ЭНДИ ВЫГЛЯДЕЛ ТАК, будто тюрьма не состарила его ни на один день.

Он ворвался в HEAT Health and Fitness, требуя встречи со мной. Страх, столь же жгучий, как боль, гнев и горечь, обычно парализует людей, когда нужно бежать. Затем ярость вступает в схватку с ужасом, и включается инстинкт «бей или беги».

Сегодня сначала кровь застыла, потом закипела – и злость взяла верх. Он действительно приехал сюда из Висконсина, будто имел право снова разрушить мою жизнь, уже однажды уничтоженную им.

Сигнализация HEAT сработала, оповещая охрану о нарушителе. Если бы я не провела картой сотрудника, охранники уже стояли бы у двери. Но я быстро отключила сигнал тревоги.

Однако, несмотря на мою расторопность, Ноа, который тренировался с По, сразу заметил прервавшего свое индивидуальное занятие Лео. Все трое тут же сосредоточились на Энди, который приближался ко мне. Они заранее встали в защитную позу.

Моя стена из мужчин, готовых защищать, оберегать, быть друзьями, которых мне так не хватало в детстве. Сердце бешено колотилось, но вместе с тем ощущало их преданность.

Энди улыбался и выглядел приветливо. Для них он был незнакомцем – его лицо не мелькало в новостях. Семья позаботилась об этом. Он вполне мог сойти за старого друга, и никто бы не заметил подвоха. Поднял руки в примирительном жесте и заговорил:

– Я здесь, чтобы поговорить с Эви. – Он заглянул за их спины. – Эви, у тебя есть минутка?

Я прикусила щеку, потом кивнула:

– Все в порядке.

Сама захотела остаться с ним наедине. Здесь не было места страху. Я готовилась к этому, писала ему, сама попросила приехать. Не собиралась устраивать сцен, но и отступать тоже не намеревалась.

Энди пожал плечами, усмехнулся и подошел к стойке.

– Скучал по тебе.

Когда остальные разошлись, я пробормотала:

– Значит, все-таки приехал?

– Приехал. – Он сузил глаза. – Могу ли я попросить провести индивидуальную тренировку?

– Закончится тем, что ты окажешься на полу. Не советую.

– Ты стала более дерзкой по сравнению с прошлым разом, – усмехнулся он. – Тогда пойдем куда-нибудь, где потише. Мне нужны ответы.

– Меня может отвезти водитель до дома. Это максимум, – я пожала плечами. Я была не настолько глупа, чтобы уезжать куда-то с ним, но при этом не хотела вовлекать других.

Энди хрустнул костяшками пальцев.

– Ладно.

Я повернулась к Лео и попросила подменить меня на занятии по йоге. Это было не в моем стиле. Лео знал это и сразу нахмурился. Но мне нужно было вывести Энди из зала, где, скорее всего, велась запись.

Мой водитель, как всегда, ждал у входа. Увидев нас, вопросительно поднял бровь.

– Мисс Белафонте… и?

– Тот, кого тебе не нужно знать, – пробормотала я, садясь в машину.

Энди сел рядом, усмехнулся. Даже тепло его тела рядом вызывало тошноту.

– Значит, не взяла его фамилию?

– Может, однажды возьму.

Все повороты к нашему закрытому поселку вызывали у Энди недовольное цоканье.

– Неплохо устроилась, пока я был в отъезде.

– В отъезде? Теперь ты так это называешь?

– Я не могу сказать ничего больше, Эви, – его голос стал жестче. Я знала этот тон. Когда-то он пугал меня.

Но теперь ощущала лишь странное спокойствие.

Ворота открылись. Водитель объехал бульдозер перед гостевым домом и остановился у парадного входа.

– Ты поставила меня в ужасное положение.

Водитель перебил его:

– Мэм, я подожду снаружи, если что-то понадобится.

– Не понадобится.

Я вышла из машины и жестом велела Энди следовать за мной.

– У тебя есть десять минут, чтобы задать свои вопросы, прежде чем я попрошу тебя уйти. Или прежде чем приедет мой муж. Думаю, он уже в пути.

– Твой муж? – прорычал он, когда я открыла дверь и впустила его в прихожую. Окинув взглядом огромную люстру, Энди усмехнулся и посмотрел на лестницу.

– Ты правда считаешь, что мне понравится, что ты выставляешь напоказ своего нового парня, пока я был в отъезде?

– Ты имеешь в виду моего мужа?

Его пальцы хрустнули – привычка, которой он всегда выдавал свое желание ударить меня, но пока сдерживался.

– Ты меня раздражаешь. Не строй из себя святую. Мы должны быть вместе, и ты это знаешь. Я устал от этой гребаной игры. Ты загладишь свою вину за то, что упекла меня в тюрьму из-за какой-то дурацкой шутки.

– Шутки? Энди, ты вообще в себе? Ты напал на меня! – Я прищурилась, внимательно наблюдая за изменением выражения на его лице.

– Я дал своей девушке то, чего она хотела! – заорал он. – Ты была одета так, будто сама мечтала, чтобы я тебя трахнул. И я собирался это сделать. Когда я прикоснулся к тебе, тебе это понравилось.

– Даже если бы я пришла на ту вечеринку в одном нижнем белье, это не давало бы тебе права. И я сказала «нет». Я умоляла тебя остановиться. Но ты продолжал. Мне оставалось только ждать, пока ты не потеряешь контроль, – я пыталась достучаться до него. – Ты хоть понимаешь, скольким женщинам причинил боль?

– Вы все потаскухи!

Он рванулся ко мне, но слишком неосторожно. Я специально встала у балюстрады и вовремя отскочила в сторону. Энди врезался головой в перила, заорал и, шатаясь, снова пошел в атаку. На этот раз я использовала его же прием и снова отправила в балюстраду.

– Черт! Тварь!

Энди резко развернулся, но в этот момент входная дверь распахнулась, и в дом ворвался Деклан. В его взгляде полыхала ярость. Он выглядел огромным, свирепым. Одним ударом он сбил моего бывшего с ног.

Энди пытался вырваться, замахнуться, но Деклан оказался слишком силен, слишком собран, слишком доминировал в этой схватке. Мой муж бил его снова и снова, методично и безжалостно.

Наконец я схватила Деклана за руку и тихо сказала:

– Он без сознания.

Он посмотрел на меня, тяжело дыша. Потом резко поднялся, схватил меня за локоть и притянул к себе.

Но мое тело было напряжено, готово к борьбе. Вся моя сущность воспринимала любое движение как угрозу. Реакция сработала мгновенно. Это был отклик прошлого, от которого я до сих пор не избавилась. Я дернулась назад.

Я увидела, как он заметил это, почувствовала, как его хватка ослабла, словно он не знал, что делать. Но потом его пальцы снова сжались. В его взгляде вспыхнуло что-то похожее на боль.

– Он заставил тебя бояться меня.

– Не тебя, Деклан. – Я взглянула на человека, лежащего на полу. – Это просто инстинкт. Реакция на любое прикосновение.

Деклан выдохнул, как будто пытаясь усмирить свой гнев. Затем большим пальцем медленно провел вверх и вниз по моей руке. Его движения были осторожными, даже ласковыми, с оттенком тоски.

– Я намерен сделать так, чтобы ты больше никогда не испытывала этот страх, Эверли.

А потом он схватил Энди за горло и потащил в глубь дома.

– Подожди. Куда ты его ведешь?

– На задний двор. Прикончить.

Он сказал это так буднично, что у меня пересохло во рту.

Я открыла было рот, чтобы остановить его, придумать хоть какой-то план, но слова застряли в горле. Деклан посмотрел на меня и произнес:

– Иди наверх, Капелька.

А потом, после паузы:

– Или останься, если хочешь.

Он скрылся за дверью патио.

В моей голове роилось множество мыслей, но одна цеплялась крепче остальных: ребенок в моем животе.

Я не позволю Деклану сесть в тюрьму из-за этого ничтожества. Не позволю ему нести этот груз до конца жизни.

Я вышла на улицу и увидела своего мужа. Он стоял над Энди, который теперь стонал, корчась на траве. Задний двор Деклана был скрыт от посторонних глаз – только солнце и птицы наблюдали за происходящим.

В этот момент мимо пролетел кардинал. Я невольно улыбнулась. Эти красные птицы всегда напоминали мне о доме. На пляже я видела чаек, но здесь… здесь был кардинал.

Как эта сцена могла быть такой спокойной? Почему страх ушел? Почему я точно знала, что этот день закончится идеально?

Я посмотрела на Деклана. Он был тем самым мужчиной, которого я любила. Тем, кто всегда следовал своим инстинктам и чутью. Тем, с кем я хотела провести всю свою жизнь.

– Деклан, – вздохнула я. – Ты не можешь его убить.

Красивый мужчина хрустнул костяшками пальцев, глядя на Энди, и проворчал:

– О, как раз могу, Эверли.

– Он не стоит этого, – я покачала головой. – У нас будет ребенок. Мы будем строить жизнь вместе. Мы не начнем ее таким образом.

– Почему нет? – Деклан почти заныл. Его взгляд встретился с моим – он принял во внимание мое мнение. Он никогда не колебался. Кроме этого момента. Со мной. Теперь мы были командой. Теперь мы были действительно мужем и женой.

– Она не может мне навредить, чувак. Ты разве не понимаешь этого? – Энди засмеялся, потом застонал и упал на траву, словно у него были сломаны ребра. Этот человек был жалким подобием человека, но продолжал вести себя так, как будто держал все в своих руках. Я улыбнулась ему. На этот раз я взяла эмоцию и прожила ее полностью. Я рассмеялась вместе с ним. Смеялась так, что слезы катились по моим щекам, и продолжала смеяться еще долго после того, как он пришел в себя.

– Что? Ты теперь тоже психопатка? – он насмехался.

Моя улыбка сразу исчезла.

– Психопатка? Нет, Энди, совсем нет. Я смеюсь, потому что ты думаешь, что у тебя есть контроль, как ты думал той ночью, когда связал меня и заставил смотреть, как ты угрожаешь моей лучшей подруге.

– Тоне это нравилось, – проскрежетал он, вытирая кровь с губ.

– Меня не волнует, что ты делал с кем-то годы назад, Энди. Это не меняет того факта, что ни одна из нас не хотела тебя той ночью. Ты думал, что контролируешь ситуацию, пока я сидела там, напуганная… но даже при всем этом давлении я смогла сбежать. – Я поднялась и подошла к нему. Он корчился, как рыба, выброшенная на сушу. – Я все равно заставила тебя умолять о пощаде той ночью.

– Заткнись. Ты даже не смогла закончить дело. Ты взяла пистолет с тумбочки, но не смогла нажать на курок, потому что все еще любишь меня. Ты знаешь, что это так. Ты должна встать передо мной на колени…

Я знала, что Деклан не позволит ему продолжать. Мужчина, которого я любила, схватил его за горло и пригрозил:

– Осторожно. Она позволяет тебе говорить, потому что ты этого заслуживаешь, но я без проблем изобью тебя до смерти. Мне плевать.

– Хватит, – тихо сказала я, и Деклан отступил, давая мне пространство, которое я просила, с человеком, с которым я никогда не думала, что снова окажусь рядом. – Знаешь, я всегда говорила себе, что смогу оставить свое прошлое позади. Я даже говорила Деклану оставить его в прошлом, но я не смогла его отпустить. Я ношу боль, сожаление и память о потере моей подруги из-за тебя каждый день. Я ношу воспоминания о том нападении каждую чертову секунду. Я переживаю, волнуюсь и пытаюсь планировать каждый момент дня, чтобы не оступиться. Это я делаю… не ты. Я. Жертва. Не насильник.

– Тебе это нравилось, – попытался он возразить.

Я усмехнулась его лжи, коротко посмотрела на Деклана, который кивнул мне, чтобы я продолжала.

– Может, я была тихоней, которая искала любви, потому что не получала ее от семьи, но я не была глупой, Энди. Ты причинил мне боль. Ты разрушил меня. И я никогда не смогу быть прежней. – Я сделала дрожащий вдох и встретилась взглядом с Декланом. – Я не буду прежней, но я стану лучше. Мое прошлое будет со мной, но я буду строить лучшее будущее благодаря ему. Я сильнее, умнее и наполнена любовью мужчины, который действительно заслуживает меня.

– Ну, я люблю тебя. Я знаю, что ты тоже меня любишь, – сказал Энди, и его слова вызвали тошноту. Он попытался встать, но снова рухнул на землю, задыхаясь. – Кажется, у меня что-то с грудью.

Деклан рассмеялся:

– Всем плевать, что с твоей грудью. Извинись перед моей женой за ад, который ты ей устроил.

Энди, видимо, понял, что его жизнь висит на волоске. Он начал плакать, хныкать, умолять и снова извиняться передо мной.

Но Деклан не хотел его прощать. Он подошел ко мне, наклонился и прошептал:

– Ты хочешь забрать его жизнь или это могу сделать я?

– Мы не можем его убить, Деклан. – Я глубоко вздохнула. – На нас заведут уголовное дело. Нам не стоит пачкать руки, потому что ты – воплощение американской мечты.

Деклан улыбнулся мне.

– Мне нравятся грязные руки, детка, – затем он поцеловал меня в щеку и приказал: – Иди обратно в дом.

Я рассмеялась, глядя на своего мужа, а потом поцеловала его крепко, прежде чем сказать:

– Никаких убийств. Нам просто нужно выдворить его отсюда.

– Я разберусь, – пробормотал он. – Дай мне минуту наедине с ним, ладно?

– Обещаешь не делать ничего, что нельзя будет исправить? – Я приподняла бровь.

– Конечно.

Я повернулась, чтобы войти в дом, слушая, как мой муж говорит Энди:

– Все забудут твое имя. С этого момента никому не будет до тебя дела. Я позабочусь об этом. Все бизнесы твоей семьи разрушатся. Я сделаю так, чтобы СМИ рассказали правду о том, что ты насильник. На этом все. Ты и ногтя этой прекрасной женщины не стоишь, хотя очень долго думал иначе.

Я не оглядывалась. Я пошла делать браслеты и сидеть в тишине в гостиной.

Чуть позже я услышала, как Деклан зашел внутрь, но он кому-то звонил, и разговор шел в режиме громкой связи.

– Кейд, мне нужна услуга.

– Я бы сказал «нет», но я видел, кто зашел в твой спортзал, так что, думаю, это будет интересно.

– Ты видел, как он зашел в мой спортзал, и не позвонил мне? – разозлился Деклан.

– Я проверил твое местоположение перед звонком, и ты несся по шоссе к своему дому со скоростью сто шестьдесят километров в час. Решил, что у тебя все под контролем.

– Неважно. Он здесь.

– Только не говори, что он мертв. Я слишком устал, чтобы разбираться с этим сегодня, – сказал Кейд скучающим тоном, как будто ему было плевать на мою жизнь или чью-либо еще.

– Он без сознания, но еще дышит у меня на заднем дворе. Там много крови. – Я услышала приглушенный шум, когда подошла к Деклану, обняла его за талию и прижалась к нему.

Затем я услышала, как Кейд бормочет Иззи:

– Твой брат потерял голову, как и ты много лет назад, и теперь мне нужно убирать чертов беспорядок за ним.

Он больше ничего не сказал нам и положил трубку.

– Стоит ли мне волноваться? Мы только что совершили преступление, – сказала я, не испытывая ни раскаяния, ни тошноты, ни какого-либо другого чувства.

– Я переживаю о других вещах, – ответил мужчина, которого я любила, – а ты переживай о нашем ребенке в твоем животе.

– На заднем дворе кровь, – прошептала я, когда братья Деклана ворвались в дом. Мои глаза расширились от мысли, что и они могут попасть в неприятности. – Подождите! Не заходите сюда…

– Они в курсе, Капелька. – Деклан покачал головой и мягко улыбнулся мне, прежде чем обратиться к своим братьям. – Он снаружи.

– Ты в порядке? – спросил он, обнимая меня.

– Я в порядке. Я… Ну, мы все отправимся в тюрьму за нанесение побоев, – выпалила я.

Дом вздохнул и потер переносицу.

– Честно говоря, учитывая, что мой брат обычно действует, не думая ни о чем, я бы сказал, что какое-то наказание его должно ждать. Но в данном случае я поступил бы так же. Мы точно не попадем никуда из-за этого ублюдка на заднем дворе.

– Кейд разберется. – Деклан пожал плечами и вытащил меня из объятий Дома. – Хочешь пойти за картошкой фри или мороженым?

– Серьезно? – Я посмотрела на братьев Харди, улыбающихся мне, и поняла, что наконец стала частью семьи, которая будет заботиться обо мне так, как никогда раньше. В настоящей любви. – И то и другое?

– Знаю отличное место. – Он повел меня в ванную на первом этаже, где я приняла душ и оделась. Мы не говорили о мужчинах, которые приходили и уходили из дома, пока шли к его машине. Когда я взглянула на него, он сказал:

– Моя жена не переживает ни о чем, Капелька. Это я переживаю.

Мы ехали не в город. Вместо этого он отвез меня на частный аэродром, где уже ждал самолет Global Express.

– Куда мы летим?

– Туда, куда я давно хотел тебя отвезти.

Думаю, выезд из города, избавление от бремени, которое так долго тянуло меня вниз, и, возможно, беременность заставили меня уснуть прямо в самолете. Я то просыпалась, то засыпала, слыша, как он звонит и, вероятно, работает.

Когда мы приземлились, он подхватил меня на руки и усадил во внедорожник, пристегнув меня ремнем безопасности. Когда мы выехали на дорогу, я поняла.

– Деклан, это мой город…

– Да… это твой родной город, – тихо сказал он, переплетая свои пальцы с моими. Когда мы подъехали к закусочной, о которой я ему рассказывала, он мягко улыбнулся. – Вот и твоя закусочная, детка.

– Моя закусочная?

– HEAT купил ее час назад. Ты ведь хотела картошку фри и мороженое.

Мое сердце забилось быстрее, когда я увидела через окно свою маму и Тоню, которые улыбались, держа плакат с надписью: «Давай снова поженимся».

Я повернулась к нему, со слезами на глазах.

– Деклан…

– Ты ведь хотела мороженое и картошку фри, да? – он нахмурился, сжимая мою руку.

– Да… – прошептала я.

– Хорошо. Потому что моя жена получит то, что хочет.

– Нет, да – я выйду за тебя. Снова и снова. Навсегда.

– Я не спрашивал, Капелька, и не собираюсь. – Он надел мне на палец еще одно кольцо с бриллиантом. Оно выглядело как обручальное, но камень был гораздо крупнее всех видимых мной за всю жизнь камней.

– Ты моя. Мне просто нужна свадьба, чтобы мир тоже это знал.