— Герцог Вандерлисс? А где же остальные женихи? Принц Касим? Жильберт? Неужели вы в одиночку отправились на спасение прекрасных дам?

— Остальные как раз заняты принцем Жильбертом. Точнее, тем, кого вы подослали вместо него.

— Им не справиться с ним! — усмехнулся Сойер, нисколько не удивившись разоблачению.

— Это мы ещё посмотрим! Эрвилль! Выпускайте Малыша!

В проходе показалась голова герцога де Сатше. Он вынул руку из кармана, раскрыл ладонь, и на землю спрыгнул маленький камешек.

— Ваше Высочество! — гордо улыбнулся мне он. — Это мой трофей!

— Он прелестный, герцог! — я вернула слабую улыбку герцогу, хотя в глазах стояли слёзы — Рас так и не шевелился.

А камешек тем временем сделал несколько резвых прыжков и нырнул прямиком в источник. Оказавшись над пропастью, он сначала исчез в природном колодце, но через мгновение вылетел назад, на глазах увеличиваясь, раздуваясь пока не превратился в огромный валун, заткнув собой скважину.

Пар перестал идти, и жар, ещё минуту назад давящий на лёгкие, начал спадать. Воздух стал прохладнее и чище — настоящий скандийский климат, в котором моя магия могла свободно дышать. И она не заставила себя ждать.

— Что вы наделали? — причитали Сойер и Дрэйк, пытаясь сдвинуть малыша с места. — Теперь тепло не пойдёт во дворец! Ваша же драгоценная Скандия замёрзнет!

— Ненадолго, — спокойно ответил Эрвилль, поправляя очки. — Камень-литофаг, выросший в термальной среде, при охлаждении сжимается. Через полчаса он снова уменьшится. А пока... — он перевёл взгляд на меня.

А от моих рук уже расползались по полу и стенам морозные узоры. Я дёрнула запястья, окутанная инеем верёвка лопнула, не выдержав трения и холода. А Мрак уже помог освободиться Лании.

Сойер и Дрэйк, поняв, что им конец, бросились к выходу, но Лания топнула ногой, ускоряя мой лёд, и в пещере появились две ледяные статуи в капюшонах.

— Идёмте, Снегурочки, надо спасать Касима и Вигмара! — воскликнул Мрак, когда я взяла на руки Раса.

Он висел тряпичной куклой, и я испугалась, что моё сердце вот-вот разорвётся от горя, и уткнулась в его мордочку, собираясь разрыдаться окончательно. Фенек вздрогнул, словно просто спал и теперь проснулся, и его влажный язык прошёлся по моему носу, оставляя мокрый след. Я прижала его к груди, чувствуя, как бьётся его маленькое сердечко.

— Живой!

— Конечно, живой, Нежа! Но если мы не поторопимся, погибнут другие! — Мрак взял меня за руку, и мы побежали.

Длинный тёмный коридор закончился, мы влетели в соседний грот и замерли.

Касим отбивался от трёх теней языками пламени, которые вырывались из его ладоней. Он пытался не подпустить их к окровавленному Вигмару, который привалился к стене, но всё ещё крепко держал в руках меч.

А в центре, на небольшом возвышении стоял тот, кто назвался Жильбертом. Его руки плясали в воздухе, словно у адского дирижёра.

— А вот и главный кукловод, — сквозь зубы процедил Мрак.

— Не приближайтесь! — воскликнул Касим, увидев нас. — Он сильнее остальных. Это их предводитель!

Жильберт медленно повернул голову. Его лицо было прекрасным — точёный профиль, идеальные черты, но глаза были пугающе пустыми.

— Ваше Высочество! Вы справились с моими людьми? Браво! Даже жаль, что в этой битве вам не победить!

Я осторожно опустила на пол Раса. Холод, подстёгнутый злостью, рвался наружу, но я не торопилась, опасаясь навредить остальным. Лания шагнула вперёд и стала рядом.

Жильберт улыбнулся, обнажая белоснежные зубы.

— Так уверены, что ваш лёд заморозит и меня? — скрипучий смех эхом отразился от стен, и казалось, что злодей вдруг размножился, расставляя свои зловещие копии по углам.

Тени, с которыми бился Касим, ослабли, потеряв управляющую руку. Теперь всё внимание Жильберта было направлено на нас.

Сконцентрировавшись, чтобы не задеть Касима и Вигмара, я выпустила лёд. Десятками игл он полетел точно в цель, но Жильберт раскрыл ладони, моя магия столкнулась с волной жара, и иглы осыпались ледяным дождём.

— А теперь, когда мы все так чудно здесь собрались, я просто сожгу вас всех. Здесь идеальное место для захоронения, не находите? Спокойно, уютно.

Мрак нашёл мою руку и сжал, но вместо страха, я почувствовала злость. Действовать надо было быстро.

— Лания, помнишь праздник Сканди?

Лания кивнула.

— Прямо сейчас!

Моя сестра проделала ровно то же, что и я минуту назад. Её иглы были идеальными, их было больше, и Жильберту пришлось напрячься, выпуская ещё одну волну жара. И, конечно, он не заметил, как его пьедестал со скоростью эльмонийского экспресса покрывается инеем. А ровно такие же острые льдины, как у Лании, только мои, стремятся к нему со свода.

— Что за… — Жильберт дёрнулся, чувствуя подступивший со всех сторон холод, но было уже поздно.

Лёд обрушился сверху, впиваясь в его плечи, руки, спину. Его жар рванул вверх, плавя одни иглы, но на их место падали новые. А снизу, от пьедестала, уже ползли морозные узоры, сковывая ноги, поднимаясь выше.

— Нет! — заорал он, пытаясь вырваться, но лёд держал крепко.

В последнюю секунду его пустые глаза поймали мой взгляд и он хрипло произнёс:

— Запомни, принцесса: любой лёд однажды растает…

Он явно хотел что-то добавить, но вместо него пещеру теперь украшала ледяная фигура. А тени, которые сражались с Касимом, опали на пол, с шипением растворяясь на каменном полу.

Эрвилль поправил очки и кашлянул:

— Если быть точным, то не любой лёд однажды растает, возьмём, для примера, вечную мерзлоту на северных склонах Йотунхейма, которая…

— Эрвилль! — не сговариваясь, рявкнули мы хором.

Герцог замолчал и поджал губы, но в его глазах отчётливо читалось: «Я всё равно расскажу потом».

— Пойду Малыша заберу, а то потеряется, — пробормотал он и скрылся в темноте коридора.

Лания подбежала к Касиму, но мы с Мраком уже ничего вокруг не замечали. Его трость упала на пол, тёплые руки обвили мою талию, а нос уткнулся в щёку.

— Вы так легко одеты, Ваше Высочество… Не замёрзли? — прошептал он сущую глупость, щекоча кожу своим дыханием.

— А я ведь всё вспомнила… — невпопад тихо ответила я.

— Я понял это по твоему взгляду, как только увидел тебя у источников, — его тон изменился, он перешёл на «ты», и моё сердце окончательно растаяло.

— Мрак… — я с трудом пыталась говорить, потому что его губы уже касались моих. — А что мне делать с женихами? Неудобно как-то…

— Если ты ради приличия решила выйти замуж за всех сразу, знай, я не подпущу их к тебе, даже если они будут законными мужьями, а я нет.

Я скосила глаза на Касима, который был занят поцелуем с Ланией.

— Минус один, — ахнула я.

— Уже легче, — пробормотал Мрак и, наконец, поцеловал.