Сегодня мы приблизились к озеру максимально ближе. Спуск со склона начинался ровно по центру сопки. Прошли сто метров по верху сквозь плотную рощу и оказались напротив обрыва. Не все осмелились приблизиться к краю. Я не пожалела, что рискнула. Вчера я видела лишь краешек озера. Из этой точки оно просматривалось как на ладони.
Все утро я потирала виски, чувствуя опустошение и головную боль. Стоило посмотреть в темную гладь, ощутила прикосновение тьмы. Она не давила, наоборот снимала боль, будто вытягивала ее из меня.
Акуланья понимающе хмыкнула.
— Опасное ощущение. Тьма может забрать больше, чем ты можешь отдать ей. Поэтому старайся реже смотреть в черный омут.
Повела плечами, ежась, принимая ее совет. С трудом отвела взгляд, всматриваясь в верхушки соседних сопок. Там разместились крылатые ящеры. Ближе к озеру они реже становились тенями, будто она обнажала их материальную сущность.
Я бы не рискнула летать так высоко. Да и имеют ли мои крылья столько силы, выяснять некогда. Зачем-то же они мне даны. Думаю, все станет очевидным у озера. Красиво, наверное, будут смотреться они на фоне черного фона. Сейчас они иногда терялись на свету, становясь почти прозрачными.
За ночь крылья никуда не исчезли. Я спала сном младенца укрытая их теплом. А вот мужа рядом со мной не было. Чувствует себя виноватым или пошел против наследника только потому что я ключевая фигура на сегодня? Жрица не переставала удивлять, вновь отследила мои эмоции, а может и прочитала мысли.
— Елисей слабоумен, считая, что воевода даст уничтожить тебя. Тьма ждет именно тебя, а не наследника княжества. Но все сложилось вовремя. У Безымянной появилась возможность дать тебе защиту. Теперь, когда боги следят за всем, она не могла дать их просто так. Запомни, твоя война будет не с нами. Там крылья дадут преимущество, — она замолчала на миг, крылья не только защищают от тьмы, а могут выдернуть из небытия.
Рядом слишком громко спросили.
— Как будем спускаться?
Акуланья отступила назад, теряясь среди народа.
Взмахнула рукой, проверяя как они работают. Крыло плавно поднялось над землей. Такая махина обычного человека пригвоздила бы к земле. Одно перо в сантиметров тридцать. Посмотреть бы свое отражение, чтобы увидеть масштаб катастрофы. Из-за них никто не подходил ко мне кроме жрицы?
Почувствовала, как кто нагло приподнял второе крыло, ощупывая перья. Рассмеялась, заметив обоих деток за занимательным занятиям.
— Мама, они просто волшебные. Хочу такие.
— Брось, Оль. Сама же понимаешь, Безымянная ничего не дает просто так. Она пометила маму, напоминая о долге.
Сын попал в точку, но не рассказывать же обо всех долгах богине, поэтому весело остановила их спор.
— Говорят, что ее крылья могут вынести отовсюду. Если что-то пойдет не так, хватайтесь за меня.
Кирилл усмехнулся, подражая названному отцу. уж больно улыбка была похожа на оскал воеводы в гневе.
— Потом оценим масштаб попадалова, перегруппируемся и вернемся, чтобы ее добить.
Мне понравились грандиозные планы сына, но лучше бы справиться с первого раза.
Один из воинов обошел всех, предупреждая о том, что спуск будет тяжелый, впереди нас ждали обвалы и тонкий серпантин. Лошадей брать не надо было! Нашла воеводу спустя пару минут. Сама приду и придушу! Но говорила совсем о другом, по делу и кратко.
— Если спуск опасный, лошадей не доведем. И нужны ли они нам там?
— Ты права, — муж перебил, признавая свою ошибку, — надо было их оставить у подножия горы.
— Тогда надо использовать все возможности, — мысленно позвала Врединку, она появилась рядом со мной, заигрывая как в былые времена с перьями, — спрошу у ящерки, может они нас спустят вниз.
Алексий замер, давая возможность мне вести переговоры.
«- Как думаешь, твои сородичи помогут нам спуститься вниз?»
«- Вас много, — она задумчиво вгляделась вдаль, рассматривая ящеров на уступах гор, — нас собралось тоже не мало. Но не все согласятся нести людей на хребте».
— Можно сделать несколько ходок. Пойми так безопасней. Неизвестно сколько дойдут своим ходом, а для нас каждый меч на счету.
«- Узнаю. Жди!»
— Она спросит.
Муж уже кричал ближайшему воину.
— Остановить спуск. Ждем!
— Чего? — раздались со всех сторон вопросы. Воевода недовольно нахмурился, а потом улыбнулся такой улыбкой, как сын. Вот ведь неродные, а повадки идентичные.
Врединка вернулась через несколько минут. Важно пролетала круг и приземлилась рядом со мной, на миг затерявшись в тени. Благодаря подобным маневрам не нужно было бороздить насыпь на вершине. Этим навыкам она научилась в гнезде.
«- Летят! Согласны!»
Мы увидели, как с соседних склонов взмывают в воздух сотни ящеров. Они мерцали в утреннем свете. Картина выглядела устрашающе, но несмотря на это завораживала.
Воевода уже отдавал приказы, довольно быстро освободили площадку. Первый же ящер что-то курлыкнул Врединке. Она спросила меня.
«- Куда приземляться? У озера опасно.»
Посоветовалась с Алексием. Тот мгновенно обговорил проблему с друидом, жрицей и парочкой воинов, занимающих не последнее место в дружине. Заметила, что никто из них не встал на защиту наследника князя. Авторитет воеводы может аукнуться ему в будущем. Князья не любят, когда с ними не считаются. Но говорить ему о том, что ему придется оставить свой пост в княжестве и скорее всего остаться с нами в горах не стала. Время покажет, а я и так не в фаворе у мужа последние сутки.
Ящеры брали на спину по двое человек. Десяток воинов пришлось оставить с лошадьми. Им поставили задачу спустить их к подножию горы. По соображению безопасности выбрали самых молодых парней. Они еще жизни не видели, а так получили шанс.
Оказавшись на спине самого большого ящера, вгляделась в озеро, понимая, что нарушаю обещание данное жрице. Одновременно с взлетом ящера услышала странное покалывание в голове. А затем раздался странный скрипучей голос.
«- Ты не хочешь мне зла. Посмотри на меня, — с трудом прикрыла глаза, отгоняя наваждение. Зря не послушалась Акуланью, — я вижу тебя! Ты поможешь мне выжить. Раукарье, боги, где они были, когда я спасала вашу планету».
И без доказательств понимала, кто со мной говорит. От чего она спасала планету? Разве в этом мире говорят такими словами? Мир он и есть мир для людей. В будущем или в параллельной реальности слово планета станет обычным и привычным. Но не здесь и не сейчас.
Ответила жестко, предупреждая.
— Твое спасение похоже на завоевание мира. Темные жрицы, вера в жертвоприношения походят на веру в темных богов прошлого. ты путаешь спасение с разрушением!
Со мной летел один из воинов. Он переспросил.
— Арда, вы что-то говорили мне?
Благо ветер разносил слова до того, как они дойдут до человека. Прокричала.
— Нет, ничего серьезного.
Стараясь одновременно закрыться от нежеланной собеседницы. Она не могла больше пробиться ко мне, по-видимому мне удалось начать думать головой, разорвать контакт с темным источником. Но до самого приземления в голове слышался ее голос со словами «- я вижу тебя!».
Я тоже видела ее, старалась верить в то, что тьма права и мы просто ей поможем уйти в свой родной мир. Подлетели к небольшой скале, за которой просматривался с высоты небольшой луг. Он не сможет вместить нас всех, но дальше шел редкий лесок.
По сути нам не нужно готовиться к атаке. Маги начнут обряд против тьмы, две дружины возьмут их в оборону и будут отражать нападение драконов и других сущностей, которые могут полезть из разлома. Полчаса ожидания и почти все спустились с горы. Ко мне подошли дети.
— Мама, я слышала ее. Она утверждает, что видит меня.
Кирилл хмыкнул.
— И меня видит.
Я не была уникальной, поэтому спросила ближайшего воина.
— Ты слышал тьму? Она говорила с тобой?
Пока все собирались в исходной точке мы с детьми успели расспросить народ. Тьма говорила со всеми магами. Слова повторялись или были похожи, но суть оставалась одна. Быстрый совет с воеводой, жрицей и друидами помог разобраться.
— Она устанавливает связь, чтобы найти уязвимость.
— Что будет, если она откажется уходить и нам придется ее уничтожить?
— Тьма попробует достать нас всех.
Сальмогор успокоил народ.
— Мы сплели заранее амулеты защиты. Они помогут выстоять.
Возникла непредвиденная задержка. Друиды раздавали тонкие браслетики из лозы ивы, а я спросила у мужа, который в этот момент не пытался дистанцироваться от меня, а находился рядом, как и положено главному в отряде.
— Если отправить воинов разложить ловушки у разлома, тогда остальные смогут следить за магами, пока не станет совсем жарко?
— Ты права. Отправим молодняк? — он не переспрашивал, а уже решал задачу. Не зря мы тащили тяжелую поклажу в рюкзаках помимо оружия и еды.
У меня имелся еще один вопрос. Нашла взглядом жрицу. Акуланья сама подошла ко мне, потому что в этот момент я стояла одна у самой скалы. Остальные были заняты делом.
— Что я должна сделать, чтобы она отвлеклась на меня, чтобы маги получили преимущество?
— Умная девочка. Никому не говори. Я сама подстрахую тебя, — она протянула мне другой браслет более богатый, сделанный из березы, сняв браслет друида, надела свой подарок на меня, — никто не заметит подмены. А береза поможет лучше принять связь с чужачкой. Запомни, не верь ей. Требуй, чтобы она сама ушла.
— Когда я буду с ней разговаривать, что произойдет здесь?
— Бой будет. Она нашлет испытание. В твоих силах пробить ее защиту. Помни, ракуарье смогут ее уничтожить. Сила на нашей стороне.
— Зачем тогда рисковать? Она же может увести меня с собой, — не была глупой, это жрица правильно подметила.
— Тьма должна понять свое место. А ее место вне нашего мира, дитя. Она действительно удерживала тварей из разлома, по-своему берегла мир, но пришло время ей уйти, потому что слишком сильна стала. Еще чуть-чуть и боги не смогли бы вернуться никогда. Тьма ведь рождает другую жизнь. Мир измениться, если она останется.
Значит, все же не спроста меня готовили к бою. Неспроста призвали в этот мир. Безымянная с самого начала знала, что мне предстоит сделать за подаренный шанс на вторую жизнь. И никого не волнует, что этой жизни может и не быть больше.
Опустила голову, пряча желание попрощаться с дорогими мне людьми. Дети уже взрослые, не зависят больше от нашей связи. Воевода, я бы хотела сказать ему о своих чувствах. Вопреки его холоду, моей гордости я любила его. Вот так, полюбила в тот момент, когда впервые увидела его. Подозреваю, что в этом мире меня удерживала именно эта любовь, а потом уже любовь к детям.
Что я знала о тьме? Нужно показать силу в бое? Акуланья предупреждала о том, что мне понадобятся крылья. А что умеют эти крылья?
Лихорадочно вспоминала все преимущества. Они могли унести меня далеко отсюда. На это я надеялась в первую очередь, но богиня могла убрать эту функцию. Моя жертва нужна тут. Нет, конечно в отряде достаточно кленовых листьев, способных исцелить и поднять мертвого, но успеют ли люди понять, что мне нужна помощь?
Выглянула из-за скалы, рассматривая чернильное пятно огромного озера. Ее края не было видно, лишь противоположный берег у самой горы. Без ящеров мы добирались бы сюда несколько часов. Какие бы мы были перед боем?
И вдруг увидела то, что упускала все это время. А если использовать крылья по-другому? Если показать ей то, что она никогда не видела?
Ракуарье маги вышли первыми к черте озера. Они облачились в серебряные доспехи, обнажили стальные мечи с длинной рукояткой. Я знала, что они несли на себе дополнительный груз. Сейчас мы все смотрели на отряд воинов прошлого.
Когда друиды встали в их ряды, то выглядели намного меньше. А ведь они высокие все как на подбор. В их руках не менее смертоносное оружие — посохи, да не простые, а боевые с металлическими наконечниками. Сальмогор встал впереди них, принялся раскладывая у самой кромки камни и листья, рисуя посохом символы магии.
Обе дружины рассредоточились вокруг магов под руководством трех воевод. Карний взял на себе три сотни, они заняли позицию слева, воевода дружественных соседей занял правый фаг. Муж стоял за нашей спиной, с тысячью мечами.
Я рассматривала озеро, теперь уже не таясь. Мне держать с Тьмою связь, так почему не начать сейчас!
Акуланья, дети, князь Ландор и я шагнули разом, стоило Сальмогору дочертить последние штрихи защиты. Мы выступили вперед шеренги, чтобы начать обряд.
Жрица облачилась тоже в доспехи. Странную длинную юбку прикрывала длинная облегченная кольчуга. Короткий плащ сверкал магическими рунами. Детям тоже перепало от ракуарье. Уж где они добыли броню маленького размера история умалчивает. Но я подозреваю, что они нашли схрон в чертогах колдуна. Может статься, что это их воинское обмундирование и есть. Сын с дочкой в броне смотрелись выше и старше.
Я рядом с ними смотрелась теперь молодой девчушкой, попавшей на поле боя совершенно случайно. Единственная без брони и кольчуги, а ведь воевода брал с собой ее, лишалась серебра из-за крыльев. В этом мире оно также защищает от зла и тьмы.
Акуланья в этот раз начала обряд используя силу друидов и ракуарье. Сын говорил слова заклинания вместе с ней, создавая гул бушующей силой. Оленька кидала в озеро камни и ветки, подпитывая их магией, проговаривая.
— Сила в нас. Тьме не место на нашей земле!
Сальмогор выписывал посохом круги над головой, расплескивая магию природы. Она была благосклонна к нему и откликалась с охотой. Ландор будто полководец командовал событиями.
— Магии ей дай чтобы захлебнулась. А вы выставите щит заслоните магией мир, — обращался он к друидам, — други мои возьмите кнут, чтобы тьма знала свое место.
Сальмогор отправил в озеро увесистый световой всполох. Друиды очертили в воздухе посохами невидимую линию, создавая прозрачную стену. Раукарье выставили мечи, раскалывая ими воздух, и задержали у самой кромки чернильной воды.
Кто-то взревел на вершинах гор. На миг отвлеклась, рассматривая как к берегу пикирует огромная стая ящеров. Они на лету разрывали драконов, начавших собираться на противоположном берегу. Отрезая верных тьме созданий от нас. Драконы превращались в черные кляксы, которые впитывали в себя туши ящеров. Через пару минут тот берег заполнился тысячью крылатых созданий, они буквально ворошили воздух, заставляя воду озера шевельнуться. До этого тихая гладь вызывала ужас, будто фантастическая аномалия. Крупные волны взвились к берегу, обдавая ящеров чернильной тьмой. Но те лишь курлыкнули грустно оставаясь на месте.
Акуланья продолжала говорить, взывая к кому-то, сын вторил ей намного громче.
— Уступи нам мир Тьма!
Слова словно пророческие застряли в пространстве.
Оленька добилась что планировала, растревожила воды источника. Теперь встала рядом с братом, чтобы запеть песню на далеком языке ракуарье. Мир на миг замер, принимая ворожбу, затем выплеснул темные всполохи, которые столкнулись с защитой друидов и амулетов.
Что же она позабыла обо мне? Сделала несмелый шаг к озеру.
Позади раздался вопль.
— Не смей!
Воевода беспокоился о моем теле, забывая, что пришлая душа вечна!
Вопреки его просьбе обратилась к ней сама.
— Я тоже вижу тебя! Я вижу весь мир как на ладони. Посмотри, что твоя сила может изменить, погубить и никогда больше не возродить, — сапожки погрузились в темные воды, ноги почувствовали ее холод. Лишь крылья взмылись вверх, удерживая меня от последнего шага, — я вижу тебя, тьма! Я чувствую твой холод и твое тепло! Я знаю, ты справедлива и ты поверишь мне! Пойдем со мной!
Какая-то безудержная сила подтолкнула меня в озеро. Неосознанно замахала руками и ногами, отбиваясь о чужеродной магии. Крылья лишь раз коснулись темной воды, а все мое тело пронзило тысячью ледяных игл. Поняла, что нахожусь в самом его центре. Она перепутала меня с жертвой, но крылья думали за меня и уже окутали белым светом. Тот шел из самого сердца, увеличивая круг.
— Я пришла предупредить. Ты должна уйти. Пойдем посмотрим, чего твоя сила никогда не должна коснуться.
Одинокая слеза скатилась на щеку, но руки были заняты магией, поэтому соленая капля упала в воду. Еще долго видела, как она погружается вглубь озера, будто что-то инородной.
Неожиданно Тьма приняла жертву и посмотрела на меня бездонными глазами, заключающими в себе смерть или жизнь. Не отвела свои человеческие глаза, посмотрела внутрь ее сущности, прося отступить.
«- Хорошо, дитя. Посмотрю твой мир. Если не понравиться, построю свой на осколках этого!»
Я взмахнула крыльями, улетая в небеса, неся на себе частичку тьмы. Почему она так долго ждала? Ведь теперь я знала, что Тьма всесильна. Или для нее время не имеет смысла, и мир получил отсрочку. Мы сами взбаламутили источник, обязывая отвечать нам.
«- Смешная. Когда-то меня призвали в ваш мир темными жертвами, но никто не удосужился отправить обратно. Хотя, кажется тех смельчаков не стало раньше того, как я завершила дела».
Холодный смех перемежался с огненным жаром, опаляющим мои крылья. Если она так проявляет эмоции, то что будет, когда она разозлиться?
«- Ничего не будет, просто рас плескаю силу вокруг себя. Ее будет столько, что не потребуется завоеваний. Твои боги не просто так боятся меня. Моя сила исходит из самого центра источника Вселенной.»
— Но ведь здесь находиться лишь часть тебя?
«- Умное дитя. Но где часть, там и целое вместе».
С трудом взяла под контроль эмоции. Я не знала тело сейчас со мной или мы летим лишь с частью моей души, насколько я могу повлиять на тьму, а этого как оказалось делать нельзя.
Внизу заметила горную речку и оленей, бегущих за ветром. Ветвистые рога не мешали, а придавали ускорения, разгоняя их грациозные тела неся вперед.
— Смотри! Они прекрасны! Пытаются обогнать ветер.
Тьма хмыкнула.
«- Мои драконы могут летать на перегонки с ветром. Олени? Серьезно?»
От автора: осталось совсем чуть-чуть. Пару глав, а может одна и эпилог. Вопрос дня. Воевода дурак и разорвет барачную связь? Или поймет, что тоже любит ее?
— Посмотри дальше! — предложила Тьме.
Там над рекой вопреки идущему бою, замершему пространству, продолжалась жизнь. Три радуги, сверкая всеми цветами радугами делали воду быстрой горной реки прозрачной.
— Радуга тройная предвещает в нашем мире счастье. Говорят, что на ее кончике живут волшебные существа исполняющие желания.
Что-то темное заворочалось рядом
«- И какое бы ты загадала желание?»
Как не обидеть ее, не вызвать недовольство? Ведь я желала мира без войн и интриг. Поэтому сказала о более насущном желании.
— Я хотела бы, чтобы воевода, мой муж сделал наконец выбор, и если он не желает быть со мной, пусть боги разорвут нашу брачную связь.
Замерла, это желание рассказывало о личном. Вправе ли я таким делиться с Тьмой?
«- Это я могу сделать и без всяких радуг. Только попроси и моя сила разорвет любую связь».
— Эка ты быстрая. А если он готов сделать выбор в мою пользу? Тогда самое время жить в доме с полной чашей и воспитывать детишек.
Она обиженно засопела, обдавая меня холодом. И я поняла, что создавать она умеет не все, не все ей подвластно. Тогда надо показать рождение ребенка, если тьма уничтожит мир, то уничтожит и человечество. Я неслась к теплой искре, предвещающий рождение младенца. Совсем рядом. Недалеко от Приганичья вскоре семья пополниться на одного человечка.
Не комментировала происходящее, не просила смотреть, лишь повела крылом в сторону огонька в окне из домов небольшой деревеньки. Спустилась к домику под жуткий мороз, источающий тьмой, приоткрыла дверь, чтобы показать рождение ребенка.
Внутри избы кричала молодая мать. Пожилая знахарка утирала пот с ее лица, приговаривая.
— Тужься, еще немного. Ножки вышли, я помогу развернуться плечикам, а головка сама выпадет в руки. Давай!
Ой кажется мы попали не на самый удачный вариант рождения. Если что-то пойдет не так, мать и младенец могут покинуть мир раньше, чем мы успеем порадоваться.
Безутешный отец, сидел на корточках за дверьми небольшой клети. Его гладила по голове белокурая девчушка лет пяти, а к коленям его прижимался мальчишка трех лет.
— Папа, все будет хорошо. Тетка Зоя сказала, что третий младенчик вылетит быстро.
— Только они там уже восемь часов, — мужчина прикрыл рот ладошкой, испугавшись того, что озвучил свои страхи вслух. Но тут же отмер, взял себя в руки, подскочил на ноги и скомандовал.
— Ройка, беги к соседке за молоком свежим. Говорят, что после тяжелых родов молока не бывает у мамок. А мы с Виськой бульон начнем готовить. Мамке вашей силы понадобятся.
Мое сердце замерло, а Тьма великодушно зафиксировала.
«- Над ней смерть уже стоит. Смерть я уважаю. После нее вкусная энергия бывает!»
Не бывать этому! Я привела ее показать истинное счастье! Богиня, направь мои силы ей в помощь. Надобно смерть отодвинуть. Не ее нынче день!
Золотистая искорка ринулась к девушке, еще молодой и уже рожавшей третьего ребенка. И как она думала управиться сама? Ребенок же еще сама, хоть и по моим меркам. Искорка молниеносно вонзилась в тело девушки. Она вздохнула легче, будто обретая недостающие силы. Маленькие точки, рассыпались по рукам знахарки, впитываясь в тельце младенца.
Раз, миг, и руки знахарки помогли рождению жизни. Девушка выдохнула, чувствуя, что все завершилось, а тетка Зоя уже помогала укутать ребенка и подавала его мамочке. В воздухе зазвенела совсем другая энергия. Крик младенца заставил заплакать многодетного отца. Из его рук выпала кастрюлька. Веська спросил.
— Мамка родила?
— Сейчас, сын. Посмотрю и спрошу разрешения, чтобы вы поглядели.
Мужчина хлопнул дверью, не рассчитав силы, и замер на пороге. Веська пролез через его руку, оценил происходящее в комнате и спросил.
— Кто родился-то? Папка обещал брата. Выполнил обещание?
Знахарка приподняла ребенка, давая рассмотреть его.
— Брат у тебя, Веська.
— Хорошо, — важно выдал он, — пойду похвастаюсь пацанам.
Он убежал на двор, выкрикивая народу радостную новость, а счастливый отец взял на руки своего сына.
— Будет Темном. Уж больно день сегодня темный, прямо под него.
«- Надо же, он назвал ребенка в мою честь!»
— Конечно! Видишь, а твоя сила могла бы погубить семью. Пойдем еще смотреть мир?
«- Хватит, насмотрелась уж. Жизнь хороша, когда нет зла. А в вашем мире постоянная борьба. Рядом с жизнью, всегда шагает смерть!»
Меня выкинуло в озеро. Открыв глаза увидела, что тьма сломала световой барьер.
И что мне с этим делать? Идея провальная? Только время потеряла? Попробовала шевельнуться, озеро не выпускает, вода уже достает местами до тела, холод ощущается резче, будто льдинки пробивают кожу.
Если пробуду тут еще немного, то заледенею. Статуя Арда замрет на века в источнике Тьмы. Тьфу ты! Не бывать этому.
Насильно разогнала кровь, вспоминая о злобных шуточках людей. Да и так бывает. Люди бывают добры и бывают нетерпимы к убогим! Но ведь я не она! Я та, кто пытается строить что-то новое. Почему же вновь чувствую опустошение, которое преследовало в деревне у тетки на Земле!
Сила во мне! Она плещет внутри! Сила рода! Сила мира во мне!
Магия разгонялась, отодвигая водные смертоносные капли Тьмы. Свет стал режущим, но таким родным. Расправила крылья, давая своему телу пространство и оттолкнулась от маленького пузырька воздуха, стремясь наверх к дневному свету, чтобы вдохнуть живительный кислород.
Вылетела из воды, подвиснув в метрах трех над поверхностью озера, увернулась на автомате, на рефлексах воительницы от больших темных рук. Они не перестали тянуться ко мне, поэтому вывернулась в бок, отталкивая крыльями, будто от стены. Вверх! Дальше!
Я не думала о том, что нарушаю законы богини, взлетала все выше, ведомая инстинктами. Замерла, когда огромная черная рука промахнувшись, полетела вниз. С громким чавканием она плюхнулась в озеро, расплескивая чернильную жижу.
Я видела их. Защитная стена выдержала волновой удар, вода откатилась к своей границе, не в силах повторить маневр.
Сальмогор направил посох на озеро, друиды выпустили за ним шквал светового огня, будто сегодня специально подобрались лишь те, кто способен уничтожить тьму. А может статься, друиды послали именно их, потому что они способны на это.
Сын с дочерью атаковали тьму одновременно. К их магическим потокам присоединились все ракуарье. Акуланья вела свой бой отправляя в пасть чудовищу залпы божественного огня. Тьма всемогуща! Она вела бой на нескольких уровнях.
За спинами магов сражались обычные воины с порождениями тьмы. Ловушки дали время нам, но теперь с расщелины в горе, разрастающейся на глазах валили устрашающие монстры. Мантикора плюющаяся темными сгустками удерживала десяток воинов около себя. Они никак не могли подобраться к ее морде, ведь из легенд следовало, что убить тварь можно лишь пронзив глаза. Сотни драконов парили над дружиной, извергая темный смертельный огонь. Три огромных твари, похожих на ту с которой боролась жрица выходили из воды справа, подминая воинов под себя как котят. Кто из них поднимется и встанет в строй?
Скинула наваждение начиная видеть и другую картину. Ящеры пили воду из озера опустошая его. Сотни под руководством Карния наловчились ловить сетью драконов, затем убивая их обычными мечами. Значит они вполне материальны.
Друиды и ракуарье проделали брешь в озере светом, отодвинув берег внутрь на пару метров. Были видны реальные чернильные кляксы, отставляющие след на мокрых камнях.
Но этого не достаточно! Я помнила какую мощь хранила тьма. И я взмолилась!
— Безымянная спаси и помоги! Боги этого мира не уж-то вы допустите смерть своих детей? Не уж-то вам все равно?
Слезы полились сами, я честно пыталась сдержать их, направляя в самую гущу озера все свои силы. Я помнила о том, что храню первозданную мощь, которой не умею пользоваться. Я понимала, что могу отдать слишком много, чтобы увидеть остальных живыми.
Дети достойны прожить свою жизнь наконец! Жрица сможет вновь воскреснут в образе богини. Друиды излечат землю от тьмы, воины перестанут гибнут. И ракуарье пусть живут! Им и так досталось сполна, чтобы был хоть один шанс помочь им.
И воевода. Алексий живи! Пусть Аленика родит тебе дочку, похожую на меня.
Вдруг ощутила теплый лучик, он коснулся сначала крыльев, поиграл в перышках и спустился к груди, согревая, а затем нагревая саму суть души.
«- Арда, держись! Тимоху сейчас подкину к тебе, он поможет направить божественный луч в сердце тьмы».
Среди тысяч ящеров я увидела ту, что помогала прижиться в этом мире. Концентрируя луч как лассо, примериваясь к середине озера, подумала — что может сделать обычный пес? Врединка не соврала, она вылетала из гущи падающих тел, молниеносно миновала три десятка драконов, показывая мастерство пилотажа, неся ко мне пса. Тот заливисто лаял, отгоняя темных тварей, виляя хвостом приветствуя меня. А вдруг?
Стоило ящерке подлететь ближе, пес прыгнул ко мне, преодолевая воздушное пространство торпедой, на лету ухватил пастью кончик светлого луча, задел меня хвостом и полетел вниз, выдерживая траекторию, которую я мысленно примеривала сама.
Он как будто снял с меня тонны груза, непосильную ношу божественной магии. Крыльями махалось легче, несмотря на то, что поток по-прежнему проходил через меня.
Тимоха буквально вонзил луч в центр озера, падая сам в воду вместе с ним. Глаза широко раскрылись в ужасе. Я теряю вновь друга.
Но нет! Пес как будто потерял гравитацию, выпрыгнул из воды удерживая золотистую светящуюся нитку и сделал ею выразительный росчерк. Затем вновь прыгнул вниз, вылетел совершая следующий росчерк. Тьма вздохнула громко, в этом вздохе ощущалась ее боль.
Через пару минут Тимоха изрисовал светом приличное пространство. Отсюда сверху его рисунок смотрелся неизвестным символом. Поймала взгляд Акуланьи. Она вдруг улыбнулась, крича.
— Пора! Вспомни боль своей души от предательства.
Я почувствовала, что падаю. Стоило вырываться из лап тьмы, чтобы самой вновь идти на заклание. Если жрица велит, я вспомню!
Боль, когда меня вычеркнули одним днем из жизни семьи. Боль, когда бывший муж пришел убивать меня. Боль, когда погиб Тимоха в первый раз. Боль, когда Арду вели на жертвенный алтарь. Боль за девочку, которая не пережила отчаяние. Боль за детей, погибших по воле жрецов в пещерах предков. Боль моих детей, оплакивающих смерть родителей. Боль, когда Алексий выбрал не меня. Боль, когда вместо награды за спасение детей князя я получила ненужные дары, а ведь достаточно было простой благодарности. Боль от предательства лучшей подруги. Боль, когда Тимоха умер во второй раз. Боль от предательства мужа, строящего планы как расторгнуть брачную связь. Боль от того, что Тьма не слышит нас.
И вдруг среди этой боли возник маленький теплый комочек. Я видела, как наяву дикую волчицу, отдавшую мне своего щенка. С этим теплом я и погрузилась в ледяные воды тьмы. Они сомкнулись над головой, отрезая от мира.
Но теперь внутри меня было то, что разрасталось обжигающим теплом. Дети, рассуждающие о мире, мои письма потомкам современным людям, спасение богов, признание Алексия в том, что хочет детей от меня, поглаживание перьев богини, вытягивающих из пропасти, взмах хвостом пса, отдающим свою любовь. Люди, пришедшие за мной сюда, верящие в нашу справедливость. Люди в поселке Предгорья освободившиеся от пут тьмы. Люди по всему миру идущие в храм, чтобы увидеть божественное волшебство. Тысячи душ женщин, склонившихся у статуи Безымянной, отдающие свои искры в этот луч.
Тепло разгоралось лавой, согревая окружающий мир. Провела рукой по тонкому лучику, плавно складывающегося в символ Добра. Я узнала бы его из тысячи, виденного мною всего лишь в научных легендах о сотворении мира и славянских родах. В этом мире он тоже имеет силу. Символ Солонь Яроват!
Расчертила ладошкой по красивым линиям, делая их основательней, весомей. Тьма должна почувствовать, что люди готовы помимо зла творить добро. Именно оно возрождает души, дает силы терпеть невзгоды, именно добро возвращается нам, когда мы уже отчаялись.
Линии вдруг зазвенели, разнося переливчатый перезвон в пространство. Даже здесь, в толще тьмы я услышала четыре голоса, поющих о Добре и Зле.
Тонкий голосок и такой пронзительный принадлежал Оленьке. Он затрагивал мои мысли о жизни и мечты. Бархатистый наполненный мудростью и спасением звучал голос Акуланьи, разогревая тепло в груди. Сильный и грозный голос Ландора наполнял пространство защитой и огнем. Кирилл вторил этому мужскому голосу, звонче, но намного сильнее, будто именно он собирает свет в символе, что рисует Тимоха.
Пес подплыл ко мне, по-прежнему удерживая луч в зубах, потерся о мои ноги и начал расти. И вот уже огромный пес стоит рядом со мной, защищая тепло моей души.
У тьмы не осталось шанса на победу, и она дрогнула, отступая. Шипение раздалось вокруг, перекрывая молитву в песне.
«- Добро всегда считалось слабостью, но почему-то люди всегда возвращаются к нему! Будь по-вашему, я уйду. Но всегда смогу вернуться, чтобы завершить начатое. Люди вновь призовут меня, и дадут вновь силы!»
Так и хотелось ответить — мечтай по темному. А этот мир больше не вспомнит о тебе. Или вспомнит, чтобы предостеречь потомков.
Вода начала собираться воронкой рядом с символом Добра. Я видела, как она оголяет подводные камни, песчаный берег и мертвые ракушки из янтаря. Откуда здесь такая диковинка? Взгляд поймал отражение в ракушке, и он определенно напоминал лучики богов.
Меня неожиданно выбросило на берег, и я поняла, что необходимо уходить дальше в горы. Мой голос раздался слишком громко в установившейся тишине.
— Уходим в горы! Сейчас здесь схлопнется пространство!
Первыми отмерли воины дружины. Они окликали друзей и бежали в сторону сопки напрямик по песчаному илу и мокрым камням. Затем всполошились друиды и маги. Они вышагивали огромными шагами, приобретя вдруг высоту и мощь. Один из них подхватил меня, двое других дочь и сына. Акуланья последняя оставалась о озера.
На отступление нам понадобилось полчаса. У подножия горы нас подхватили на спины ящеры. В этот раз их тела не исчезали в тенях, будто с уходом тьмы они вернули свои исконные породы.
Воевода делал перекличку, проверяя все ли успели уйти. А я беспомощно смотрела на опустошенное озеро тьмы. Вода ушла в воронку, оставляя на земле символ богов. Он по-прежнему светился распространяя в пространство магию.
Мы все почувствовали, как земля содрогнулась. В этот самый момент прореха миров начала затягиваться, а озеро стремительно заполнятся вновь водой. Она текла будто из ниоткуда. Не было никаких родников или водопадов. Она стекалась из пространства, делая озеро живым.
— Мне же не показалось? Там плещется огромная щука.
— Нет, смотрите, русалка садиться на камень.
Тихо спросила у Акуланьи.
— Это не галлюцинации?
Она усмехнулась, тяжело опускаясь на камень рядом со мной.
— Нет, просто волшебное озеро, которое здесь было в далекие времена.
— Можно считать его заповедником? Ведь таких существ не осталось в мире?
— Это уж вам решать.