гелиодору.

– Какой? – с подозрением покосился на неё альфа.

– Артефакт вызова.

– Что это? – девушки удивленно уставились на Бёрк.

– Ну такое колечко… – Бёрк старательно отводила взгляд от Гелиодора. Лицо двуликого покраснело будто он парился в бане. – Если камень повернуть, то Рэдариэл решит, что мне нужна его помощь.

– Помощь? Тебе? Моей паре? От этого остроухого? – прорычал Гелиодор и стая в страхе притихла.

– Это подарок, – миролюбиво пояснила Бёрк.

– От эльфа? И когда он успел тебе его преподнести? Вы виделись? – Гелиодор пытливо заглянул Бёрк в глаза.

– Нет, что ты. Я бы обязательно тебе рассказала. Он просто прислал подарок. Через посыльного. На прощанье.

Эльф чувствовал за собой вину. За скорый брак, за обман, участником которого был. И еще кое-что… Теплое чувство, зародившееся в его сердце, не прошло бесследно. Бёрк по-прежнему волновала. Нравилась. И как надежду на встречу, он подарил ей артефакт вызова. Оборотни обладали не простым характером, вдруг девушке не понравится такая жизнь и она решит оставить Гелиодора? И конечно пограничная крепость. Это тоже довольно веская причина снабдить двуликих камнем призыва. Ведь в любой момент гоблины снова могли напасть, тогда потребуется помощь объединённого войска.

– В общем у меня есть кольцо, – Бёрк отмахнулась от ревности альфы, как от назойливой мухи. – Вы возьмете его с собой и как только… если только, подозрения подтвердятся…

– Оторву голову этому Вейду Горнеру и на его похороны приглашу воеводу Рэдариэла. Дальше пусть разруливает сам, – усмехнулся Церус.

– Вот это, отличный план, – Гелиодор наклонился и нежно поцеловал Бёрк. – Отдай Церусу колечко. Немедленно.

– Оно в замке, в моих вещах, – Бёрк подставила губы для еще одного поцелуя.

– Тогда отдай его Медее, сразу как вернемся.

– В тот же момент! – радостно улыбнулась Бёрк.

– Галиодор! Берта! – на поляну вбежала взволнованная Зоя.

Она ходила на огород выкапывала щавель для крепости. Девушки расчистили за конюшней приличную клумбу и решили засадить её съедобными травами, для кухни. Измазанная в земле девушка остановилась перед отдыхавшей компанией и тяжело дышала показала в сторону обиталища.

– Там возчик!

Все повскакивали со своих мест.

– И что? – лениво потянулся Гел. – Пусть оставляет все что привез и проваливает. Так ему и скажи.

– Я не могу выйти. Я оборотень! – Зоя обвела себя рукой.

– И что? У нас есть разрешение. Ты можешь ходить где захочешь.

– Он не оставить продукты пока нас не увидит, – поднялась с покрывала и торопливо отряхнула подол Берта.

– Нам не о чём волноваться, теперь мы не пропадем от голода, – Лали доверчиво прижалась к Ксиниту.

– Не в этом дело, он не один, – пояснила Зоя. – Там девушки. Новенькие.

Их было трое. В довольно плачевном состоянии. Одна спала в телеге, очень слабая после болезни, вторая отошла в кустики, справить малую нужду, а третья покорно шла за возчиком, к забору, что огораживал обиталище проклятых.

– Эй где вы все? – толстый, с большими залысинами дядька, плетью забарабанил в закрытую калитку. – Ишь что выдумали, запираться средь бела дня. Или… передохли? – глаза возчика блеснули радостью. Он мысленно представил сколько продуктов отвезёт сегодня к себе домой.

Лицо новенькой девушки перекосило от ужаса, губы задрожали. Новое место жительства, итак вселявшее в неё страх, а после слов возчика, вовсе повергло в панику.

Приезжая в страхе оглядела мрачное местечко и натолкнулась взглядом на Агафью что вышла сбоку, из-за забора. Агаша появилась как раз с той стороны, где был кладбищенский лесок. Она стояла на фоне покорёженных болотом деревьев и могильных холмиков, с венком из ромашек на голове и в светлом летнем платье. Вид словно у духа, спустившегося с небес. Приезжая девушка с перепугу приняла её за привидение. Возчик же сказал, что все проклятые умерли. Значит это неспокойная душа, поднялась над своей могилой.

Не говоря ни слова, новенькая с тихим вздохом упал в обморок.

– Ага! – недовольно оглядел Агафью, толстый плут. – Одна нашлась, а где остальные? Где эти проклятушки?

– Я их съел, – прорычал рядом с его ухом Целус.

Оборотень незаметно обошёл приехавшего и оказался у него за спиной. Возчик обернулся и с ужасом уставился на Церуса. Тот широко улыбнулся, показывая заострившиеся от злости клыки.

– Оборотень! – от женского визга у всех заложило уши. Это кричала вторая приехавшая. Та, что выходила из кустов.

Увидев двуликого и услышав его признание, она заверещала что было мочи и бросилась в обратно в кустарник. Решила спасаться бегством. Заросли рядом пошатнулись, выдавая погоню. Несколько братьев отправились на поимку пугливой девушки.

– Ну что, поговорим? Человечишко, – пальцы Церуса сжали горло возчика.

Тот выронил кнут, которым раньше частенько охаживал девушек, и судя по запаху, обмочился.

– Не убивайте, – иступлено зашептал толстяк. – Я всё сделаю, всё! Вот забирайте, – указал на телегу. – И её, – показал пальцем на третью девушку, которая не проснулась даже от истошного крика.

– Может мне нужен ты? – Церусу доставляло удовольствие пугать этого гадкого человечка. Меди рассказывала, как они с сестрами страдали из-за его жадности.

– Я стар и…и…

– И вонюч, – усмехнулся возникший рядом Гелиодор.

– Поэтому есть мы его не будем, – за спинами братьев встал Тумит. Рядом появились Сфеллер и Дюморт.

По мере того, как оборотней прибавлялось, возчик словно сдувавшийся шарик, становился все меньше и меньше, оседая. Церус разжал пальцы и толстяк упал на землю. Отполз к колесу телеги.

– Тогда отпустите, прошу, – он зарыдал. – У меня семья, дети. Семь! Семеро ртов и всех нужно накормить.

– И тебе неплохо удавалось делать это, за счет других.

– Такова жизнь, – всхлипывал мужик. – За перевозку платят мало, а риск…

– Ну да ладно, это оставим в прошлом. Поговорим о будущем, – Гелиодор поставил ногу на обод колеса, как раз над головой возчика. – Мы решили оставить тебе жизнь, подумали, что ты будешь нам полезен.

– Ещё как! – глаза возчика моментально просохли. Он с надеждой посмотрел на двуликого. Встал перед ним на колени и молитвенно сложил руки. – Я очень полезен. Всегда. Всё сделаю, – соглашался, не зная даже условий сделки.

– С этого дня, твоя работа поменяется. Продукты, что привозил, можешь оставлять себе.

– Все? – выпучил глаза дядька.

– Всё до крошки.

Тумит от этих слов альфы, поморщился. Эта Гелиодорова расточительность…

– А взамен?

– Будешь держать язык за зубами. Делай вид что все как прежде. И…

– И? – заёрзал на траве возчик.

– Станешь свозить сюда всех проклятых, о которых узнаешь. И получать за это награду, – Гедлиодор выудил из кармана горсть золотых монет и отсчитав три штуки, отдал их мужику.

Глаза возчика засветились жадностью.

– Мы поселились в замке что за рекой и нам нужны… прислужницы, – пояснил Гелиодор. – Уборка, готовка, без женщин никак. А здоровые девушки не горят желанием наниматься к нам.

– Сделаю как пожелаете! – радостно закивал возчик. – Проверну это как надо.

– И за каждую получишь монету.

– Отличная сделка, господин оборотень, – старательно улыбался возчик. – Вы выбрали правильного человека, я не подведу.

– Не подведешь, – Кивнул Гелиодор. – А если оплошаешь, умрешь. Учти человечешко, – клыки Гелиодора удлинились, лицо осунулось, становясь похожим на звериную морду. – Если решишь обмануть меня, или будешь трясти языком… Останется без головы. И запомни, от оборотня не уйти, мой нюх поможет отыскать тебя и на краю света.

– Я…я всё понял, – заикаясь прошептал возчик.

– Будешь привозить проклятых к замку, что на той стороне. Через месяц мы закончим расчищать проезд, и ты легко найдешь дорогу туда. Тут есть колокол, – Гелиодор кивнул на обитель. – Приезжая, будешь звонить в него, чтоб мы знали о гостях заранее.

– Всё понял.

– А теперь, ступай.

Повторять дважды не потребовалось. Возчик лихо развернул телегу, вскочил на облучки. Третью девушку из повозки уже достали, потому он низко поклонился отступившим в стороны оборотням и стеганув лошадь кнутом, поехал к лесу.

– Как же прислужницы, – боязливо оглядываясь, бормотал возчик и подгонял резвую лошадку. – Так я и поверил. Небось жрать их будут. Человечины захотели. Ну да мне какое дело? И прочим людям? Кому нужны эти проклятушки? Никто даже не вспомнит о них, – Дедька подкинул в руке золотую монету. – А мне, лишь бы платили.

– Держи её! – Варис нагонял девушку справа.

– Эта моя! – Зоран был слева и быстро приближался к резвой крикунье.

– Так хватай.

Дикарка неслась сквозь густой кустарник, не обращая внимания на царапины, что оставляли колючки на её коже. Не оглядываясь, с выпученными от ужаса глазами, она бежала не разбирая дороги. Лишь бы подальше оказаться от проклятого места, полного привидений и людоедов.

За подол платья резко дернули. Походило на подсечку и ноги несчастной подкосились. Она споткнулась и покатилась в траву. Падая, опять пронзительно завизжала. Волосы растрепались, закрывая лицо и ослепляя. От этого, страх накатил на неё с новой силой. Кто-то схватил за ногу. Девушка брыкнулась как бешенная лошадь и выставила вперед руки. Ногти сейчас были её единственным оружием. Ослепленная волосами она отбивалась от преследователей наугад. Почувствовав, как острые ноготочки оцарапали чью-то кожу, проклятая победно взвыла.

– Как дикая кошка, – отдернул голову Зоран и перехватил тонкие запястья девушки. Она снова оглушительно заверещала. – Дай тряпку, Варис. Нужно заткнуть ей рот, пока мы не оглохли. И ремень чтоб стянуть ноги, иначе она отобьет мне все причиндалы.

Оборотень старательно удерживал беглянку и это задача оказалась неожиданно сложной. Дикарка была юркой словно змея и довольно сильной для людишки. Удивительно, ведь видно что совсем недавно переболела Красным мором, корки с некоторых болячек еще не сошли.

– Не человечка, а речной угорь, – связывая руки несчастной пробубнил Варис. – А голосище! – в рот девушки затолкали оторванный от рубашки рукав.

– Моя! – Зоран радостно взвалил брыкавшуюся девчонку себе на плечо. – Люблю таких. Горячих, – и звонко шлепнул её по торчащей вверх заднице. Платье девушки порвалось. Обнажая всю правую сторону.

– Забирай, – согласился Варис. – Мне та что обморочная, больше подходит. Спокойней.

– Маленькая бестия, – Зоран не удержался и куснул голое бедро, тёршееся о его щеку. – И моя!!!

Проклятая глухо ухнула, застонала заткнутым ртом, задергалась, но связанная по рукам и ногам, мало что могла сделать с посягательствами наглого оборотня.

– А что будет с третьей? – поинтересовался у Гелиодора Зоран, когда вышли обратно к обители.

– Если выживет, – альфа посмотрел на бесчувственную девушку. – Пристроим кому-нибудь.

Ужин накрывали в главном зале крепости.

– Убирайтесь в кабинет, – нагло послала Берта оборотне, сгрудившихся у стола с развернутыми картами. —Там самое место для выдумывания стратегии.

– Да, парни идемте в библиотеку, – послушно поддержал девушку Аксинит.

– Но там еще не убрано, – возразил Тумит и сразу напоролся на осуждающий взгляд Лучаны. – Все в пылищи и пауки.

– Вот за одно и приберётесь, – девушка тут же протянула Туму ведро с водой и тряпку.

– Не нужно, – вместо того чтоб взять орудия чистоты, двуликий замахал руками. – Мы уже все обговорили. Гел сворачивай карты, девочки будут ставить тарелки.

Альфе бросились помогать и стол быстро опустел. В место бумаг тут же появились тарелки и приборы. Рядом с каждой уложили вышитые салфеточки.

– Как тут все изменилось, – довольный Гелиодор осмотрел комнату с высокими потолками.

После его отъезда паутину убрали, все отмыли и наперли до блеска. Даже пол, выложенный большими плитами светлого камня, блестел как отполированное зеркало. Сюда вернулись столы, что уносили в кухню. Добавили другой мебели и те мелочи, что делали дом уютным и милым сердцу. Сразу видна женская рука. Крепость перестал походить на солдатскую казарму.

– Да, девушки постарались, – кивнул Церус и расставил стулья. – Конечно мы бы и сами справились…

– Лет через десять, – Медея поставила в центре блюдо с хлебом. – Ито если кнутом подгонять. Что решили с дорогой?

Приготовления закончили и все стали усаживаться за стол.

– Поедем по нашему берегу, – Церус взял блюдо с запечённым мясом и стал накладывать на тарелку Медеи, севшей по правую сторону от него. —Так безопасней и меньше вопросов.

– Да, тут оборотни не особо удивляют местных жителей. И заодно заедете в город Горецвет, – жуя пояснил Гелиодор. —Там сейчас стая Смарога. Передадите письмо. У Дюморта там служит двоюродный брат. Решили пригласить его в гости. – хитро улыбнулся Гел и покосился на новеньких девушек.

Та, что упала при встрече в обморок, вполне пришла в себя. Она оказалась девушкой с кротким нравом и сидела с краю стола, не поднимая глаз от тарелки. Осторожно накалывала на вилку кусочки что подкладывал ей Варис.

А вот со второй, злючкой, все шло не так гладко. Она и сейчас словно разъярённая кошка, недоверчиво косилась по сторонам. Особенно убийственные взгляды летели в Зорана. Царапины на лице двуликого уже затянулись, и дикарка видно жаждала начертить на нем новые. Оборотень предусмотрительно уселся поодаль от своей избранницы. Чтоб не смогла дотянутся до него через стол.

– А что у неё с лицом? – спрашивая Гелиодор наклонился к Бёрк, чтоб не услышала злюка и не кинула в него ложкой.

По виду девушка была способна на такое. Хоть её переодели и вымыли, осталось впечатление что всю жизнь она скиталась по помойкам. Коротко обрезанные волосы, придавали несчастной бандитский вид и все эти царапины и синяки… Застарелые. Это не сегодняшняя встреча оставила темные метки на её коже.

– Люди.. – пожала плечами Бёрк. – Она жила где-то на хуторе. Когда выздоровела, пробиралась через лес и нашла в другом хуторке Падоляну.

– Та что совсем больна?

– Да. Все не так плохо. Обезвоживание и истощение.

– Будет жить? Хоть бы дотянула до полнолуния.

– Все наладится, – уверено кивнула Бёрк. – Потом они вместе шли к поселениям. Их преследовали волки.

– Вот оно что.

– Она решила что это были оборотни, – хихикнула Бёрк. – Говорит что спасал костер. Ночами приходилось сидеть у огня и подкладывать ветки чтоб не напали на них. Хорошо погода стояла сухая. Вот она и испугалась, когда вас увидела. Думала, что и вправду жрете людей.

– А люди? Когда они вышли из леса?

– Не сильно им обрадовались. Пришлось бедняжкам ждать возчика за околицей. Чуть не умерли с голоду.

– Это видно, – Гел усмехнулся, глядя на ток, как злюка уминает кашу.

– Ничего, Зоран у нас терпеливый и отважный, даже призраков не боится. Справится и с непереносимостью двуликих, – Тумит в прогнозах семейной жизни Зора, был настроен оптимистично.

– Интересно как поведут себя местные, если поймут что мы оборотни? – вздохнула Медея.

– Надеюсь не догадаются. – Церус бережно погладил её по плечу. – Мы пересечем реку в самом городе и пробудем там как можно меньше времени. Найдем, поговорим, открутим голову. И сразу обратно. Никто и чихнуть не успеет.

– Вы поедете верхом? – уточнила Берта.

– Верхом? – повернулся к Меди Церус. – Ты ездишь верхом?

– Ездила, когда-то. Но в замке нет дамского седла. Или есть?

– Есть мужские брюки, – заулыбался Цер.

– Ты предлагаешь..?

– Ехать верхом, по-мужски. В штанах.

– Звучит очень неприлично.

– Очень заманчиво, – облизнулся Церус. – Как представлю тебя в штанишках облегающих твои ножки…

– Разве тут есть такие маленькие размеры? Чтоб обтягивали?

– Сошьем, – заверила Бёрк. – И мне. Тоже хочу штаны и кататься на лошадке. Ты так и не научил меня.

– Я старался как мог, – хитро улыбнулся Гелиодор. – Но мы можем в любой момент возобновить тренировки.

Присутствующие внимательно слушали эту парочку. Многие оборотни понимали, что речь не о верховой еде. Вернее, не о верховой езде на лошади. А вот девушки явно не догадывались о подтексте.

– И когда вы выезжаете? – Берта с подозрением смотрела хихикающего Аксинита.

– Завтра? – уточнила Меди у Церуса.

– Слишком рано, – покачал головой оборотень.– Не успеем собраться. Давай отправимся через три дня? Как раз успеем закончить мост и твои штанишки тоже будут готовы.

–Три дня? Ладно, – задумчиво кивнула Медея. – Через три дня я поеду домой…