Когда я проснулась, в ушах стоял непривычный глухой шум, похожий на рев мотора. Я сонно приоткрыла глаза – и в следующий миг полностью очнулась. Я была в самолете! Попытавшись встать, я упала обратно из-за застегнутого ремня.

– Кристина, дорогая, не волнуйся! – опустился передо мной на колени Амир, беря мои руки, чтобы успокоить.

Я начала задыхаться.

– Куда мы летим?

Можно было не спрашивать. Я уже знала ответ.

– Домой.

– Ты сумасшедший, да?! – закричала я.

– Видимо, да, – улыбнулся он.

– Боже мой, боже мой!

Я часто дышала, пытаясь успокоиться. Меня начала бить дрожь.

– Выпей это, – сказал он, протягивая мне стакан с какой-то жидкостью.

– Ну уж нет! Я лучше умру от голода и жажды, чем еще что-то выпью или съем рядом с тобой!

– Тогда мне придется кормить тебя силой, – улыбнулся он. – Прошу, не сердись. У нас будет нормальная жизнь, обещаю.

– Нормальная жизнь? По-твоему, это нормально – держать меня взаперти, а потом увезти из страны?

Амир скривился:

– Нам надо соблюдать осторожность, пока все не успокоится.

– Пол никогда не оставит меня с тобой! – уверенно заявила я.

– Ему придется, – пожал он плечами. – Мы скоро будем садиться. Может, все-таки хочешь воды?

– Нет! – отрезала я и, вздернув голову, отвернулась к окну.

Под нами простирались пустынные пейзажи. Куда ни кинешь взгляд – везде песок, камни, голая выжженная земля, на которой видна каждая складка, каждая рытвина, каждый изгиб. Даже те редкие растения, что росли небольшими кучками, казалось, специально окрасились в серо-коричневые цвета, чтобы не выделяться из аскетичного ландшафта. Вскоре начали появляться дороги, потом – небольшие городки и деревни; растений стало больше, попадались даже поля.

Самолет начал снижение. Вдалеке виднелся большой город, такой же серый, как и все вокруг. Даже он как будто хотел замаскироваться.

Мы приземлились. Воздух в иллюминаторе стал какой-то непрозрачный, словно зной и его плавил. Мы вышли наружу, и я схватилась за грудь: легкие обожгло жаром.

– К этому климату надо привыкнуть, – сказал Амир, пропуская меня вперед.

– Я не собираюсь здесь задерживаться, – отрезала я, ища глазами сотрудников полиции.

– Нам сюда.

Амир взял мою руку и повел к ближайшей двери. Я тут же попыталась ее высвободить, но он лишь усмехнулся:

– Лучше, если ты не будешь от меня убегать здесь.

– Тогда надо еще заклеить мне рот! – раздраженно бросила я.

Амир засмеялся. Его ничуть не напугала моя угроза.

– Не ожидал, что ты такая упрямая! Лучше не кричать, конечно, но если очень хочется… – пожал он плечами, ведя меня по коридору.

Вокруг не было никого, ни одного сотрудника, вообще ни души.

– Где все? – спросила я, понимая, что еще одна маленькая, но все же надежда улетучивается словно дымка.

– Не хотят нам мешать, – ухмыльнулся Амир и открыл мне дверь.

Мы вышли на улицу со стороны города, у дороги нас ждала машина. Расул обогнал нас и поспешил открыть мне дверь.

– Я понимаю, тебе нужно время, чтобы прийти в себя, но уверен, ты полюбишь это место, – сказал Амир, сев с другой стороны.

– Вряд ли, – ответила я.

– Значит, будем жить там, где захочешь, – улыбнулся он, и я подумала, что его непоколебимая решимость получать все, что он захочет, должна была насторожить меня с самого начала.

– Твоя жена знает, что я здесь? – спросила я.

– Нет, – сухо ответил он. – Это ее не касается.

– Я… мы… будем в одном доме? – заикаясь, уточнила я.

– Конечно, нет. Я же говорил, мы давно не живем вместе.

Его удивили мои сомнения.

– Ты же знаешь, да, что это все неправильно? – не удержалась я, хотя понимала, что задала бессмысленный вопрос.

– Для меня главное, что ты рядом. Остальное меня не волнует, – просто ответил он.

* * *

Через минут сорок мы подъехали к массивным металлическим воротам, за которыми шел круговой подъезд к дому. Благородное великолепие особняка поразило меня с первого взгляда. Он был построен из светлого камня розового оттенка. Ко входу с обеих сторон вела невысокая лестница с белой балюстрадой; на каждой ступени стоял огромный горшок с пальмой. Вверх, словно башня, тянулась центральная часть дома, увенчанная приземистым куполом с вытянутым, как у луковицы, наконечником, а в обе стороны от нее в идеальной симметрии расходились два крыла дома. Стены были украшены причудливой арабской вязью, выбитой прямо на камне, а этажи разделены между собой цветной мозаикой, выложенной из разных пород камня. Множество высоких вытянутых окон были вписаны в остроконечные арки, а небольшие балкончики защищались от солнца металлической резной перегородкой. Дом был словно дворец из восточной сказки, а в довершение ко всему вокруг был разбит настоящий зеленый сад, хотя за забором была все та же каменная пустыня, что я видела из самолета.

– Тебе нравится? – спросил Амир.

Это был самый красивый дом, который я когда-либо видела, – но разве я могла ему признаться в этом? Я промолчала.

– Давай я покажу тебе все! – предложил он с энтузиазмом.

– Не хочу ничего смотреть, – сухо ответила я.

Он качнул головой:

– Только не говори, что тебе не интересно. Я видел, как заблестели твои глаза!

Он взял меня под локоть. Моя кожа покрылась мурашками от его прикосновения.

– Видишь, твое тело не умеет врать, – заметил он, и я вырвала у него свою руку.

– Я просто боюсь тебя! – гневно проговорила я. – И мечтаю только о том, чтобы ты поскорее оставил меня в покое!

– Ты будешь здесь счастлива, – уверенно произнес он и потянул меня за собой.

Я хотела было опять возмутиться, но зачарованно засмотрелась в глубину сада, откуда веяло прохладой и свежестью. Вдоль тропинок по проложенным узким каналам журчала вода, а вокруг было так много растений и росли они так хаотично, что было сложно отделить их друг от друга. Это был таинственный сад.

Я подошла к одному из кустов, усыпанных красными цветками. Я не знала его название, но аромат был мне знаком.

– Нет ни одного засохшего лепестка, – тихо пробормотала я.

– Садовник будет рад узнать, что ты оценила его работу, – сказал с улыбкой Амир.

Я смутилась:

– У тебя красивый сад… и дом.

– Это все теперь и твое тоже, – серьезно сказал он.

Я лишь раздраженно вздохнула. Какой реакции он ожидал?

– Ладно, – сказал он. – Пойдем, я покажу тебе все внутри.

Я молча последовала за ним. Мы вернулись к главному входу и вошли в высокие резные двери. Просторный холл был наполнен светом и воздухом благодаря огромным окнам, стены покрыты камнем, деревянными кружевными панелями, коваными элементами с арабесками – буйство фактур и оттенков, гармонично сочетающихся между собой. Широкая каменная лестница вела на второй этаж, но мы прошли в гостиную, где низкие диванчики с сотней подушек самых разных цветов окружали каменную чашу с фонтаном.

Пока я изумленно крутила головой, рассматривая роскошные шелковые панели, вышитые вручную, к нам подошла немолодая и совсем маленького роста женщина в платке и традиционной восточной одежде, поверх которой был завязан белый передник.

– Кристина, хочу представить тебе Зухру. Ты можешь обращаться к ней по любым вопросам. Она так долго работает в нашей семье, что я уже сбился со счета, – представил ее Амир.

– Здравствуйте, – поклонилась она. – В этом году будет сорок два года, господин. Вот, я принесла вашу любимую пахлаву.

Она протянула нам блюдо.

– О, я ее обожаю, спасибо!

Амир взял одну кончиками пальцев и предложил мне:

– Попробуй!

– Спасибо, мне не хочется, – холодно отказалась я.

– Как скажешь, – вздохнул он и отправил кусок в рот. – Идем дальше?

– Я бы хотела остаться одна, если позволишь, – ледяным тоном произнесла я.

Зухра смущенно взглянула на Амира, но его, казалось, это нисколько не тронуло.

– Спальня готова? – спросил он.

– Да, конечно, господин! – поспешно кивнула милая женщина.

– Будь добра, проводи Кристину, – сказал он ей и повернул голову ко мне: – Я зайду к тебе попозже.

Я нервно поджала губы и пошла вслед за Зухрой наверх. С тускло освещенной площадки второго этажа в одну сторону уходил коридор, ведущий в гостевые комнаты, а прямо напротив лестницы были двери в главную спальню, которая была не такой огромной, как та, в которой я провела последние два дня, но все же больше, чем вся моя квартира. Над кроватью возвышалось высокое деревянное изголовье, покрытое, как и все в его доме, растительным орнаментом, а под потолок был подвешен белый балдахин из легкой, почти прозрачной ткани.

Я не могла не признать, что и комната, и весь дом были оформлены с большим вкусом. Дом был абсолютно не похож на дерзкий и современный особняк Амира в моем городе, он был словно шкатулкой с секретами, которые можно было рассматривать вечно, открывая все новые и новые детали.

Я ходила и с интересом рассматривала спальню, пока не попала в женскую гардеробную. Там мое любование закончилось в тот миг, когда я увидела десятки платьев, халатов, брюк, рубашек, ровно развешанных на плечиках. Я выскочила оттуда со скоростью света и посмотрела на Зухру, скромно стоящую у дверей.

– Это вещи его жены? – с ужасом спросила я.

– Нет, что вы! – активно замотала она головой. – Ямина здесь никогда не была. Господин Амир попросил купить всю эту одежду для вас.

– Для меня? – смутилась я еще больше.

– Да, – подтвердила милая женщина.

– Когда он попросил это сделать? – уточнила я.

– Может быть, неделю назад, – ответила она.

В глазах потемнело: «Он все спланировал заранее. Он всегда все предусматривает. Пол не сможет помочь мне…»

Я облокотилась о стену, чтобы не упасть.

– Госпожа, что-то не так? – взволнованно спросила Зухра.

– Я могу позвонить? – спросила я безнадежно.

– Лучше спросить у господина Амира, – сконфуженно потупила взгляд бедная женщина. – Вы, наверное, проголодались? Я принесу вам обед.

Она поспешила выбежать, а я так и осталась стоять на том же месте. Мысль о том, что я проведу здесь остаток жизни, пугала меня до безумия.

Я хотела подойти к зеркалу – сделала шаг… и упала, потеряв сознание.