– ТЫ ТЕРЯЕШЬ СВОЮ ЧЕРТОВУ ГОЛОВУ. – Дом схватил меня за руку и увел прочь от Пайпер и остальных. Я только успел обернуться, чтобы увидеть, как Эверли уходит, ее стройный силуэт плавно покачивается в такт шагам, а Уэс следует за ней по пятам. Казалось, сегодня она двигалась с еще большей грацией, словно знала, как сводит меня с ума.

Мое тело перестало слушаться разум.

Я вырвал руку из хватки Дома.

– Я еду домой.

– Зачем? Неужели чтобы остыть, пока она будет веселиться с ним? – Дом поднял брови, в глазах читалось искреннее беспокойство, а не желание вывести меня из себя.

– Этот ублюдок посадил мою девушку в свою машину, будто у него есть хоть малейший шанс, – прошипел я, доставая телефон и набирая сообщение.

Я:

Лучше тебе ехать прямо домой, Эверли.

Эверли:

Я взрослая. Не обращайся со мной, как с ребенком.

Я:

Я говорю с тобой, как с женой. И если твой «друг» посмеет к тебе прикоснуться, я ему сломаю руки.

Эверли:

Ты серьезно? Перечитай свое сообщение и подумай, хочешь ли ты продолжать в том же духе.

Я:

Я еду домой, и когда приеду, тебя лучше быть там.

Эверли:

Меня не будет.

Я:

Тогда я тебя найду. А этому придурку сильно достанется.

– Ну что, счастлив? – Дом склонил голову набок и усмехнулся, когда я поднял на него взгляд. – Думаешь, такие угрозы помогут?

– Ты даже не знаешь, что действительно работает в отношениях с женщинами.

– Зато я знаю, что Эви тихая, но чертовски умная. И что скоро прошлое ее догонит. Пайпер тебе сказала?

– Сказала что?

– Эви уже бывала в центре внимания, Деклан. – Дом потянул шею, медленно массируя ее. – Советую поговорить с ней и заранее продумать, как будешь это разруливать. Будет непросто.

Новость о завещании уже была ударом ниже пояса.

– Значит, еще один шторм на горизонте?

– Ты жених века, чувак. Может, Карл и правда что-то предвидел, когда решил, что вы должны пожениться. Просто поговори с ней и перестань вести себя как идиот. Это серьезно.

Я даже не попрощался. Предупреждение Дома отрезвило меня. Ночной воздух был густым от влажности и тревожного предчувствия. Я обошел тех, кто отдыхал на пляже, и добрался до дома быстрее, чем, уверен, успел бы Уэс.

Я припарковался в просторном гараже, где стояли еще пять машин. Все черные. Все роскошные. И ко всем без исключения Эверли даже не притрагивалась.

Эта упрямая женщина предпочитала бегать, особенно когда злилась на меня.

И, разумеется, позволяла своему «другу» подвозить ее.

Как по заказу, я услышал рокот его машины у ворот. Нажав кнопку на пульте, я отключил автоматическое открытие, а затем направился к калитке.

– Деклан, – ее окно опустилось, голос звучал раздраженно, – ворота не работают.

– Работают, – я указал подбородком на Уэса, – просто ему здесь не рады.

Голубые глаза Эверли вспыхнули гневом.

– Это просто по-детски.

Слова прозвучали резко, сдавленно, будто она сдерживала ярость. Я облокотился на каменную колонну, пытаясь понять, сколько она успела выпить.

– Скажи спокойной ночи, Эверли.

Уэс, возможно, пытался убедить ее, что может постоять за себя, но без своей команды он был ничем. Трусливый квотербек, привыкший прятаться за линией нападения. Когда защита противника прорывалась, он чаще всего сдавался. Я не видел никого, кто бросал бы столько перехватов, лишь бы избежать захвата. Даже сейчас он не вышел из машины, чтобы открыть ей дверь или противостоять мне. Он что-то пробормотал и поцеловал ее в висок.

Этого хватило, чтобы заставить мою кровь бурлить от гнева. Хватило, чтобы понять: после сегодняшнего вечера его губы больше никогда не коснутся ее.

Я позабочусь об этом.

Она выскользнула из машины и прошла мимо меня, пока водитель Уэса разворачивался на моей улице. Попыталась обойти меня, пошатнулась, и я понял, что алкоголь действует сильнее, чем полчаса назад.

– Что ты пила в баре?

– Не твое дело. – Она гордо подняла подбородок, пытаясь вырвать руку из моей хватки.

Я усмехнулся.

– Не получится, Капелька. Я отпущу твою руку только в том случае, если снова закину тебя на свое плечо.

– Только попробуй. – Она развернулась ко мне, бросая вызов. Я закатил глаза и наклонился, чтобы подхватить ее за талию. Она думала, что я не подниму ее, что отступлю. Она ошибалась.

Но когда я наклонился, она обвила мою шею руками, обхватила бедрами и резко дернула вниз. Мы с грохотом упали на траву рядом с подъездной дорожкой.

– Черт возьми, Эверли.

Она перевернулась и оказалась сверху, победно улыбаясь. Темное облачное небо стало для нее фоном.

– Я же говорила, что в следующий раз, когда ты будешь мной командовать, я уложу тебя на лопатки. Хочешь попробовать еще раз?

Ее глаза сузились и сверкнули, словно два огонька в темноте. Небо загудело, предвещая грозу. Она тяжело дышала, сидя на мне, и я почувствовал, как твердеет мой член. Когда она качнула бедрами, я понял, что она играет. Если она хочет играть – я не мог ей отказать.

Я перевернул ее, и мы покатились по траве. Схватил за запястья, но она ловко вывернулась и ударила меня там, где моя хватка была слабее. Я перехватил ее за талию, а она, извиваясь, попыталась ногами захватить мою шею.

Мы кружились, как гладиаторы. Но я был вдвое больше, трезвее и выносливее – даже если она бы никогда в этом не призналась.

Ее последняя попытка вырваться оказалась тщетной. Когда она вскочила и побежала к гостевому дому, я поймал ее за ногу и потянул назад. Она вскрикнула и попыталась отбиться, но мой адреналин зашкаливал.

Я прижал ее к земле, зафиксировав запястья в траве над головой. Она уже устала и больше не сопротивлялась.

– Скажи свое стоп-слово, Эверли. Сдавайся.

Она медленно покачала головой.

– А если я не хочу? – голос был тихим, взгляд пронзительным. – Мне стоит, но я не сделаю этого. Так что бери, что хочешь, Дек. Ты хочешь свою жену здесь, посреди ночи? Возьми меня.

Я зарычал, собираясь отпустить ее и встать, но она застонала, прикусила губу и прижалась ко мне.

– Ты пьяна, Эверли.

– Да, и я вся мокрая от тебя. Я представляла, как ты входишь в меня, с той самой минуты, как твоя рука скользнула мне под юбку, в то время как рядом беззаботно сидел Уэс.

Смело. Эверли и алкоголь – опасная смесь.

– Значит, тебе нравится, когда я играю с тобой тайно?

Она снова качнула бедрами, и я стиснул зубы, подавляя рык.

– Твоя сводная сестра и ее подруга хотят тебя, даже когда ты делаешь со мной грязные вещи под столом.

Я наклонился, сжав ее запястья одной рукой, а другой скользнул вниз по ее телу. Лучший человек остановился бы. Но я не смог.

Отпущу ли я ее, если встреча с юристами обернется катастрофой? Или потеря ее тепла все равно разрушит меня?

Эта мысль скрутила живот, пока я смотрел на нее: на волны волос, рассыпанные по траве, мягко обрамляющие лицо в приглушенном свете, льющемся из нашего дома.

Наш дом.

А она еще ни разу не спала в моей постели.

– Деклан, – простонала она, в голубых глазах вспыхнул голод. Ее тело извивалось под моим. – Пожалуйста… мне это нужно.

Я зарычал, расстегнул брюки и высвободил член – отказать после этой мольбы было невозможно.

– Только один раз, Капелька. Потрись о мой член, – голос сорвался на хрип.

Она прижалась к моим бедрам, обхватив их ногами, а я сжал запястья над ее головой и кончиками пальцев ощутил бешеный пульс. Большим пальцем дразняще провел по клитору, наблюдая, как ее лицо захлестывает наслаждение. Я не собирался трахать ее сегодня, но и оставить без удовлетворения ее грязных фантазий не мог.

– Может, мне стоит почаще тебя связывать? Смотреть, как ты умоляешь? – прошептал я, наклонившись к самому уху.

– Ох… – Она уже не могла ответить связной фразой. Ее бедра двигались в рваном ритме, а глаза закрылись, словно она пыталась удержать накатывающее удовольствие.

Я сместился, прижался к ее шее, оставляя горячие поцелуи, и одним резким толчком вошел в нее. Она ахнула, а я стиснул зубы – так туго, словно ее тело скучало по мне.

Ее спина выгнулась, дыхание сбилось, но она не остановилась. Продолжала двигаться, гонимая жаждой разрядки. Я наблюдал с восхищением, борясь с желанием поддаться инстинкту и взять ее жестко прямо здесь, на мокрой траве.

Дождевые капли падали на ее горячую кожу, смешиваясь с потом, в то время как она насаживалась на мой член. Я скользнул рукой вниз и стал водить пальцем по ее клитору.

– Вот так, детка, – пробормотал, желая, чтобы оргазм поскорее накрыл ее.

– Деклан… – голос сорвался, челюсть сжалась, и она дернулась, попытавшись вырваться из моей хватки. – Да, черт возьми, двигайся!

Я усмехнулся, покачал головой и прижался губами к уголку ее губ.

– Нет. Хочешь? Тогда возьми. Возьми меня, как хорошая девочка. Оседлай его так, как тебе хочется.

Она рыкнула в ответ, с силой дернулась, но запястья крепко держала моя ладонь. Я снова ущипнул клитор, и ее тело тут же содрогнулось. Бедра двигались уже без всякого ритма, просто в отчаянной попытке достичь разрядки. И она ее достигла: вскрикнула, выгнулась дугой и задрожала на мне, пока волна оргазма не схлынула.

Я впился взглядом в ее лицо: щеки горят, губы приоткрыты, глаза наполовину закрыты, но в них еще тлеют угольки удовольствия.

– Черт, ты божественна, когда кончаешь, – выдохнул я.

– Трахни меня, Деклан… – шепот прозвучал слабо, тело почти обмякло.

– Тебе нужно выспаться, Капелька. – Я быстро вышел из нее, прежде чем неодолимое желание сорвало бы все мои остатки самообладания. Поцеловал ее в лоб, на что она отозвалась обиженно надутыми губами. – Завтра я так тебя оттрахаю, что будешь молить о перерыве.

Ее губы дрогнули в уставшей улыбке, а я подхватил ее на руки и отнес в дом.

В прошлый раз она переступила порог, чтобы выслушать унижения от Анастасии и Мелинды. Теперь все будет иначе. Теперь я закрою двери для всего мира, чтобы подарить ей ночь покоя.

Я бережно раздел ее, уложил в кровать, а сам лег рядом, прижав ее к себе.

И всю ночь заставлял себя не двигаться, не поддаваться искушению взять ее прямо сейчас.