АНАСТАСИЯ НЕ СЛИШКОМ легко восприняла изменения. Я слышала ее крики через динамики телефона. Дом позвонил ей в тот момент, когда мы с Декланом выходили. Я предложила Дому отказаться от этого плана, уверяя, что мы с Декланом справимся и без его вмешательства, но он лишь улыбнулся мне, как будто весь мир был у него под контролем.

– Я разберусь с Анастасией и Кларой. Обе будут в ярости.

Как только мы сели в машину, Анастасия сразу позвонила Деклану, и я настояла, чтобы он ответил. Когда ее имя появилось на экране, я махнула ему, чтобы он поздоровался. Он вздохнул, вытащил телефон из кармана и переключил его на обычный режим, прежде чем сказать ей привет.

Но это не имело смысла. Я все равно слышала ее крики.

Минуты тянулись, а за окном мелькали океан и огни города. В какой-то момент Деклан зажал телефон между плечом и ухом, а его рука легла на мое бедро. Платье было длинным, но разрез он нашел мгновенно. Я вздрогнула от его прикосновения, и наши взгляды встретились.

– Анастасия, я сказал, что хочу прийти с женой. – Я услышала ее возмущенный голос, который стал лепетать что-то в ответ.

Его пальцы сжали мое бедро сильнее.

– Анастасия, послушай меня. Пока нет официального документа о разводе, мы, черт возьми, женаты. Будь добра понять это и убедись, что Пайпер тоже это осознает. – Он закончил разговор и резко увеличил скорость, как будто торопился что-то доказать всем вокруг.

Когда мы подъехали к HEAT Oceanside Resort, сразу же начали щелкать камеры. Я опустила взгляд, но Деклан продолжал смотреть прямо в объективы. Он хотел, чтобы мир нас видел, был к этому готов. Прежде чем выйти из машины, он буркнул:

– Только попробуй открыть дверь сама.

Подойдя ко мне, Деклан показал, что Анастасия была не единственной, кто был недоволен нашим появлением. Пока он открывал мне дверь, Пайпер стояла и ждала, что из машины выйдет ее подруга. Когда она увидела меня, ее лицо исказилось от недовольства. Деклан наклонился ко мне, и я думала, что он что-то скажет, но он просто улыбнулся и отстегнул мой ремень безопасности.

– Деклан, не надо…

– Дай мне хоть немного тебя побаловать, ладно? – Его щетина слегка коснулась моей щеки, когда он нажал кнопку ремня. – Этот звонок не дал мне возможности сказать, как ты потрясающе выглядишь. Черт возьми, ты божественна, и мне будет тяжело наблюдать за тем, как другие мужчины будут смотреть на тебя и эти красные губы.

В животе запорхали бабочки, а щеки вспыхнули, когда он помог мне выйти из машины.

Толпа журналистов сразу же начала громко задавать вопросы, пока он и два охранника вели меня внутрь. Мы остановились лишь однажды, и он шепотом сказал мне улыбнуться, притянул ближе и обнял за талию. Я последовала его указанию, потому что просто хотела выбраться отсюда. Я почувствовала, как он поцеловал меня в лоб, а затем помахал папарацци, пока мы спешили внутрь.

Нежный, спокойный, идеально подходящий для камеры.

– Первая часть позади, – успокоил он меня. Это была пресса. Это были медиа. Он справлялся с этим, управлял этим, подчинял своей воле.

Так прошел весь вечер. Публичные проявления нашей близости следовали одно за другим. Они были одновременно фальшивыми и настоящими. Мой разум играл со мной, когда он притягивал меня ближе, касался моей спины и спрашивал, не хочу ли я бокал шампанского. Когда объявили танцы для пар, он уже вел меня на танцпол, двигаясь медленно под музыку и шепча мне в ухо нежности. Он говорил, что я прекрасно танцую, что мне удается вести себя с достоинством.

Но когда Пайпер и Анастасия подошли, чтобы сказать Деклану, как потрясающе организовано это мероприятие, я попыталась незаметно отойти, пока они меня не заметили. Я знала, что долго не выдержу в их компании. Но Деклан переплел пальцы с моими и удержал рядом, когда Анастасия, наконец, повернулась ко мне и сказала:

– Хорошее платье.

Я сомневалась, что это был настоящий комплимент. Мы давно перешли границы вежливости, но все же ответила с последней каплей доброты, что у меня оставалась.

– Спасибо, я одолжила его у Клары.

– Одолжила? – Пайпер подняла бровь, а Анастасия усмехнулась.

– О, Клара была так щедра, – заметила Анастасия, оглядываясь в поисках своей сестры, как будто я стала предметом благотворительности на этом вечере. Но Клара задержалась рядом с Домом возле двойных дверей большого бального зала. Проведение вечеринки в курортном комплексе HEAT Oceanside позволило устроить все как на роскошном свадебном приеме: сцены, угощения, столы. Ледяные скульптуры превратили в фонтаны, официантки ходили в вечерних нарядах – все в черном и серебряном, а на больших экранах демонстрировались цели благотворительного фонда и на что пойдут собранные средства.

– Ну, я не знаю, где Клара, но она выше тебя, – язвительно заметила Анастасия. – Так что, вероятно, она купила это платье, чтобы ты надела его сегодня.

– Это напомнило мне об одной детали. – Деклан повернулся ко мне, обнял за спину и начал водить пальцами по моей коже, так как вырез платья был довольно глубоким. – Пожалуй, мне стоит заказать еще одежду для твоего гардероба. Или ты хочешь, чтобы наш водитель отвез тебя в один из наших бутиков? Там тебе предложат будущие коллекции в стиле спорт-кэжуал, если ты не найдешь ничего подходящего. Хотя ты все еще не взяла мою фамилию, они знают, что ты моя жена, и хотят услышать твое мнение… а еще хотят, чтобы ты носила их вещи. Ты ведь понимаешь, что эти вещи такие же твои, как и мои, и ты можешь выбирать их сама.

Пайпер и Анастасия широко раскрыли рты, а я сузила глаза, взглянув на Деклана. Он знал, что мне все равно на будущие коллекции. Я почти не носила те вещи в стиле спорт-кэжуал, которые он мне уже подарил.

– Даже у меня нет доступа к будущим коллекциям, Деклан, – выпалила Анастасия.

– Я знаю. Я руковожу линией одежды с командой, и это то, что я доверяю только своей жене. – Он притянул меня ближе и поцеловал в лоб, затем добавил: – Извините нас.

– Ты дразнишь быка красной тряпкой без причины, Деклан, – сказала я, когда мы направились к его семье.

– Нет, я устанавливаю чертовы границы. Моя жена может получить все, что захочет, и никто не имеет права, да и никогда не будет унижать ее в моем присутствии. Если нужно, в следующий раз я буду еще более прямолинеен.

Я вздохнула, зная, что его не переубедить. Когда он чего-то хотел, он этого добивался.

Лайла, с ребенком на руках и Данте, стоящим за ней рядом с Иззи и Кейдом, выглядела одновременно безжалостной и умиротворенной. Никто бы не подумал привести ребенка на такое мероприятие, но семье Деклана было все равно. Дочь Лайлы вырвалась из ее рук и буквально бросилась к Деклану, как будто не видела его час назад.

Она сжала его щеки, а он усадил ее на руки и обвел взглядом своих сестер.

– Не позволяйте никому говорить с Эверли, пока я танцую с племянницей, ладно?

Затем он сказал, что скоро вернется, и ушел от меня, кружась с девочкой на руках, подбрасывая ее в воздух и вызывая восторг у всех вокруг. Клянусь, я чуть не лопнула от умиления. Он улыбался, как никогда раньше, обращался с ней осторожнее, чем с драгоценным футбольным мячом, и шептал ей на ухо секреты, от которых малышка смеялась с чистой, наивной радостью.

Он вернул ее Лайле и сразу же обнял сестру.

– Спасибо, что принесла малышку, чтобы мы смогли пережить этот чертов ивент.

Она даже глазом не повела. Вся семья была очарована этой маленькой девочкой, и я знала, что дети Иззи получат столько же любви.

Рожденные в любви.

Окутанные ею, защищенные ею. Возможно, проблема была в том, что мое сердце ожесточилось от долгих поисков этой любви.

– Ии-би! – закричала малышка и потянулась ко мне.

– Тоже потанцевать с тобой?

Лайла засмеялась и позволила мне взять ее на руки.

– Я с радостью потанцую с тобой.

Я протанцевала с этим маленьким ангелочком целую песню, и это было идеально, потому что скрипки играли кавер на диснеевскую мелодию. Она визжала от восторга у меня на руках, а ее зеленые глаза расширились, когда я начала напевать мелодию.

– Она принцесса! – завизжала она, обращаясь к матери, когда я вернула ее. Я заметила, что Деклан больше не улыбался.

Я переступила черту; мы не были настоящей семьей, и, возможно, мне не следовало забирать его племянницу и танцевать, будто никто не смотрит.