Глава 20: Роуэн

Я пыталась сбежать. ЭТО ЖЕ ОЧЕВИДНО.

Мне нужно было знать, что находится за дверью. Киллиан был таким, блин, огромным, что я едва могла видеть хоть что-то из-за него, пока обнимала его, но в итоге у меня получился довольно неплохой обзор коридора. Там не было ни тюремных решёток, ни охранников — просто длинный ряд дверей с номерами квартир по обе стороны. А затем, словно ответ на молитвы, я увидела красную неоновую вывеску «ВЫХОД» над дверью, которая выглядела как вход на лестничную клетку. В коридоре не было солдат, поэтому я мысленно зафиксировала время: 8:17 вечера.

Моя кровь кипела. Контрол-фрик Кейд сидел у меня в печёнках. Как он смеет пытаться шантажировать меня Алексом? Он украл у меня всё! У меня была жизнь, пока он не разорвал её на части. Меньшее, что он мог сделать — это позволить мне увидеться с моим единственным другом.

Уже того, что он хотел вылепить из меня свою идеальную «хорошую девочку» и диктовать каждый аспект моей жизни, было достаточно. Я бы предпочла спать в свинарнике, чем в постели Кейда. Я хотела кричать и беситься на него, но мне нужно было играть в хорошую девочку. Не слишком хорошую, конечно; это вызвало бы подозрения. Я, наверное, перестаралась, когда обняла Киллиана, но это был просчитанный риск. Увидеть коридор было важно.

Я вернулась и села за стол, но выбрала свой собственный стул, а не колени Кейда.

— Разве ты не хотел обсудить со мной что-то важное? — спросила я, надеясь, что быстрая смена темы отвлечёт его от попыток снова усадить меня к себе на колени.

— Да, спасибо, что напомнила. Завтра утром мы отправимся в Научный отдел. Поскольку ты будешь спать в моей комнате, я прослежу, чтобы ты проснулась и собралась вовремя. У нас назначена встреча на 08:00 с доктором Золкосом. Он главный научный сотрудник на базе.

— Окей… а ты планируешь вдаваться в подробности? Я знаю «кто, что, когда, где», но ты не объяснил «зачем».

Райкеру понравился мой язвительный комментарий, и он усмехнулся. Возможно, он был прав насчёт того, чтобы подкалывать и дразнить Кейда. В конце концов, это было довольно весело.

Кейд бросил на меня предупреждающий взгляд, прежде чем объяснить: — Они изолировали члена нашей стаи, Талона, в научной лаборатории. Он оборотень. Учёные проводят над ним ряд тестов и считают, что он готов вернуться в наше подразделение, но нам нужно пойти туда и помочь им завершить финальные проверки перед его выпиской. Доктор Золкос также хочет взять у тебя дополнительную кровь. Научные сотрудники уже брали у тебя образцы ранее, когда ты поступила в Медицинское крыло. При тестировании образцов они обнаружили отклонения и хотят провести дополнительные исследования. Это может быть ничем, или же результатом длительного применения подавителей. Больше у меня нет ответов, поэтому мы и встречаемся с доктором Золкосом ровно в 08:00.

— Я сейчас не ослышалась? У вас в стае есть оборотень?!

Его слова повергли меня в шок. Я не могла сосредоточиться ни на чём другом. Все слышали об оборотнях, но никто из моих знакомых никогда не встречал их вживую. Они были невероятно редкими — даже более редкими, чем омеги.

Монстры, как говорили некоторые.

Существа, способные обращаться в массивных, волкоподобных тварей, которые были жестокими, первобытными и смертоносными.

Вспышка воспоминания, а может, просто ночного кошмара, мелькнула в голове: тёмный силуэт со светящимися жёлтыми глазами. Этот образ пустил по телу ледяную дрожь.

И теперь они ожидают, что я в итоге спарюсь с одним из них?

Внезапно я перестала быть уверена в том, что Киллиан был самым страшным хищником в этом отряде.

— Да, у нас в стае есть оборотень. Но он не какой-то дикий зверь, какими, уверен, ты их себе представляешь по байкам. Он мужчина. И к слову, у него больше самообладания, чем у Киллиана и Райкера вместе взятых, — добавил он.

— Ага, у него куча самообладания, когда он, блядь, рвёт на куски маленьких медсестёр, — фыркнул Райкер.

Шок на моём лице сменился ужасом. Что, блядь, Райкер имел в виду под «рвёт на куски медсестёр»? Теперь он официально напугал меня до чёртиков.

— ХВАТИТ! — рявкнул Кейд на Райкера, увидев страх, написанный на моём лице.

Я хотела надавить на него и спросить больше о Талоне и медсёстрах, но понимала, что это ни к чему не приведёт. Кейд был непоколебимым, как скала, если так решал. Я спрошу Райкера, который был более разговорчивым, в следующий раз, когда мы останемся наедине.

— Роуэн, иди отдохни у себя в комнате. Я положил несколько книг в ящик тумбочки, а также бумагу на планшете с карандашами. Алекс сказал мне, как сильно ты любишь читать и рисовать. Я зайду за тобой, когда соберусь ложиться спать.

Замечательно, теперь меня ещё и отсылают в комнату, как ребёнка. Он был таким, блин, любителем покомандовать! Я хотела поспорить, как обычно, но, признаться, испытала облегчение при мысли о том, что хотя бы побуду в одиночестве. Я поторопилась и плотно закрыла за собой дверь, боясь, что он может передумать.

Наслаждаясь тихой свободой одиночества, я заняла себя делом. Было странно проводить так много времени с другими людьми в последние несколько дней. Большую часть своей жизни я привыкла быть одна. Даже когда папа был жив, мы сосуществовали в тихой, спокойной гармонии, которая не требовала светских бесед или вынужденного общения.

Какое-то время я рисовала, а когда мне это наскучило, я начала читать одну из книг, которые предоставил Кейд. Я предпочитала фэнтези или романы, но одна из книг оказалась старой, практически древней, и определённо принадлежала к миру до того, как всё изменилось. Она привлекла моё внимание среди остальных, так как была в кожаном переплёте с золотой филигранью и тиснёными буквами. На обложке было написано: «Остров сокровищ, Роберт Льюис Стивенсон».

Это был не мой обычный жанр, однако сюжет затянул меня довольно быстро, и я увлеклась с первых же страниц. История рассказывала о мальчике, который находит карту сокровищ, ведущую к зарытому золоту знаменитого пирата. Она была старомодной, но полной приключений. Она напомнила мне книги из старого мира, которые папа читал мне перед сном.

Больше всего в книгах из старого мира мне нравилось то, что там ни разу не упоминались омеги, альфы или беты. Погружаясь в эти литературные миры, лишённые статусов, было легко притворяться тем, кем я не была.

Огромная тень, нависшая надо мной, прервала мои сны о флибустьерах и зарытом золоте, когда я осознала, что уснула. Я вздрогнула, схватившись за грудь; безмолвный крик застрял в горле, но тут же я поняла, что это просто Кейд вторгается в моё личное пространство, как всегда.

— Какого чёрта, Кейд, ты слышал о том, что можно постучать?! Ты меня напугал!

Конечно же, он не извинился и просто вытащил из-за пояса свёрнутую футболку, швырнув её в меня.

— Переоденься в это. Трусы можешь оставить, — сказал он своим привычным приказным тоном.

— Не думаю, что ты планируешь выйти или хотя бы отвернуться, чтобы я могла получить хоть немного приватности?

— Нет, — решительно ответил он, потянувшись к экземпляру «Острова сокровищ», который лежал страницами вниз, раскрытый на том месте, где я остановилась и заснула. Он провёл пальцем по краям страниц и пролистал их.

— Не потеряй мою закладку! Там как раз началось самое интересное! — сказала я ему, пытаясь стянуть с себя футболку с долей изящества.

Я повернулась к нему спиной, пока возилась с застёжкой лифчика и натягивала его футболку через голову. Это была ещё одна огромная футболка, которая пахла виски. Эти мужчины были такими собственниками, одевая меня в свои восхитительно пахнущие вещи.

Оглянувшись через плечо, я ожидала увидеть, что Кейд пожирает меня взглядом, но его глаза были опущены, прикованные к книге. Он деликатно проводил пальцами по корешку, погружённый в свои мысли.

— Всё в порядке? — спросила я.

— Просто совпадение, что из всех остальных книг ты выбрала именно эту. На самом деле мой отец читал её главы нам с Киллианом, когда мы были маленькими. Это одно из редких воспоминаний о нём, когда он не был абсолютным монстром. В детстве мне очень нравилась эта книга.

Несмотря на то, что мне приходилось прятаться и я была относительно одинока, у меня было счастливое детство. Мой папа позаботился об этом, пожертвовав собственной безопасностью и благополучием. Я всегда знала, что он любит меня безоговорочно, и никогда не задумывалась о том, каково это — иметь родителя, который этого не делает.

То, как Кейд говорил о своём отце, заставило меня пожалеть их с Киллианом. Может, именно поэтому Кейд был таким помешанным на контроле, а Киллиан был… ну, просто таким, каким был.

— Мне жаль твоего э-э… отца. Звучит так, будто он был ублюдком. Твоя мама хотя бы была рядом? — неловко спросила я.

Я была совершенно не готова разбираться с детскими травмами взрослого мужика, который к тому же был моим похитителем. Хотя, полагаю, узнать больше о Киллиане и Кейде не помешало бы в глобальном смысле. Это могло бы помочь мне обнаружить слабость, которую я могла бы использовать для побега.

— Физически она была там, да. Но ментально её отделяли от способности быть нормальным родителем несколько таблеток и бутылка вина, — сказал он, всё ещё не отрывая взгляда от книги.

Ух. Я не смогла сдержать гримасу.

Он продолжил:

— Она не мать Киллиану; на самом деле он мой сводный брат. И моя мать теперь тоже мертва.

Окей, значит, у него явно были проблемы и с мамой.

Я могла бы протянуть оливковую ветвь, попытаться найти с Кейдом точку соприкосновения и сблизиться на почве наших мёртвых родителей, но использовать разговоры о своём папе, чтобы втереться в доверие, казалось почему-то неправильным. Я была измотана и не хотела снова ворошить своё горе, поэтому промолчала.

— Мне жаль, Кейд, это, должно быть, было… очень тяжело.

Мы просто постояли так мгновение, пока что-то не отвлекло его внимание от книги, и он развернулся, выходя за дверь и жестом приказывая мне следовать за ним.

— Пойдём, Роуэн.

Как обычно… отлично поболтали.