Утро на кухне у Марты проходило не только под звуки скворчащих на сковородке сырников, но и под оживленное обсуждение вчерашнего бала с нелепой помолвкой Тодериуса и вероломной Марьяры.

— Нет, ну ты видела, какую они свару из-за нее затеяли⁈ — хихикала Ларина, обращаясь ко мне.

— Такое сложно не заметить и еще сложнее развидеть обратно, — без энтузиазма отозвалась я.

— Марьяра уже час как проснулась с жутким похмельем. Все стонет, что ее не иначе как убить хотели, ножкой топает и требует особого похмельного средства, — присоединилась к разговору Катрин.

— Ну, так отнеси ей зелья какого-нибудь, чтобы полегчало, — предложила я.

— Нет в хозяйских запасах ничего такого, а на рынок долго ходить, а эта мадам уже сейчас требует, — отозвалась Катрин.

Пойти, что ли в запасах Валериуса в кабинете поискать.

— Ладно, сейчас что-нибудь придумаем, — сказала я и вышла из кухни.

Прокрасться к кабинету Валериуса не составило труда, но внутри слышались чьи-то голоса. Пришлось спешно отступать. Открыв магическим ключом соседнюю дверь, я быстро проскочила внутрь. Это была одна из гостевых комнат, что находятся в моей зоне ведерно-шваберной ответственности.

Приложив к двери ухо, я стала ждать, когда предположительно Тодериус и еще кто-то покинут кабинет. Минут через десять, когда уже и ухо от напряжения побаливать стало, дверь кабинета наконец-то открылась. Судя по звукам из коридора это был, конечно же, Тодериус и еще один незнакомый мне голос.

— Подготовьте, пожалуйста, бумаги. Я надеюсь, на следующей неделе они будут у меня на руках? — мурлыкал Тодериус.

— Ничего не буду обещать. Могут возникнуть сложности. Такого рода сделки редко нравятся второй стороне. Вы уверены, что стоит готовить такие документы тайком? — сильно сомневался незнакомый мне тип.

— Я уверен. Со своей стороны обещаю, что не выдам того, кто помог мне с этим делом. В этом вопросе можете быть спокойным, — уверил своего собеседника Тодериус.

Это еще что за тайны такие? Какие еще документы, и втайне от кого этот блохастый проходимец состряпать пытается?

Шаги заговорщиков стихли за углом. Теперь можно и зелье поискать. Я вышла из гостевой комнаты и вошла в кабинет. Здесь ничего не меняется, за исключением, видно, наполненности сейфа, что становится все легче и просторней.

Открыла ящик стола и начала медленно перебирать пузырьки. На них еще и бирки имеются! Будем читать. На одном из коричневых пузырьков было помечено столь часто присутствующее и в нашей медицине чудо-средство, что способно помочь сразу от всего «От мигрени. От поноса. Для улучшения памяти».

А это еще что? Я вытащила из ящика большой пузырек, на котором старая бирка имела следующее название «Оборотный усилитель. Для медицинско-магического применения». Видно, какой-то усиливающий эффект от зелий для оборотней дает.

Поищем еще. Я вытаскивала пузырьки и вчитывалась в их названия, но ничего подходящего найти не получалось. Можно сделать вывод, что Валериус похмельем никогда не страдает, вот и не держит у себя подобных средств.

И что в итоге остается? Я посмотрела на первый вытащенный мною пузырек. При похмелье болит голова, а значит, средство от мигрени тоже сгодится, можно и усилить его эффект, раз тут усилитель завалялся.

Довольная результатами своего поиска, я сложила все, что мне не нужно в ящик стола и вернулась на кухню.

— Я нашла в своих скромных запасах средство от мигрени, — порадовала я служанок.

— Вот, значит, тебе разнос с чаем и булочками для Тодериуса и его приболевшей гостьи, они в гостиной сейчас разговаривают о планах на жизнь. Добавь зелье в чай и отнеси им, — сказала мне наша повариха Марта.

Может Тодериус тоже мигренью мучается? Добавлю в чай обоим! Открыв оба пузырька, щедро плеснула их содержимое в чай ничего не подозревающих больных.

Удовлетворенно улыбаясь, с разносом в руках я зашла в гостиную. Понурая Мурьяра сидела на диване и руками придерживала свою голову в вертикальном положении. Тодериус выглядел не в пример лучше, но все же потрепанным жизнью. «Но с утра ему силенок хватило какие-то тайные сделки обсуждать с неизвестным нам типом» выдал, подозрительно прищурившись, мой разум.

— Ваш чай, — проговорила я и поставила булочки и чайные чашки на стол.

— Можешь быть свободна! — ворчливо пропыхтела Мурьяра. Какая же она неприятная! Хоть трезвая, хоть нет.

Стараясь скрыть собственное раздражение, я опустила взгляд и быстро ретировалась из комнаты. Еще и зелье им искала, сидели бы и болели дальше! Мне какая разница!

Собрав всю волю в кулак, и покрепче ее там сжав, пошла на второй этаж, выполнять свои будничные трудовые обязанности — бороться с пылью и грязью во вверенных мне помещениях.

Простенькие заклинания уборки мне давались все легче с каждым днем. Уже через полчаса настроение пошло вверх, и я забыла об утренних волнениях.

Напевая себе под нос незамысловатую песенку, и перестилая при этом постель в гостевой спальне, я услышала на первом этаже какой-то шум. Мурьяра там снова буянит, что ли? Не стоит придавать значения.

Протру вот этот столик и можно заканчивать уборку. Я уже мечтательно думала о наступлении обеденного времени. Но мечтать мешал этот не стихающий, а, скорее, нарастающий шум на первом этаже. Да что там происходит⁈ Даже на Мурьяру это уже не похоже.

Все же любопытство победило. Я спустилась на первый этаж. Да уж. Жизнь меня к такому зрелищу не готовила. Придется сегодня еще раз глаза с мылом помыть.

Тодериус и Мурьяра с воплями носились по первому этажу, одной рукой держась за голову, а другой за заднее мягкое место. Катрин и Ларина бегали за ними и пытались их куда-то тащить, они ловко изворачивались и снова бежали по одной им известной нелепой траектории. Что тут с ними стряслось то? Как будто толи крышечку сорвет, толи днище выбьет.

Ко мне сзади подбежала всполошившаяся Марта и схватила за локоть, развернув к себе.

— Ты что им подлила, негодница⁈ — бурлила от гнева повариха.

— Вот, — я вытащила использованные пузырьки от зелий из переднего кармана, — зелье от мигрени, поноса и плохой памяти и второе, чтобы сильнее эффект был, — тихо проговорила я. А позади нас буря все нарастала, служанки уже почти выбились из сил.

— Да это не чтобы сильнее эффект был, а чтобы противоположного эффекта можно было добиться! Чтоб тебя собаки драли! — пожелала мне Марта всего доброго, — тут ведь черным по серому написано «Оборотный усилитель», обратный то бишь, — причитала она чуть ли не со слезами.

— Ах, вон оно что… — задумчиво выдала я.

— Вот именно! Голова у них теперь просто трещит. Вместо предотвращения поноса они получили сильный обратный эффект, — пояснила она их странное расположение конечностей на тушке, — а самое страшное, что теперь они бегут и не помнят, куда им надо!

— И что теперь делать? — виновато проговорила я.

— Для начала загнать их туда, куда им сейчас и нужно. А потом уже зелье без твоего усилителя использовать, — предложила повариха план действий.

Как их загонять в это «особо пахнущее стойло»? Лассо на них кидать и к месту назначения волочить?

Решили использовать большие покрывала и ловить страдальцев по одному. Первой отловили Мурьяру и отправили по месту назначения. А следом за ней и Тодериуса. Только в уборной у них наконец-то проклюнулась память, и они смогли обрести конец своего казавшегося бесконечным пути.

Но это был еще не конец наших мучений. Вот уже битый час мы их уговаривали принять зелье «от всего». За это время еще три раза приходилось ловить их по дому в покрывало и как маленьких детей вести в нужном направлении. В изнеможении я привалилась к стене. Катрин и Ларина сидели на полу неподалеку. Наши же подопечные были расположены на диване в гостиной и, держась за голову что-то мычали, словно их разум, собрав вещички, решил покинуть головное помещение.

В дверях послышались шаги. Вот и управляющий Муркель подоспел.

— Вы что с хозяином и его гостьей вытворили⁈ — тряс он остатками шевелюры.

— Не тем зельем напоили, — виновато опустила я взгляд.

— А точнее Нина не тем напоила! — наступала на меня повариха.

Пришлось его спешно вводить в курс дела и снова ловить наших больных подопечных по всему первому этажу.

— Проще влить зелье насильно, — предложил Муркель.

После того, как они придут в себя, нас всех вместе дружно уволят без выходного пособия. «Или посадят за жестокое обращение с работодателем» подсказал мой разум.

Снова спеленав сначала Тодериуса, а потом и Мурьяру, мы вливали им насильно зелье «от всего». От такого произвола они натурально рычали, шипели и вырывались. Это со стороны было похожим на то, как некоторые хозяева своим кошкам лекарства с ложки пихают, и редко у кого удачно получается.

После столь сложной работы по спасению разума работодателя и его гостьи, они как-то притихли.

— Уснули, — грустно сказал Муркель.

— Надеюсь, что не навсегда, — высказала я свои опасения. «Посадят тебя за непредумышленное усыпление кошачьих в составе группы лиц» все пугал меня разум, а нервная система уже лихорадочно сушила сухари.

— Так они проснутся, и вылетим мы отсюда без крыльев! — подтвердила мои опасения Катрин.

— Значит так, я сейчас найду у себя зелье для потери кратковременной памяти, подольем его в графин с вином и поставим тут перед ними на столике. Проснутся, выпьют и все. Забудут весь этот кошмарный день, — предложил Муркель. А знает ведь как следы преступления скрывать!

— А если не выпьют? — комкала я передник в руках.

— Тогда сушите сухари. Они на нас точно в местный отдел полиции сдадут, — раздраженно прошипел Муркель.

Через четверть часа управляющий принес на кухню еще одно зелье, что мы и подлили в графин.

— Надо стол аппетитней накрыть, чтобы точно не удержались, — предложила я.

Мы поставили перед диваном, на котором лежали наши потерпевшие, невысокий столик и накрыли его по первому разряду, с вином, фруктами, выпечкой и разными деликатесами. Хоть бы сработало!

Вечером, так и не дождавшись их пробуждения, мы все разошлись по своим комнатам. Валериус уже ждал меня на постели.

— Как прошел день? — спросил он.

— Лучше не спрашивай, думаю, меня посадят, — со страхом в голосе выдала я.

— А с этого места уже подробней… — насторожился хвостатый детектив.

К концу моего рассказа у Валериуса болел живот от смеха, а мне стало еще тревожней.

— И что тут смешного⁈ Будешь мне через тюремное окно сухари передавать! — я обиженно отвернулась.

— Успокойся, — примирительно сказал он, — если он все же решит обратиться в полицию, у меня там есть связи, выход найдем.

— Тут еще кое-что произошло, — начала я.

— Что еще⁈ — Валериус страдальчески обхватил передними лапами голову.

Максимально подробно я рассказала ему события сегодняшнего утра, когда невольно подслушала разговор между Тодериусом и неизвестным.

— Надо будет подумать, этот неизвестный был скорей всего из нотариальной конторы. Обращусь завтра к Витану, может он что-то сможет узнать, — сказал Валериус и растянулся на постели.

Моя судьба решится только завтра. Не стоит себя накручивать. Вытянувшись на постели рядом с Валериусом, я решила отпустить тревожные мысли прочь….